ТОП 10:

Отделение: критическая задача противозависимости



Исследования Малер (1968) посвящены последовательности процесса отделения ребенка от родителей. Она выделила четыре отдельные подстадии этого процесса:

1) дифференциация;

2) ранняя практика;

3) возобновление дружеских отношений;

4) постоянство объекта.

В течение подстадии дифференциации (от пяти до одиннадцати месяцев) ребенок уже начинает видеть себя отдельно от матери или отца. Данная подстадия проходит постепенно. Сначала ребенок исследует лицо матери или отца, хватает их за нос, за уши, дергает за мочку уха. Затем он начинает ползать и становиться на ноги, но всегда старается быть на виду у матери или отца или на таком расстоянии, чтобы слышать их голос.

На второй подстадии (10—16 месяцев) ребенок становится на ноги, а затем начинает ходить. Это дает ему возможность исследовать окружающую обстановку, все больше и больше удаляясь от родителей. Вскоре родители обнаруживают, что их ребенок может взобраться на немыслимую высоту и уйти на невероятное расстояние в попытке исследовать окружающий мир.

На данной стадии ребенку необходимо чаще слышать “да”, по крайней мере вдвое чаще, чем “нет”. Окружающая обстановка должна быть доступной для этих исследований и не ограничивать движений ребенка, чтобы он мог развивать оптимальное исследовательское поведение в относительной

безопасности.

Третья подстадия (15 месяцев — 2 года) примечательна повторным открытием матери и отца, теперь уже как отдельных личностей, и возвращением к ним после исследования окружающего мира. Ребенок начинает осознавать свою отделенность и чувствует себя испуганным и уязвимым. Он может следовать по пятам за матерью или отцом, не упуская их из поля зрения. Начинается также борьба воль, и ребенок требует внимания и присутствия матери или отца. Вспышки злости и гнева характерны для этого периода, хотя они могут начаться и раньше. Вспышки гнева являются выходом фрустрации и напряжения из организма. Как только вспышка заканчивается, ребенок ощущает внутри себя мир и покой и готов прощать и получать прощение. Успокаивающие объятия родителей и их слова о том, что они по-прежнему любят ребенка, — это все, что ему необходимо. Большинство родителей впадают в некое подобие борьбы воль и считают для себя недопустимым просто прощать и забывать.

Четвертая подстадия (2—3 года) требует от ребенка, чтобы он научился согласовывать свое страстное стремление к блаженству с таким же стремлением к отделению. В конце концов это ускоряет эволюционный кризис психологического рождения. Эти конфликтующие силы, борющиеся внутри ребенка, могут найти разрешение только при помощи постоянства объекта, которое заключается в способности видеть себя и других в качестве отдельных объектов с хорошими и плохими качествами. Когда ребенок отдаляется слишком далеко и вдруг пугается или падает и расшибает локоть или колено, он надеется, что мать или отец окажутся рядом, чтобы обеспечить ему комфортные условия.

При отсутствии постоянства объекта ребенок считает родителя “хорошим”, когда он или она находится рядом, и “плохим”, когда его или ее рядом нет.

Он, по сути, делит мир на хороший и плохой. У трехлетнего ребенка уже должно быть развито полное постоянство объекта, чтобы он мог сохранять положительный образ матери или отца, находясь далеко от них, будь то в школе или среди друзей. Ребенок может страстно желать присутствия родителей, но при их отсутствии не фантазировать, что они плохие, или бросили его, или больше его не любят. Трехлетние уже должны иметь достаточный опыт представления “хорошего родителя” и “хорошего себя”, чтобы действовать отдельно от своих родителей. Дети могут даже думать о

родителях со злостью или ненавистью, так же, как и о себе, но они не должны быть переполнены этими чувствами.

Согласование разделения “хороший родитель/плохой родитель” существенно важно для завершения психологического рождения. Когда один из родителей находится вне досягаемости, другой может служить ребенку буфером для сохранения постоянства объекта. Чувствительные, умеющие

воспитывать родители могут помочь детям дифференцировать самих себя от матери или отца, отличать мужественность от женственности.

Оба родителя должны принимать активное участие во всем процессе. Они оба должны присутствовать с самого начала, чтобы могла образоваться связь как с отцом, так и с матерью. Во время психологического рождения роль родителей заключается в оказании ребенку воспитующей поддержки и одновременно в обеспечении поддержки друг другу.

Когда процесс нарушается

В процессах соединения и отделения существует несколько критических моментов, когда весь процесс может нарушиться. В процессе соединения очень важно, чтобы сразу же после рождения ребенка оба родителя максимально контактировали с ним кожа к коже. Важную роль играет связь

отца с ребенком, которая будет необходима позже, чтобы поддержать процесс отделения. Если ребенок отделен от матери или отца в течение 12—24 часов после рождения, оптимальное время для объединения упущено.

Конечно, связь может установиться и позднее, и она устанавливается по истечении оптимального времени, но в таком случае для установления необходимого сенсорного контакта потребуется больше усилий со стороны родителей.

Другим критическим моментом на этих двух ранних стадиях является степень завершение матерью и отцом своих собственных задач соединения и отделения. Большинство из нас воспитаны родителями, которые сами не завершили процесс связи и/или разделения со своими матерью и отцом. В результате они не смогли обеспечить нас поддержкой, информацией и навыками, необходимыми для своевременного завершения этой важной стадии развития. В результате по меньшей мере 98% населения проявляют симптомы созависимости. Родители, которые так и не завершили свой собственный процесс отделения, боятся как близости, так и психологической отделенности. Они боятся, что более тесная близость, чем они хотели бы, может привести к тому, что ребенок поглотит их полностью и они потеряют свое не очень прочное чувство отделенности. С другой стороны, у них

может возникнуть страх отделения, когда ребенок отрывается от них, чтобы стать отдельной, автономной личностью. И то, и другое очень часто случается в отношениях между родителями и ребенком. Эти два конфликтующих между собой противоречия, необходимость и страх, являются причиной того, что родители транслируют своим детям противоречивые послания, которые часто мешают нормальному процессу их развития.

После установления связи родителей с ребенком важную роль для ребенка во время отделения играет физическое и эмоциональное присутствие обоих родителей. Их присутствие и поддержка в первые несколько лет жизни ребенка являются абсолютно необходимым условием для завершения процесса отделения, чтобы ребенок не “увяз” в созависимости.

Пример из практики

Маделейн пришла ко мне (Берри) с жалобами на физические симптомы, которые проявлялись довольно редко; их причину ее лечащий врач не смог установить. Она ощущала жжение в груди, у нее пропадал слух, случались частые головокружения, запоры и кожные высыпания. Она рассказала о своих очень созависимых взаимоотношениях в семье, ведущих к конфликтам. Когда Маделейн поведала историю своей жизни, я обнаружил, что в детстве она испытала физическое и сексуальное насилие. Мать ее била, пьяный отец изнасиловал и затем бросил семью.

Она уверила себя в том, что является плохим человеком и что именно из-за нее отец вынужден был оставить семью. Мать действительно так ей говорила. Наконец, я коснулся вопроса рождения клиентки, и она рассказала, что у ее матери были осложнения при родах, вследствие чего она чуть не

умерла. Маделейн знала, что мать впервые увидела ее через две недели после родов. Она также знала и о том, что в течение этих двух недель приходил ее отец, но он навещал только свою жену, а не ребенка. Он боялся, что если жена умрет, то ему одному придется растить дочку. Отсутствие

связи родителей с Маделейн, вне всякого сомнения, сыграло определенную роль в их физическом и сексуальном насилии по отношению к ней.

Моя работа заключалась в проработке стадии связи и отделения. Вначале мы работали над установлением связи и созданием доверия. Затем я начал помогать клиентке в отделении себя от меня и от ее матери. Вначале она настолько отождествляла себя со своей матерью, что говорила мне, как, глядя в зеркало, видит не себя, а свою мать. Я попросил Маделейн перечислить все положительные и отрицательные черты, которые делают ее похожей на мать, а затем все положительные и отрицательные стороны, которые отличают ее от матери. В первом списке она перечислила в основном большую часть своих положительных черт, которые совпадали с материнскими (“У нас одинаковая улыбка”) и несколько отрицательных (“Мы обе ненавидим сами себя”), но не смогла назвать ни одной черты, которая отличала бы ее от матери. При каждой нашей последующей встрече я побуждал Маделейн назвать хотя бы одну черту, отличающую ее от матери. Постепенно она начала строить свой положительный образ, отдельный от матери. По мере того, как Маделейн начинала видеть себя как отдельную личность, один за другим исчезли ее физические симптомы. Моей клиентке еще придется усиленно поработать над собой, чтобы сохранить постоянство объекта, но она уже получила ценные терапевтические средства для продолжения работы над разрывом своей созависимости во взаимоотношениях.

Выводы

В данной главе изложен эволюционный взгляд на формирование созависимости. Для того чтобы добиться освобождения от нее и связанных с ней нарушений, очень важно понимать причины возникновения созависимости. Согласно эволюционному подходу, как только вы поймете, как формируется созависимость, откроется возможность вашего освобождения из ловушки, в которой вы находитесь.

Глава 5

ПРИЧИНЫ СОЗАВИСИМОСТИ

Роль отца

Для того чтобы психологическое рождение успешно завершилось к возрасту двух-трех лет, необходимо, чтобы оба родителя выступали в качестве буфера между ребенком и друг другом в течение процесса отделения. Родительская поддержка помогает ребенку завершить процесс дифференциации: он научается отличать себя от других и начинает мыслить, признавая как положительные, так и отрицательные качества и в себе, и в других. К сожалению, наша доминаторная культура не может дать ни соответствующих моделей, ни адекватной информации о роли обоих родителей. Поэтому никто не знает, как стать эффективным, поддерживающим родителем в этом процессе. Однако, начиная с 1960Bх годов, все больше и больше родителей узнают о партнерстве и о том, как можно помочь своим детям успешно завершить процесс психологического отделения.

В результате влияния нашей доминаторной культуры родители совершают целый ряд поступков, которые могут помешать отделению и дифференциации. Например, отец может обучать девочек тому, что им нужно делать, чтобы мужчина опекал их, или поощрять мальчиков недооценивать или

слишком переоценивать женщин. Кроме того, отцы часто боятся оказаться между женой и ребенком во время “борьбы воль” и уходят в работу или другие занятия и таким образом оказываются не в курсе дел. Некоторые отцы так боятся этого, что предпочитают полностью прекратить отношения, чем быть втянутым в борьбу за власть. Зависимая мать тоже может испытывать опасение, что отец ребенка попытается вбить клин между нею и ее ребенком, и поэтому предпринять попытку выгнать слабовольного отца из дома в этот период. Тогда матери и ребенку придется самим заботиться о себе, и в результате вероятность завершения психологического рождения сведется практически к нулю.

Эмоциональное постоянство сохраняется только в контексте взаимоотношений. Например, если у повзрослевших детей есть возможность жить самостоятельно и самим заботиться о себе, то, не получая в этот критический момент эмоциональной поддержки, они предпочтут скорее остаться зависимыми от родителей, чем пойдут на риск отделенности. Они вероятнее всего укрепятся в мысли о том, что с ними не все в порядке и что они не смогут выжить без заботы и защиты своих родителей. Зависимые дети сосредоточены на внешних вознаграждениях и игнорируют свои внутренние

желания и чувства.

Что требуется для того, чтобы дети достигали отделения от своих родителей? Любящее присутствие отца или матери или обоих связанных между собой заботливых людей, которые достаточно уверены в себе, чтобы рискнуть находиться некоторое время в центре борьбы. Они должны уметь проникать в чувства друг друга и в чувства ребенка, а также быть в состоянии изливать на него всю свою нежность в течение этих долгих, сводящих с ума месяцев. Без всего этого дети не смогут достаточно отделиться эмоционально и рассматривать своих родителей как отдельные объекты с хорошими и плохими качествами, а также не смогут видеть себя как отдельный объект, обладающий как хорошими, так и плохими качествами.

Постоянство объекта

Когда дети лишены достаточного постоянства объекта и рассматривают свою мать или отца как “плохого родителя”, они начинают считать себя “плохим ребенком”. Здесь полностью отсутствует какая-либо дифференциация. Никто никогда не добьется обособленности или автономии, считая другого плохим или неправым. Многие пытаются отделиться от своих родителей в подростковом возрасте или позднее, уже взрослыми, используя такой подход. Обособленность появляется только тогда, когда дети видят как хорошее, так и плохое в своих родителях, а также и в самом себе (“У тебя все в порядке, у меня тоже”).

Если существует достаточное постоянство объекта, то вы усвоите мысль о том, что ни одно человеческое существо не является ни идеально хорошим, ни абсолютно плохим. Вы сможете примириться с несовершенством и стойко держаться за свои “добродетели” даже тогда, когда вас больше всего мучают собственные злые духи-скусители. Вы можете позволить себе относиться к другим людям со смешанными чувствами и рассматривать их как родных вам человеческих существ со своими недостатками и достоинствами. Вы сумеете делать то же самое и по отношению к себе, и вам не нужно будет выворачивать наружу те части себя, которые вам не очень нравятся. Вы сможете брать на себя ответственность за свое конфликтное поведение, и вам не нужно будет проецировать на других свои чувства и мысли.

Если вы не развили достаточное постоянство объекта, то не сможете уладить противоречия между единством и отделенностью и потерпите неудачу при повторных попытках завершить свое психологическое рождение.

Возможно, вы будете регулировать свою жизнь, разделяя свой опыт на две несовместимые части — это все плохо, а это все хорошо. В вашем мышлении в основном будут преобладать сравнения. Себя вы будете считать лучше или хуже других. Во взаимоотношениях вы будете ощущать себя “выше” или “ниже” другого человека, и вам будет трудно считать себя равным кому бы то ни было.

Вы будете чувствовать, что управляете ситуацией только тогда, когда манипулируете другим человеком, делая его своей опорой. Он должен делать все, чтобы поддерживать в вас веру в ваше совершенство. Вы можете временно идеализировать этих партнеров. Однако в конце концов может оказаться, что ваш партнер захочет быть просто обычной личностью с собственными потребностями и желаниями. Или же партнер не сможет гарантировать выполнение ваших желаний, или окажется человеком, отвергающим руководство каждым своим шагом.

С этой точки зрения отсутствующий в данное время партнер часто рассматривается как плохой во всех отношениях и в какой-то степени обесценивается (“Я тебе покажу, что я в тебе не нуждаюсь”). Фрустрация и разочарование прорываются в виде ярости и бешенства, если ваш партнер неожиданно станет слишком независимым. Однако проявление ярости может еще больше оттолкнуть вашего партнера, поэтому, возможно, вы не рискнете в полной мере излить свой гнев, если находитесь в стесненном положении. Поэтому очень часто люди выбирают более безопасную линию поведения. К ней можно отнести уловку, когда ваш партнер совершит какую-либо осознаваемую им ошибку, а вы сможете законно злиться на него и выплеснуть накопившиеся внутри вас чувства. Однако есть еще лучший способ управлять вашим партнером.







Последнее изменение этой страницы: 2016-06-23; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 100.26.176.182 (0.007 с.)