Почти свирепо. Может быть, в каких-то моментах его речи и

Были как составные части элементы игры и расчета, но за всем

Этим чувствовалась тревога истинная и не лишенная трагической

Подоплеки. Именно в связи с опасностью уступок, испуга,

Капитуляции Сталин и апеллировал к Ленину в тех фразах, которые

Я уже приводил в тогдашней своей записи. Сейчас, в

Сущности, речь шла о нем самом, о Сталине, который может

Уйти, и о тех, кто может после него остаться. Но о себе он не говорил,

Вместо себя говорил о Ленине, о его бесстрашии перед

Лицом любых обстоятельств» 633.

Предложив избрать Президиум ЦК, куда вошла вся старая

Гвардия, Сталин вдруг предложил образовать Бюро Президиума

ЦК и «стал называть фамилии, написанные на маленьком

Листочке». Молотова и Микояна не назвал.

Главный редактор «Литературной газеты», кандидат в члены

ЦК Константин Симонов, вспоминая этот пленум (как

оказалось, последний в жизни Сталина), повествует, что Сталин

Открыто обвинил своих старых соратников, Молотова и

Микояна, в трусости и капитулянстве.

По словам Сталина, Молотов вел неправильную политику

В отношении Америки и Англии, «нарушал линию Политбюро

», шел на уступки; Микоян же поддерживал предложение

Молотова повысить заготовительные цены на зерно*.

кскраиз*зы иМвсааил. кПоосояьчн ев м*в 1усп9 С4от6ма иилнлиианл в1, е9чр4т7но у глеогсдяоу,кп т рэоет доелсмтоуьж ч вееонр иевезр ешом езясат кпьур плооедтчо,нв оыонлх ьн цсете звннеанахлн в.о ыго 844

Молотов и Микоян оправдывались. Микоян назвал себя верным

Учеником Сталина, но тот отверг это определение: «У меня

Нет учеников. Все мы ученики Ленина». Кроме того, Микоян

Пытался перевести все обвинения на Молотова.

Далее наступил просто ужас: Сталин сказал, что он очень

Стар и не может исполнять все свои обязанности; он может работать

Председателем Совета министров и вести заседания Политбюро,

Но уже не в состоянии быть генеральным секретарем

И вести заседания Секретариата ЦК.

Симонов в этот миг увидел на лице Маленкова настоящий

Страх, ибо тот осознал, что Сталин прощупывает своих соратников.

Маленков сделал протестующий жест. Свердловский

зал Кремля загудел: «Не отпустим! Просим остаться!»

Принято считать, что Сталин играл и был неискренен. Но

Почему так? И без должности генерального секретаря его полномочия

Были колоссальны. В случае его «полуотетавки» Маленков

Стал бы официальным руководителем партии, каковым

Он фактически и являлся. Кто бы проиграл? Только Берия. Но,

Зная Берию, Маленков испугался, что его вскоре постигнет

Судьба Вознесенского и Кузнецова.

Формально Сталин генеральным секретарем остался, но

реализовал резервный вариант — было принято решение в случае

Его отсутствия председательствовать на заседаниях Секретариата

Надлежит поочередно Маленкову, Пегову Суслову; на

заседаниях Бюро Президиума вдобавок к ним — и Булганину;

На заседаниях Бюро Президиума Совета министров СССР и

Президиума Совета министров — Берии, Первухину, Сабурову.

В этой «византийской» расстановке за нашим героем везде

Оставалось верховенство, вторым номером шел Маленков.

Но в этом, казалось бы, уже окончательном раскладе неожиданно

Появилась новая фигура, претендующая на большие

Перспективы. Это был уже известный нам П. К. Пономаренко,

Бывший первый секретарь Компартии Белоруссии и бывший

Начальник Центрального штаба партизанского движения.

Одиннадцатого декабря 1952 года он был утвержден заместителем

Председателя Совета министров СССР по заготовкам

Сельскохозяйственных продуктов и сельскохозяйственного

Сырья, членом Бюро и Президиума Совета министров СССР.

На пленуме ЦК он был избран членом Президиума и секретарем

ЦК КПСС.

В Секретариат, кроме него, вошли А. Б. Аристов, Л. И. Брежнев,

Г. М. Маленков, Н. А. Михайлов, Н. М. Пегов, И. В. Сталин,

М. А. Суслов, Н. С. Хрущев.

В сформированное по предложению Сталина Бюро Президиума