ДОРОГА В ОБЛАКА, ИЛИ КАК ДОБРАТЬСЯ ДО СЕРДЦА ЗРИТЕЛЯ ЗА 14 ДНЕЙ



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

ДОРОГА В ОБЛАКА, ИЛИ КАК ДОБРАТЬСЯ ДО СЕРДЦА ЗРИТЕЛЯ ЗА 14 ДНЕЙ



Тур по Европе: картина, поражающая воображение. – Завоевание Греции. – Мальта и некоторые возможности интернета. – Как мы удивляли Киркорова. – Я крушу стереотипы на глазах изумленных болгар. – Ливни на Кипре. – Секрет победы

 

 

Представьте себе, что вы едете в Европу – впервые, без турагента и вовсе не на отдых. За пару недель вам нужно объездить десяток стран, дать десяток концертов, после которых провести несколько десятков интервью, а владеете вы только русским и английским. И далеко не везде вас встречают бодрым знанием этих интернациональных языков…

 

Да еще вообразите, что вам предстоит защищать интересы России. И если хоть в одном из многочисленных городов на пути следования вы допустите оплошность, пострадает репутация вашей Родины. Назавтра все газеты напишут, мол, приезжали русские, облажались и уехали…

 

Я опускаю многие нюансы, потому что сложить эту картину в натуральную величину нам все равно не удастся. Здесь нужно мышление гения-баталиста – Лев Толстой нужен, это его масштаб. Но я, как вы могли убедиться, – не он, и пишу гораздо хуже. Так что попытаюсь передать вам хотя бы сотую часть впечатлений, полученных нашей небольшой командой в организованном Филиппом Киркоровым туре по странам-участницам «Евровидения-2006».

 

Особую остроту ситуации придавало то, что я впервые попал на конкурс настолько высокого уровня – и именно в эти дни рядом со мной впервые не было продюсера. Яна поехать не смогла — тогда она была еще замужем, и не решилась ослушаться мужа. В поездку мы отправились с пиар-менеджером Борей Хлудневым (Димы Бушуева, как помните, с нами уже не было). Нам предстояло посетить десять стран: Грецию, Мальту, Кипр, Израиль, Болгарию, Украину, Белоруссию, Латвию, Бельгию и Испанию.

 

В Греции меня чуть не разорвали на сувениры — настолько воодушевленно принимала нас тамошняя публика. Во многих европейских чартах «Never let you go» тут же подскочила на 5-6-е места, хотя и раньше занимала не такое уж плохое 11-е. Песня настолько понравилась грекам, что её распевали на улицах. Это было очень трогательно, потому что греки говорят по-английски с акцентом, причем своеобразным, греческим. Так они нас и приветствовали:

— О! Билян! Нева лет ю гё!

Это можно было услышать как от молодёжи, так и от представителей старшего поколения.

 

Греция была устроителем конкурса, и не только болела за своих участников, но и активно интересовалась чужими. Количество данных мной интервью в этой стране потрясало воображение. Меня показали по Первому национальному каналу, телеканалу «Старс», опубликовали материалы в большинстве центральных изданий… Словом, мы уехали оттуда, твердо веря, что греческие телезрители будут голосовать только за нас.

 

— Ну, как всё проходит? — звонил Боре Артур Гаспарян, освещавший все события «Евровидения».

— Отлично, отлично! — отвечали мы и в красках описывали восторженную реакцию слушателей.

 

Следующей страной стала Мальта. Мы прибыли туда, несколько выбившись из графика, что, впрочем, только подогрело интерес публики. Любопытной находкой с нашей стороны стало использование интернета для продвижения своих материалов: с помощью крупнейшего мальтийского провайдера многие электронные СМИ тут же поставили «Never let you go» в горячую ротацию на первых страницах. Напоминаю, что это было больше пяти лет назад, и в России пиар посредством сети еще не приобрел сегодняшних масштабов.

 

Боря Хлуднев заметно нервничал. Для него эта поездка была не только первой служебной — она вообще была его первой заграничной поездкой. Нагрузка оказалась колоссальной — ему нужно было не только заниматься всеми организационными вопросами, которые кроме него могла оперативно решить лишь Яна, но и постоянно находиться в контакте с прессой. А пресса, сами понимаете, разговаривала только на английском, который у Бори в то время был еще не совсем «флюент».

 

Да, это был новый уровень, и нам пришлось учиться всему на ходу. Хорошо, что Филипп Киркоров специально для оперативных вопросов приставил к нам своего администратора. Тот бронировал гостиницы, стыковал рейсы и помогал еще в огромном количестве мелочей, разбираясь с которыми можно было сломать голову.

 

Мы отчетливо понимали, что этот промо-тур, кроме его сиюминутной цели, — еще и прекрасный шанс наладить отношения с зарубежными коллегами. Поскольку после «Евровидения», чем бы оно ни закончилось, я вполне мог поехать в любую из этих стран с гастролями.

 

Борис Хлуднев, бывший пиар-менеджер Димы:

Я тогда первый раз выехал за границу. Мне нужно было переводить интервью, решать вопросы с людьми, которые говорят по-английски, а не по-русски. И я не мог признаться в том, что у меня такой стресс. Я каждый день приходил вечером, ложился на пол и лежал без сил – сказывались огромное напряжение и ответственность. Да еще Дима мне постоянно напоминал: «Ты не представляешь, какая ответственность!». Я все время боялся, что где-нибудь недоработаю, ведь для всех я был в первую очередь профи.

Зато могу сказать, что каждая поездка была успешна, нас полюбили. Два молодых парня, оба симпатичные, общительные, открытые – мы со всеми прекрасно контачили, русская душа нараспашку. У Димы стали появляться местные фанклубы, нам писали: ребята, вы такие интересные, было бы неплохо встретиться. Никаких скандалов, ничего такого. Только за кулисами мы иногда давали волю эмоциям – бывало, что ссорились от усталости. Потом мирились…

Принимали нас удивительно тепло. Слух о дружелюбных русских очень быстро распространился среди стран-участниц, и везде, где бы мы ни появились, от нас ждали только позитива. А уж мы старались не подкачать.

 

А еще, куда бы мы ни приехали, нас инспектировала наша «святая троица» — Филипп Бедросович, Артур Гаспарян и Яна. Каждый звонил и задавал один и тот же вопрос:

— Ну как???

— Как, как… отлично! Великолепно, здорово! Спасибо вам огромное! — орали мы в трубку на два голоса.

— Что, серьезно всё хорошо? — не верил Киркоров. — А как публика принимает?

— Публика супер!!!

— М-да… — задумчиво говорил Филипп Бедросович. — Очень хорошо, очень хорошо… Я рад.

 

Дело в том, что в прошлый раз, когда Киркоров организовывал промо-тур, по Европе колесила его подопечная Анжелика Агурбаш, белорусская певица. Принимали её хорошо, но восторженных отзывов о поездке не поступало. Каждая из стран-участниц была намерена болеть исключительно за своего претендента, и переубедить публику не удавалось. Филипп Бедросович, провожая нас в тур, напутствовал примерно так:

— Завоевать симпатии участников сложно, но можно.

Поэтому его удивление было вполне резонно.

 

В Болгарии наступило долгожданное облегчение — у нас появилась помощница по имени Виктория. Она числилась среди организаторов промо-тура с принимающей стороны, и отнеслась к нам настолько тепло, что вызвалась сопровождать во всех местных мероприятиях.

 

А таких было немало. Начиная с одного из крупнейших болгарских ток-шоу, на которое нас устроил Киркоров, и заканчивая многочисленными интервью, кои мы давали болгарским изданиям. Виктория дала нам исчерпывающую информацию об этом ток-шоу, так что мы приехали на съемочную площадку подготовленными. С твердым намерением ломать стереотипы на глазах у всей страны. Многие ожидали увидеть приезжую знаменитость в неком звездном антураже, с измененным славой лицом… и не увидели. Потому что я шутил, смеялся и в целом вел себя непосредственно. Болгарскую публику мы сразили именно своей простотой и дружелюбием.

 

Когда я спел «Never let you go», что было предусмотрено программой шоу, зрители устроили мне овацию. Они кричали, свистели, бросали букеты и вызывали на бис.

 

Филипп Бедросович позвонил сразу по окончании передачи.

— Ну что? Как прошло шоу, как выступили?

— Филипп, вы просто гений! – закричал Боря в трубку. – Вы так здорово всё организовали, спасибо большое!

— В смысле? — поинтересовался Киркоров прежним недоверчивым тоном.

— Нас так любят, нам так аплодировали!!! — продолжал захлебываться Хлуднев. — Вы нам так помогли! Вы и Вика!

— Ты что, серьезно?

— Да, да! Спасибо!!!

 

Только он повесил трубку, как настал черед Артура Гаспаряна, ибо он был в курсе всего происходящего.

— …И что, никаких скандалов? — допытывался Гаспарян, которому непременно нужно было добыть из нас что-нибудь остренькое.

— Никаких, абсолютно никаких! — честно отвечал Борис. — Журналисты шлют смс-ки с благодарностями за интервью!

 

Похоже, подобный приём сам по себе был сенсацией. Впрочем, с точки зрения новостей всем было бы намного проще, если бы в поездке нас как-нибудь обозвали или что-нибудь у нас украли. Не исключено, что Яна в Москве стала для нас ментальным громоотводом, принявшим на себя все отпущенные команде проблемы. Лично у неё тогда происходили не самые веселые события, о которых она рассказывала, чуть не плача. Увы, я ничем не мог ей помочь. Зато она делала всё от неё зависящее, координируя наши перемещения дистанционно.

 

Последним пунктом нашей программы стал Кипр. Мероприятия, приуроченные к «Евровидению», там проходили под эгидой совместного российско-кипрского фестиваля. Уникальность действа заключалась в том, что оно собрало более 20 тысяч зрителей. Среди участников хватало как местных, так и российских знаменитостей, были представители бизнес-структур. А я стал единственным конкурсантом «Евровидения», приглашенным на фестиваль в качестве гостя.

 

Вот тут-то нас и настигли происшествия, без которых и поездка не поездка.

Начнем с того, что в солнечном Лимасоле в день концерта шел проливной дождь. И все сорок минут моего выступления люди мокли, но аплодировали. И никто не ушел со стадиона!..

 

Затем мы переместились в Никосию, чтобы выступить на концерте, посвященном проводам киприотской участницы Аннет Артани. Ливень застиг нас и там. Но на этот раз он повредил электропроводку.

 

Едва я допел первую песню, как погас свет и пропал звук. Под свист и крики публики электричество восстановили. И только я попытался продолжить, как ток снова пропал. Это кто-то из зрителей перелез через ограждение и случайно сорвал кабель. Но местная полиция быстро образумила сорвавшихся с катушек поклонников. Тем временем Хлуднев за сценой метался в поисках ремонтников. В итоге мы починили кабель собственными силами, а я спел-таки «Never Let You Go», ради которой мы и приехали.

 

В Грецию мы с Борей возвращались с таким настроем, будто уже победили. Усталые, но счастливые. Мы сделали самое главное для победы — завоевали любовь той публики, ради которой и проводится конкурс. Купить симпатии масс невозможно – только добиться.

ТАЛАНТЫ И ПОКЛОННИКИ

Энергия зала. – Цветы, блинчики и другие признаки успеха. – Давайте без фанатизма! – Случай за городом. – Конец экспромтам – Без вины виноватый

 

 

Все самые светлые моменты моей карьеры связаны с моими слушателями – и с теми людьми, которые верят в меня точно так же, как я сам. Это придаёт сил, говорю безо всякого пафоса. Мне действительно есть, за что благодарить тех, кто встречается на моём пути.

 

Взаимоотношения артиста и поклонников – это таинство, тонкая материя, к которой я отношусь очень трепетно. Некоторые из моих почитателей следуют за мной из города в город и являются на все мои концерты. Выходить на сцену и видеть знакомые лица – это невероятно. Я каждой клеткой своего тела чувствую это электричество – энергию зала; и я, в свою очередь, посылаю в зал собственные эмоции. Происходит мощный обмен, и под конец концерта у меня не остаётся ни капли сил для себя. Сбросить всё, чтобы потом наполниться снова… Это фантастика.

 

Я стараюсь поддерживать знакомство с теми, кому нравится моя музыка. Многие из них встречают меня аэропортах с цветами, заботятся обо мне – угощают домашней едой, специально пекут пироги и блинчики с вареньем и сгущенкой, дарят игрушки… Всего не перечислить. Мои слушатели постоянно на связи. Они отслеживают все публикации в сети, сообщают о них в офис, помогают в работе моего интернет-сайта.

 

Благодаря голосованию тех, кто любит моё творчество, я неоднократно получал премии МузТВ и MTV. Мне иногда кажется, что у меня одна огромная семья величиной в полстраны. И всем нужно уделить внимание, что не под силу смертному человеку. Но хотя бы улыбку… Друзья, поверьте, я стараюсь!.. К слову, на момент окончания этой главы мы завершили конкурс видеоклипов на мои песни – он проводился среди фан-клубов из разных городов. Ребята, вы супер!

 

Мне приятно, что люди, познакомившиеся на основе общего интереса к моему творчеству, находят и другие точки соприкосновения. Во всех моих клубах царит теплая атмосфера, в чем-то даже домашняя, что умиляет меня до слез.

 

Мы с удовольствием поддерживаем эту связь – устраиваем конкурсы, розыгрыши, дарим подарки. А сами активисты фан-клубов помогают организовывать благотворительные акции для детских домов, больниц… Некоторые поклонники находят в клубах свою любовь и создают семьи. Так моя музыка укрепляет связи между людьми, способствует приросту населения и миру во всём мире!.. Вот написал фразу в шутливом тоне, перечитал – и понял, что это правда…

Я люблю вас, друзья! Не выразить словами, как я вам благодарен! И всё, что я делаю, – это для вас!

 

* * *

 

Я всегда рад, когда в моей жизни появляются новые люди. Значит, я не закрыт для простого человеческого общения. Но я все время настороже и предвкушаю подвох. Наверное, это плохо. Хотя все равно на всех не хватит ни времени, ни сил.

 

У всякого популярного артиста – и я не исключение – есть как поклонники, так и недоброжелатели. Это нормально – кому-то моё творчество нравится, кому-то нет. Но если с недоброжелателями всё в целом понятно – они, как правило, не скрывают своего негативного отношения, – то как быть с теми поклонниками, которые… э-э… несколько преувеличивают мою роль в их жизни?

 

Как быть с теми, для кого я центр вселенной и пуп земли, фетиш, манок, путеводная звезда? Именно такие поклонники – назову их для ясности фанатами – чаще всего караулят меня под окнами моей квартиры, забрасывают непристойными смс-ками, а кто-то просто звонит и молчит в трубку. Зачастую – ночью. А я пытаюсь продрать глаза и сообразить, кто это и что ему от меня нужно.

 

Если же человек подаёт голос и всё же делится какими-то впечатлениями, то я обычно с пониманием отношусь к его желанию побеседовать с артистом, которого он совсем недавно видел на концерте. Мы обмениваемся фразами, я стараюсь подбодрить и сказать что-нибудь приятное.

 

Но бывает, что люди начинают фантазировать на тему моего к ним отношения: мимолётный взгляд, улыбка, дружеское похлопывание по плечу – и вот уже воображение рисует им целый любовный роман с сомнениями, терзаньями, разлукой и интригами недоброжелателей.

 

А я часто не знаю, как на это реагировать. Вот что бы вы делали, если бы абсолютно незнакомые люди мысленно проживали отдельную от вас историю, в которой вы были бы центральным персонажем, а потом бы выяснялось, что вы стали причиной чьей-то душевной травмы? Или даже жизненной трагедии?.. Меня всегда огорчают такие вещи. Прежде всего, потому, что круг моих близких людей известен – я не скрываю своих привязанностей. И стараюсь быть честным по отношению к девушкам, с которыми когда-либо встречался, по отношению к моим друзьям и коллегам – и могу, не стесняясь, назвать их всех поимённо. Появление в моей жизни взявшихся из ниоткуда личностей полностью исключено.

 

Катя Арну, певица, сокурсница и друг Димы:

Когда ты видишь человека, он тебе либо нравится, либо нет. Ты ничего не можешь поделать с этим отношением, оно формируется непроизвольно. И ты обычно чувствуешь и отношение людей к тебе.

У творческих личностей более тонкая интуиция. Они улавливают вибрации, которые идут от человека. Поэтому когда Дима звонит, а у меня в голове что-то своё и я чего-то не хочу, он сразу же понимает, что меня невозможно перенастроить на какую-то другую волну. Это нельзя не почувствовать.

Я его тоже чувствую, порой, по голосу ощущаю, что с ним и как он там. Когда человека хорошо знаешь много лет, не составляет большого труда понять, что происходит. Даже по тому, как он ходит, водит машину, еще что-то делает. Если Дима устал, он даже автомобиль ведет очень медленно. Был случай, когда мы ехали с концерта - со скоростью чуть ли не 20 километров в час, по правой полосе. Спустя какое-то время нас остановил патруль ДПС - вроде бы аварийных огней нет, машина едет медленно, всё это выглядит подозрительно. Нас узнали, проверили документы, поинтересовались, не случилось ли чего - может быть, машина сломана? Дима ответил, что всё в порядке, просто он с концерта, а поскольку очень устал, то хотелось бы комфортно и никому не мешая доехать до дома. Словом, в ДПС к нам отнеслись доброжелательно, вошли в положение.

 

Время, когда моя известность только начала расти, в этом смысле было самым сложным в моей биографии. Многие вдруг вспомнили, что были со мной знакомы, где-то видели, что-то слышали. Вы даже не представляете, сколько электронных писем я получал, сколько раз мне приходилось менять номер телефона… Было всё: и признания, и угрозы, и душераздирающие истории.

 

Тогда я еще не отдавал себе отчёта в масштабе своей популярности – и в том, насколько всё это обязывает. Мне было лишь двадцать с небольшим, я был охоч до всего нового, наивен и открыт всему миру. Это сейчас я понимаю, кто и как ко мне настроен… и как мне в связи с этим следить за своей безопасностью.

 

Впрочем, бывали и курьезные случаи.

 

Однажды, в один из немногих выходных, я и мои закадычные подруги Катя и Юля решили совершить вылазку за город. Было лето, погода стояла изумительная. Мы сели в машину и поехали куда глаза глядят. Хотелось поскорее выбраться за пределы города, найти какое-нибудь озеро, полюбоваться пейзажем и, возможно, искупаться. Настроение у всех троих было отличное.

 

Остановившись у какого-то придорожного магазинчика, мы вышли из машины, чтобы приобрести чего-нибудь попить и перекусить. Навстречу нам из здания выскочили несколько парней, то ли трое, то ли четверо — сложно было разобрать сходу. Причем выскочили бодрым галопом, веселые и загорелые, и чуть ли не столкнулись с нами на входе. В те времена меня еще редко узнавали на улицах, но в этот раз мне не повезло. Парни меня оглядели и несказанно обрадовались встрече. Меня эта их внезапная радость несколько обеспокоила, поскольку я не знал, как реагировать. Одно дело, когда ты общаешься с прессой в определенном формате, и совсем другое, когда к тебе подходят на улице. И даже не поклонники, а просто незнакомые люди, которые желают тебе что-то сказать.

– О, Билан! – с восторгом произнес один из товарищей. – Не, ты правда Билан, да?

 

Я заулыбался. Представьте: пошли вы в обычный гастроном за продуктами и вдруг лицом к лицу столкнулись со знаменитостью, которую видели по телевизору. Все участники встречи опешили – и я, и парни, и Катя с Юлей.

 

– Да, Билан, – спокойно ответил я. А самому то ли смешно, то ли страшно.

– А дай диск! – тут же потребовал парень и двинулся в мою сторону с явным намерением получить желаемое.

– У меня нет диска.

– Тебе что, жалко?

– Не жалко. Просто с собой дисков нет.

– Так ты чё, без дисков ездишь?!

Удивлению приятелей не было предела. Вероятно, они полагали, что я езжу на отдых с нагруженным доверху багажником с дисками, футболками, браслетками и другими сувенирами для всех желающих.

 

Стало ясно, что пора сворачивать этот содержательный диалог. Я потихоньку толкнул под локоть Катю – мол, давай быстро к машине. Катя пихнула Юлю, и они бочком-бочком стали подвигаться обратно, а я в это время стоял и выдумывал предлог, чтобы вежливо попрощаться и поскорее уйти.

 

Мы с парнями перекинулись еще парой столь же литературных фраз, затем я просто махнул рукой, развернулся и быстро прыгнул в машину, где уже сидели девчонки. Мы рванули с места, подняв столб пыли.

 

С минуту мы молча неслись по шоссе. Потом притормозили и стали бешено хохотать. Встреча получилось забавной, но, учитывая наши реалии, могли и побить ни за что.

 

Этот случай стал поворотной точкой, после которой я понял, что популярность ко многому обязывает. И что на публике – то есть в любом месте вне дома – я себе не принадлежу. Каждый раз, выезжая куда-то, я должен предвидеть, что любой человек может заинтересоваться моей персоной, пожелать знакомства – и я должен реагировать максимально корректно. Неплохо бы носить с собой пистолет Макарова. Нужно быть к этому готовым. Я осознал, что незапланированные поездки и тому подобные экспромты лучше исключить.

 

Словом, с тех пор мы стараемся устраивать прогулки в проверенных или безлюдных местах.

И всё-таки приятных моментов намного больше. Пусть в жизни стало меньше свободы передвижения, зато у меня есть самое главное: я могу сказать и спеть то, что я хочу, огромному числу людей. И я знаю, что они услышат и оценят.

 

* * *

 

Конечно, к сожалению, в концертной деятельности случаются и неприятности. Иногда их отголоски настигают тебя сквозь время…

 

Если бы я только мог представить, что старуха Шапокляк отчасти была права, говоря: «Кто людям помогает, тот тратит время зря»! Есть люди, которые в принципе не способны оценить помощь. Они однозначно считают доброту глупостью и протянутую им руку помощи откусывают по локоть. Бог им судья! Одна из таких неприятных историй приключилась 9 декабря 2009 года в СК «Олимпийский» на концерте Уитни Хьюстон.

 

Певицу в Москву решили привезти некто господин Агапов и его помощница Полина Гусакова. Казалось бы, при чем здесь я? Все просто! Моему менеджеру за три дня до ее выступления позвонили и сказали, что у этих ребят плохо продаются билеты, а у меня есть возможность познакомиться с Уитни Хьюстон, если я выступлю у нее на концерте в качестве специального гостя. Мои мечты унесли меня далеко! Я уже грезил тем, что возможно продолжение истории, что мы впоследствии споем дуэтом... Я уже говорил ранее, как велико мое преклонение перед Уитни Хьюстон. Конечно, я сразу согласился!

 

Единственным условием моего благотворительного выступления было знакомство с самой Хьюстон перед началом концерта. Любой поклонник мечтает об этом!

 

Но Уитни не приехала вовремя, и организаторы довольно грубо начали требовать, чтобы я вышел на сцену. Я не мог понять, зачем мне это делать, если они не выполнили нашу – такую необременительную! – договоренность. Зачем мне идти развлекать публику, которая ждет отнюдь не меня. Одно дело, когда сама певица говорит, что у нее на концерте гость и он исполнит две-три песни. И совершенно другое, когда тот, кого не ждут, выходит на сцену сам! За это и помидором из зрительного зала не долго получить по голове!

 

Пока мои помощники пытались что-то выяснить у Агапова и Гусаковой, я узнал, что в зале находятся очень достойные и уважаемые мною (да и всей страной!) люди, и принял решение выйти на сцену – исключительно из уважения к публике, которая к тому моменту уже минут сорок пребывала в совершенно темном зале. Как потом рассказывали очевидцы, Филипп Киркоров, тоже пришедший послушать звезду, даже прилег вздремнуть на креслах!

 

Каково же было мое изумление, когда меня на сцену не пустили! Если сначала Полина Гусакова практически гнала меня на сцену, то через час бросилась чуть ли не грудью защищать сцену от меня! В это же время бой с охраной «Олимпийского» держал наш звукорежиссер Юра. Боролись за нашу аппаратуру, которую снимали со сцены. Юра проиграл, и в итоге аппаратуру убрали! Никто ничего не понимал: ни зрители, ни я, ни менеджмент Хьюстон, ни мои помощники.

 

И лишь в мае 2011-го благодаря одной из тех, кто был очевидцем неприятной ситуации, мне удалось понять, что же на самом деле произошло.

 



Последнее изменение этой страницы: 2016-07-14; просмотров: 125; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 54.227.97.219 (0.016 с.)