ТОП 10:

ТВОРЧЕСТВО ИЛИ САМОВЫРАЖЕНИЕ ?



ИСПЫТАНИЕ ДУХОВ

"...Сегодня окончательно исчерпались все ресурсы традиционных "священных" институтов (в первую очередь, церкви и традиционной религии вообще)..," - такой тезис выдвигает в начале своей статьи "Выбор технотронных шаманов" Сергей Дунаев.

Эта чрезвычайно показательная статья была опубликована 15 ноября прошлого года в "Независимой газете" в рубрике "Стиль жизни". Идеи, изложенные автором, настолько важны для понимания некоторых процессов нашего времени, что к этой статье стоит вернуться. Автор рассматривает в ней "новое религиозное сознание" и его проявления в современном искусстве.

Суть "новой спиритуальности" С.Дунаев видит в том, что она "допускает самые необыкновенные проявления этой [духовной] энергии, не исключая и прямую одержимость". Общество, ясное дело, этому противится. Так, "общество отвергает наркотики совсем не потому, что заботится о здоровье подрастающего поколения,.. а потому, что они изменяют сознание, то есть, по сути, являются условием прорыва в другой мир".

Проводниками "новой религиозности" автор считает, во-первых, рок-музыку, без которой "восточные спиритуальные влияния и другие течения" не могли бы завладеть массами. Во-вторых, это литература, ибо "произведения Толкиена, Майринка, Булгакова стали предметом чисто религиозного культа и во многом расширили сознание современных поколений".

"Изменение", или "расширение" сознания, "прорыв в другую реальность" - это ключевые понятия для новой духовности, которая призвана, по мысли автора, возродить "первозданную, экстатическую религиозность". Правда, с одной стороны, С.Дунаев ставит ей в заслугу антидогматичность, то, что "она не признает ограничений"; но с другой стороны, называет проводника этой религиозности - рок-музыку - "тоталитарным феноменом".

Характерным примером "новой духовности" может служить заголовок одной статьи в той же "Независимой газете" - "Где дух, там свобода". В нем опущено "лишнее" слово из новозаветной цитаты: "Где Дух Господень, там свобода" (2 Кор. 3, 17).

После долгих лет атеистического режима многим стало казаться, что всякая духовность хороша. Многим стало казаться, что противостояние духовной агрессии - как в своей душе, так и на государственном уровне - пахнет "тоталитаризмом". Многие, крича о терпимости и любви, забыли о строгом предупреждении "апостола любви" Иоанна Богослова: "Возлюбленные! не всякому духу верьте, но испытывайте духов, от Бога ли они, потому что много лжепророков появилось в мире" (1 Ин. 4, 1).

Именно таким "испытанием духов", а точнее, лишь подступом к нему, является эта книга, составленная на основе публикаций в газете "Татьянин День". Мы постарались последовать призыву святителя Игнатия (Брянчанинова): "Ознакомься с духом времени, изучи его, чтобы по возможности избегнуть влияния его".

Дух времени ярче всего проявляется в "новом религиозном сознании", подробно описанном в книге иеромонаха Серафима (Роуза) "Православие и религия будущего". Исходным пунктом этого сознания является отрицание многовекового святоотеческого опыта "различения духов", а его проявления - разнообразны и широко распространены.

В другой своей книге о.Серафим пишет. "Мир, который создал наше избалованное время, предъявляет душе требования - в религии ли, мирской ли жизни, - которые надо признать тоталитарными. Это легко разглядеть в получивших за последние годы столь широкую известность уродующих душу культах, которые требуют подчинения самозванному "святому"; но это столь же очевидно и в мирской жизни, когда человек сталкивается не с отдельным искушением здесь или там, а с постоянным состоянием искушения в виде ли фоновой музыки, которая слышится везде - в универмагах, в учреждениях, в виде ли указателей и досок объявлений на городских улицах, в виде ли рок-музыки, которая достигает даже лесных тропинок и палаточных городков, или дома, где телевизор часто становится тайным домоправителем, диктующим современные ценности, мнения, вкусы... Смысл этого всеохватывающего искушения, нападающего сегодня на людей (вполне открыто в его мирской форме, а в религиозной обычно более скрыто), заключается в следующем: живи сегодняшним днем, наслаждайся, расслабься, чувствуй себя хорошо".

Именно об этом, с разных сторон, словами разных людей, говорит данная книга. Она делится на три части. Первая рассказывает о проявлениях "нового религиозного сознания" в культуре, вторая - в обществе, третья же подводит некоторый итог и вскрывает основы подобного взгляда на мир.

Владислав ТОМАЧИНСКИЙ,
аспирант филфака МГУ


 

"НОВОЕ РЕЛИГИОЗНОЕ СОЗНАНИЕ" В КУЛЬТУРЕ

 

Дмитрий ТРОФИМОВ,
студент Суриковского института

Можно констатировать, что информация становится главной ценностью сегодняшнего мира, тесня из области социально-экономических отношений золотого тельца, становится основным объединяющим фактором, смещая на второй план кровно-территориальные критерии. Пространство вокруг нас мы называем информационным полем, жесткой системой, которую невозможно игнорировать. Поэтому мы решаемся на создание своих электронных проводников с главной задачей - не замкнуться в сети горизонтальных токов сиюминутного настоящего.

 

ПРИКОЛЕМСЯ

 

Недавно мне в руки попала любопытная тетрадь. В ней собраны вырезки из газеты "Московский комсомолец" за несколько лет, где содержатся сообщения о бытовой смерти.

"Кочегара бросили в топку"; "Утонул, спасая кота"; "Утопила дочку в ведре" - это, пожалуй, действительно смешно. Остроумно, весело, беззаботно. "Трое солдат пали при озеленении улицы". Патетические и "возмущенные" фразы - "чудовищное святотатство", "ужасная трагедия", "то, что произошло, не поддается описанию" - воспринимаются не иначе как дань традиции, необходимый реверанс вежливости. О преступлении положено писать как о чем-то ужасном, поражающем воображение, - на самом деле, мы просто отрываемся. "Трое рабочих захлебнулись куриным пометом" - это класс!

Во многих сообщениях перед нами предстает как бы свернутый сценарий фильма ужасов, когда обычные вещи вдруг становятся кошмарами - "смертоносное сено", "дрель-убийца, "детали от станка гонялись за рабочими по всему цеху". Какой цели служат фильмы ужасов? Подружить человека с адом, наполнить его душу адскими образами еще здесь, на земле, вселить в него страх, тоску, отчаяние. И человек добровольно идет на это, ведь "все, все, что гибелью грозит, для сердца смертного таит неизъяснимы наслажденья", по словам А.С.Пушкина. Потому-то и находят отклик подобные картины в душах людей, потому-то с особенным старанием культивируют подобные образы журналисты. Сам человек в этих сообщениях изображается как вещь: испортилась - выбросили ("задавила собственную дочь", "бабушку выбросили на помойку").

Конечно, можно сослаться на Даниила Хармса или других писателей, как на пример подобного изображения смерти. Но одно дело - литература, искусство, где речь идет о вымышленных лицах, персонажах и где существует своя, особая, "искусственная" логика; и совсем иное дело - рассказ о реальных людях и о реальной смерти. Да и не найдете вы у Хармса таких выражений, как "расчлененка". А как вам нравится следующее "поэтическое" завершение информации - "Его труп, усыпанный останками люстры, пролежал в квартире несколько дней"? Не правда ли, эффектный конец?

Таинство смерти, величайшее в жизни человека, таинство, решающее судьбу его души, - это таинство опошляется, высмеивается, низводится на физиологический уровень. Какая там вечная жизнь, когда "нашинковал коллегу", "малыш сварился в кипятке", "повесила сына на бельевой веревке"? Глумливое, кощунственное отношение к смерти призвано воспитать презрение к вечной жизни, презрение к личности, презрение к Промыслу Божьему.

Совсем по-другому в православной традиции. Например, в заупокойном каноне также перечисляются умершие от разных видов смерти, самых причудливых - "попаляемые от молнии", "измерзшие мразом" (морозом), придавленные "плинфой", убитые "чаровным напоением, отравою, костным удавлением", "от ядовитых угрызений умершие, от поглощения змиев, от попрания коней и от удавления и обешения от искреннего" - но все это с молитвой, с памятованием, что никто не застрахован от подобной смерти. Из жизнеописаний святых мы узнаем, что часто "постыдная" (т.е. нелепая, уничижительная) смерть посылалась человеку Богом во искупление каких-то его грехов. С другой стороны, на каждой службе православные молятся о христианской кончине своей жизни - "безболезненной, непостыдной, мирной" - такой, которой умирают праведники, как бы засыпая с тихой радостью в сердце. Или такой, как у Пушкина или Гоголя, - в страданиях тела, но с просветленной после исповеди и Причащения душой. Не такой, как у Фадеева или Маяковского...

Смерть - это рубеж, последний рубеж перед Вечностью. А если смерть - ничто, и "перевернутый трамвай становится братской могилой", то и жизнь - ничто. "Ведь мы живем для того, чтобы завтра сдохнуть", - как поет группа "Крематорий". "Покойник в отпуске" (выражение о.Андрея Кураева) - вот каким рисует человека "московский комсомолец". "Расчленим-ка его, разрежем на кусочки, посмотрим, где у него душа. Нет души, одни органы. Труп можно скормить свиньям".

Так воспитывает нас самая популярная комсомольская газета. Так она веселит нашу душу. Так она скрашивает мысль о смерти.

(ТД,№5)


 

ЧАЙНАЯ ЦЕРЕМОНИЯ,
или ШКОЛА ВНИМАТЕЛЬНОГО ОТНОШЕНИЯ К МИРУ

(публикуется в сокращении)

Мы встретились с Виктором Петровичем Мазуриком, преподавателем кафедры японской филологии Института стран Азии и Африки при МГУ, вечером, после занятий. Беседа проходила за чашкой чая в уютной трапезной Университетской церкви св. муч. Татианы.

- Чай сейчас очень кстати. Сегодня в ИСАА было настолько холодно, что кто-то даже повесил объявление: "Мы не в Институте стран Арктики и Антарктики".

- А что такое чайная церемония?

- Я бы назвал японское чайное действо школой внимательного отношения к миру и к себе. Это как бы некое приглашение к тому, чтобы остановиться в момент наибольшей суеты и попытаться не то чтобы задуматься, а просто как-то вчувствоваться в окружающий мир. Расслышать его, рассмотреть, взглянуть в себя, посмотреть более внимательно, широко раскрытыми глазами на окружающих людей, на природу, на растения, на простые предметы - на весь тот мир, непостижимый, чудесный, который мы в повседневной суете забываем и разучиваемся ощущать. Напомнить и ощутить чисто физически, что мы живем в невероятнейшем и чудеснейшем из миров, который творится ежесекундно перед нашими глазами. Вспомнить, что это чудо. Отсюда, правда, могут быть разные выводы.

- Например какие?

- Например религиозные. Скажем, чайные мастера, которые создавали чайное действо в том классическом виде, как оно существует сейчас, принадлежали к разным конфессиям - одни были христианами, другие - буддистами, как правило дзенскими, потому что именно дзенский буддизм определил ту эпоху в культуре Японии, когда складывалось чайное действо. Но очень активными были и христиане...

- Может, еще чаю?

- Нет, спасибо, мне немного нужно, чтобы согреться. Так вот, особенно интересно, что японские чайные мастера времен Сен-но Рикю за свои христианские убеждения рисковали головой, ведь с начала XVII века христианство было запрещено - из-за того, что католические миссионеры вторглись в опасную зону политики. Правительство приняло совершенно драконовские указы о запрещении христианства и поголовном истреблении тех японских христиан, которые откажутся официально отречься от своего "варварского учения".

- То есть были и мученики за веру?

- Конечно, были. Но несмотря на это, чайные мастера с риском для жизни проводили тайные христианские богослужения в каких-то замаскированных комнатах, маскируя все это иногда и под чайные действа. Иногда они вписывали в дизайн чайных чашек христианские кресты.

- Мы, к сожалению, пьем из обычных. Сохранились ли где-нибудь такие чашки?

- Да, сохранились. Например, знаменитые христианские чашки самого известного мастера-керамиста того времени Орибэ. Но мне кажется, что первый внимательный взгляд на мир ведет дальше к более серьезным вопросам о смысле бытия.

- Но ведь и для христианина каждая трапеза - не просто насыщение желудка, а образ другой Трапезы, Причащения. И молитва перед едой - не просто церемония.

- Конечно. Внимательное отношение к миру - обязанность каждого христианина.

- С чем же, по-Вашему, связано массовое увлечение восточными религиями?

- Как известно, к нам восточные религии приходят, в основном, с Запада - такой у них маршрут. Они сначала становятся модными на Западе, а потом почему-то начинают попадать к нам. По крайней мере, в XX веке было так.

- А в XIX?

- Это особый случай. Русская интеллигенция конца прошлого и начала нынешнего века увлекалась этими учениями не потому, что они восточные. Это было попыткой в условиях идеологического кризиса в русском обществе создать какую-то альтернативу, создать некую синтетическую философию, открыть какие-то новые пути для единения людей разных ориентаций: политических, национальных и т.д. Есть схожий момент и в нынешней ситуации - ощущение кризиса. Но обратите внимание, что эти религии приходят к нам, как правило, не через философов или религиозных деятелей, а через средства массовой информации...

- и дезинформации...

- (Смеется.) Точно сказано. Через печать, телевидение, радио и т.д.

- То есть некая газетная религия получается.

- Именно. Поп-религия такая. Я сам, не доверяя своим ощущениям, спрашивал наших индологов в ИСАА, точно ли это кришнаизм, который мы видим у нас на улицах, с бубенчиками. И я только утвердился во мнении, что это чаще всего как бы американское издание кришнаизма. Часто встречается даже не религия, а некое своеобразное массовое движение, которое имеет религиозные лозунги, какой-то внешний религиозный антураж.

- А как сейчас обстоит дело с восточными религиями в Японии?

- Японцы относятся к религии не так, как мы. Дело в том, что мировые религии никогда не играли - ни одна из них - такой роли в истории страны, как, например, Православие в России, которое было центром мировоззрения, на котором основывалось практически все: и государство, и философия, и вся практика повседневной жизни. Такого рода религии в Японии нет. Там есть религия как следование определенной культурной традиции, причем, как правило, даже нескольким традициям сразу. То есть человек может быть прихожанином и буддийского, и одновременно синтоистского храма, а свадьба его при этом происходит в католическом соборе, потому что это сейчас очень модно. Вот почему японцы до недавнего времени смотрели на неорелигии сквозь пальцы. И только сейчас в Японии, "благодаря" "АУМ-Синрике" общественное мнение серьезно занялось вопросами неорелигий - ведь они насчитывают несколько тысяч сект. Запрещение деятельности секты "АУМ-Синрике" - это совершенно беспрецедентный случай в японской истории, и еще неизвестно, чем закончится этот процесс.

- Скажите, чем вызван Ваш интерес к Японии?

- Я начал заниматься Японией в то время, когда она еще не была столь модной, как теперь. Кстати, эта мода - палка о двух концах. С одной стороны, мне, конечно, отрадно, что люди интересуются этой страной, что профессия япониста престижна и т.д. Но ведь интересуются как раз не тем, что с моей точки зрения наиболее важно в этой культуре. Подлинная культура требует труда. Для того, чтобы понять, например, японскую поэзию, а я полагаю, что это самый крупный вклад Японии в мировую культуру - ее искусство, и поэзия особенно...

- Вы имеете в виду хокку?

- Это позднее средневековье. Более раннее - классические пятистишия, танка, и все то, что называется термином "вака", то есть японские песни. Эта поэзия по-своему уникальна, она необыкновенно многому может научить человека другой культуры, может дать новое измерение, новый взгляд, который обогатит любую культуру, в том числе и русскую. Вот, например, недавно скончавшаяся Вера Николаевна Маркова, которая была лучшим переводчиком японской поэзии, даже лучшим, чем Ахматова, Цветаева и др. Она была человеком удивительным: она целиком принадлежала к русской культуре, была верующей православной христианкой, прекрасно знала японскую культуру и была поэтом. Может быть, когда появятся еще такие люди, мы подойдем к настоящему знакомству с этой поэзией.

- Чем же интересуется большинство?

-Тем, что на поверхности - магнитофоны, современная техника, какой-то джентльменский набор легенд о самураях и гейшах. Это такая же развесистая клюква, что и русские мужики в лаптях, которые сидят у самовара и пьют водку.

- Мы у самовара, но без лаптей.

- Примерно так и японцы.

- Я сам очень люблю японскую поэзию. Мне кажется, в ней особенно остро выражено ощущение связи с природой. Например, такое трехстишие:

Муравьиная тропка Не от той ли гряды облаков Берет начало?

 

- Это есть не только в хайку (хокку), но и во всей японской культуре - чувство интимной близости с природой. Однажды очень тонко и остроумно заметил по этому поводу Лавкадио Харн. Интереснейший человек, европеец с потрясающей судьбой, я бы сказал, европеец международного происхождения. У него родители из разных стран, и когда он приехал в Японию в конце прошлого века в качестве корреспондента американского газетного издательства, то остался там, потрясенный этой особенностью японцев. Он женился на японке, принял японскую фамилию, японское гражданство. И он написал в одном из своих эссе, что японцы парадоксальным образом напоминают древних греков (у него мать как раз из Греции была), потому что они еще не расстались с архаическим синкретизмом, с ощущением живой связи с миром. У них не изжит еще древний пантеизм, обожествление природы.

- Часто при чтении этих стихов возникает ощущение какой-то самозамкнутости. Есть природа - "прыгнула в воду лягушка, всплеск в тишине" - и нет прорыва от нее к Богу.

- Прорыв к Богу... Интересно, что это может быть в контексте хайку...

- Вам так не кажется?

- Да, да.

- Есть какая-то замкнутость, самодостаточный мир, так что больше ничего и не надо, никакого Бога.

- Совершенно верно, так оно и есть. Часто люди, привыкшие к европейской поэзии, не могут читать хайку. "Что это за лягушка, почему она прыгает, к чему это все?" Дело в том, что хайку тесно связано с японской ментальностью вообще и с учением дзенского буддизма в частности. Но это отдельная тема.

- Для современных людей, живущих в индустриальных городах, единение с природой, может быть, как раз очень привлекательно. Недаром же все так ринулись на дачи.

- Можно сказать, что это своего рода школа экологии. Мы обычно в понятие экологии включаем внешний мир - встают образы загрязненных рек и т.д. А на самом деле оно связано и со внутренней природой человека, с ее поврежденностью, искаженностыо. Современный экологический кризис - антропогенный, он произведен человеком. И, следовательно, истоки его нужно искать в сознании человека - там что-то неблагополучное случилось, прежде чем он стал переносить это неблагополучие на природу. Что это за разлад, разные учения, философские и религиозные, объясняют по-разному. Православие объясняет это состояние человека его грехопадением, буддизм - его невежеством, и т.д. Но сам кризис налицо, его не надо доказывать, на него можно просто указать пальцем. Восстановление экологии - это в первую очередь восстановление той утраченной гармонии, которая когда-то была у человека в его сознании, в его системе ценностей.

- А как лично Вы совмещаете православное мироощущение с интересом к Японии - стране, которую трудно назвать христианской?

- В Японии христианство сыграло, конечно, значительную роль, но назвать ее христианской страной было бы натяжкой. Как совмещаю? Вы знаете, для меня самого совершенно непостижимым образом. К православию привела в том числе и Япония: достаточно сказать, что мой крестный отец - японец, и крестился я именно в Японии. Я не планировал этого и не думал, что так получится, но сейчас, глядя назад, начинаю видеть множество мелких деталей, которые меня постепенно к этому подводили.

- Но как все-таки совместить?

- Вы знаете, очень часто и студенты меня спрашивают: как можно, будучи христианином, заниматься средневековой литературой, которая насквозь пропитана буддийскими идеями.

Не повредит ли православному человеку занятие теми формами культуры, которые существуют в нехристианских странах? На мой взгляд, для каждого человека этот вопрос решается по-своему. Мне кажется, что разные культуры, общаясь между собой, не опасны друг для друга, пока они здоровы. При их встрече происходит всегда взаимное обогащение, а не смешивание. Это, понимаете, как два живых организма, они не превращаются в некий коктейль, где переболтаны и перемешаны все культурные элементы. Путем диалога они входят в мировую культуру, которая не есть среднеарифметический итог всех составных, а некая мировая соборность, что ли. Это некий культурный хор, в котором у каждого есть свой голос и в котором из-за разнообразия голосов достигается гармония.

- Речь идет о культурах или о религиях, о взаимовлиянии культур или религий?

- Что касается религий, то это вопрос еще более сложный, потому что к религиозному мировоззрению приходят по-разному, ощущают его по-разному, и это вообще тайна такая. В любом случае, когда происходит общение не с культурными, а с некоторыми псевдокультурными образованиями, о которых мы уже говорили сегодня, тогда нужно быть начеку.

- С "АУМ-Синрике" лучше чай не пить.

- Кофе тоже не рекомендую. Часто у этих организаций вывеска одна, а содержание совсем другое. Как говорит китайская пословица, там "под бараньей головой торгуют собачьим мясом". Тут можно отравиться красивой конфеткой в хорошей упаковке.

- Как же быть с подлинным религиозным контактом?

- Здесь для меня много открытых вопросов. Может быть, потому, что я сам себя считаю таким младенческим христианином. Кроме того, у меня еще небогат опыт церковной жизни. Во всяком случае, я знаю одно: надо быть внимательным и к себе, и к тому человеку, с которым общаешься. Нужно быть очень деликатным, уметь иногда его глазами посмотреть на ситуацию, чтобы не обидеть его в чем-то, но, с другой стороны, заглядывать все время в себя, проверять свое отношение к этому человеку, смотреть, искренен ли я в своих словах и поступках, каждый раз себя заново экзаменовать. Этот труд необходим, чтобы душа не омертвела и не атрофировалась, как мышцы без употребления. Это трудно, но ведь "душа обязана трудиться". Она для этого и существует.

ВАВИЛОН - ЭТО СОСТОЯНИЕ УМА

 

Ошибается тот, кто выносит смертный приговор рок-музыке как "абсолютному" злу. Творчество, вдохновленное неведомой силой, не всегда есть служение тьме. Вспомним, как апостол Павел проповедовал в Афинах:

"Афиняне! по всему вижу я, что вы как бы особенно набожны. Ибо, проходя и осматривая ваши святыни, я нашел и жертвенник, на котором написано: "неведомому Богу". Сего-то, Которого вы, не зная, чтите, я проповедую вам...Ибо мы Им живем и движемся и существуем, как и некоторые из ваших стихотворцев говорили:

"Мы Его и род".

Итак, мы, будучи родом Божиим, не должны думать, что Божество подобно золоту, или серебру, или камню, получившему образ от искусства и вымысла человеческого. Итак, оставляя времена неведения..." (Деян. 17,22-30)

СВОБОДА

Когда тинэйджеры говорят о рок-музыке, они говорят о свободе. Первое переживание "настоящей свободы", желание быть свободным, понимание человека как свободной личности для многих связано с роком. Проблема в том, что чувственное переживание свободы может принести вместо пользы вред, если человек не разобрался, в чем его свобода - или это свобода от греха, или это свобода во грехе. Эмоции могут быть одинаковыми, а результаты - противоположными. Опыт свободы во грехе ранит сердце человека, делает его калекой, инвалидом.

Но кто поможет разобраться? Священники обходят ночные клубы (чем не капища?!) стороной. Молодежные журналы как правило обслуживают рынок "молодежных культов", двигают на него новые товары и услуги. Свобода подменяется стандартизированным отношением не только к музыке, но и к окружающему миру. Этому служит пресса, этому служит тусовка, в которой варится рокер. Он заключен в пестрый, но слишком однообразный мир. Он становится "винтиком" в мощном экономическом механизме, задачей которого является формирование привлекательного мифа "молодежной культуры". Происходит подмена мировоззрения. Как голый король, вышедший без одежды и убежденный ловким говорливым диджеем-портным в изысканности своего костюма, не видит своей наготы, так рок-человек не видит своей несвободы, убежденный в противоположном искусным краснобайством средств массовой информации.

Вот это христианину всегда будет чуждо. Христианство, основанное на откровении Личного Бога, есть общение любви, молитвенное предстояние человека перед Богом. Человек призван устроить с Богом личные отношения. И массовая культура, средства массовой информации никогда не будут в этом союзниками.

Каждому возрасту даны особые дары и особые благословения свыше. Юности - искренность и открытость, жажда познания и, особо, дар ученичества. С последним у нас непросто. Часто этот дар тяготит, обращается в свою противоположность - в бунт и протест. Рок сделал свои капитал именно на этом. Мир знает по крайней мере две вещи, связанные с протестом - мужество и опасность. Неужели сытый западный мир потерпит опасность рядом? Хватит ему волнений 60-х. Хорошо известно, как незаметно подсунуть вместо настоящей шпаги игрушечную, как подарить иллюзию бунта и протеста, иллюзию победы, любви и свободы. Это недорого стоит. Рокеры, не кажется ли вам, что вас обманули?

ЦЕННОСТИ

Почему же это возможно? Не лишним будет остановиться на ценностях андеграунда, которые Иван Соколовский считает общеизвестными:

""Драйв" - физиологическое воздействие звука, при котором творческая роль сознания, "слышания" сводится к нулю, а подсознательное действие возводится до максимальных пределов... Это значит, что "драйва" там больше, где меньше сознания. Звук используется в качестве энергетически действующих биоритмов. Это недочеловеческий, природно-звериный аспект..."

В каких, в таком случае, отношениях находится рок к христианству, можно узнать, если сопоставить слова Ивана Соколовского со словами ап. Павла - вера от слышания, а слышание от слова Божия.

ВСТРЕЧА

Итак, мы имеем дело с искусственно воспроизведенной и оттиражированной идеей и чувством. Они обладают властью: могут нас радовать или огорчать, укреплять или подавлять, вдохновлять нас или штамповать наши мозги, призывать к молитве или вызывать смех и отвращение - словом, происходит сретение (встреча) с миром духовным. За всеми организованными музыкальными звуками стоит определенная духовная реальность.

В каких образах рок-музыка предлагает нам эту встречу? Любовь преподносится как доступность, мужество как грубость, бесстыдство как свобода, смирение как закомплексованность. Привести примеры не сложно. Духовный мир оказывается перевернут вверх тормашками: грех "становится" добродетелью...

При этом особую роль играют фантазия и воображение. Опыт Церкви говорит об опасностях, которые с ними связаны, призывает быть с ними предельно осторожным. Воображение может участвовать в молитве на низших ступенях духовной жизни, когда ум не способен восходить к чистому богомыслию и поэтому основную роль играет в нем воображение. Архимандрит Софроний пишет, что такой "вид молитвы держит человека в постоянном заблуждении, в мире воображаемом, в мире мечты и, если хотите, поэтического творчества; божественное и вообще все духовное представляется в различных фантастических образах, а затем и реальная человеческая жизнь постепенно тоже пронизывается элементами из сферы фантазии" (Софроний (Сахаров), архим. Преподобный Силуан Афонский, 1990, с. 55.)

ЕДИНСТВО ВО ИМЯ...

Как-то в одной из православных гимназий речь зашла о рок-концертах. Некоторые гимназисты рассказывали о них с упоением.

- Чего ради вы на них ходите? - поинтересовался я, - ведь саму музыку можно послушать и дома, это даже удобнее - когда хочешь, тогда и слушаешь. Неужели живой звук лучше?

- Конечно, лучше, - прозвучал ответ, - но самое главное, когда мы все вместе на рок-концерте, возникает особое чувство единения и не только между собой, но и с теми, кто на сцене.

- Единство в чем, ради чего?

Ребята замялись...

- Это не то единство, которые мы переживаем в церкви... Оно не ради Христа, и не во Христе.

- Какое еще может быть единство? В поклонении кумирам, артистам... и тому, кто за ними?

Гимназисты растерялись. Закончить эту мысль было им слишком больно.

Велика Артемида Эфесская! (Деян. 19, 28 и далее)

БГ(Борис Гребенщиков): Я ПЬЮ ЗА ВЕРНОСТЬ ВСЕМ БОГАМ БЕЗ ИМЕН

Нет у нас возможности углубиться в историю музыки, но мы не можем не сказать о ней несколько слов. Музыка особым образом возбуждает душу человека. Есть небесное пение, пение ангельское, которое было воспето до сотворения видимого мира и воспевается в вечности. Музыка способна приводить человека в возвышенное расположение духа, напоминающее райское состояние блаженства, в какой-то мере его восполняющее, уводящее человека от тяжких забот мира.

Музыковеды утверждают, что можно выделить четыре этапа в истории музыки: магический, мистический, этический и эстетический. Каждый из них определяется особым воздействием звука на сознание человека. Этап магический был первым. Он характеризовался использованием экстатического действия музыкального звука на сознание человека. Цель такой музыки - приведение человека в состояние транса. Этот наиболее древний музыкальный пласт дожил до наших дней и используется в шаманизме. Второй этап - мистический - характеризуется тем, что соотношения тонов, пропорции музыкальных интервалов рассматриваются как особый путь познания гармонии вселенной, ее таинственных глубин. Жрецы вавилонских и древнеегипетских святилищ так понимали музыку. Третий этап - этический - видит в музыке лишь упражнение, развивающее в человеке нравственное начало и воспитывающее в нем гражданина. Таков был подход древнегреческих философов. Четвертый этап - эстетический - характерен для заката культур, когда забывается великое религиозное и мистическое предназначение музыки, и она становится средством для получения наслаждения. Жизнь, как известно, не укладывается в схемы. И эти четыре этапа не сменяли друг друга последовательно, но сосуществовали и сосуществуют, в том числе и в рок-музыке. Занятным исключением сегодня можно назвать рейв - он, похоже, вернулся к первому этапу и ничего иного не ищет.

В 60-е годы рок-кумиры были в первых рядах тех, кто пронзительно кричал о том, что западное христианство исчерпало себя - время обратиться к "новой религиозности". "Битлз" едут в Индию учиться Трансцендентальной медитации, а за ними вскоре следуют и "Ролинг Стоунз" и проч. Рок обращается к африканским ритмам и шаманской практике. Рок рекламировал "психоделическую революцию" - расширение сознания с помощью наркотиков, отрекаясь Христа и наследия христианской культуры.

И сегодня кришнаиты успешно завлекают к себе зевак и вербуют новых членов с помощью рок-концертов с Бой Джорджем (ех"Culture Club"), а книжка "Бхагавад-Гита как она есть" (и кого она ест - как добавляет один острый на язык батюшка) снабжена предисловием Джорджа Харрисона (ex-"Beatles").

РОК-Н-РОЛЛ ЭТО ВАВИЛОН?

В начале 90-х гг. состоялось несколько фестивалей духовной музыки, которые пытались перекинуть мостик между духовной музыкой и роком. Фестиваль начинался молебном, и через несколько дней заканчивался рок-вакханалией. Те, кто выступал в первые дни, к концу уже уезжали, а зрители, как правило, ходили только на "своих" исполнителей. Диалога не было, да никто и не стремился к нему. Механическое соединение пользы не принесло. И кое-кто поспешил заключить, что иначе и быть не может.

"Дела плоти известны: они суть: прелюбодеяние, блуд, нечистота, непотребство, идолослужение, волшебство, вражда, ссоры, зависть, гнев, распри, разногласия, (соблазны), ереси, ненависть, убийства, пьянство, бесчинство и тому подобное" (Гал. 5, 19-21). Вам не кажется, что более исчерпывающую характеристику рока дать невозможно?

Идолослужение уже упоминалось. Идол - это не всегда каменный истукан. Идол - это "что-то", чему поклоняешься, как должен поклоняться одному только Богу. И это "что-то" становится для человека самой важной вещью в жизни. Не такова ли рок-музыка для большинства молодых людей? Именно ей они посвящают большую часть своего времени.

С этой точки зрения интересно читать Библию В некотором смысле она есть история народа Божия, порывающего с идолопоклонством. Верующие, обратившиеся к истинному Богу, постоянно подвергаются искушению снова впасть в язычество, которым проникнута окружающая повседневная жизнь. Надо бежать идолопоклонства, чтобы войти в Царство .

ОСТАВЛЯЯ ВРЕМЕНА НЕВЕДЕНИЯ

Было ап. Петру видение, внушавшее, чтобы он не гнушался идти к необрезанному иноплеменнику, - ибо евреи не входили в общение с язычниками и гнушались ими. Видение, явившееся Петру, было такое: с неба три раза спускался сосуд, как бы большое полотно, и голос повелевал Петру, чтобы он заколол и ел находившихся в сосуде животный, зверей, гадов и птиц. Когда Петр отказывался и говорил, что он никогда не ел ничего нечистого, голос снова сказал ему с неба: "То, что Бог очистил, не признавай нечистым".

Это видение стало знамением обращения язычников. Находившиеся в сосуде различные нечистые животные обозначали собою язычников, которые по своим низким земным страстям были подобны четвероногим животным, взирая свои умственным оком только в землю, не зная помышлений о небесном и не умея искать выше земного; по своей лютости они были звери, а по вредному для душ нечестию - ядовитые гады; по гордому высокомерию они походили на высоко парящих птиц. Их было ведено заклать и есть - то есть острым мечем слова Божия умертвить древние языческие животные похоти и зверские нравы и соделать из очищенных крещением душ и тел "жертву живую, святую, благоугодную Богу" (Рим. 12, 1). Голос с неба возвестил, что они очищены Богом и это означало, что Христос пролил Свою Кровь, омывающую греховные скверны, за весь род человеческий, в том числе и за язычников.

Эту заповедь Церковь сохранит до конца времен. В нашем веке преп. Силуан был великим печальником и молитвенником за все человечество и за каждого человека. Он говорил: "Кто носит в себе Духа Святого хотя бы и немного, тот скорбит о всем народе день и ночь, и сердце его жалеет всякое создание Божие, и особенно людей, которые не знают Бога, или противятся Ему, и потому идут в огонь мучения. За них он молится день и ночь, больше, чем за себя, чтобы все покаялись и познали Господа". Искорки любви Христовой вдохновляют и русский рок:







Последнее изменение этой страницы: 2016-04-26; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.93.75.242 (0.034 с.)