ТОП 10:

Глава 9. «Я купил сборную Тринидада и Тобаго, когда Джози Алтидор оформил хет-трик»



Товарищеский матч не влияет на место сборной в рейтинге ФИФА, если он играется вне установленных дат. Их устраивают по договоренности двух федераций или с помощью агентов. Самое лучшее в таких матчах — в ФИФА докладывают только итоговый счет, всем плевать, что происходило на поле. Только на официальные матчи приезжают представители ФИФА или континентальных объединений, чтобы оценить работу рефери и составить протокол. Он может отменить игру, если найдет угрозу безопасности или сочтет поле непригодным.

Я как-то сидел в ФА Бахрейна, когда инспектор оценивал работу сингапурского судьи. Он прокручивал запись вчерашнего матча. К счастью для таких, как я, инспекторы очень редко работают на товарищеских встречах.

Букмекеры с радостью предлагают линии на товарищеские поединки. Они нацелены на получение прибыли и дают как можно больше вариантов, чтобы привлечь игроков. Они покрывают все матчи в Европе и Северной Америке и большинство в Азии, Африке и Южной Америке. Поскольку ФИФА запрещает проводить клубные матчи в дни, выделенные для международных встреч, товарищеские игры сборных остаются на это время единственным источником заработка. Им плевать, кто с кем играет — хоть одна обезьяна с другой, но правильно подобрать обезьян, если ты хочешь организовать товарищеский матч, — очень сложное дело.

Вот как работаю я. Сначала звоню представителю футбольной ассоциации принимающей стороны:

— Вам нужен спарринг-партнер? Могу ли я об этом позаботиться? Я оплачу билеты и проживание.

Обычно принимающая сторона оплачивает дорогу, размещение и бонус в зависимости от уровня соперника. Если в Дубай приглашают Германию или Бразилию, придется выложить как минимум 2 миллиона долларов. Поэтому футбольные ассоциация так рады приглашениям и услугам вроде моих.

Когда договорился с футбольной ассоциацией, нужно купить 30 авиабилетов для игроков и официальных лиц. Африканцы работают очень медленно. Часто они по несколько раз меняют состав делегации. Средняя стоимость перелета из Африки в Азию от 50 до 70 тысяч долларов на команду. Размещение в отеле — около 15 тысяч. Хотя обычно приходится платить и за еду.

Еще доводится платить бонус — в моем случае это подкуп. 50-80 тысяч долларов — и команда делает, что потребуется. Часто они просят дополнительные деньги на телефонные переговоры или еще какие-нибудь идиотские расходы. Тратам нет конца. Одна из сборных отказывалась выходить на поле, пока ей не заплатят.

Для парней вроде замбийцев мои деньги существенно повышают уровень жизни. Их президент Роберт Мугабе национализировал экономику и выгнал белых инвесторов. Теперь страна в упадке. При виде валюты зимбабвийцы безоговорочно выполняют мои требования.

В день матча ты молишься, чтобы букмекеры открыли линию на твой матч, иначе все вложения коту под хвост. Все приготовления — большая головная боль, но если все складывается, прибыль оправдывает хлопоты. Организация товарищеского матча стоит 200 тысяч долларов, выручка достигает 400 тысяч. В итоге вы в плюсе на 200 тысяч. Если работаешь с игорным домом или знакомым агентом, которые позволяют ставить большие суммы, прибыль возрастает в разы.

В марте 2009-го я организовал товарищеский матч между сборными Бахрейна и Зимбабве. Я долго возился с бумагами, чтобы зимбабвийцы прибыли вовремя. Мне не хватало денег для покупки билетов. Несмотря на противоречия, я позвонил Дану, чтобы взять его в дело.

— Дан, нужны деньги на перелет.

— У меня нет.

Он все еще злился на меня из-за чемпионата Сирии. Ну хорошо. Я вышел на Ча Би Хона, китайско-сингапурского бизнесмена, который владел сетью ресторанов. Он сказал, что не имеет нужной суммы, но знает людей, которые заинтересуются. Дан внимательно следил за мной и звонил каждый день. Он знал о каждом моем шаге, о каждой встрече. Сроки поджимали, в отчаянии я позвонил Япу и Тана. Они собирались на «Джохор», где игрался их договорняк. Мы встретились, они пообещали помочь, но пропали.

В последний момент мне позвонил Адмир:

— Я дам деньги на перелет и размещение. Остальное — твоя забота.

— Я не уверен на 100%, что на матч будут принимать ставки.

— Ну что ж, рискнем.

— Мы можем не платить за гостиницу, если не будет ставок.

— Нет, мы все оплатим. Нам не нужны проблемы.

Когда я заказал билеты, мне в истерике позвонила Розмари из ФА Зимбабве:

— Уилсон, Яп связался с Джамбоджумбо. Он запретил сборной лететь в Бахрейн. Нам нужны другие футболисты.

— Как я перебронирую билеты на 20 других фамилий?

Несмотря на высокую должность Розмари, вне официальных дат ФИФА ей требовалось согласие Джамбоджумбо — он мог сообщить в клубы, что их футболисты летят на договорняк. Джамбоджумбо игнорировал меня. Он понял, что деньги шли от Япа, и подчинялся ему. Розмари знала, кто мозг организации. На самом деле, Джамбо просто не хотел делиться. Вот еще одна черта африканского менталитета: ни себе, ни людям.

Я был разбит. После стольких трудов Яп разрушил мой план одним телефонным звонком. Не стоило говорить с этим ублюдком. Я убил бы Япа. Я позвонил Тана:

— Твари, думаете, что нае**те меня? Я лично приеду к вам и сотру вас в порошок.

— Успокойся, брат. Я не знал, что Яп звонил в Зимбабве.

Я пытался сконцентрироваться на решении проблемы и снова набрал номер Розмари:

— Скажи Джамбоджумбо, что я дам ему 10 тысяч долларов, если он отпустит сборную.

Стоит ли говорить, что он согласился. В Бахрейне я встретился с Дино, который контролировал меня по поручению Адмира. Пока я добывал деньги, половина Сингапура узнала, что я планирую договорняк. Говорили: «Зимбабве в кармане у Уилсона».

К счастью для меня, матч в Бахрейне отложили. Прошло 45 минут с начала, а на экранах сингапурских игроков не отображался онлайн. Они решили, что ставки просто не принимают. Матч начался на час позже.

Я сидел на скамейке запасных рядом с тренером сборной Зимбабве. В Бахрейне никто не обратил на это внимания. Дино сидел на трибуне, Адмир следил за игрой в Сингапуре. Через 3 минуты после стартового свистка он сообщил, что ставки принимаются.

Мы очень нервничали. Розмари сидела с нами. Вся команда знала, что нужно делать. Я радовался, что смогу неплохо заработать. Адмир позвонил в перерыве, к тому времени Бахрейн вел 2:0:

— Нам нужно 4 гола во втором тайме.

— Ок.

Когда зимбабвийцы забили пятый мяч, Адмир сказал, что этого хватит. В концовке сборная Зимбабве отыграла 2 гола. 5:2. Дино очень веселили мои указания прямо со скамейки запасных. Мы заработали кучу денег.

На следующий день мы с Дино и Розмари встретились за завтраком. Дино обсуждал с Розмари возможность перепродажи билетов на ЧМ-2010. Пока я отходил, Дино написал на салфетке адрес своей электронной почты и дал Розмари. Я вернулся, дождался, пока уйдет Дино, взял салфетку и выбросил ее.

— Вот это я не люблю. Не играй за спиной. А если бы я так поступил с тобой?

Я не расстроился, я не сомневался в ее преданности, но таковы правила игры. На следующий день в аэропорт Дубая привезли выигрыш. Если работаешь с Адмиром, то получаешь деньги без проволочек. Я дал Розмари обещанные 100 тысяч, и она по телефону подтвердила Адмиру, что получила деньги. Мне заплатили 50 тысяч сингапурских долларов — больше, чем я когда-либо получал от синдиката, потому что делом занимался Адмир.

Весть о моей удачной работе дошла до Китая. Канг лично предложил встретиться.

— Какой следующий проект?

— Отборочный турнир ЧМ-2010: Тринидад и Тобаго против США в апреле.

— Давай работать вместе. Сколько нужно?

— Около 180 тысяч долларов: 30 — на мои расходы, остальное футболистам. Мы заплатим им по 40 тысяч, но если нам нужен пенальти, придется накинуть еще.

— Договорились, но мне нужен счет 3:0 или крупнее.

— Без проблем.

— Почему бы тебе не отправить кого-нибудь в Китай посмотреть, как мы работаем?

Я вспомнил о друге по имени Прасад. Он владел ночным клубом, где я часто бывал еще до ареста, Прасад прекрасно говорил на мандаринском и хоккиене. Он согласился слетать на пару дней в город Ксимен, где базировался Канг. Его штаб-квартира располагалась среди заброшенных промышленных зданий. 10 человек перед компьютерами неусыпно ожидали инструкций Канга. По возвращении Прасад уверил, что бизнес Канга абсолютно легальный.

Перед командировкой в Штаты я решил заскочить в Панаму, где местная сборная в товарищеском матче встречалась с Гаити. Появилась информация, что национальная команда Кубы откажется от участия в Кубке КОНКАКАФ-2009 в США, поскольку власти боятся массового побега футболистов. Жаль, потому что я уже заплатил кубинцам перед турниром на Ямайке. К счастью, вместо Кубы взяли сборную Гаити, с которой я уже наладил отношения.

Я не знал французского, поэтому взял с собой знакомого для переговоров с гаитянами. Оказалось, Панама — отличный город. Я читал, что раньше он был прачечной для отмывания денег наркоторговцев, поэтому не удивился богатству. Первым делом мы встретились с президентами ФА Панамы и Гаити. Мы не откровенничали, я только хотел, чтобы они запомнили мое лицо. Моим настоящим контактом был голкипер Доминик Жан-Зефирин. Он помог мне собрать других футболистов в отеле. Мы задавали обычные вопросы.


C Жаном знаменитая британская певица Александра Барк

— Хотели бы поиграть в Азии? Сколько вам платят?

Футболисты такого уровня получают 2-3 тысячи долларов в месяц, поэтому когда мы предлагаем 15 тысяч за матч, они приходят в восторг. Если они глотают наживку, я показываю кэш.

— Вам нужна победа? — приблизился я к сути. — Зачем? Можете вернуться домой с неплохим наваром — пустите на хорошее дело.

На этом этапе футболисты очень осторожны. Им нужно все обдумать. В итоге они соглашаются. Так было с гаитянами во время короткого визита в Панаму. К сожалению, матчи, проходящие в Панаме, очень редко попадают в линии букмекеров. То же самое в Сальвадоре, если только игра не транслируется по ТВ. Мы ничего не заработали, но важнее были контакты с гаитянами за 3 месяца до Золотого кубка.

На следующий день мы с переводчиком полетели в Нэшвилл, штат Теннеси, на отборочный матч между США и Тринидадом. Перед игрой я переговорил со знакомыми ребятами из T&T и сказал, что мне нужно их поражение с разницей в три гола. Двое колебались, только один отнесся к моим словам серьезно.

Я купил трех сомневающихся защитников. Вратарь играл честно. Но я все же рискнул. Я прикинул, что США в любом случае победит как минимум в 2 гола, все, что требуется от моих парней, — обеспечить третий мяч. Канг даже не спрашивал, кого я купил и на каких позициях они играют, он доверял мне.

Джози Алтидор оформил дубль. На 90-й минуте он не слишком удачно пробил из-за пределов штрафной, но голкипер не справился. Я не покупал его, но показалось, что так оно и было.

Ставка сыграла, Канг был очень доволен. В США можно провозить максимум 100 тысяч наличными, поэтому я остался должен тринидадцам 30 тысяч, но обещал привезти их в ближайшее время. Когда я вернулся в Сингапур, мне передали 100 тысяч местных долларов от Канга. Дан очень ревновал, он отличный парень, когда ты внизу, но когда ты обходишь его, он играет очень подло. Я отправил человека с оставшимися деньгами для сборной Тринидада, друга детства. Он взял 30 тысяч долларов и пропал при пересадке в Великобритании. Оказалось, его терроризировали кредиторы.

Дальше я планировал еще раз попробовать в чемпионате Сирии. Канг обеспечивал меня оборотными средствами:

— Ты уверен, что получится? Дан трижды провалился там.

— Дан провалился, потому что у меня не было денег, чтобы показать футболистам.

— Сколько тебе нужно?

— 100 тысяч долларов.

— Хорошо, я дам деньги.

Как я и предполагал, увидев наличные, футболисты стали воспринимать меня всерьез. Мне помогал местный по имени Самир. У него были тесные связи с командами «Аль-Вахда» и «Аль-Наваир», 5 или 6 купленных игроков.

Надо отдать должное профессионализму букмекерских контор, предлагающих ставки на чемпионаты вроде йеменского или азербайджанского. Среди них и чемпионат Сирии. Мы с Самиром разработали схему: один гол в первом тайме и два во втором, поскольку в основном предлагали тотал больше 2,5.

Самир свистел с трибуны, когда требовался очередной гол. Вратарь смотрел на нас и понимающе кивал. Когда деньги кладутся на стол, футболисты играют как по нотам. Один матч, второй, третий — мы преуспевали в сирийской Премьер-лиге. В Сингапуре меня называли Королем Сирии. В одном чемпионате за неделю я зарабатывал 200 или 300 тысяч сингапурских долларов. Сам я не ставил из-за низких лимитов, для больших денег нужен был весь сложный аппарат Канга. Теперь я работал на себя. Никаких боссов. Дан очень злился и больше не звонил мне.

Я сотрудничал с Кангом, организовывал турниры и товарищеские матчи в Сирии, Бахрейне, Египте. С помощью франкоговорящих африканцев я устроил товарищеские матчи сборной Конго в Бахрейне и Иордании. Я оплатил перелет, но букмекеры не открыли линии.

Сборная Зимбабве постоянно была готова делать деньги, поэтому я привез их в Амман в мае 2009-го. За короткое время я накопил 4 миллиона сингапурских долларов — огромные деньги, достаточные, чтобы уйти на покой. Я мог бы инвестировать в недвижимость, но я никогда не занимался правильными вещами, просто жил сегодняшним днем.

Я встречался с девушкой, но она была на 19 лет младше меня и решила, что слишком рано выходить замуж. К тому же мы представляли разные конфессии, а я не собирался принимать ислам.

По мере увеличения заработка увеличивались мои ставки на европейские топ-лиги. Я мог запросто поставить 100 или 200 тысяч на один матч. Я сидел в той же кофейне, что и 10 лет назад, с тремя миллионами долларов в карманах. Деньги не изменили меня, я ездил на простой «Хонде», носил обычную одежду, не посещал дорогих клубов. Те же кофейня и парикмахерская.

— Уилсон, у тебя куча денег, почему ты не носишь модные часы? — однажды спросил знакомый.

— Окей, пора их купить.

Я потратил 20 тысяч долларов на «Ролекс», но по-прежнему сидел в старой кофейне и ел индийскую еду. Я погасил ипотеку мамы и расплатился со всеми долгами семьи — это единственные полезные траты, остальное я спустил на ставках.

«Короли договорняков». Глава 10. «Перед моим номером выстроились футболисты, тренеры и официальные лица — все просили денег»

В мае 2009-го моя жизнь перевернулась с ног на голову. Я подвозил двух друзей в сингапурский аэропорт, мы спешили, я припарковался в запрещенном месте. Друзья все-таки успели на рейс, я перекусил в аэропорту, а когда вернулся к автомобилю, вокруг него уже ходили охранники. Я прикинул, что отделаюсь штрафом в 150 долларов, и не особенно огорчился.

Я собрался уезжать, но охранник ударил меня — такого я не ожидал. Кровь прилила к голове. Он не хотел отпускать меня, ждал приезда полиции. Я толкнул его плечом и сел в машину. Охранник стал передо мной, не давая выехать. Я объехал его, он еще метров 20 бежал за машиной. Полиция все-таки приехала, меня нашли по номеру. Поскольку я не жил дома, мать передала, что приходили полицейские. Я сам отправился в участок. Там мне неожиданно одели наручники и зачитали обвинения: сопротивление государственному служащему, поведение, опасное для жизни, нанесение ущерба, вождение без прав. Я 25 лет водил без прав и ни разу не попал в ДТП.

Охранник сообщил, что я повредил его плечо и колено, а также пытался задавить его. Меня арестовали и выпустили под залог в 20 тысяч долларов. В Сингапуре нельзя заплатить залог за самого себя — нужен помощник. Я обратился к Меге.

Мои отношения с Кангом ухудшились. Он нервничал, считал, что мы сливаем результаты договорняков. В конце июня 2009-го я организовал в Бахрейне товарищеский турнир для команд U-17. Я договорился с кенийцами и купил билеты на всю делегацию. Мы с Кангом поделили 400 тысяч расходов пополам, так же должны были поделить прибыль. К сожалению, букмекеры не дали линию, и мы потеряли деньги. Тогда Кангу позвонил Дан:

— Этот мудак Уилсон взял твои деньги? Он даже не организовывал турнир, он просто обманул тебя.

Дан без причины поступал со мной, как с врагом. Канг легко верил другим и был слишком глуп, чтобы подумать самому. Поскольку я не мог положиться на Канга, я решил работать на Золотом кубке в США самостоятельно. В июне сборная Гаити прилетела в Монреаль на товарищеский матч с сирийцами. Чтобы укрепить отношения с гаитянами, я отправил своих людей в Канаду с 50 тысячами долларов:

— Сорите деньгами. Отведите футболистов в ночной клуб, купите им новые бутсы и одежду, в общем, хорошо проведите время.

К сожалению, они перестарались. Президент ФА Гаити заметил, что его футболисты слишком близко сошлись с подозрительными типами, и моим людям пришлось уехать. Через неделю начался Кубок КОНКАКАФ, я прилетел в Америку. Первым делом я связался с человеком из Гренады. Он посоветовал залечь на дно:

— Давай сделаем договорняк в третьем матчем, когда у нас уже не останется шансов. А первых два мы сыграем в полную силу.

Они проиграли два матча. В третьем встречались с Гондурасом недалеко от Бостона. Туда я и отправился. После разрыва с Кангом деньги почти закончились, я связался с Даном и Адмиром в поисках финансовой помощи. Дан сказал, что подумает. Адмир согласился сотрудничать и пообещал в скором времени прилететь в Бостон. На моем телефоне закончились деньги, я хотел взять телефон моего человека по имени Ассалан, но тот неожиданно отказался. Когда я все-таки получил телефон, то увидел в его набранных номерах словенский код +386. Это был номер Адмира. Этот ублюдок рассказывал о моих действиях за моей спиной. Он предал меня. Я не хотел ссоры, просто прогнал Ассалана.

Дан и Адмир прилетели в Бостон. Перед матчем с Гондурасом я встретился в номере отеля с футболистами сборной Гаити.

— Ну и где вы, бл***, раньше были?— спросили они.

— Ваш человек сказал, что вы не будете сдавать два первых матча.

— Да пошел он на х**! Мы никогда не выиграем Золотой кубок — его делят США и Мексика. Так было всегда. Мы просто хотим немного заработать.

Они и заработали. Гондурас разгромил Гренаду 4:0. Парни пропустили по 2 гола в каждом тайме.

Дан с партнерами заработали около 2 миллионов. Лимиты были достаточно велики. Я поставил 600 тысяч долларов и забрал миллион. Тем вечером я расплатился с гренадцами и отправился в Глендэйл, штат Аризона, чтобы пообщаться со сборной Никарагуа. Она уступила мексиканцам и гваделупцам и досрочно потеряла шансы на выход из группы, оставалась встреча со сборной Панамы. Я повел футболистов в стрип-клуб.

Только один игрок сборной Никарагуа говорил по-английски — защитник по имени Хосе. С ним я и побеседовал:

— Остался один матч. Я плачу 80 тысяч долларов, примерно по 15 тысяч каждому из вас. Деньги ждут вас. Только идиот откажется от такой возможности.

В разгар праздника футболисты на танцполе скандировали мое имя. Я поселился в одном отеле со сборной Никарагуа и дал им 40 тысяч авансом. Я сообщил Дану и Адмиру результат в качестве жеста доброй воли. Я поставил миллион долларов и никарагуанцы прекрасно справились — поражение 0:4.

Я выиграл около 2 миллионов. Я ничего не читал о Никарагуа. Оказывается, это одна из беднейших стран на планете. После матча у двери моего номера выстроилась процессия. Все просили денег с жалобными лицами, даже чиновники из футбольной ассоциации. Я раздал всю имевшуюся наличность и покинул отель с сотней долларов в кармане.

Тем временем сборная Зимбабве планировала прибыть в Малайзию на два товарищеских матча с хозяевами, которые я организовал. Надо отдать должное тактичности ФА Малайзии, мне никогда не задавали неприятных вопросов. Я не платил им, кроме первого спонсорского взноса перед Кубком Мердека-2007. По сути, я делал их работу, приглашая соперников и оплачивая расходы. Их это устраивало.

Джамбоджумбо снова не позволил национальной сборной улететь в Азию. На этот раз Розмари сработала на опережение и просто переодела в футболки национальной сборной футболистов местного клуба. Я был в США и ничего не знал об этом. Всеми делами занимался Тана.

Я посоветовал ему не угрожать игрокам. Это не мой стиль. Нужно обращаться с ними по высшему разряду, не скупиться, дать немного денег. В общем, показать, что ты их друг. Это эффективнее, чем бряцание оружием.

Тана отлично принял зимбабвийцев. «Отлично» значит хороший отель, шопинг и проститутки. В первом матче африканцы уступили 0:4. Во втором должны были биться на 0:0, но проиграли 0:1.

Тем временем Ассалан передал контакты сборной Гаити Дану. Не знаю, организовали ли они договорняк в четвертьфинале, когда гаитяне проиграли мексиканцам 0:4. Дан хотел показать, что может увести мои команды у меня из-под носа. Так он сделал с ливанцами и с гаитянами. Он относился ко мне, как к врагу. Ему нравилось ранить мое самолюбие. Дан привез на товарищеский матч в Болгарию сборную Зимбабве U-21, они проиграли 0:5, все 5 голов забили во втором тайме.

В июле я занимался организацией товарищеского турнира молодежных сборных в Египте и готовился к ЧМ до 20 лет. Я пригласил сборные Кении, Нигерии, Ганы и Гватемалы. Кенийцы оказались посмешищем, они проиграли Египту 1:7 и 0:11 Нигерии, мы их ни о чем не просили. Букмекеры открыли линии на турнир, мы сделали деньги, Египет выиграл кубок.

Через месяц я уговорил ФА Малайзии пригласить на товарищеский матч сборную Кении. Я оплатил все расходы. Я не хотел устраивать договорняк, просто пытался укрепить отношения с кенийцами на будущее. Я поставил 50 тысяч долларов на их победу. После уверенных 30 минут команда сдулась, потом тренер заменил трех лучших футболистов — тупой придурок.

Вечером мы с Тана сидели в номере отеля, решая, что делать дальше. Кто-то бесшумно открыл дверь. В комнату ввалился Пал со своими громилами. Тана онемел. Я не видел Пала почти 10 лет. Я все еще должен был Палу 80 тысяч долларов с Олимпиады в Атланте. Если бы меня начали бить, я не молил бы о пощаде, а попытался бы убить одного из бандитов. Раньше он был боссом, а я никем, теперь все изменилось.

— Ты должен мне. Я пришел поговорить о деньгах.

Пал заметил, что я не испугался его свиты. Он хотел показать, что по-прежнему на коне, но это было не так. Мы с Даном устраивали договорняки еще до Пала, но никто не зарабатывал столько, сколько он. Но те дни остались в прошлом. Он заметно постарел и потерял лоск.

— Сколько я должен?

— 60 тысяч долларов.

Человек, который раньше ставил не меньше миллиона на матч, требовал 60 тысяч.

— Я думал 80 тысяч.

— Нет, 20 ты уже заплатил.

— Я и не помню. У меня с собой только 30. Остальное отдам в понедельник.

Пал остался доволен. Долг есть долг. Может пройти 200 лет, но долг останется долгом. Я узнал, что Пал задолжал в Сингапуре, китайские боссы больше не хотели вести с ним дела, просто охотились, чтобы убить его. Он скрывался в Малайзии и как-то узнал, что я тоже там.

В понедельник я рассчитался. Я очень хотел узнать, кто рассказал Палу, что я в Малайзии. Меня снова предали. Через две недели Пал позвонил и попросил удивительно приятным голосом:

— Ты не мог бы одолжить мне 30 тысяч?

— Скажи, кто меня сдал.

— Дан.

Я не мог поверить. Он перешел границы.

— Так, что насчет денег?

— Сделаю, что смогу. Перезвони.

Я выключил телефон и выбросил сим-карту. Я разговаривал с Палом в последний раз.







Последнее изменение этой страницы: 2016-06-23; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 18.207.102.38 (0.024 с.)