Славянский культурно-исторический тип имеет все возможности для того, чтобы стать первым четырехосновным культурно-историческим типом.

История показывает, что ни одна культура не может быть вечной и что во время расцвета одной культуры зарождается новая. Одновременно существуют самобытные цивилизации, и мы склонны думать, что когда проявляется жизнь нового исторического типа, то жизнь старого должна угасать.

Славянскую цивилизацию, выходящую из периода тысячелетней этнографической подготовки, трудно увидеть и оценить, особенно в сравнении с европейской цивилизацией, находящейся в апогее своего величия и блеска. Сознавая высокое достоинство славянских начал и увидев непримиримость и односторонность европейских начал, славянофилы предполагали, что славянам суждено разрешить общечеловеческую задачу, не решенную предшественниками. Но не может какое-либо культурно-историческое племя решить задачу для всего человечества, ибо задача человечества, по мысли Данилевского, состоит в проявлении в разные времена и разными племенами всех тех сторон, всех тех особенностей и направлений, которые потенциально лежат в идее человечества.

Славянофилы не смогли преодолеть гегелевского подхода к историческому развитию человечества и стояли на позициях наличия общечеловеческой цивилизации, с поправкой на то, что они, в отличие от западников, не признавали такой цивилизацией европейскую. Общечеловеческой цивилизацией считалась только славянская, или цивилизация, объединяющая духовные силы Европы и России.

Имея политическую независимость как одно из важнейших условий зарождения культурно-исторического типа, Россия, по мнению Данилевского, должна вынести как болезнь петровскую реформу. Следует отметить, что Данилевский не отрицал необходимости реформы и заимствования некоторых технических плодов европейской цивилизации. Он понимал, что в начале XVII века потребности государственной обороны требовали технического перевооружения, что наступал такой момент, когда самопожертвования и патриотизма для сохранения государства было уже недостаточно. Беда была в том, что, познакомившись с Европой, Петр, если это уместно сказать, влюбился в нее, и захотел Россию сделать Европой. Видя плоды европейского дерева, он, по словам Данилевского, сделал вывод о превосходстве самого растения над русским еще бесплодным ростком. Не приняв во внимание разность в возрасте, Петр захотел срубить его под самый корень и заменить другим.

В деятельности Петра следует различать две стороны - государственную деятельность и реформирование быта русского народа. Первая заслуживает признательности. Но реформирование быта русского народа принесло величайший вред будущему России. Сначала искажение русской жизни касалось только верхних слоев, но постепенно насильственный переворот на иностранный лад под воздействием правительства стал распространяться во все слои и все сферы жизни.

Изменение бытовых норм более поразил высший слой. Низший слой остался русским, а высший - европейским. Низшие слои непроизвольно ориентируются на более высокое, богатое и образованное сословие, поэтому даже в народном сознании укореняется мысль о том, что свое, русское, есть по своему существу нечто худшее и низкое. Все, чему придается понятие "русский", считается как бы годным только для простого народа, не стоящим внимания людей более богатых или образованных. Естественно, что все это привело к унижению народного духа, к самоунижению. Одно зло порождает другое. Народ, сохранивший самобытные формы жизни, относится с недоверием к той части, которая им изменила, считает их способными перейти во враждебный России лагерь.