Следующая глава194 глава. Цзян Юань резко раскаялась

После полудня машина Гу Вэйтина остановилась возле полицейского участка. Начальник управления мгновенно выбежал его встречать.
- Генерал Гу, почему Вы не сказали, что приедете? Я бы отправил за Вами машину!
Гу Вэйтин с каменным лицом вошёл в здание, начальник участка распорядился, чтобы тому налили воды, но он лишь отмахнулся и без всяких церемоний перешёл к сути:
- Как проходит то, о чём мы с Вами в прошлый раз говорили?
- На данный момент мы их выслеживаем. Подождите немного, я принесу отчёты.
Не прошло и минуты, как начальник вручил Гу Вэйтину тщательно рассортированные материалы.
Это был список недавних вызовов Бай Ханьцзы, та причина, по которой Гу Вэйтин не стал его беспокоить, чтобы не привлечь к себе лишнего внимания.
- Номера в списке расположены по частоте звонков с них - от высокой к низкой. В целом наиболее часто звонки поступали из Пекина, нет ни одного иногороднего, причём, в основном, звонят по одному разу с одного номера, и максимум на 10 секунд. Мы решили, что звонки были сделаны по ошибке.
Гу Вэйтин внимательно просмотрел отчёт. Его глаза недобро блеснули, когда он остановился на пятом номере.
- Откуда был сделан звонок с этого номера?
Начальник заглянул в бумаги.
- О, это город Циндао в провинции Шаньдунь. Единственный номер, с которого часто звонили из другой провинции.
Гу Вэйтин прищурил глаза, в тёмных зрачках заплясали страшные огни.
***
Гу Вэйтин позвал к себе Гу Яна.
- Как идут дела? - мягко поинтересовался он.
Гу Ян равнодушно ответил:
- Нормально. Есть человек, который помогает мне следить за развитием проекта, мне нужно будет лишь подвести итог.
-У дяди есть к тебе одно дело. Не знаю, удобно ли.
- Ха-ха… Дядя, зачем Вы так со мной любезничаете?
Гу Вэйтин рассмеялся в ответ.
- Ты уже взрослый, я обязан относиться к тебе соответствующе. К тому же, у тебя свой бизнес, я не могу пренебрегать личным временем родных людей, тем более, твоим!
- Ничего страшного, я не занят. Говорите прямо.
Гу Вэйтин изменился в лице и глубоко задумался.
- Ты связывался с Гу Хаем?
Гу Ян чётко ответил:
- Нет.
Гу Вэйтин кивнул головой в знак согласия.
- Хорошо. В таком случае, если ты свободен, помоги мне найти Гу Хая. Я не хочу поднимать весь мир на уши, разыскивая его. Такая огласка мне не на руку, да и КПК не разрешит (ком.партия Китая).
- Где его искать? Он сейчас все концы опустил в воду. Искать их – что искать иголку в стоге сена.
- Я тебе дам зацепку. Они сейчас в Циндао.
Гу Ян очень хорошо изобразил удивление, сделав вид, что ничего не знал.
- Откуда Вы узнали, что они там?
- Нашёл.
Гу Ян промолчал.
- Если я продолжу дальше их выслеживать, то, вероятно, узнаю и адрес. Но я не хочу впутываться сам в это дело. Не спрашивай, почему. У меня сейчас и так камень на душе. В общем, дядя тебе доверяет, помоги мне с этим.
Вглядываясь в мрачное лицо Гу Вэйтина, Гу Яну стало не по себе.
- Они уже это сделали, а Вы всё ещё считаете его своим сыном?
- Считаю – значит, он у меня есть, не считаю – значит, нет у меня сына.
Пока Гу Ян раздумывал над его словами, Гу Вэйтин вышел из комнаты.
- Здравствуйте, товарищ генерал!
Стоящего перед Гу Вэйтином человека, одного из многочисленных подчинённых, звали Хуа Юнфэй. Обычно Гу Вэйтин редко его вызывал, лишь когда Сунь Цзинвэй не успевал, то мог позвать того, чтобы ввести генерала в курс дела.
- У меня к Вам задание.
Хуа Юнфэй вытянулся по струнке.
- Слушаю Вас, товарищ генерал!
- Да ты расслабься.
Гу Вэйтин крепко сжал плечо Хуа Юнфэя.
- Это моё личное поручение. Оставь эту официальность.
- Домашнее? – поинтересовался тот. - Разве Вашими семейными делами занимается не Сунь Цзинвэй?
- Он не успевает.
Правда была в том, что Гу Вэйтин перестал ему доверять.
- Мне нужно, чтобы ты проследил за одним человеком. Неважно, чего это будет стоить. Держать его под контролем 24 часа в сутки.
Хуа Юнфэй сразу нервно напрягся.
- Кого?
- Моего племянника, Гу Яна.
***
Сунь Цзинвэй посмотрел на Гу Вэйтина и тревожно спросил:
- Товарищ генерал, а где вы сейчас были?
Тот окинул его взглядом.
- Какое тебе дело?
- Ваша жена искала Вас.
- Цзян Юань? – Гу Вэйтин слегка нахмурился. - Когда она приходила?
- Она была только что. Я попросил её подождать в кабинете, но она увидела, что Вас нет, и ушла. Товарищ генерал, хорошенько позаботьтесь о ней. После того, что случилось, всем не по себе, а она, как-никак, женщина. Ей тяжелее с этим справляться, чем Вам. Я её сейчас видел и смею заметить, она совсем плоха.
Гу Вэйтин ничего не ответил, а ушёл заниматься своими делами и поздно вечером приказал водителю везти его домой.
***
Гу Вэйтин вошёл в дом, повернул голову и сразу же увидел поодаль сидящую Цзян Юань. Тускло мерцала лампа, отбрасывая тень на её бледное лицо.
- Ты ел? Если нет, я сейчас что-нибудь приготовлю.
Цзян Юань повернулась уйти, но Гу Вэйтин не отпустил.
— Не стоит! Я ел.
Цзян Юань вздохнула и больше ничего не говорила.
Прежняя Цзян Юань ждала возвращения Гу Вэйтина, как императорская наложница ждёт личного прибытия своего императора. Каждый вечер ждала и ждала его на кровати, а посреди ночи просыпалась одна. Но сейчас, даже если Гу Вэйтин рядом, на душе всё равно пусто.
- Почему ты так поздно не спишь? – задал вопрос Гу Вэйтин.
Цзян Юань слегка улыбнулась:
- Не могу уснуть.
Цзян Юань всегда представала перед Гу Вэйтином полной жизненной энергии. Всегда говорила прямо и без обиняков, была честной и открытой. Если ей было плохо, то она злилась. Если она была счастлива, то прыгала от радости. Иногда она была дьяволом во плоти, иногда очаровательной и милой… Но он редко когда видел её такой спокойной.
Гу Вэйтин ухватил её за руку.
- Почему не можешь уснуть?
- Думаю о сыне, - правдиво ответила она.
Гу Вэйтин прикрыл глаза, пытаясь успокоить своё выпрыгивающее сердце. Он так много кричал за последние дни, что ему опротивел такой способ общения.
- Ты ходила к Бай Ханьцзы?
Цзян Юань отрицательно покачала головой.
Он немного удивился. С её-то нравом уже давно пора было пойти к ним домой, поднять скандал и перевернуть всё вверх дном.
- Почему нет?
Цзян Юань тихо ответила:
- Я целыми днями думаю о словах Лао Бая. Он сказал: «Инь любит мужчин, потому что у него ущербная мать. Поэтому он отталкивает всех женщин».
- Полный бред! – мрачно вздохнул Гу Вэйтин. - Тебе нужна объективная причина? Она у нас одна, а именно: они оба – парочка болванов!
Цзян Юань промолчала.
Гу Вэйтин подкурил сигарету и медленно затянулся. Цзян Юань ни с того ни с сего начала плакать.
Он повернулся и слегка выгнул бровь.
- Посмотри на себя! Почему ты плачешь? Взрослый человек, а плачешь. Ну, перестань…
Гу Вэйтин достал салфетку и начал вытирать Цзян Юань слёзы. А она всё всхлипывала:
- Мне вдруг подумалось, что мой сын такой несчастный. Раньше, когда он был здравомыслящим, то таким не казался. А сейчас, когда он такое сотворил, у меня просто сердце разрывается. Он мне снится каждую ночь, как он страдает от голода. Ему всего лишь 18! У людей детям по 18, и они у папы-мамы за пазухой, у них есть еда и вода. А мой сын где-то на улице, у него есть семья, но он не может сюда вернуться.
У Гу Вэйтина дрогнуло сердце, но он сухо сказал:
- Они сами заварили кашу – пусть теперь и расхлёбывают. Это не стоит твоих слёз!
Цзян Юань вся в слезах повернулась к Гу Вэйтину.
- Лао Гу, а ты никогда не думал, что наши сыновья так изменились из-за нашего с тобой брака?
- Что ты хочешь этим сказать? - взгляд Гу Вэйтина потемнел. - Мы уже женаты. Какой смысл сейчас об этом говорить?
— Я ни о чём не жалею, просто всё время думаю, почему Сяо Хай влюбился в Лоиня, и почему Лоинь влюбился в Сяо Хая. Я подумала, двум детям просто недоставало материнской любви. Мама Сяо Хая умерла, всё детство Лоиня прошло без меня. Наших детей сблизило много общего.
— Таких людей полным-полно, но не все совершают подобное!
Цзян Юань обхватила подушку и уткнула в неё свой безжизненный взгляд.
— Лао Гу, ты знаешь, почему Гу Хай стал к тебе иначе относиться?
Насчёт этого вопроса Гу Вэйтин находился в постоянных сомнениях. Сначала хотел спросить, потом решил, что это лишнее, но так никогда и не поднимал эту тему. Только думал, что сын сам всё хорошо понимает.
- Потому что Лоинь разузнал для Гу Хая всю правду о смерти его матери.
Гу Вэйтин был потрясён. Глаза метали огни в стороны.
- Что ты сказала?!
У Цзян Юань перехватило дыхание.
— Сунь Цзинвэй запретил мне тебе рассказывать, он боялся, что ты снова разнервничаешься. Я тоже не хотела говорить, потому что боялась, что ты всё время будешь о ней думать. А сейчас я больше всего боюсь, что с моим сыном может что-то случиться. В этом мире он – моя единственная кровинка!