Понятие о современном русском литературном языке. Литературный язык, диалекты и просторечие.



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Понятие о современном русском литературном языке. Литературный язык, диалекты и просторечие.



Понятие о современном русском литературном языке. Литературный язык, диалекты и просторечие.

Литературный язык– общенародный язык письменности, язык официальных и деловых документов, школьного обучения, письменного общения, науки, публицистики, художественной литературы, всех проявлений культуры, выражающихся в словесной форме (письменной и иногда устной), воспринимаемый носителями данного языка как образцовый. Литературный язык – это язык литературы в широком понимании. Русский литературный язык функционирует как в устной форме, так и в письменной форме речи.

Признаки литературного языка:

1) наличие письменности;

2) нормированность – достаточно устойчивый способ выражения, который выражает исторически сложившиеся закономерности развития русского литературного языка. Нормированность основана на языковой системе и закреплена в лучших образцах литературных произведений. Данный способ выражения предпочитает образованная часть общества;

3) кодифицированность, т. е. закрепленность в научной литературе; это выражается в наличии грамматических словарей и других книг, содержащих правила использования языка;

4) стилистическое многообразие, т. е. многообразие функциональных стилей литературного языка;

5) относительная устойчивость;

6) распространенность;

7) общеупотребительность;

8) общеобязательность;

9) соответствие употреблению, обычаям и возможностям языковой системы.

Охрана литературного языка и его норм является одной из основных задач культуры речи. Литературный язык объединяет народ в языковом плане. Ведущая роль в создании литературного языка принадлежит наиболее передовой части общества.

Каждый из языков, если он достаточно развит, имеет две основные функциональные разновидности: литературный язык и живую разговорную речь. Живой разговорной речью каждый человек овладевает с раннего детства. Освоение литературного языка происходит на всем протяжении развития человека вплоть до старости.

Литературный язык должен быть общепонятным, т. е. доступным к восприятию всеми членами общества. Литературный язык должен быть развит до такой степени, чтобы иметь возможность обслуживать основные сферы деятельности людей. В речи важно соблюдать грамматические, лексические, орфоэпические и акцентологические нормы языка. Исходя из этого, важной задачей лингвистов является рассмотрение всего нового в литературном языке с точки зрения соответствия общим закономерностям развития языка и оптимальным условиям его функционирования.

Современный русский литературный язык многофункционален, т. е. он выполняет функции бытового языка грамотных людей, языка науки, публицистики, государственного управления, языка культуры, литературы, образования, средств массовой информации и т. д.

Однако в определенных ситуациях функции литературного языка могут быть ограничены (например, он может функционировать в основном в письменной речи, а в устной используются территориальные диалекты).

Литературный язык используется в различных сферах общественной и индивидуальной деятельности человека. Литературный язык отличается от языка художественной литературы, но при этом как бы образуется от него. Главный признак языка художественной литературы состоит в том, что он выполняет большую эстетическую функцию.

Язык художественной литературы представляет собой особую систему языка, формирующуюся на основе этнического языка и являющуюся его функциональной разновидностью.

Одно из самых основных свойств языка художественной литературы – это сохранение текста и обеспечение связи между поколениями. Он используется исключительно в художественных произведениях.

Для художественной речи характерно использование всех языковых средств. К языковым средствам относятся не только слова, выражения литературного языка, но и элементы просторечия, жаргонов, территориальных диалектов.

Язык художественной литературы тесно связан с системой образов художественных произведений, в нем широко используются эпитеты, метафоры, олицетворения (оживления неживых предметов) и т. д. Многие средства литературного языка приобретают особую функцию: антонимы, синонимы используются для более красочного описания героев, их характеров, привычек, повадок и т. д.

К языку художественной литературы неприменимо обычное понятие языковой нормы. В языке художественной литературы правильным является все, что служит точному выражению мысли автора. В этом состоит главное отличие языка художественной литературы от литературного языка.

В языке художественной литературы могут быть литературная и нелитературная речь, правильные и неправильные слова, словосочетания и предложения и т. д.

Диалекты выполняют отличные от литературного языка функции. Они обладают разными масштабами действия. Территориальные диалекты называют также местными говорами, так как каждый диалект ограничивается местом распространения, т. е. на определенной территории страны используются присущие только данной территории языковые формы. Это обусловлено тем, что язык на определенном территориальном пространстве расслаивается.

Особенностью территориального диалекта является то, что он используется только в быту, т. е. при общении между людьми в сферах, не связанных с деловым, официальным публичным общением.

И, кроме функции бытового общения, территориальные диалекты не имеют никаких других функций в отличие от литературного языка, у которого имеется множество различных функций, одной из которых является общение в быту.

Любой территориальный диалект обладает своими особыми, характерными чертами или, другими словами, имеет свои нормы. Эти характерные черты выражаются звуковым строем, грамматикой, лексикой, словообразованием и т. д. Однако эти нормы не могут быть обязательными для всех.

Это еще одна особенность территориального диалекта, так как нормы литературного языка носят общеобязательный характер для всех лиц, пользующихся языком. Поэтому нормы территориального диалекта могут быть названы нормами только условно.

Территориальными диалектами называются определенные слова, словосочетания, определяющие название каких-либо предметов, действий, явлений и т. п. Случается, что одно и то же слово в разных территориальных диалектах имеет разное значение или слова, словосочетания, имеющиеся в определенном территориальным диалекте, совпадают по звучанию или даже написанию со словом, словосочетанием литературного языка, однако значение в территориальном диалекте имеют абсолютно другое.

Можно выявить три основные особенности отличающие диалекты от литературного языка:

1) ограниченное использование территориального диалекта на определенной территории;

2) выполнение территориальным диалектом только одной функции – общения в быту;

3) отсутствие общеобязательности для всех пользователей языка.

Просторечием называется использование определенных слов и словосочетаний тем или иным народом, оно считается общенациональным явлением. Просторечие используется лицами, которые не владеют или владеют в меньшей степени нормами литературного языка. Просторечие не обладает такой особенностью, как территориальная ограниченность. Просторечие не имеет строго определенных норм, т. е. в просторечии могут использоваться самые различные формы слов и словосочетаний.

 

2. Культура речи: предмет и задачи курса. Смежные дисциплины. Основные компоненты культуры речи.

Культура речи - это такой набор и такая организация языковых средств, которые в

определенной ситуации общения при соблюдении современных языковых норм и

этики общения позволяют обеспечить наибольший эффект в достижении

поставленных коммуникативных задач.

Попытаемся доказать необходимость каждого из составляющих этого

определения. Всего их пять, в том числе три компонента культуры речи:

1)нормативный;

2) коммуникативный;

3) этический; а также:

4) выбор и организация языковых средств как необходимое условие достижения

нормативности, этичности и хороших коммуникативных свойств речи;

5) эффективность общения как конечная цель культуры речи. Начнем с последних

составляющих.

Культура речи начинается там, где язык предоставляет возможность выбора и

разной организации своих средств для наилучшего достижения поставленных

целей общения. Выбор и организация языковых средств осуществляются на

разных уровнях языковой системы для всех компонентов культуры речи. Вопрос

о норме возникает тогда, когда есть два и более претендента на нее:

нормативное километр или ненормативное килуметр, нормативное договор или

менее нормативное дуговор и т.п.

Этический компонент, с одной стороны, регулирует в разных ситуациях

общения выбор между, например, такими ритуальными способами выражения

прощания, как До свидания, Всего хорошего, Ну, привет итп., и, с другой

стороны, запрещает бранные слова для выражения, например, эмоций. Для

достижения коммуникативного совершенства текста одинаково важны и выбор, и

организация языковых средств как в рамках предложения, так и в рамках

текста. Выражающие одну мысль предложения-высказывания типа Начнутся дожди

- пойдут грибки и При условии повышенной влажности можно ожидать активного

роста грибов реализуются в текстах разной функциональной разновидности.

Вполне понятно, что системные фонетические, лексические и грамматические

описания литературного языка вообще и современного русского литературного

языка в частности также фиксируют литературную норму, но в отличие от

исследований по культуре речи в них фиксируются и те нормы, - а их большое

множество, - которые не связаны с выбором. Из этого не следует, что

описания языковой системы не дают сведений о вариантах, стоящих на границе

или за границей литературного языка. Необходимо ясно представлять, что

культура речи как научная дисциплина невозможна без опоры на нормативные

словари и грамматики. Но, с другой стороны, из этого не следует и то, что

культура речи — это не самостоятельная дисциплина, а "выжимка" из системных

нормативных описаний языка. Во-первых, именно культура речи ведает

кодификацией нормы, и поэтому связь нормативных системных описаний языка и

культуры речи в ее нормативном компоненте двусторонняя. А во-вторых, и это

главное, ни одно системное описание языка не ставит своей целью определить

способы достижения максимальной эффективности общения.

Эффективность общения - это тот "конечный продукт", создание которого

должна облегчить теория культуры речи при ее практическом применении. Под

эффективностью общения мы понимаем оптимальный способ достижения

поставленных коммуникативных целей. Коммуникативные цели общения теснейшим

образом связаны с основными функциями языка. Хорошо известна система

функций языка, разработанная P.O. Якобсоном. Выделяются референтная,

эмотивная, магическая, фактическая, металингвистическая (оценка языковых

средств), поэтическая функции. Уже этот простой перечень функций

показывает, что цель общения - явление сложное и многоаспектное.

Особо должна быть выделена эстетическая функция языка, реализуемая в

языке художественной литературы. Язык художественной литературы

нецелесообразно делать объектом культуры речи, поскольку это область

искусства со своими специфическими законами, которые резко отличаются от

законов реализации других функций языка и которые поэтому изучает особая

лингвистическая дисциплина. Разные цели общения можно рассматривать как

некоторую конкретизацию функций языка. Такая конкретизация для понимания

культуры владения языком является необходимой, поскольку для достижения

разных целей языковые средства и их реализация могут быть весьма различны.

Так, цель установления контакта между говорящими предполагает, прежде

всего, сам факт общения, и для ее достижения не очень важно, например,

такое необходимое для научного текста качество, как непротиворечивость

формулировок.

За эффективность общения отвечает в первую очередь коммуникативный

компонент культуры речи, но это не означает, что нормативный и этический

компоненты незначимы для эффективности общения. Нарушение нормативности

может привести просто к непониманию, если, например, вместо нормативного

общеизвестного употребляется какое-нибудь малоизвестное диалектное или

жаргонное слово, но чаще в этом случае эффективность снижается по иной,

скорее прагматико-психологической, чем собственно лингвистической, причине:

ненормативное употребление выдает недостаточную образованность говорящего и

побуждает слушающего соответственным образом относиться к сказанному.

Яркий пример тому: авторитет многих депутатов российского парламента

серьезно пострадал именно от того, что эти депутаты обнаружили слабое

владение нормами современного русского литературного языка. Аналогичным

образом сказывается на эффективности коммуникации и нарушение этических

норм общения: неэтичное обращение к собеседнику, употребление так

называемой нецензурной лексики и пр. может вообще прервать общение по

причине, которая в быту формулируется так: "С этим хамом я вообще не хочу

говорить".

Было бы неверным думать, что развиваемые здесь основы теории культуры

речи создаются на пустом месте. Все три названных компонента культуры речи

так или иначе исследовались, но эти исследования, как уже отмечалось,

осуществлялись порознь и для разных целей. Этический компонент культуры

речи исследовался в другой области лингвистики - в описании языка для целей

его преподавания как неродного. И это понятно, поскольку этика общения,

этические запреты в разных языках различны и не могут автоматически

переноситься с одного языка на другой. В русском языке, например, намного

шире, чем и западноевропейских языках, распространено обращение на "вы".

Что же касается коммуникативного аспекта культуры речи, то вообще русские

традиционные представления на этот счет находились вне лингвистики. Этот

аспект общения, как говорилось, рассматривался и в риторике. Хорошо

известно, что риторика - одно из завоеваний античной цивилизации. Античные

риторики определялись обычно как вид искусства со строго определенной целью

- искусства убеждать. Главными частями античных риторик были: нахождение

предмета, расположение материала, его словесное выражение.

Если оставаться на восходящем к античной культуре понимании риторики как

ораторского искусства убеждать или более позднего понимания риторики как

искусства не только устной, но и письменной речи с разной целевой

направленностью, то для теории культуры речи, ориентированной на среднего

носителя языка, такие риторики не могут автоматически войти в качестве

необходимого компонента в культуру речи как научную дисциплину. Было бы

нереальным ставить целью научить всех искусству слова, такое искусство -

удел немногих. Но, с другой стороны, нет сомнения в том, что достижения

риторических исследований для культуры речи полезны. В частности, хорошая

теория культуры речи должна не только давать основу для стандартных

рекомендаций по культуре речи, но и показывать, пусть и не для всех

реализуемые, пути к овладению языком как искусством. Следует, впрочем,

отметить и другое: нередко в последнее время риторику понимают как нечто

такое, чем в принципе могут владеть все, и тогда в терминологическом плане

понятия "риторический" или "коммуникативный компонент культуры речи" мало

чем отличаются друг от друга. Мы предпочитаем термин "коммуникативный

компонент культуры речи" только потому, что не хотим "компрометировать"

античное понимание риторики как искусства.

Задача создания культуры речи как особой лингвистической дисциплины

требует объединить все три компонента культуры речи в единой, цельной

теоретической концепции. Один из мотивов такого объединения уже назван: все

три компонента работают на достижение одной цели - эффективности общения.

Есть и другой мотив. О каком бы компоненте культуры речи ни говорилось,

всегда имеется в виду норма, т.е. выбор и узаконение одного или более

вариантов в качестве нормативного. Поэтому, несомненно, правильным было бы

называть компоненты культуры речи не просто этическим и коммуникативным, а

компонентами этической и коммуникативной нормы. И если мы этого не делаем,

то только потому, что тогда нелепо бы звучало название "нормативная норма".

Исходя из сказанного, культуру речи можно определить как дисциплину,

изучающую литературную норму и кодифицирующую эту норму, что по отношению к

нормативному компоненту практически всегда и делалось. Именно нормативность

заставляет относиться к культуре речи как к единой дисциплине, а не

простому конгломерату разных дисциплин.

Как представляется, одним из наиболее слабых мест исследований по

культуре речи является отсутствие специальной методики таких исследований,

что, кстати сказать, мешает многим культуру речи считать научной

дисциплиной. Пожалуй, можно назвать единственное исследование по культуре

речи, в котором на основе строгих статистических методов определена

частотность вариантов разных уровней языковой системы. В других случаях

один из вариантов кодифицируется как единственный или предпочтительный либо

на основе и искового чутья исследователя, либо на основе мнения

авторитетных носителей языка (ученые, деятели культуры).

Таким образом, если культура речи хочет существовать как особая

лингвистическая дисциплина, необходима единая полная непротиворечивая

теория этой дисциплины со своей достаточно строгой методикой. Рассмотрим

несколько подробнее в плане создания такой теории компоненты культуры речи.

 

Понятие нормы. Вариантность нормы. Типы норм. Динамический характер нормы. Причины, влияющие на изменение норм.

Норма - это существующие в данное время в данном языковом коллективе и обязательные для всех членов коллектива языковые единицы и закономерности их употребления, причем эти обязательные единицы могут быть единственно возможными, либо выступать в виде сосуществующих в пределах литературного языка вариантов.
Изменению норм предшествует появление их вариантов, которые реально существуют в языке на определенном этапе развития и активно используются его носителями. Варианты норм отражаются в словарях современного русского языка.
Три степени нормативности:
1) Строгая, жесткая, не допускает вариантов
2) Нейтральна, допускает равнозначные варианты
3) Более подвижна, допускает формы разговорного и устаревшего языка
Варианты(дуплеты)- разновидности одной и той языковой единицы, обладающие одинаковым значением обнаруживаемые на разных языковых уровнях. Могут быть равноправными, т.е. взаимозаменяемыми во всех ситуациях независимо от стиля речи, и неравноправными - семантическими и нормативно - хронологическими.
Динамичность и историческая изменчивость нормы.
Норма- это одно из условий стабильности, единства и самобытности нац. языка. Неправильно думать, что норма неподвижна, она развивается и изменяется во времени, причем степень подвижности нормы неодинакова на разных языковых уровнях.
Норма- явление развивающиеся, не всегда предсказуемое.
В древнерусском языке было 3 числа (стол, 2 стола, столы). С 18 века форма двойственного числа разрушается, но она сохранилась:
1)Им. П. мн. Ч. Сущ-е, обозначающие парные предметы (рога, рукава, глаза, берега и тд)
2) Р.п. ед. ч. + числительные (2,3,4) окончание -а вытесняет -ы: поезд-поезда(в 19 веке-поезды; трактор- 1940 тракторы-1963 а=ы)
Источниками изменения норм литературного языка являются:
Живая разговорная речь
Местные говоры
Просторечия
Профессиональные жаргоны
Другие языки

Основные причины речевых ошибок:
1. Непонимание значения слова
2. Лексическая сочетаемость
3. Употребление синонимов
4. Употребление омонимов
5. Употребление многозначных слов
6. Многословие
7. Лексическая неполнота высказывания
8. Новые слова
9. Устаревшие слова
10. Слова иноязычного происхождения
11. Диалектизмы
12. Разговорные и просторечные слова
13. Профессиональные жаргонизмы
14. Фразеологизмы


4.Орфоэпические и акцентологические нормы современного русского языка.

Нормы ударения, или акцентологические нормы нарушаются особенно часто. Это объясняется, во-первых, тем, что изменчивость норм приводит к неизбежному (хотя и временному) сосуществованию старого и нового вариантов, а это порождает колебания в выборе одного из них, во-вторых, трудностью усвоения ударения, которое в русском языке является разноместным и подвижным: паспорт, арест, протокол и др. При образовании грамматических форм слова оно часто переходит с одного слога на другой: река - реки, голова - головы и т.п.

1. Усиление грамматической функции ударения

При этом само направление в историческом перемещении акцентов может быть даже противоположным: на начальный слог (обух - обух, лемех - лемех) - на конечный слог (губа -губа, лыжня - лыжня). Однако и в том, и в другом случае изменение ударения было полезным, оправданным. В результате его возникло более четкое противопоставление грамматических форм. Ср.: родительный единственного числа губы, лемеха - именительный множественного губы, лемеха.

2. Важной особенностью развития ударения служит закрепление устаревающих или входящих вариантов за устойчивыми сочетаниями или фразеологическими оборотами. Обычно говорят: ударить по лбу, но провести по лбу; брать грех на душу, но на душу населения. Зависимость ударения от конструктивно обусловленных смысловых различий отчетливо проявляется при употреблении кратких форм некоторых прилагательных: подвиги его велики, но ботинки (кому?) ему велики; эти люди не худощавы, а полны, но они полны (чего?) новых замыслов.

3. Известно, что у некоторых слов выбор ударения зависит от лексического значения (ледник - "погреб со льдом", ледник - "скопление льда в горах"; бронировать - "покрывать броней", бронировать - "закреплять что-либо" и т.п.).

В результате сопоставительных наблюдений обнаружено исторически разнонаправленное движение ударения:

регрессивное - перемещение с последнего слога на начало или ближе к началу слова, прогрессивное - перемещение ударения с первого слога на конец или ближе к концу слова.

Исследования свидетельствуют о том, что регрессивное акцентологическое развитие преобладает сейчас в следующих группах акцентных вариантов: а) у двух-, трехсложных имен мужского рода: бондарь > бондарь, отсвет > отсвет и т.п.; б) у трех-, четырех-, пятисложных глагольных форм в прошедшем времени: постлала > постлала, разорвала > разорва­ла, родился > родился, перепродана > перепродана и т.п.; в) у форм настоящего-будущего времени глаголов: включит > включит, видоизменит > видоизменит и т.п.

Прогрессивное акцентологическое развитие преобладает в следующих группах акцентных вариантов:

а) у производных трех-, четырехсложных прилагательных: тигровый > тигровый, прадедовский > прадедовский, заводский > заводской и т.п.;

б) у дву-, трехсложных форм инфинитива: удить > удить, приструнить > приструнить, ржаветь > ржаветь и т.п.;

в) у некоторых двусложных приставочных глаголов в формах прошедшего времени: отпил > отпил, налил > налил и т.п.;

г) в падежных формах одно-, двусложных существительных и кратких формах прилагательных во множественном числе: стебля > стебля, груздя > груздя, холма > хол­ма, близки > близки, верны > верны и т.п.

Естественно, что для установления нормы ударения недостаточно знать только направление акцентологических перемещений. Тенденции в движении ударения - это необходимый, но лишь приблизительный ориентир. Понятие же нормы словесного ударения индивидуально и слагается из суммы признаков, важное место среди которых принадлежит сфере употребления конкретного слова, общественной оценке и осмыслению данного ударения на фоне историко-литературной традиции.

Произношение гласных звуков

Основной особенностью русского литературного произношения в области гласных является их разное звучание в ударном и безударном слогах при одинаковом написании. В безударных слогах гласные подвергаются редукции. Существуют два типа редукции – количественная (когда уменьшается долгота и сила звука) и качественная (когда в безударном положении изменяется сам звук). Меньшей редукции подвергаются гласные в 1-м предударном слоге, большей – во всех остальных слогах. Гласные [а], [о], [э] подвергаются в безударных слогах как количественной, так и качественной редукции; гласные [и], [ы], [у] не меняют в безударных слогах своего качества, но частично теряют длительность.

1. Гласные в 1-м предударном слоге:

а)после твердых согласных на месте о и а произносится ослабленный звук [а]: в [а] да́, н[а] га́, М[а]сква́, с[а]ды́, з[а]бо́р; после твердых шипящих ж и ш на месте а и о также произносится ослабленный звук [а]: ж[а]ра́, ж[а]нглёр, ш[а]ги́, ш[а]фёр.

 

Примечание 1. После твердых шипящих ж, ш и после ц перед мягкими согласными произносится звук типа [ы] с призвуком [э], обозначаемый условно [ыэ]: ж[ыэ]ле́ть, к сож[ыэ]ле́нию, ж[ыэ]ке́т, в формах множественного числа слова лошадь: лош[ыэ]де́й, лош[ыэ]дя́м и т.д.. в формах косвенных падежей числительных на -дцать: двадц[ыэ]ти́, тридц[ыэ]ти́ и т.д.; в редких случаях звук [ыэ] произносится на месте а в положении перед твердыми согласными: рж[ыэ]но́й. ж[ыэ]сми́н.

Примечание 2. Безударное [о] произносится в союзах но и что, а также допускается в некоторых иноязычных словах, например: б[о]а́, б[о]мо́нд. рок[о]ко́. Ж[о]ре́c.

Примечание 3. Сохранение о в безударных слогах является чертой областного произношения, поэтому произношение М[о]сква́, п[о]ку́пка, п[о]е́дем, в[о]зи́тъ. в[о]кза́л не соответствует норме;

 

б) после твердых шипящих ж, ш и ц на месте е произносится редуцированный звук типа [ы] с призвуком [э], обозначаемый условно [ыэ]: ж[ыэ]на́, ш[ыэ]пта́ть, ц[ыэ]лу́й;

в) после мягких согласных на месте букв я и е, а также после мягких шипящих ч и щ на месте а произносится ослабленный звук [и] с призвуком [э], обозначаемый условно [иэ]: м[иэ]сно́й, Р[иэ]за́нь, м[иэ]сти́, ч[иэ]сы́, щ[иэ]ди́ть, а также в формах множественного числа слова площадь: площ[иэ]де́й, площ[иэ]дя́м и т.д.;

г) на месте я и е в начале слова произносится звук [и] с призвуком [э], обозначаемый [иэ] в сочетании с предшествующим [й]: [йиэ]зда́, [йиэ]нта́рь, [йиэ]йцо́.

 

Примечание. Сохранение [а] в безударном слоге после мягких согласных является чертой областного произношения, поэтому произношение [в’а]за́ть, [p’a]би́на, ч[а]сы́, [йа]йцо́, [йа]ви́ться не соответствует норме.

 

2. Гласные в других безударных слогах:

а) в абсолютном начале слова на месте букв а и о всегда произносится ослабленный звук [a]: [а]рбу́з: [а]кно́, [а]втомоби́ль, [а]тклоне́ние;

б) после твердых согласных в безударных слогах, кроме 1-го предударного, на месте а и о произносится редуцированный звук, средний по звучанию между [а] и [ы], краткий по длительности, обозначаемый условно [ъ]: г[ъ]лова́, к[ъ]ранда́ш, я́бл[ъ]к[ъ];

в) после мягких согласных в безударных слогах, кроме 1-го предударного, на месте а/я и е произносится редуцированный, средний по звучанию между [и] и [э], краткий по длительности, обозначаемый условно [ь]: [п’ь]тачо́к, [л’ь]сору́б, вы́[н’ь]су, ч[ь]лове́к.

3. Гласный и в начале корня после приставки или предлога, оканчивающихся на твердые согласные, произносится как [ы]: из института – и[зы]нститута, с Игорем – [сы]горем; сохранение в этой позиции [и] и смягчение согласного перед ним является областной чертой произношения и не соответствует норме.

4. Ударные гласные звуки на месте е и ё. В произношении ряда слов возникают трудности из-за неразличения в печатном тексте букв е и ё, т.к. для их обозначения употребляется только буква е (кроме учебной литературы для младших школьников и иностранных учащихся). Такое положение приводит к искажению не только графического, но и фонетического облика слова, служит причиной частых произносительных ошибок. Поэтому рекомендуется запомнить два ряда слов:

А) с буквой е, на месте которой звучит [э]: афера, бесхребетный, блеф, бытие, гололедица, головешка, гренадер, дебелый, житие, иноплеменный, крестный ход (но крёстный отец), леска, небытие, недоуменный, неоцененный, опека, оседлый (оседлость), преемник, правопреемник, слежка, современный, ярем, ячменный и др.;

б) с буквой ё, на месте которой, звучит [о]: безнадёжный, вёдер, гравёр, жёлчь (допустимо желчь), жёлчный (допустимо желчный), издёвка, коммивояжёр, ксёндз (но ксендза), манёвры, наёмник, осуждённый, внесённый, переведённый, приведённый, осётр, побасёнка, полёгший, привёзший, принёсший, скабрёзный, скрупулёзный, ремённый, смётка, тёша, шёрстка (грубошёрстный), щёлка и др.

В некоторых парах слов различное значение сопровождается разным звучанием ударного гласного [о] или [э]: истекший (срок) – истёкший (кровью), оглашенный (кричит как оглашенный) – оглашённый (указ), совершенное (пение) – совершённое (открытие).

в начало

 

Согласные перед «е»

В иноязычных нерусифицировавшихся словах согласные перед е не смягчаются, как в исконно русских. Это относится прежде всего к зубным согласным (кроме л) — т, д, с, з, н, р.

Твердый [т] произносится в таких словах

атеизм, ателье, стенд, эстетика

Сохраняется твердый [т] и в иноязычной приставке интер-:

ин[тэ]рвью

а также в ряде географических названий и других собственных именах:

Амс[тэ]рдам, Дан[тэ]

Звук [д] не смягчается в словах кодекс, модель, модерн и др., а также в таких географических названиях и фамилиях, как

Дели, Родезия Декарт, Мендельсон

Звуки [з] и [с] произносятся твердо лишь в немногих словах:

[сэ]нтенция, мор[зэ]

Также твердые [з] и [с] встречаются в именах и фамилиях, таких, как

Жозеф, Сенека

Звук [н] так же остается твердым в именах и фамилиях

Ре[нэ], [нэ]льсон)

Большинство слов произносится с твердым [н], но появляются случаи, когда [н] перед е смягчается:

неолит, неологизм

Но в большинстве слов иноязычного происхождения согласные перед е смягчаются в соответствии с нормами русского литературного произношения, поэтому совершенно недопустимо такое произношение, как

про[фэ]ссор, аг[рэ]ссор, [бэрэ]т и т. д.

Фразеологические кальки.

Фразеологическая калька – это устойчивое сочетание слов,

возникшее в русском языке в результате дословного перевода иноязычного

фразеологизма.

Например: борьба за жизнь (англ. struggle for life), разбить наголову (нем.

aufs Haupt schlagen), бумага не краснеет (лат. epistola non erubescit), с

птичьего полета (фр. a vol d’oiseau), от всего сердца (фр. de tout mon

coeur).

Варианты суффиксов имен существительных

1. В парах воробышек – воробушек, камешек – камушек первые варианты (с суфиксами -ышек, -ешек) употребляются в нейтральном стиле, а вторые (с суффиксом -ушек) имеют народный и разговорный оттенок.

В паре краешек – краюшек первому слову присущ разговорный оттенок, а второе является диалектным.

2. В парах лозня́к – лозни́к, березня́к – бере́зник вторые варианты (с суффиксом -ник) являются диалектными.

Варианты падежных форм имен существительных.

Помимо основного окончания, которое имеет подавляющее большинство существительных данного склонения, могут быть окончания вариантные, которыми обладают относительно небольшие разряды слов (наряду с основными). Чаще всего формы с вариантными окончаниями отличаются от основных стилистически, реже – семантически, а иногда эти отличия совмещаются.

1-е склонение

Родительный падеж существительных мужского рода. Наряду с основным окончанием -а/-янекоторые разряды существительных мужского рода в определенных условиях обладают вариантным окончанием -у/-ю.

Вариантные формы с окончанием -у/-ю могут иметь:

1) существительные вещественные при обозначении меры, количества: "кусок сыру", "стакан кефиру", "чашка чаю", "мало перцу", "много снегу";

2) существительные вещественные и отвлеченные при обозначении объекта, на который действие распространяется частично (родительный разделительный): "добавить сахару", "налить супу", "напустить холоду",
"нагнать страху"; ср. также: "Ходу, Киса", – сказал Остап" (И. и П.); "Дайте нарзану", – попросил Берлиоз" (М.Булг.);

3) существительные отвлеченные при обозначении степени количества признака: "мало порядку", "столько шуму", "много блеску"; ср. также: "Все про очки лишь мне наврали, а проку на волос нет в них" (Крыл.);

4) существительные со значением нерасчлененной множественности при обозначении количества, в отрицательных конструкциях: "много народу", "столько убытку", "никакого доходу";

5) существительные отвлеченные и конкретные с предлогами без, для, до, из, от, с (со) в сочетаниях наречного характера: "Рядами книг уставил полку. Читал, читал, а все без толку" (П.); "Однажды в студеную, зимнюю пору я из лесу вышел" (Н.Некр.).

Вариантные формы на -у/-ю
закреплены (в качестве "обязательных") за целым рядом фразеологизмов:
дать маху, нет и помину, не давать ходу, не давать спуску, с миру по нитке, без роду без племени, нашего полку прибыло, с глазу на глаз и др. В других : фразеологизмах наряду с формами на -у/-ю возможны и основные формы: не подавать виду (вида), комар носу (носа)
не подточит, отбою
(отбоя) нет и др.

Формы на -у/-ю
употребляются в основном в живой разговорной речи и в отражающих ее жанрах художественной литературы, являясь одной из особенностей разговорного стиля. Характерный пример: "Да... А то еще барана видал. Весу сто тридцать килограмм. Рожищи – во!" (В.Сол.). Ср. и "Ходу, Киса...". В целом же эти формы постепенно идут на убыль. Их использование обязательно в двух случаях: 1) в составе ряда фразеологизмов (см. выше); 2) и существительных с уменьшительно-ласкательными суффиксами (главным образом на -ок(-ёк): сырку, кофейку, чайку, медку, также кефирчику (в сочетаниях количественного характера).

Предложный падеж существительных мужского рода. Основное окончание 1-го склонения
имеет большинство существительных: в гаме, в (о) городе, в гриме, в (о) джазе, в переулке, на стадионе, на стуле; о фонтане, в холодильнике, о герое, в мае, в сарае и т.д.



Последнее изменение этой страницы: 2016-08-15; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.236.50.173 (0.036 с.)