ТОП 10:

Вотчинный уклад и новые виды зависимости.



Основа аграрного порядка будущего феодализма – вотчина-поместье (имея в виду не только территориальную единицу, но и всю совокупность производственных и непроизводственных отношений, с нею связанных) была сформирована в поздней Римской империи (villa) и передана общественному быту эпохи варварских государств практически в неприкосновенности. Помимо владельца виллы-поместья, его ближайших домочадцев, население ее составляли три различные правовые группы: рабы, вольноотпущенники и колоны. Рабы продолжали еще долгое время составлять количественно важную категорию населения поместий, причем к числу значимых источников рабства в эпоху варварских государств, помимо классических – войны и торговли, прибавилось рабство вследствие уголовного осуждения (при реальной невозможности выплатить огромные штрафы,или композиции, на которые ориентировалось варварское право). Возросло значение кабального рабства, самопродажи (по различным, и далеко не всегда чисто экономическим причинам); к рабскому состоянию, как правило, приводило и поступление в услужение. К V – VI вв. чисто рабский труд в поместьях практически исчез в странах Западной Европы (в абсолютно чистом виде его не было и в Римской империи). Рабов отпускали на волю, переводяих на положение работников, получивших от хозяина участок земли под условием выполнения тех или других повинностей и, что не менее важно, личных обязанностей. Вольноотпущенники (как и в Римской империи) не превращались безусловно в полноправное население. (Хотя были и такие, кто признавался вполне свободным и независимым, но, для этого процедура отпуска на волю должна была проходить перед лицом короля и в виде так называемого символического выкупа «за денарий».) Они должны были сохранять особого рода отношения с бывшим хозяином, сродни бывшему римскому патронату: выполнять бесплатно некоторые работы, предоставлять имущественную и финансовую помощь, в юридических вопросах или в общении с государственной администрацией они не могли действовать без покровительственного посредничества бывшего хозяина. Конечно, и со стороны бывшего хозяина предполагались некоторые обязанности, прежде всего в защите и в покровительстве своему бывшему подвластному. Еще более прочную основу такие отношения приобретали, когда вольноотпущенник получал землю в поместье бывшего хозяина: к зависимости материальной прибавлялась иная, основанная на обычаях и на юридических традициях. Статус вольноотпущенника был наследственным, и это означало, что создавалась особая промежуточная категория населения между рабством и свободой, связанная особого свойства чисто личностно-правовыми отношениями, причем со взаимными (хотя и неравнозначными) правами и обязанностями. Поддержание этих взаимных прав и обязанностей было в меньшей степени предметом внимания центральной государственной власти, нежели местной юстиции, в большинстве находившейся под контролем больших или малых владельцев поместий. На аналогичном с вольноотпущенниками положении находились и колоны, которые составляли значительную массу зависимого сельского населения со времени поздней Римской империи. В силу несколько большей свободы, которую предоставляли отношения колоната, они были распространены повсеместно в бывшей Римской Галлии, центральной Европе, на территориях соприкосновения империи с германскими народами. Самый статус колонов изначально определялих подвластность и правовую подчиненность владельцам земель, от которых они держали свои наделы.

В результате к VII – VIII вв. поместье-вилла уже стабильно распадалось на две условные части. Одна – хозяйская (Dominicum) – остававшаяся в нераздельном пользовании на основе прямого собственнического права, другая – разделенная на наделы (mansi) – переданная под условиями самых разных обязанностей или повинностей рабам, вольноотпущенникам и колонам. Наделы почти одновременно с процессом раздвоения поместья превращались в наследственные держания. Условия сохранения за собою этих наделов для разных категорий населения несколько различались: колоны у франков чаще платили работою, поскольку выплата оброка принижала статус, вольноотпущенники и рабы в большей степени обязывались к натуральным оброкам, по возможности и к денежным выплатам. Так сформировались новые личностно-правовые связи, оформленные индивидуальными соглашениями, феодальными обычаями, которые спустя некоторое время получат название серважа (от serve – подневольный), но которые значительно отличались от исторического рабства. «В этом состоянии, – обобщил правовые обычаи французский правовед XIII в. Бомануар, – не все люди находятся в одинаковом положении: имеются разные условия серважа. Ибо одни из подневольных так подчинены своим господам, что они могут распоряжаться всем их имуществом, имеют над ними право жизни и смерти, могут держать их взаперти как им будет угодно – за вину или без вины, – и ни перед кем не несут за них ответственности, кроме как перед Богом. С другими обращаются мягко, ибо при их жизни господа не могут ничего от них требовать... кроме их выплат, рент и повинностей, обычно платимых или за серваж».

Поместье-вилла стало общностью не только земель, но и людей; люди были неотделимы от земли. Власть господина, хозяина поместья, была единственно реальной в силу слабости тогдашней государственности, во-первых, и ее невмешательства в эти личностно-правовые отношения внутри поместья, во-вторых.

 







Последнее изменение этой страницы: 2016-12-15; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.227.2.109 (0.004 с.)