ТОП 10:

Движение в ложных направлениях



Мы говорили о жажде целостности и о том, какую силу она имеет в нашей жизни. Мы также увидели, что многие из нас теряют соприкосновение с собственными духовными ресурсами из-за своей многослойной защиты и своего отрицания, которые мы выстраиваем, чтобы выжить, а также из-за нужды избегать страданий реальности. Многие из нас чувствуют себя такими порочными, недостойными и отчужденными от самих себя, что не способны положиться на собственные источники, дающие направленность и поддержку. Подстрекаемые неосознаваемой жаждой вернуться к своей божественной природе и воодушевляемые многими идеями, присутствующими в нашей культуре, мы легко тянемся к хитрым соблазнам, которые есть как внутри нас самих, так и в окружающем мире. С относительно раннего возраста мы бросаемся осуществлять героические попытки, чтобы найти хоть какое-нибудь удовлетворение, будь то во внутренней жизни, во внешней деятельности, в отношениях или в различных веществах. Однако эти благонамеренные, но ошибочные поиски в конце концов не увенчиваются успехом и, напротив, приводят к зависимостям, к огромным страданиям и во многих случаях — к саморазрушению.

Чтобы найти счастье и удовлетворение, мы все больше стараемся выйти за пределы своих ограниченных возможностей. Если же, стремясь к счастью и удовлетворению, мы сохраняем сдержанность, то многое из того, чего мы достигаем потенциально, может нас радовать, поддерживать и даже оздоровлять нашу жизнь. Однако в достижении своих целей мы нередко становимся одержимыми. Наши напряженность и одержимость несут в себе семена зависимостей, и, когда они движут нами, мы все чаще сталкиваемся со страданиями и огорчениями.

Мы тщетно пытаемся утолить беспокоящие нас чувства и заполнить внутреннюю пустоту едой или сексуальными партнерами. Мы пытаемся достичь удовлетворения, буквально загружая себя печеньем, томатными чипсами или гамбургерами, в награду за что получаем излишний вес, который служит нам своего рода амортизатором, смягчающим как натиск наших собственных эмоций, так и потенциальную внешнюю угрозу. Или, быть может, мы пытаемся облегчить свое внутреннее отчуждение и найти единство через частые эротические встречи, через насыщение себя близостью с другим человеком. Мы употребляем алкоголь, дымим сигаретами, нюхаем кокаин, курим крэк, а также принимаем множество других наркотиков — колем их себе, пьем, вдыхаем и глотаем. Возможно, если бы мы принимали правильную дозу этих снадобий или просто находили их правильное сочетание, наш поиск был бы завершен и мы бы почувствовали удовлетворение.

От такого дискомфорта могут избавить совершенные отношения. Если бы мы нашли свою «вторую половину», «идеального супруга», женщину или мужчину своей мечты, то мы были бы удовлетворены. Когда мы мечтаем о высшем союзе, о свадьбе века или об идеальном супруге, перед нами возникает сонм романтических образов, а такие слова из песен о любви, как «ты меня сделаешь счастливым» или «я не могу жить без тебя» начинают звучать правдиво. Побуждаемые своими искренними надеждами, мы ищем себе то одну любовь, то другую.

Мы отдаем себя своей карьере, проводя большую часть времени за работой, и мчимся к некой недостижимой цели. Если бы мы только могли привлечь идеального клиента, подписать солидный контракт или заключить сделку века, то, возможно, мы бы достигли этой цели. Мы были бы счастливы, если бы только смогли безупречно выполнить свою работу. А наша работа — это наша жизнь.

Мы накапливаем деньги, власть и богатство. Чем больше у нас будет всего, тем счастливее мы станем. Набивать свой дом вещами, накапливать деньги на банковском счете, расширять портфель акций или продвигаться по службе — вот возможные пути, которыми мы стремимся прийти к целостности. Мы достигаем высокого социального, делового или политического статуса. В бесчисленных попытках достичь величия мы завоевываем массы людей, манипулируем ими, контролируем их или оказываем на них влияние. Быть может, благодаря постоянным усилиям мы превзойдем обычные ограничения и совершим нечто поистине экстраординарное.

Чем больше мы сделаем, тем счастливее мы станем. Наша маниакальная погоня за образованием никогда не заканчивается. Мы становимся вечными студентами и тщетно пытаемся утолить жажду, накапливая знания или дипломы. Мы уходим в собственный ум, пытаемся заставить его выполнять все более сложные упражнения и ставим перед собой цель накопить впечатляющий интеллектуальный багаж. Мы пытаемся истолковывать все, что существует в нашем мире, находим логические решения своих проблем, создаем теории и размышляем о философии и политике. Мы стараемся стать специалистами в своей области. Мы читаем, собираем и пишем книги. Чем более изощренным и всеобъемлющим становится наше мышление, тем большее удовлетворение мы получаем.

Мы вовлекаемся в азартную игру. Как бы нам выиграть на скачках, в лотерею, партию в покер в пятницу вечером или пари, что футбольная команда, за которую мы болеем, одержит победу в решающем матче! Если мы приложим достаточно усилий и сделаем ставки повыше, то свершится чудо — нам улыбнется удача. Или же мы можем постоянно путешествовать — ходить пешком, ездить на машинах, летать на самолетах или совершать кругосветные морские круизы, — и все в поисках приключений и новых горизонтов, в надежде найти идеальный пляж, город, отель, или ресторан.

Мы думаем, что если мы выберем то, что нам надо, то наши желании будут удовлетворены. Мы совершаем бесчисленные прогулки на людях и специально стараемся одеваться по последней моде. Возможно, нас сделает счастливее идеальный гардероб с соответствующими аксессуарами, шкаф, набитый самыми модными и дорогими шмотками. Мы находимся в бесконечном поиске того облика, который позволит нам почувствовать себя угодными другим, красивыми и современными. Если мы оденемся в безупречную одежду, то, быть может, ощутим собственное совершенство.

Но для того чтобы одежда на нас смотрелась хорошо, наши тела должны быть без изъянов. Мы должны выглядеть как супермодели из последних журналов мод или как рок-звезды на телеэкране. И поэтому мы каждый день тратим много времени на то, чтобы держать тело в форме, и годами подбираем самую подходящую для нас диету. Мы бегаем, прыгаем, лазаем по скалам, гребем, танцуем, ездим на велосипеде и всячески стремимся к совершенству. Мы потеем, подтягиваемся, делаем наклоны и маршируем. Мы отказываем себе в одних продуктах, ограничиваем себя в других — и при всем этом чувствуем, что лицемерим, жертвуем собой и делаем себя несчастными. Мы наполняем наши буфеты здоровой пищей, забываем о ней и вспоминаем, лишь обнаружив через несколько месяцев. Мы оздоровляем свой организм, очищаем толстый кишечник, наполняем себя витаминами и обращаемся к очередному виду лечения от своих недугов.

Кроме всего прочего, мы иногда обращаемся к пластической хирургии. Может быть, нас сделает счастливее новый нос? Все, что нам нужно, — это подтянуть кожу на лице, выделить подбородок, изменить разрез глаз, убрать лишние морщины и сделать чуть потолще губы. Мы переделываем свое тело, подтягивая живот или убирая лишний жир, уменьшаем размер груди или наоборот, увеличиваем его при помощи силиконовых прокладок. Мы идем на пересадку волос и боремся с облысением. И если у нас есть возможность, то мы платим тысячи долларов, чтобы стать стройными, подтянутыми и, в конце концов, перенаправить свой тщетный поиск совершенства на что-нибудь другое.

Иногда мы ищем специалистов, которые могли бы обеспечить нас той целостностью, которую мы жаждем обрести, надеясь на них как на мастера, к которому обращаемся, чтобы починить телевизор или автомобиль. Мы можем оказаться в кабинете психотерапевта в надежде, что он приведет нас в порядок, прибегаем к электрошоковой терапии, чтобы «поправить мозги», или становимся завсегдатаями различных семинаров. Возможно, у хорошего специалиста есть ключ к раскрытию наших возможностей. Мы слепо отдаем себя в руки других людей. Мы маниакально ищем наставников, которые могли бы сказать нам, что у нас не так, что нам нужно и что следует делать. Ведь они, обладающие огромным багажом знаний, могут подсказать нам, в чем состоит секрет нашего счастья. Мы ездим по семинарам и конференциям в надежде, что там нам дадут в руки формулу или метод избавления от наших проблем. Если мы будем читать нужные книги о том, как помочь себе, или ходить в группу, состоящую из идеальных людей, то почувствуем себя удовлетворенными.

Мы можем поклониться в ноги какому-нибудь духовному учителю, шаману или священнику, который обещает любить нас. Если мы поистине отдаем себя выбранному нами гуру и становимся его преданными учениками, если мы следуем правилам и правильно выполняем практики, то, возможно, мы обретем освобождение и покой. Мы сосредоточенно заучиваем каждое слово из молитв и ритуалов на незнакомом нам языке. Мы тщательно запоминаем преподанные нам принципы, носим соответствующее духовное облачение, украшаем себя многозначительными символами и приобретаем соответствующие священные предметы. Зачастую, пренебрегая своими повседневными обязанностями, мы старательно и послушно следуем предписанному пути к счастью.

Кроме того, многие из этих действий, отношений и снадобий могут быть ценными, занятными и поддерживающими жизнь. То, что вызывает у нас беспокойство, — это наше слепое, непреодолимое влечение или наши привязанности. Пару лет назад мой друг Джек Корнфилд, благородный и опытный буддийский учитель и психолог, дал мне статью, напечатанную на первой странице местной газеты. Когда я прочла эту статью, мне стало смешно, поскольку в ней говорилось о том, до чего доходят человеческие существа в попытках удовлетворить свои желания и превзойти свои ограничения. Жирными черными буквами был напечатан заголовок: РИСКНИТЕ ЛИЗНУТЬ ЖАБУ. Далее подзаголовок гласил: «Последний «кайф» может оказаться фатальным». Сам же текст начинался такими словами: «И все нам мало. После дешевых способов словить кайф, нюхнув клея или совершив «грибное путешествие», новейший метод «протащиться» — это полизать жабу». Да, вы прочитали правильно. Но, как утверждает специалист по рептилиям, «если вы возьмете не ту жабу, вы не просто словите кайф — вы умрете».

Далее в этой статье говорится о том, что жабы определенного вида, если их побеспокоить, выделяют через кожу галлюциногенное вещество буфотенин. Автор статьи весьма серьезно утверждает, что некоторые люди знают, что сперва нужно потрясти этих жаб, а потом уже слизывать с их спины вещество или сварить их и выпить жидкость, содержащую буфотенин. Далее следует предупреждение, что безопасен только один вид жаб, который легко спутать с ядовитыми видами. Стало быть, лизать жаб — дело опасное.

Из истории мне известно, что средневековые ведьмы использовали в своем зелье жабью кожу как основной ингредиент и что ученые подтвердили ее галлюциногенные свойства. Но интересно, кто же был тот первый человек, который лизнул жабу, и как он догадался это сделать? Какие обстоятельства побудили этого отважного человека совершить такое? Неужели не было других способов достичь того же эффекта? Как выздоравливающий алкоголик я могу понять огромное побуждение добыть нечто, способное облегчить боль существования и, возможно, указать путь к мистическому состоянию. Но жабы?!

 

 

Псевдомистические состояния

К чему бы мы ни обращались, стараясь найти возможный ключ к совершенству, все, казалось бы, дает нам те решения, которые мы ищем. Первый кайф от собственной власти, от никотина, кокаина, оргазма, амфетамина, от огромного куска пирога или от заморского путешествия вселяет в нас оптимизм. Мы чувствуем, что все отнюдь не безнадежно, когда, пропустив рюмочку коньяка или проглотив пару таблеток валиума, наслаждаемся медленно расходящимся по телу теплом, растворением границ и успокоением тревоги. Возможно, мы переживаем то же самое, когда сливаемся со своим партнером или забываем про свою боль, уткнувшись в телеэкран. Когда нам прибавляют зарплату, когда мы пополняем банковские счета или выигрываем партию в карты, мы чувствуем уверенность в том, что нашли решение проблемы. Может быть, мы обнаруживаем путь к счастью, приобретая потрясающую новую одежду, похудев на десять фунтов или сделав пластическую операцию.

Деятельность, вещество или отношения, которые мы выбираем, могут даже способствовать мистическим состояниям, которые мы жаждем получить. Наша боль как будто бы на время утихает. Нас наполняет новое чувство свободы, и большая часть нашего самосознания и нашего ощущения изолированности улетучивается. Мы чувствуем расслабление внутри самих себя, да и другие люди вроде бы начинают воспринимать нас с большей легкостью. Обретая уверенность в себе, мы приходим к убеждению, что способны совершить невозможное. В нас играет новое ощущение силы и цели: мы больше не чувствуем боли в своей жизни, и нас теперь не сковывают ограничения. Кажется, что мы вышли за пределы самих себя, преодолели повседневную тревогу и ограничения. Мы чувствуем себя свободными.

Ученый и философ Уильям Джеймс признал роль алкоголя в создании того, что на первый взгляд напоминает духовное переживание. В книге «Разнообразие религиозного опыта» (The Varieties of Religious Experience) он пишет: «Бесспорно, что алкоголь господствует над человечеством благодаря своей способности стимулировать мистические стороны человеческой природы, которые обычно подавляются хладнокровием и сухим критицизмом трезвого ума. Трезвость ограничивает, разделяет и говорит “нет”; опьянение же расширяет, объединяет и говорит “да”». Здесь Джеймс использует слово «трезвость» в значении «обыденное сознание», а не как качество, которое обнаруживают в себе алкоголики и наркоманы, избавившиеся от своих пристрастий.

А вот что пишет в своем письме Билл Уилсон:

 

Алкоголики хотят знать, кто они такие, для чего они живут, имеют ли они божественное происхождение и существуют ли космическая справедливость и любовь… На ранних стадиях алкоголизма многие из нас переживают моменты соприкосновения с Абсолютом и возвышенные чувства отождествления с космосом. И хотя эти проблески и чувства, несомненно, имеют силу, они искажены и в конце концов они сменяются химическим, духовным и эмоциональным разрушением, являющимся работой самого алкоголя.

 

Утверждения Джеймса и Уилсона справедливы не только для алкоголя, но также и для других веществ, для некоторых отношений и для многих видов деятельности. Все они успешно создают для нас иллюзию, что с их помощью мы достигнем величайшего осознавания, расширим границы своей индивидуальности и обретем чувство единства, силы и душевного покоя.

Мне приходилось слышать, как многие наркоманы говорили, что когда они впервые обнаружили источник своего пристрастия, они почувствовали, что как будто пришли домой. Они нашли решение своих проблем, нашли то, что дало им ощущение цели и власти. Этот источник стал для них улицей, ведущей к счастью, самым лучшим, что только могло быть в жизни. Он также обеспечивал этим людям буфер между ними и внешним миром и подавлял тяжелые чувства и переживания. Первое знакомство этих людей со своей зависимостью позволило им на короткий период выйти из состояния отчуждения и дискомфорта и шагнуть в окно, где исчезают границы и жизнь кажется легче.

Однако, каким бы чудесным такое состояние ни казалось, эта псевдосвобода исчезает, и мы возвращаемся к тем же бесконечным поискам своего удовлетворения. Бывает, что мы обнаруживаем, что наша непрекращающаяся деятельность больше не приносит желанных плодов, и мы устремляемся к все более отдаленным и возвышенным целям, но вновь и вновь возвращаемся назад.

 

 

Темная ночь зависимости

Очень скоро мы пускаемся в отчаянные поиски своего первоначального переживания благополучия и единства. Поскольку такое переживание однажды было нам доступно, то, если мы очень этого захотим, оно должно повториться. Возможно, мы принимаем недостаточно того вещества, которое нам нужно. Если одной таблетки, сигареты, одного бокала вина или одного сексуального партнера нам недостаточно, то почему бы все это не удвоить? А если нам и этого мало, то, может быть, нам увеличить дозу снадобий или количество сексуальных партнеров в три, четыре, а то и в пять раз? Если новый костюм, коррекция фигуры или сто тысяч долларов не приносят нам обещанного счастья, то, может быть, нам нужно приобрести другую одежду, сделать еще одну пластическую операцию или положить больше денег на счет в банке? Если бег трусцой не дает нам того ощущения благополучия, которое мы ищем, то, может быть, нам стоит переключиться на теннис, тяжелую атлетику или аэробику? Если психотерапевт или экстрасенс, к которому мы ходим, не дает нам желанного ощущения радости, то, быть может, нам нужен другой наставник, который смог бы обеспечить нам психологическую и религиозную защиту?

Чем больше предмет наших поисков продолжает ускользать от нас, тем отчаяннее мы пытаемся найти этот ключ к осуществлению желаемого и к избавлению от страданий. Чем более отчаянными мы становимся, тем сильнее мы сосредоточиваемся на своей цели. Наши мысли и действия все больше и больше начинают вращаться вокруг попыток воссоздать тот первоначальный вкус радости и свободы. Мы постепенно становимся одержимыми поисками ускользающего источника своего удовлетворения. Мы непрерывно думаем о нем и начинаем перестраивать свою жизнь так, чтобы утолить свою жажду «кайфа», облегчения или избавиться от чувства одиночества. Мы засыпаем вечером и встаем утром с мыслями о финансовых делах, о любовниках, о бутылке, о наркотике, об азартной игре или о новом платье, которые якобы могут дать нам этот «кайф». Мы начинаем планировать свой день, сосредоточиваясь на том, как мы будем добывать себе то, к чему у нас страсть, как мы будем вкушать вкусную пищу, пить спиртное, принимать снадобья, завершать какое-нибудь дело или общаться с человеком своей мечты.

Мы обнаруживаем, что то, что мы пытаемся найти, чрезвычайно трудно ухватить. Вскоре мы становимся одержимыми безумной деятельностью. Наше беспокойство начинает возрастать, и мы все более и более отчаянно жаждем избавиться от него. С усилением безумия мы пускаемся в еще большие поиски средства, способного облегчить наше постоянно растущее напряжение. Присущая нам жажда целостности сначала проявляется как здоровое и естественное побуждение к личному росту, расширению сознания и единению с «глубинным Я». Теперь наша божественная цель становится омраченной и даже сменяется растущей одержимостью, направленной на наше саморазрушение. Перед нами встает ужасная дилемма. Мы оказываемся безнадежно привязанными или пристрастившимися к деятельности, к человеку или к какому-либо снадобью, которые в действительности не дают нам желанного удовлетворения.

Побочный продукт этого неистового поиска — сиюминутный кайф, прилив энергии или чувство облегчения, которое появляется в процессе самого поиска. Кроме того, мы обучаемся изменять свои переживания и облегчать свою боль через навязчивое мышление. Мы уходим от увеличивающегося дискомфорта реальности в собственный ум, постоянно прокручивая в нем одни и те же мысли. Вскоре наши мысли могут принять примерно такую форму:

 

Этим утром я собираюсь позвонить ему. Но будет ли он дома утром? Может быть, лучше позвонить днем? Или вечером? Но если я позвоню вечером, он решит, что я что-то затеваю. С другой стороны, до вечера его может не быть дома. А вдруг он не захочет со мной разговаривать? Возможно, он обо мне плохо думает. Ах, если бы он стал моим парнем, я могла бы позвонить ему не задумываясь. В самом деле я не знаю, как жить без него. Мне интересно, во что он сегодня одет. А может быть, у него нет девушки? А может быть, он вовсе не в моем вкусе? А что если я именно та, о которой он мечтает? Что если все это время он искал именно такую девушку, как я? Я думаю, что позвоню ему этим утром. Прямо сейчас. Но что если он не захочет со мной разговаривать? А вдруг?..

 

 

Или, например, такую форму:

 

Сегодня я не собираюсь пить спиртного до пяти часов. Но к этому времени придет домой Энн, и мы можем с ней перед обедом немного выпить. Быть может, она предпочтет мартини. Интересно, достаточно ли у нас джина? Лучше я на всякий случай куплю в магазине что-нибудь еще. Лучше сходить сейчас, а то потом не будет сил. Поскольку у меня грипп, мне нужно вздремнуть. Может быть, я также куплю апельсинового сока. Я читала, что в апельсиновом соке содержится много витамина С, который помогает от гриппа. Если я добавлю в него немного водки, то это поможет мне заснуть. Так будет лучше для меня. Я заслужила это. Я болею. Интересно, достаточно ли у нас водки? Ну-ка, пойду посмотрю!..

 

Такая изменяющая ум деятельность вызывает некое гипнотическое состояние, подобное трансу, которое защищает нас от реальности своего саморазрушительного поведения. Оно поднимает нас из повседневных потрясений нашей жизни и надежно укрывает нас в нашем же уме, где мы плаваем в своих бессвязных мыслях, и нас не трогают ни собственные поступки, ни окружающая обстановка.

Кроме того, мы обнаруживаем, что погоня за тем, к чему мы ощущаем пристрастие, повышает адреналин в крови. Когда оказываешься в опасной ситуации или занимаешься незаконной деятельностью, то испытываемое в этот момент возбуждение может породить своего рода «кайф». Когда мы живем в экстремальной ситуации, мы можем вдруг обнаружить, что едем, превышая скорость, или что в поисках наркотиков или сексуального партнера идем вечером по темной аллее. Подготовка к деятельности, обусловленной зависимостью, становится частью самогу зависимого поведения. Навязчивый поиск делового клиента, волнительное ожидание исхода пари, поездки по магазинам, вовлечение в великую интеллектуальную игру века или желание припрятать от домочадцев бутылку, дабы затем втихаря попивать, — все эти действия могут вызывать нервное возбуждение, запретное чувство опьянения.

Часто люди, избавляющиеся от зависимостей, рассказывают о себе как о «королевах» и «королях» из драмы, то есть как о людях, пристрастившихся к мелодраме своей жизни, к важности и сенсационности того, что происходит в их жизни. Проживая свою жизнь как серию театральных событий, они испытывают некое искаженное чувство возбуждения. Один человек говорил: «Если возникала какая-либо проблема, то я раздувал ее до неимоверных размеров, пока она не становилась для меня кризисом. Я верил в то, что решить ее могу только я. Казалось, что я постоянно тушу пожары. А если и не было огня, то я, умеющий его тушить, снова его разжигал». Эмоции наркомана, почувствовавшего сиюминутное облегчение от наркотика, высвобождаются, и он в своем сознании то возносится до неимоверных высот, то падает в бездну. Вдохновленные собственным величием или движимые стыдом, мы наигранно звоним по телефону, создаем в отношениях повторяющиеся кризисы, пишем трагические стихи или забываемся у телеэкрана, смотря драмы, которые, как нам кажется, пусть и не вполне адекватно, но все же отражают спектакль нашей жизни.

Кроме того, наши изначальные, несомненно творческие, стратегии выживания начинают работать против нас: наши механизмы управления собственной жизнью превращаются в отчаянные попытки контролировать себя, других людей и окружающую обстановку. Как бы то ни было, зависимость, став нашим жестоким деспотом, диктует нам реальность. Когда мы пытаемся бороться, чтобы создать в своей жизни некое подобие порядка, мы, оставаясь во власти поведения, обусловленного зависимостью, все больше теряем над собой контроль. Мы постепенно становимся подчиненными неугомонному пристрастию к деньгам, к власти, к пище, к имуществу или к сексуальным встречам. Мы жаждем обрести вечный двигатель, который бы вел нас к физическому, интеллектуальному или профессиональному совершенству. Ужасное желание немного нюхнуть кокаина, заглотить крошечную таблетку транквилизатора, выкурить сигарету или купить бутылку становится нашим тираном.

Тем временем мы продвигаемся к краю пропасти стыда, страха и отчаяния. Нами овладевает депрессия или глубокое чувство стыда. И хотя мы много раз пытались прекратить свое зависимое поведение, мы не можем этого сделать. Каждый раз возвращаясь к этим навязчивым действиям, мы все больше испытываем стыд. Мы не только в очередной раз подводим семью, друзей или коллег, — мы снова совершаем предательство по отношению к самим себе.

Деньги, власть, секс, другие люди, алкоголь, наркотики или имущество могут стать в нашей жизни богами, самыми главными влиятельными силами. И так наши дни вращаются вокруг еще более неистового поиска того источника удовлетворения. Мы становимся трагическими карикатурами на духовных аскетов, которые отворачиваются от повседневных требований, чтобы сосредоточиться на служении Духу. В своей одержимости мы уходим от семьи, от работы, от ответственности, пренебрегаем своим здоровьем и самими собой, ибо боремся за получение снадобья, за отношения или за вид деятельности, которые сочли для себя Высшей Силой.

За создаваемым нами фасадом находятся больное тело и больная душа. Мы чувствуем себя разбитыми, заманенными в ловушку собственных иллюзий и отрицаний. Наше видение неистово сосредоточивается на предмете нашего пристрастия. Теперь наша реальность содержит в себе только две основные сущности — нас самих и снадобье, связь или деятельность, которые правят нашей жизнью. Окутанные слоями замысловатых иллюзий, отношений и отрицаний, мы колеблемся между глубочайшим колодцем стыда, собственной деградации и жалости к себе и чудесным потоком собственного величия. Мы говорим себе: «Я самый большой неудачник во вселенной. Все вращается вокруг меня и вокруг моего пристрастия, и больше ничего не происходит».

Мы испытываем отвращение к жизни. Точно так же, как страдающие отсутствием аппетита отказываются принимать пищу, мы становимся настолько зажатыми, что теряем способность воспринимать радости жизни. Мы не можем любить людей, которые однажды привнесли смысл в нашу жизнь; мы не можем обращаться к тем видам деятельности, которые некогда стимулировали наше тело, ум и воображение. В последние годы моей «алкоголической карьеры» мой муж часто катал меня на машине по прекрасному калифорнийскому побережью, где находился наш дом, и я мрачно взирала на людей, которые прогуливаются, катаются на велосипедах или устраивают пикники. В то время как они наслаждались своей компанией, красивым ландшафтом и теплыми лучами солнца, я ощущала безразличие ко всему окружающему и жалость к себе. Я говорила себе, что некий таинственный и трагический недуг не позволяет мне функционировать в этом мире так, как это делают другие. Я выдумала историю о том, что якобы страдаю каким-то непонятным недугом и действительно находилась в депрессии. Поэтому я была как не такой, как все, так и несчастной. Я чувствовала, что никогда не смогу иметь все то, что имеют они, и понимала, что, ощущая особый трагичный привкус, увязаю в знакомом мне болоте жалости к себе.

У многих из нас есть проблемы со здоровьем. Наркоманы переживают множество недугов: потеря веса, обезвоживание, высокое кровяное давление, истощение, болезни печени и почек — вот лишь немногие из них. У людей, страдающих нарушениями пищеварения, такими, как резко усиленное чувство голода, отвращение к пище или непреодолимая тяга к перееданию, появляются симптомы ожирения, потеря аппетита, проблемы с сердцем и с кровообращением или болезни зубов. Такие виды зависимости, как созависимость или «трудоголизм», которые не обязательно подразумевают злоупотребление наркотическими веществами, могут привести человека к отсутствию заботы о своем здоровье, к пренебрежению необходимостью в физических упражнениях, в правильном питании или в сне. Стресс, вызванный таким маниакальным стилем жизни, может привести к проблемам со здоровьем.

Дорого платить за наши пристрастия приходится не только нашим телам, но и душам. Чем больше мы сосредоточены на предмете своего пристрастия, тем больше мы отдаляем себя от изначальной цели своих поисков. Мы постепенно отчуждаемся от своего «глубинного Я», оправдывая это фактом нашей человеческой природы, нашими условиями и окружением, располагающими к пагубным привычкам, а также масками и иллюзиями, которые мы создаем для того, чтобы выжить. Теперь, перенаправляя свое желание воссоединиться со своим духовным началом на зависимое поведение, мы обрезаем все оставшиеся нити сознательного контакта со своей божественной сущностью. Мы больше не можем достичь внутреннего источника вдохновения и творчества, а также покоя, радости и любви, который однажды был нам доступен. Так, погружаясь в свою зависимость, мы оказываемся в аду.

Всевозможные религиозные традиции описывают ад не только как место величайших страданий, но также и как состояние вечного проклятия, полной отрезанности от любого божественного влияния. Эти два качества, а именно то, что это состояние вечно и что оно означает полное отделение от влияния вселенского источника жизни, присутствуют во многих культурах. И хотя ад не обязательно является конкретным географическим местом, он определенно существует как психологическое и духовное состояние сознания. В глубинах своей зависимости мы совершенно теряем над собой контроль. Укрывшись за своими защитными ограждениями, мы становимся неспособны давать и получать любовь. Наша зависимость прочно закрепила нас в самом крайнем и критическом состоянии изоляции. Независимо от того, что мы делаем, мы не можем прикоснуться к тем дарам, которыми наделяет нас «глубинное Я». Мы отрезали себя от своего потенциала целостности. Бог остается невидимым за облаками нашего зависимого поведения и за слоями созданной нами ложной личности.

Мы чувствуем, что это переживание никогда не кончится: оно будет длиться вечно. Выхода нет. Мы обречены. Мы, виток за витком, продвигаемся по спирали к собственному разрушению. Как люди, потратившие свою жизнь на борьбу за поддержание некого контроля, мы, оказавшись на дне своей зависимости, переживаем полное отсутствие контроля над собой, а порой и живем в таком состоянии. У нас больше нет власти над людьми и силы что-то делать, и, как бы мы ни пытались, мы даже не можем контролировать себя. И хотя мы однажды уже научились, как вынести оскорбления и выжить в трудной ситуации, мы стали настолько оторванными от собственных ресурсов и настолько превратились в жертву порочного круга своей зависимости, что теперь постепенно увязаем в трясине собственной беспомощности.

Постепенно приближаясь к своему концу, многие наркоманы теряют в жизни буквально все. Рассерженные на нас домочадцы и друзья бросают нас, или мы отворачиваемся от них. Нас просят уйти из дома, нас увольняют с работы, наши деньги исчезают. Над нашим здоровьем нависает угроза, и мы больше не можем функционировать по-прежнему. У нас не остается ничего как во внешнем мире, так и в душе.

Некоторые из нас пытаются сохранить свою жизнь во внешнем мире относительно полноценной, как-то поддерживая подобие семейной жизни, карьеры или нормального образа жизни. Однако, каковы бы ни были наши обстоятельства, каждый, кто беспомощно и безнадежно потакает своему пристрастию, чувствует внутреннее опустошение. Это «духовное банкротство», которое описано в программе «Двенадцать шагов», состояние серьезного внутреннего истощения. Это та самая «болезнь души», которая наступает вместе с чрезмерной изоляцией от «глубинного Я». Мы чувствуем себя забытыми Богом. Бог забыл нас. Мы погрузились в темную ночь зависимости.

По мере приближения к полному физическому, эмоциональному, умственному и духовному уничтожению мы часто чувствуем, будто умираем. В то время как наш мир проваливается сквозь землю, а наше здоровье разрушается, мы утрачиваем привычные способы поведения и самоотождествления. Повиснув в кажущейся вечности своей зависимости, некоторые из нас делают еще один шаг — размышляют о самоубийстве или пытаются его совершить. Мы можем поймать себя на мысли: «Если это будет продолжаться вечно, то я не хочу здесь находиться. Если мне в жизни больше ничего не светит, то мне лучше умереть». Мы переводим неоспоримый факт своего банкротства в побуждение полностью уничтожить себя. Некоторые люди, одержимые своим пристрастием, действительно совершают самоубийство. К таким людям относятся сексуальные маньяки, находящиеся во власти своей опасной деятельности, азартные игроки или люди, одержимые покупками, которые безнадежно погрязли в долгах, отвергнутые люди, которые привыкли зависеть от других, или наркоманы и алкоголики, которые, приняв слишком большую дозу того или иного вещества, разбиваются на автомобилях. Многие из них не умирают физически, но на них продолжает давить с одной стороны сильное отчаяние, которое подсказывает им, что они должны умереть, а с другой стороны — огромный страх смерти.

 

 

Зависимость и культура

К тому же, многое из того, что мы узнали о зависимостях отдельных людей, применимо к различным культурам и социальным категориям. Люди, которые, находясь под гнетом завоевателей, отвергли свое наследие и свои духовные корни, переживают глубочайшее чувство отчуждения от самих себя, от других людей, от всего мира и от Бога. Они переживают то, что Энджелес Эрриен называет потерей души, состояние сходное с духовным банкротством отдельного индивида.

Эти люди, живущие оскорбленными, привыкают унижать себя, членов своих семей или общин, а также посторонних людей. При таких компрометирующих обстоятельствах эти люди чувствуют как их разрывает изнутри духовная жажда, и многие из них пытаются найти средство, возвращающее душу, в алкоголе, в наркотиках и в материальных ценностях. В результате среди угнетенных народов царят алкоголизм и наркомания. Целостность этих народов еще больше нарушается, когда, чтобы попытаться найти ответы на вопросы в деловом мире, молодые люди покидают свои семьи и общины. Поскольку стремление к божественному — основной фактор пристрастия, то для таких групп важным противоядием от проблем алкоголизма и наркомании служит возвращение к своим богатым духовным корням.

 

 

Семена преображения

В нашем повествовании эта глава является, пожалуй, самой мрачной. К сожалению, для очень многих людей она представляет горькую реальность. Однако, в этой картине есть и светлая сторона. Глубины духовного банкротства содержат в себе огромный потенциал преображения. По другую сторону этого ада находится надежда на новую жизнь. Темная ночь зависимости зачастую служит обязательной прелюдией зари исцеления. Переживание внутреннего умирания, полной капитуляции и абсолютной беспомощности и безнадежности — существенные шаги к надежде на возрождение. Упав на самое дно, мы бессознательно достигаем поворотного пункта. Мы подходим к порогу более свободной и счастливой жизни.

 

 







Последнее изменение этой страницы: 2020-03-02; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 35.172.233.2 (0.027 с.)