О характере финско-германского сотрудничества

На стадии разработки плана Барбаросса немцы обдумывали различные детали того, каким образом следует организовать сотрудничество с финнами, особенно в районах Северной Финляндии. Следует коротко остановиться и на этом вопросе, поскольку он отчетливо характеризует качественную сторону планируемого сотрудничества. Уже в планах ОКВ от 24 марта 1941 г., принимавших во внимание предстоящие переговоры с разными странами, а также в предложениях от 28 апреля 1941 г.- что именно следует обсуждать с финской стороной - имеются неоднократные указания на так называемые "дела главного квартирмейстера". Их было решено представить в письменном виде, чтобы на важных переговорах сэкономить время. Именно так и поступили 25 мая 1941 г. в Зальцбурге, поскольку в протоколах переговоров в Хельсинки (3-5 июня 1941 г.) имеется указание на то, что Финляндия в принципе с ними согласна. Окончательная доработка была произведена, видимо, на следующей неделе, поскольку совместный документ армии "Норвегия" и ОКВ - "Специальные указания для немецких частей, дислоцируемых на территории Финляндии" - был датирован 10 июня 1941 г. Во введении говорится, что "между главными штабами Германии и Финляндии... заключены особые соглашения", вытекающие из имеющихся приложений. И поскольку "большой договор" между главными штабами, видимо, не был заключен, эти маленькие соглашения в своей совокупности имеют особое значение. Во всяком случае и в данном документе от 10 июня 1941 г. формулируется общая цель - продвижение в сторону Мурманской железной дороги.
Основные положения рассматриваемых указаний выглядят следующим образом:
1. Военнослужащие германских вооруженных сил в Финляндии обладают экстерриториальностью. В принципе они не подчиняются официальным лицам Финляндии и ее судебным инстанциям. Тем не менее полиция Финляндии имеет право на непродолжительное время задерживать немецких младших офицеров или солдат с последующей передачей их германским официальным лицам. Лица, задержанные самими немцами за совершение противоправных действий против вооруженных сил Германии, немедленно передаются официальным представителям Финляндии.
2. Создается германо-финляндская комиссия, которая занимается изучением ущерба, нанесенного находящимися на германской поенной службе лицами (например, последствия автомобильных аварий). Комиссия в своей деятельности руководствуется законами Финляндии.
3. Требуемые для размещения германских войск помещения и необходимое оборудование заказывается через гражданских и военных официальных лиц Финляндии. В принципе поставки товаров организуются из-за пределов Финляндии, дабы не усугублять их недостачу в стране. Если возникает необходимость произвести небольшие покупки местного значения, расчет производится наличными. Wehrmachtsbefehlshaber Norwegen при взаимопонимании с правительством Финляндии приобретает необходимую финскую валюту. Курс Вермахта: 100 финских марок составляют 5,065 германских марки.
4. Регламентация в передвижении людей и информации усиливается на основе совместных установлений. Визовый режим обязателен. Устанавливается контроль за железными дорогами, шоссе, гостиницами. Подданные враждебных стран и подозрительные личности задерживаются. Организуется цензура телефонных переговоров на почте и телеграфе.
5. Офицер связи Verbindungstab Nord организует систему связи из Германии в Финляндию и Норвегию, а также в обратном направлении. Для этого он получает инструкции от отдела связи ОКВ.
6. Военнопленные, которые окажутся в руках немецких войск, действующих с территории Финляндии, передаются через местную администрацию вооруженным силам Финляндии.
7. Захваченные советские территории к северу от линии Оулуйоки - Оулуярви - Миносерви - Сорока являются операционной зоной германской армии. Вся полнота власти на этой территории находится в руках командующего армией "Норвегия". Главный штаб Финляндии предоставляет, тем не менее, для управления территорией, расположенной между Оулуярви и трассой Салла - Рутски, необходимые для этого ресурсы.
Современная германская историография в целом акцентирует захватнический характер Барбароссы и квалифицирует ее как откровенную расовую войну. Отмечается в частности, что в обращении с военнопленными следовали некоей шкале, согласно которой пленные западных стран находились в более выгодном положении, чем пленные Балканских стран или поляки, тогда как русским вообще отказывали в человеческих правах на том, якобы, основании, что Советский Союз не присоединился к Гаагской конвенции о военнопленных.
Как известно, ничего подобного не наблюдалось в ходе сотрудничества с Финляндией. У немцев, правда, имелись подчинявшиеся Экономическому управлению Ост соответствующие инспектора со своими штабами, зонами действия которых должны были стать Ленинградская и Мурманская области. Но ни одному из них не удалось прибыть в свой район, так что операции по вывозу захваченных ресурсов на этом направлении вообще не проводились. О расовой войне финнам вообще не говорилось - по дипломатическим соображениям эту тему полностью обходили молчанием. На основании вышеприведенных распоряжений, хотя они и носили "местный" характер, можно констатировать, что бесчеловечные методы, возможно применявшиеся Германией в иных регионах, на финляндских фронтах даже не пытались использовать. Военное сотрудничество Германии и Финляндии, судя по всему, отвечало международным нормам и характеризовалось той степенью чистоты, какая вообще возможна в условиях войны.