ТОП 10:

Город, который не могли построить



Киевской Руси не было

Алексей Кунгуров (Тюмень)

Скопировать себе книгу…

Представляем вашему вниманию очень любопытную книгу сторонника «нетрадиционной» версии истории Алексея Кунгурова «Киевской Руси не было или что скрывают историки». Как видно из самого названия этой книги, автор обещает ниспровержение казалось бы самых неоспоримых мифов традиционной истории. Несмотря на молодость – Алексею 33 года – он собрал и обобщил огромный фактический материал по истории современной Украины, Белоруссии и Литвы и проследил, как история русских людей, проживавших на этих территориях, сознательно искажалась, и как из русских людей делали украинцев, белорусов и литовцев. И не всегда это происходило добровольно и без(с)кровно. Так более 20 тысяч русинов, проживавших в Галиции, не пожелавших украинизироваться, прошли через концентрационный лагерь Талергоф, из них три тысяч погибли. Несколько тысяч русинов содержалось в концлагере Терезин. Их могло погибнуть гораздо больше, не займи в 1914 году русская армия большую часть Галиции. Когда она оставляла эти земли в 1915 г., с ней ушли и большинство русинов, опасающихся преследований австрийцев и украинцев.

Автор гневно обличает и прошлых, и современных исторических деятелей, которые служили и служат врагам России, воздействуя на сознание людей, извращая и стирая историческую память русского народа, искажая суть исторических явлений, создавая некую виртуальную историю с вкраплениями некоторых элементов действительных событий, а также обстоятельно раскрывает методы и приёмы их действий, например, фальсификациии документов, как исторических, так и статистических. В деле искажения прошлого особняком стоит издание школьных учебников по истории, имеющих неприкрытую антирусскую направленность.

Зачем они это делают? В книге автор даёт ответ и на этот вопрос.

«…20 лет – это секунда по историческим меркам. России осталось жить одну секунду. Что же случится через пару десятилетий? Интервенция НАТО? Слишком много чести! Никто не придет завоёвывать нас. Деградировавшие русские будут сами уничтожать друг друга. Нас ждёт такой же конец, что и Югославию, мучительно издыхающую в бесконечной череде этнических конфликтов и политических кризисов. Советский народ перестал существовать. Осталось раздавить оставшийся кусок – аморфное образование под названием «россияне» – и дело сделано. Но на всякий случай нынешние хозяева мира готовят и силовой вариант для «окончательного решения русского вопроса».

Кто думает, что мы отвлеклись от темы? Ведь речь-то шла об истории. Да о ней мы и говорим. История – это оружие. Русское государство может гипотетически возродиться даже в самых неблагоприятных условиях, если сохранится народ – носитель национальной идеи и политической воли. Но национальная идеология и политическая воля базируются на историческом сознании. Народ – это общность прежде всего историческая, и лишь во вторую очередь языковая, культурная, социальная и т.д. Поэтому сейчас идёт война на уничтожение русского народа как единой исторической общности…

Вот уже 20 лет продолжается методическое отравление исторического сознания русских гнойным ядом отвращения к самим себе… Задача наших врагов – заставить отказаться русских от национальной идеи. Мол, зачем вам, русским, собственное государство, тем более, государство имперское? Лучше интегрируйтесь в скроенное по североатлантическим меркам мировое сообщество. Вы нам – нефть, газ, металлы, проституток, детей для усыновления и органы для трансплантации, а мы вам – дешёвый ширпотреб и гламурную духовную пищу голливудского формата. И не надо напрягаться для защиты своей земли. Родная земля – это для варваров понятие сакральное, а для цивилизованных людей – всего лишь товар, который можно с выгодой продать. Соответственно, отдать ли японцам острова – это не вопрос принципа, а вопрос цены. И вообще, жить надо не ради каких-то глупых химерических идей вроде построения царства Божия на земле, а ради выгоды.

Но поддаться этим сладким речам русским мешает их историческая память, память о недавнем золотом веке. Поэтому главный удар в войне на уничтожение России враги наносят не по аэродромам и базам подводных лодок, а по нашей памяти. Стратегически ставка делается на стерилизацию исторического сознания народа, деформацию культурной матрицы нации. Тактически основные манипуляции основаны на методе создания виртуальной истории на основе действительных событий и постепенного вытеснения из сознания достоверных представлений о прошлом. Это и есть третий приём манипуляции с историческим сознанием…

…Разве может лакей, привыкший пресмыкаться и лебезить, стать воином? Вот вам и ответ на вопрос, будут ли перевоспитанные историками русские сражаться за Курилы. В нужный момент масс-медиа объяснят быдлу, что продажа Аляски, которую очень дорого осваивать, была весьма выгодна России, а потому следует уступить японцам четыре никчемных каменистых острова, потому как завозить туда мазут для котельных очень дорого. И за Арктику русские биться не будут. Помню, как в школьных атласах во времена моего детства от Кольского полуострова и Чукотки к Северному полюсу тянулись две пунктирные линии, отмечавшие границы полярных владений СССР. При дележе советского наследства они должны были перейти к РФ. А вот хрен вам! Как только начались разговоры о гигантских залежах углеводородов на океанском дне, как тут же выяснилось: всё, что далее 200 морских миль от берега – ничейное. И делить эти ничейные богатства будут уж точно не в Москве.

Поэтому я вовсе не уверен, что Японии придётся применять свои вертолётоносцы и десантные катера для захвата Южных Курил. Возможно, они получат их на блюдечке с золотой каёмочкой и поясным поклоном. После этого русским придётся расстаться с Калининградом, которому, разумеется, вернут историческое имя Кёнигсберг. Проект Балтийской республики в составе ЕС уже существует. Реализовать его на практике – дело нескольких лет. Всему остальному населению популярно объяснят, что отпустить Калининградскую область в Европу – благо для РФ, потому что тем самым она приблизится к цивилизованному миру.

Далее наступит переломный момент, как в прямом, так и переносном смысле – остатки России будут ломать по линии Уральских гор на две части – Московию и Сибирское ханство. В 2003-2004 г. эта идея уже муссировалась в прессе, но общественное мнение отнеслось к ней негативно, поэтому кампанию свернули (это была именно спланированная кампания, а не проявление свободы слова). Основные аргументы в пользу раздела были следующие. За Уралом, где сконцентрировано 80% природных богатств РФ, проживает 30 % населения страны. Стоит Сибири обрести суверенитет, и аборигены заживут припеваючи, как в Кувейте. А Европейская Россия, лишившись углеводородной халявы, сможет развивать высокие технологии и постепенно интегрируется в Европейский Союз. А выпавшие нефтяные доходы будут компенсированы за счёт взимания с Сибирского ханства платы за транзит сырья в Европу и посреднической торговли.

Считаете это нереальным? Значит, вы совершенно не понимаете сути исторических процессов. Планы раздела СССР, обсуждаемые на Западе в начале 80-х годов, тоже казались фантастикой. И уж тем более трудно было представить, что Приднестровье или Нагорный Карабах станут суверенными бантустанами. Проект академика Сахарова о развале Союза на 50 удельных княжеств под названием Союз Советских Республик Европы и Азии даже в конце 80-х казался бредом старого маразматика. Но это всего лишь декларация цели, которую преследует наш враг. Цели, которая наполовину уже достигнута.

И как легко достигнута! Всего-то и надо изгадить русскую историю и в этом отредактированном виде вбить в голову местному населению. В результате для разгрома СССР не понадобились ковровые бомбардировки, которые нежелательны потому что вместе с лишними русскими уничтожают полезные материальные ценности. История – не только дешёвое, но и очень гуманное оружие, ибо способно превратить непобедимого врага в безвольного раба без применения физического насилия и ущерба для экологии…

Может ли ложь быть во благо? Может – во благо наших врагов!

Давайте сопоставим кое-какие факты. Миф о Киевской Руси, неразрывно связанный с легендой о монгольском нашествии как причине её угасания, начал целенаправленно внедряться в XVII в. По времени это совпадает с Никоновой церковной реформой и войнами Московского царства и российской империи за украйные земли Речи Посполитой, населённые преимущественно русскими людьми, исповедующими христианство греко-православного толка. Поэтому царям легенда о якобы киевском происхождении Руси была нужна, чтобы подкрепить свои претензии на Малороссию, хотя формально права на эти территории, заселение которых происходило по направлению с запада на восток, принадлежали Польше (тут автор немного ошибся. – Д.Б.). Таким образом, речь нужно вести не о воссоединении Руси в 1654 г., а о присоединении Малой Руси (исторической области, но не государства!) к России. Дата эта весьма условна, и с неё надо вести начало процесса собирания западнорусских земель под властью Москвы, затем Петербурга и снова Москвы, растянувшийся почти на 300 лет. Подкарпатская Русь была включена в состав СССР в 1945 г.

Дореволюционные историки, кстати, предпочитали называть переяславские события именно присоединением, а не воссоединением. Да и в самом переяславском манифесте ни намёком не говорится о каких-то исторических связях Малороссии с Московией через Древнюю Русь, хотя многословно отмечаются религиозная общность черкасов и подданных московского царя. Сам акт вступления в русское подданство мотивируется неисполнением королём Яном Казимиром своей присяги по прекращению притеснений православной веры.

Русская история во многом построена на мифах, из которых самые вредоносные мифы – прозападные, унижающие наше самовосприятие. Норманнская теория, утверждающая, что славяне даже государство создать не смогли, пригласив к себе для этой цели заморских князей, вообще была доведена до абсурда. Абсурдна она хотя бы потому, что на территории Руси было несколько очагов образования государственности. К чему приводит эта прозападная мифологизация исторического сознания, прекрасно видно на примере нашей интеллигенции, наиболее отравленной прозападным дискурсом – она страдает жутким комплексом неполноценности именно по отношению к «культурному Западу», старается очиститься от всего русского и истово служить «общечеловеческим ценностям». Речь не только об убогой советской интеллигенции, ненавидящей «эту страну» и фетишизирующей поделки забугорного ширпотреба. По-обезьяньи западничающая отечественная интеллигенция всегда была такой, вспомним хотя бы хрестоматийного Пекарского, радостно восклицающего «нас разбили!» по поводу поражения русских войск в Крымской войне. К счастью, весь народ невозможно было превратить в интеллигентов, и потому пекарские являли собой инородное тело в крестьянской России XIX столетия.

Да, древняя история России выстроена на мифах, но всякий миф несёт в себе хоть какие-то крупицы правды, которую можно восстановить. История же Украины есть дискурс в чистом виде. Мой анализ показывает, что такого государства, как Киевская Русь не существовало и даже гипотетически не могло существовать, а Киев хоть какое-то видимое значение приобретает лишь в эпоху хлебного бума и бурной распашки целины к концу XVI столетия, как региональный экономический и, главным образом, религиозный центр. В то же время начинается и сельскохозяйственное освоение земель к югу от Киева, которые ныне составляют 80% территории Украины. О более раннем периоде существования Киева мы можем сегодня лишь строить догадки.

Не было никакой древней Киевской Руси, да и самой Руси, как единого государства, в древности не существовало (тут автор ещё раз ошибается. Вся наша цивилизация была создана Славяно-Ариями более полумиллиона лет тому назад. – Д.Б.). В Поволжье сформировалось ядро империи, втянувшей в течение веков в свою орбиту все заселённые русскими территории, а попутно и множество других народов. Процесс этот завершился лишь в середине прошлого века. Чисто кабинетные доктрины о раздельности существования «двух русских народностей» появились лишь в середине XIX в. в среде либеральной профессуры и носили не научный, а политический характер. Но единства во взглядах на вопрос разделения единого славянского народа на две русские ветви как не было, так и нет.

Историк Михаил Погодин вслед за Николаем Карамзиным пропагандировал идею о том, что Киевскую Русь создали великороссы, которые поголовно ушли на Верхнюю Волгу после татарского погрома, а обезлюдевшее Поднепровье через два века заселили выходцы с Волыни и Прикарпатья, ставшие малороссами (спрашивается, кем же они были ранее?). Его коллега и современник Константин Кавелин утверждал, что Киевскую Русь создали малороссияне, а великороссы появляются на исторической сцене не ранее XI столетия, причём своим происхождением они обязаны малороссиянам, русифицировавшим финские племена, господствующие в Поволжье. Ну а потом, благодаря щедрым грантам Габсбургов, на сцене появляется Михаил Грушевский и, следуя в русле доктрины Духинского, объявляет о том, что украинцы вообще не имеют ничего общего с русскими ни антропологически, ни исторически.

Основной закон логики гласит, что если посылки верны и верен ход рассуждений, то и выводы должны получиться верными. То, что у историков выводы получаются столь противоречивыми, указывает лишь на то, что свои концепции они высасывают из пальца, не отрывая зада от стула. Ещё больше в этом убеждаешься, когда обнаруживаешь удивительный факт: в XIX в. историки говорят о двух русских народностях, а в советское время, откуда ни возьмись, появляется третья, древняя и равноправная с двумя предыдущими – белорусы, которых раньше отчего-то в упор не замечали. Родословные великороссов, малороссов и белорусов совершенно искусственно выводятся «учёными» от общей древнерусской народности, основавшей Киевскую Русь. Но если не было Киевской Руси, то, выходит, и общего корня у трёх братских народов тоже не было. Откуда же они взялись тогда? В том-то и дело, что даже сами малороссы и белорусы (имеется в виду именно народные массы) ещё в начале XX в. считали себя русскими и не подозревали о своей исторической «отдельности». Но советская украинизация основательно вправила мозги малороссам, убедив их в том, что они испокон веку являлись украинцами.

Не было государства под названием Украина (варианты: Киевская держава, Козацкая республика) до самого конца XX в. В этом не сомневается даже первый украинский президент Кравчук, чётко заявивший: «У нас до 1991 года не было государства»! И даже история так называемого украинского народа (и укро-мовы) начинается лишь в конце XIX столетия в Австро-Венгрии, где в полном согласии с иезуитским тезисом Калинки удалось создать Грица, не польского, но и не русского. Мутант вывелся именно такой, как и рассчитывали его создатели – главным фактором этнической самоидентификации украинца стала ненависть к русским, причём такая ненависть, которая искала самого деятельного выражения. В 1914 г. украинцы на пятёрку сдали экзамен по русофобии.

Исторический миф – что дышло: как повернёшь, так и вышло. Сегодня укро-сепаратистами миф о Киевской Руси (они, естественно, предпочитают говорить о Киевской державе или Киевской Украине) широко используется для обоснования древности украинского этноса, «отдельности» его от русского народа и, разумеется, превосходства над дикими азиатами-московитами. Парадокс в том, что эксплуатация одного и того же исторического мифа используется в диаметрально противоположных политических целях: московскими царями с целью соединения русских земель под своей властью, а нынешними киевскими правителями с целью отторжения Малороссии, Новороссии, Галиции, Волыни и Подолья от русского государства и обоснования своего исключительного права паразитировать на шее украинцев, в которых они лихорадочно пытаются «перекрестить» большинство своих подданных. Украинизация продолжается.

Вот поэтому я и не могу согласиться с доводами наших квасных патриотов, ратующих за пропаганду мифа о Киевской Руси, как якобы фундамента идеологии русско-украинского братства. Всякий проукраинский дискурс, и миф о Киевской Руси в том числе – есть удар против общерусского единства. Никакого русско-украинского братства быть не может. Всякий русский, «отрекшийся от русской народности» и воспринявший доктрину украинства – может быть мне братом не лучшим, чем Каин.

Только расчистка истории от пропагандистского мусора даст народам России и Украины осознание нашего единства – национального, культурного и цивилизационного. Только это позволит сохраниться не только русским, как этносу и общерусскому государству, но и сделает возможным успешное противостояние нашей культуры губительному диктату североатлантической миросистемы.

Русский писатель (малоросс по происхождению) Всеволод Крестовский сказал: «Прямое слово правды никогда не может подрывать и разрушать того, что законно и истинно. А если наносит оно вред и ущерб, то только одному злу и беззаконию». Прямое слово исторической правды может спасти Россию и Украину. Ложь о прошлом неминуемо приведёт к войне. Не зря украинцам вдалбливается в головы дискурс о трёхсотлетнем москальском иге, о русско-украинских войнах, начало которым положил ещё, дескать, Андрей Боголюбский, «первый собственно москальский князь». Не просто так формируется образ русского врага. Если выстрелить в прошлое из ружья, оно ответит выстрелом из пушки. Тот, кто не понимает этой простой истины, обречён на роль пушечного мяса.

Станем ли мы свидетелями, участниками и жертвами русско-украинской бойни? Очень надеюсь, что кровавые ужасы Талергофа и бандеровщины не повторятся. Поэтому я и пытаюсь развеять ядовитый туман над русской историей. Не затем, что меня прельщают лавры ниспровергателя кумиров официозной исторической «науки». Нет, братцы, просто жить хочется…

Скопировать себе книгу…

Источник

Мне понятна твоя вековая печаль...

Алексей Артемьев

Именно настороженное отношение к высказываниям Алексея Кунгурова по поводу Пермских лесов и просек, на одной из его конференций, побудило меня провести это исследование. Ну, как же! Был таинственный намёк на сотни километров просек в лесах и на их возраст. Меня лично зацепило то, что по лесу я хожу достаточно часто и достаточно далеко, но необычного ничего не замечал.

И в этот раз повторилось удивительное ощущение – чем больше разбираешься, тем больше появляется новых вопросов. Пришлось перечитать массу источников, от материалов по лесоводству 19 века, до современной «Инструкции по проведению лесоустройства в лесном фонде России». Ясности это не добавило, скорее наоборот. Зато появилась уверенность, что здесь дело нечисто.

Первый удивительный факт, который подтвердился – размерность квартальной сети. Квартальная сеть, это по определению – «Система лесных кварталов, создаваемая на землях лесного фонда с целью инвентаризации лесного фонда, организации и ведения лесного хозяйства и лесопользования». Квартальная сеть состоит из квартальных просек. Это освобождённая от деревьев и кустарников прямолинейная полоса (как правило, шириной до 4 м), прокладываемая в лесу с целью обозначения границ лесных кварталов. При лесоустройстве проводят прорубку и расчистку квартальной просеки на ширину 0,5 м, а расширение их до 4 м осуществляется в последующие годы работниками лесхоза.

На рисунке вы можете увидеть, как эти просеки выглядят в Удмуртии. Картинка сделана из программы «Google Earth» (см. Рис.2). Кварталы имеют прямоугольный вид. Для точности измерения отмечен отрезок в 5 кварталов шириной. Она составила 5340 м, а это значит, что ширина 1 квартала равна 1067 метров, или ровно 1 путевой версте. Качество картинки оставляет желать лучшего, но я-то по этим просекам сам хожу постоянно, и то, что вы видите сверху, хорошо знаю с земли. До этого момента я свято был уверен, что все эти лесные дороги дело рук советских лесников. Но какого лешего им потребовалось размечать квартальную сеть в вёрстах?

Проверил. В инструкции кварталы положено размечать размером 1 на 2 км. Погрешность на таком расстоянии допускается не более 20 метров. Но 20 это не 340. Однако, во всех документах по лесоустройству оговаривается, что если проекты квартальной сети уже существуют, то следует просто привязываться к ним. Оно и понятно, работы по прокладке просек это большой труд, чтобы переделывать.

Сегодня уже существуют машины для вырубки просек (см. Рис.3), но про них следует забыть, поскольку практически весь лесной фонд европейской части России, плюс часть леса за Уралом, примерно до Тюмени, разбита на верстовую квартальную сеть. Попадается и километровая конечно, ведь в последнее столетие лесники тоже чем-то занимались, но в основном именно верстовая. В частности в Удмуртии километровых просек нет. А это значит, что проект и практическая прокладка квартальной сети на большей части лесных территорий европейской части России были сделаны не позже 1918 года. Именно в это время в России была принята к обязательному использованию метрическая система мер, и верста уступила место километру.

Выходит, сделано топорами и лобзиками, если мы, конечно, правильно понимаем историческую действительность. Учитывая, что лесная территория европейской части России величиной порядка 200 млн. гектар, это титанический труд. Расчёт показывает, что общая протяжённость просек составляет порядка 3 млн. км. Для наглядности представьте 1-го лесоруба, вооружённого пилой или топором. За день он сможет расчистить в среднем не более 10 метров просеки. Но нельзя забывать, что эти работы можно проводить в основном в зимнее время. Это значит, что даже 20 000 лесорубов, работая ежегодно, создавали бы нашу прекрасную верстовую квартальную сеть не менее 80 лет.

Но и такого количества работников, занятых лесоустройством никогда не было. По материалам статей 19 века ясно, что специалистов лесного хозяйства было всегда крайне мало, и средства, выделяемые на эти цели, не могли покрыть таких расходов. Если даже представить, что для этого сгоняли крестьян из окрестных деревень на бесплатные работы, то всё равно непонятно, кто это делал в малонаселённых районах Пермской, Кировской, Вологодской областей.

После этого факта уже не так удивляет, что вся квартальная сеть наклонена примерно на 10 градусов и направлена не на географический северный полюс, а, видимо, на магнитный (разметку вели по компасу, а не по GPS навигатору), который должен был, в это время располагаться примерно на 1000 километров в сторону Камчатки. И не так смущает, что магнитный полюс, по официальным данным учёных, никогда с 17 века до наших дней там не находился. Даже уже не пугает то, что и сегодня стрелка компаса показывает примерно в том же самом направлении, в каком была сделана и квартальная сеть до 1918 года. Всё равно этого всего не может быть! Вся логика разваливается.

Но оно есть. И для того, чтобы добить цепляющееся за реальность сознание, сообщаю, что всё это хозяйство надо ещё и обслуживать. По нормам, полная ревизия проходит каждые 20 лет. Если вообще проходит. А в этот промежуток времени за просеками должен следить «лесопользователь». Ну, уж если в советское время кто-то и следил, то за последние 20 лет вряд ли. Но просеки не заросли. Бурелом есть, а деревьев посреди дороги нет. А ведь за 20 лет случайно упавшее на землю семечко сосны, которых ежегодно высевается миллиарды, вырастает до 8 метров в высоту. Просеки не только не заросли, даже пеньков от периодических расчисток вы не увидите. Это тем более поражает, в сравнении с линиями электропередач, которые специальные бригады расчищают от подросших кустарников и деревьев регулярно.

Вот как выглядят типичные просеки в наших лесах. Трава, иногда кусты есть, а деревьев нет. Нет и следов регулярного ухода (см. Рис.4 и Рис.5).

Вторая большая загадка – это возраст нашего леса, или деревьев в этом лесу. В общем, давайте по порядку. Сначала разберёмся, сколько живёт дерево. Вот соответствующая таблица.

Название Высота (м) Продолжительность жизни (лет)
Слива домашняя 6-12 15-60
Ольха серая 15-20 (25)* 50-70 (150)
Осина до 35 80-100 (150)
Рябина обыкновенная 4-10 (15-20) 80-100 (300)
Туя западная 15-20 свыше 100
Ольха черная 30 (35) 100-150 (300)
Береза бородавчатая 20-30 (35) 150 (300)
Вяз гладкий 25-30 (35) 150 (300-400)
Пихта бальзамическая 15-25 150-200
Пихта сибирская до 30 (40) 150-200
Ясень обыкновенный 25-35 (40) 150-200 (350)
Яблоня дикая 10 (15) до 200
Груша обыкновенная до 20 (30) 200 (300)
Вяз шершавый 25-30 (40) до 300
Ель европейская 30-35 (60) 300-400 (500)
Сосна обыкновенная 20-40 (45) 300-400 (600)
Липа мелколистная до 30 (40) 300-400 (600)
Бук лесной 25-30 (50) 400-500
Сосна кедровая сибирская до 35 (40) 400-500
Ель колючая 30 (45) 400-600
Лиственница европейская 30-40 (50) до 500
Лиственница сибирская до 45 до 500 (900)
Можевельник обыкновенный 1-3 (12) 500 (800-1000)
Лжетсуга обыкновенная до 100 до 700
Сосна кедровая европейская до 25 до 1000
Тисс ягодный до 15 (20) 1000 (2000-4000)
Дуб черешчатый 30-40 (50) до 1500

* В скобках – высота и продолжительность жизни в особо благоприятных условиях.

В разных источниках цифры несколько отличаются, но незначительно. Сосна и ель должны в нормальных условиях доживать до 300…400 лет. Начинаешь понимать, как всё нелепо, только когда сопоставишь диаметр такого дерева с тем, что мы видим в наших лесах. Ель возрастом 300 лет должна иметь ствол диаметром порядка 2 метров. Ну, как в сказке. Возникает вопрос: А где все эти гиганты? Сколько я по лесу ни хожу, не видел толще 80 см. В массе их нет. Есть штучные экземпляры (в Удмуртии – 2 сосны) которые достигают 1,2 м, но их возраст тоже не более 200 лет. Вообще, как живёт лес? Почему в нём растут или умирают деревья?

Оказывается, существует понятие «естественный лес». Это лес, который живёт своей жизнью – его не вырубали. У него есть отличительная черта – низкая сомкнутость крон от 10 до 40%. То есть росли какие-то деревья уже старые и высокие, но часть из них упала поражённая грибком или погибла, проиграв конкуренцию с соседями за воду, почву и свет. Образуются большие прогалы в пологе леса. Туда начинает попадать много света, что очень важно в лесной борьбе за существование, и активно начинает подрастать молодняк. Поэтому, естественный лес состоит из разных поколений, и сомкнутость крон основной показатель этого.

А вот, если лес подвергался сплошной вырубке, то новые деревья долгое время подрастают одновременно, сомкнутость крон высокая, более 40%. Пройдёт несколько столетий, и если лес не трогать, то борьба за место под солнцем сделает своё дело. Он снова станет естественным. Хотите знать, сколько в нашей стране естественного леса, который ничем не затронут? Пожалуйста, карта лесов России (см. Рис.6).

Яркими оттенками обозначены леса с высокой сомкнутостью крон, то есть это не «естественные леса». И таких большинство. Вся европейская часть обозначена насыщенным голубым цветом. Это, как указано в таблице: «Мелколиственные и смешанные леса. Леса с преобладанием берёзы, осины, серой ольхи, часто с примесью хвойных деревьев или с отдельными участками хвойных лесов. Практически все – производные леса, сформировавшиеся на месте коренных лесов в результате рубок, расчисток, лесных пожаров...»

На горах и тундровой зоне можно не останавливаться, там редкость крон может быть обусловлена другими причинами. Но равнины и среднюю полосу покрывает явно молодой лес. Насколько молодой? Сходите и проверьте. Вряд ли вы найдёте в лесу дерево старше 150 лет. Даже стандартный бур для определения возраста дерева имеет длину 36 см и рассчитан на возраст дерева 130 лет. Как это объясняет лесная наука? Вот, что они придумали:

«Лесные пожары – явление достаточно обычное для большей части таёжной зоны Европейской России. Более того: лесные пожары в тайге настолько обычны, что некоторые исследователи рассматривают тайгу, как множество гарей разного возраста – точнее, множество лесов, сформировавшихся на этих гарях. Многие исследователи считают, что лесные пожары являются, если не единственным, то, по крайней мере, главным естественным механизмом обновления лесов, смены старых поколений деревьев молодыми…»

Всё это называется «динамика случайных нарушений». Вот где собака зарыта. Лес горел, и горел практически везде. И это, по мнению специалистов, главная причина малого возраста наших лесов. Не грибок, не жучки, не ураганы. Вся наша тайга стоит на гарях, а после пожара остаётся то же самое, что и после сплошной вырубки. Отсюда высокая сомкнутость крон практически по всей лесной зоне. Конечно, есть исключения – действительно нетронутые леса в Приангарье, на Валааме и, наверное, ещё где-нибудь на просторах нашей необъятной Родины. Там действительно сказочно большие деревья в своей массе. И хотя это маленькие островки в безбрежном море тайги, они доказывают, что лес может быть и таким.

Что же настолько обычного в лесных пожарах, что они за последние 150…200 лет перепалили весь лесной массив в 700 млн. гектаров? Причём, по мнению учёных, в неком шахматном порядке соблюдая очерёдность, и непременно в разное время?

Сначала надо понять масштабы этих событий в пространстве и времени. То, что основной возраст старых деревьев в основной массе лесов составляет не менее 100 лет, говорит о том, что масштабные гари, так омолодившие наши леса, произошли за период не более 100 лет. Переводя на даты, за один только 19 век. Для этого нужно было сжигать ежегодно 7 млн. гектаров леса.

Даже в результате масштабных лесных поджогов летом 2010 года, которые все специалисты назвали катастрофичными по объёмам, сгорело лишь 2 млн. гектаров. Выходит, ничего «настолько уж обычного» в этом нет. Последним оправданием такому горелому прошлому наших лесов могла бы стать традиция подсечно-огневого земледелия. Но как в этом случае объяснить состояние леса в местах, где традиционно земледелие не было развито? В частности, в Пермском крае? Тем более, что этот метод земледелия предполагает трудоёмкое культурное использование ограниченных участков леса, а вовсе не безудержные поджоги больших массивов в жаркую летнюю пору, да с ветерком.

Перебрав все возможные варианты, можно с уверенностью сказать, что научное понятие «динамики случайных нарушений» ничем в реальной жизни не обосновано, и является мифом, предназначенным для маскировки неадекватного состояния нынешних лесов России, а значит и событий, приведших к этому.

Нам придётся признать, что наши леса либо усиленно (сверх всякой нормы) и постоянно горели весь 19 век (что само по себе ничем не объяснимо и нигде не зафиксировано), либо сгорели единовременно в результате некоего происшествия, отчего яростно открещивается научный мир, не имея никаких аргументов, кроме того, что в официальной истории ничего подобного не записано.

Ко всему этому можно добавить, что сказочно большие деревья в старых естественных лесах явно были. Уже говорилось о заповедных сохранившихся участках тайги. Стоит привести пример и в части лиственных лесов. В Нижегородской области и в Чувашии очень благоприятный климат для лиственных пород деревьев. Там произрастает огромное количество дубов. Но вы, опять же, не найдёте старых экземпляров. Те же 150 лет, старше нет. Более старые единичные экземпляры все наперечёт. В начале статьи приведена фотография крупнейшего дуба в Белоруссии. Растёт он в Беловежской пуще (см. Рис.1). Его диаметр порядка 2 метров, а возраст оценивается в 800 лет, что, конечно, весьма условно. Как знать, может он каким-то образом устоял в пожарах, такое случается. Крупнейшим дубом в России считается экземпляр, растущий в Липецкой области. По условным оценкам ему 430 лет (см. Рис.7).

Особая тема морёный дуб. Это тот, который извлекают в основном со дна рек. Мои родственники из Чувашии рассказывали, что вытягивали со дна огромные экземпляры до 1,5 м в диаметре. И таких было много (см. Рис.8). Это говорит о составе прежнего дубового леса, остатки которого лежат на дне. Значит, ничего не мешает и нынешним дубам вырасти до таких размеров. Что, разве раньше «динамика случайных нарушений» в виде гроз и молний работала как-то по-особенному? Нет, всё было так же. Вот и получается, что нынешний лес ещё просто не достиг зрелости.

Давайте подытожим, что мы получили в результате этого исследования. Налицо масса противоречий действительности, которую мы наблюдаем своими глазами, с официальной трактовкой сравнительно недавнего прошлого:

– Существует развитая квартальная сеть на огромном пространстве, которая проектировалась в вёрстах и была проложена не позже 1918 года. Протяжённость просек такова, что 20 000 лесорубов, при условии ручного труда, создавали бы её 80 лет. Просеки обслуживаются крайне нерегулярно, если вообще обслуживаются, но они не зарастают.

– С другой стороны, по версии историков и сохранившимся статьям по лесоводству, никакого финансирования соизмеримых масштабов и требуемого количества специалистов лесоводов тогда не было. Не было и возможности рекрутировать подобное количество бесплатной рабочей силы. Не было механизации, способной облегчить эти работы. Требуется выбрать: или наши глаза нас обманывают, или 19 век был вовсе не таким, как нам рассказывают историки. В частности, могла существовать механизация, соизмеримая описанным задачам (Для чего интересно могла быть предназначена эта паровая машина из фильма «Сибирский цирюльник» (см. Рис.9). Или Михалков совсем немыслимый фантазёр?).

Могли существовать и менее трудоёмкие, эффективные технологии прокладки и обслуживания просек, утраченные сегодня (некий отдалённый аналог гербицидов). Наверное, глупо утверждать, что Россия ничего не утратила после 1917 года. Наконец, возможно, не прорубали просеки, а на уничтоженных пожаром пространствах, кварталами высаживали деревья. Это не такой уж и бред, по сравнению с тем, что рисует нам наука. Хотя и сомнительно, но, по крайней мере, многое объясняет.

– Наши леса гораздо моложе естественного срока жизни самих деревьев. Об этом свидетельствует официальная карта лесов России и наши глаза. Возраст леса порядка 150 лет, хотя сосна и ель в нормальных условиях растут до 400 лет, и достигают 2 метровой толщины. Существуют и отдельные участки леса из подобных по возрасту деревьев.







Последнее изменение этой страницы: 2016-06-07; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 18.208.159.25 (0.022 с.)