Вечернее сообщение 31 января

 

Войска Донского фронта продолжали истреблять разрозненные группы гитлеровцев. Ближе к центральной части Сталинграда в течение дня нашими частями захвачено в плен свыше 5000 немецких солдат и офицеров, в том числе несколько немецких генералов. Взяты трофеи: — 90 орудий, 75 пулеметов, 20 автомашин и радиостанция.

«Правда», 1.02.1943 г.

 

 

«СЕГОДНЯ В СТАЛИНГРАДЕ»

Сталинград, 31 января. (От воен. кор. «Правды»)

 

Мелькает последняя путевая стрелка с надписью «Сталинград». Дорожные отряды расчистили ровную снеговую тропу, по которой, как по белоснежной скатерти, въезжаешь в город.

Издали кажется, что город по-прежнему цел: высятся в несколько этажей кирпичные стены, торчат трубы заводов, над крышами низеньких домов стелется легкий дымок. Но, к сожалению, город только издали выглядит таким.

Мы едем из улицы в улицу и всюду видим торчащие дома-инвалиды, дома-калеки с дырами вместо окон, без крыш и потолков. Сохранились только коробки домов.

Обезображенный и разрушенный варварами город сегодня полон кипучей, животворящей жизни. Мертвы в нем только немцы, густо устлавшие своими трупами мостовые и подворотни. Для них Сталинград — могила.

По улицам движутся санки, нагруженные домашним скарбом. За санками идут женщины и дети. Это те, кто месяцами жил в землянках, норах за городом. Теперь они возвращаются в свои разбитые и опустошенные очаги, возвращаются с тем, чтобы восстановить, исправить, начать новую жизнь.

На улицах парит необычайное оживление. Рядом с гражданскими лицами движутся группы бойцов и командиров, дымят походные кухни, где-то еще стрекочут минометы и пулеметы. Слышна ружейная стрельба. Это советские воины добивают последних немцев.

В доме № 6 по Чимбарскому переулку расположился штаб стрелкового батальона. Обрадованные жители любовно ухаживают за бойцами, предлагают постирать белье, сварить пищу. Вместе с бойцами они радуются успехам Красной Армии, оживленно обсуждают приключения последних дней. А приключений уйма! Вчера была истреблена за р. Царица группа отъявленных фашистов, офицеров-эсэсовцев. К обеду немецкая кухня, ничего не зная, примчалась к месту боя. С удивлением и испугом кашевары встретили красноармейцев.

В другой части города произошел вчера более трагический для немцев случай. Прилетело несколько немецких бомбардировщиков. Крутились, вертелись, никак не могли разобрать, где расположены советские войска, а где немецкие. Наконец, сбросили груз бомб прямо на головы фрицев.

Нужно же обладать такой завидной точностью прицела!

Вскоре показались вражеские транспортные самолеты. Они тоже изрядно вертелись в воздухе в поисках своих и сбросили на наши боевые порядки... шоколад, колбасу и консервы.

 

 

* * *

 

Позавчера после длительного и упорного сопротивления немцев гвардейская часть под командованием генерал-майора Емельяна Ивановича Василенко принудила штаб 44-й немецкой дивизии во главе с командиром дивизии генералом Дюбуа сдаться в плен. Когда немецкий генерал пришел немного в себя, он с оглядкой спросил:

— Или я в плену раньше моих командиров полков? Есть ли еще хоть один немецкий генерал из окруженной группировки в таком же положении?

Наши командиры быстро успокоили пленника. Они привели к нему ранее плененных командиров полков 44-й дивизии и сказали:

— Что касается немецких генералов, то некоторые из них, в частности генерал-майор фон Дреббер, сами изъявили желание сдаться в плен.

На лице генерала Дюбуа можно было прочесть: «Я очень доволен таким сообщением». Он настолько упокоился, что охотно согласился присутствовать на вечере красноармейской художественной самодеятельности.

У одного из немецких офицеров наша самодеятельность вызвала довольно странную, не лишенную любопытства реакцию. Офицер неожиданно запел на ломаном русском языке популярную песенку, относящуюся к эпохе наполеоновского похода в Россию. Он пропел двустишие:

«Зачем я шел к тебе, Россия,

Европу всю держа в руках...»

Ничего не скажешь, песенка спета кстати, песенка вполне отвечает событиям последних дней.

В городе нам пришлось наблюдать приятную хлопотливость и озабоченность наших командиров. Они подыскивали подходящие для бань помещения, чтобы бойцы, перенесшие тяжести и лишения в битвах под Сталинградом, могли как следует помыться и освежиться.

Во многих полках и батальонах состоялись партийные и комсомольские собрания об итогах боев за волжскую твердыню, о предстоящих сражениях с ненавистным врагом.

В городе начинается новая жизнь — счастливая и радостная.

Город руин воскресает, в нем гордо звучит свободная волжская песня.

 

Г. Григоренко

«Правда», 1.02.1943 г.

 

 

Февраля 1943