Часть вторая право на ошибку (или как обрести подлинную свободу) 


Мы поможем в написании ваших работ!



ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Часть вторая право на ошибку (или как обрести подлинную свободу)



Страница 9 из 19

Надо ли объяснять, что у нас с вами очень мало времени — всего несколько десятилетий жизни. То, что было до момента нашего рождения, и то, что будет после нашей смерти, может интересовать нас лишь теоретически; а практика — она сейчас, и это сейчас мы действуем, сейчас делаем свою жизнь. Никакая работа, как известно, не может обойтись без ошибок и промахов, что вполне естественно. Тем более что жизнь нельзя написать на черновике, а потом переписать начисто. Вот почему один из самых главных вопросов, который нам и предстоит сейчас решить, — это вопрос об ошибках. Как выглядят наши ошибки, где мы можем ошибиться, есть ли способ их избежать и, наконец, что делать, если мы все-таки ошиблись?

Глава первая
ВЛАСТЬ ПОСТУПКА
(или «Но есть и божий суд»)

Тезис, который я не устаю повторять, — все, что человек делает, он делает для себя. На первый взгляд, это утверждение кажется странным, парадоксальным, противоречащим действительности. Но не торопитесь с выводами, смысл этой фразы значительно больше и объемнее, чем может показаться на первый взгляд. Он открывается не сразу, и сейчас нам предстоит разворачивать его — последовательно и неотвратимо. И как только мы узнаем, что такое наши ошибки, сомнений в этом уже не останется.

И это все мне?!

Когда я говорю: «Все, что человек делает, он делает для себя», мне частенько отвечают буквально следующее: «Ничего подобного! Я многое делаю для других и именно для других! Для себя я как раз мало делаю!» Но если смотреть на свои поступки не как малолетний ребенок, который видит только конкретный шаг и не способен углядеть последствия своих поступков, но с учетом этих последствий? Оказывается, что действия, которые мы совершаем «для других», через пару-тройку ходов возвращаются к нам.
Причем возврат этот может быть разным, как позитивным (благодарность, вознаграждение или любой другой ответный жест доброй воли), так и негативным (оскорбление, месть или иная форма недоброжелательности). В результате оказывается, что и то, и другое мы делаем для себя. Только в одном случае мы делаем для себя хорошее, а в другом плохое. Но, так или иначе, возврат гарантирован. Любое наше действие, любой поступок имеют последствия — от этого никуда не уйти. И, разумеется, последствия эти могут быть разными.
Попытаюсь сформулировать это как-то иначе. Вот вы совершаете какой-то поступок, у него будут последствия? Да, разумеется. Эти последствия будут и внешние, т. е. этот поступок возымеет какой-то резонанс в окружающей нас среде; но будут у него и внутренние последствия — то, что вам придется в связи с этим поступком переживать, чувствовать, как вы будете после этого к себе относиться. И все эти последствия — то, с чем вам придется жить дальше, — это ваши последствия. Вне зависимости от их качества — все они ваши, и хорошие, и плохие.
Мне, признаться, не очень нравятся оценки морального свойства: «хорошо» и «плохо», «правильно» и «неправильно», «достойно» и «недостойно», «красиво» и «некрасиво»... Они непродуктивны, они не дают никакого результата, практического выхода, они — только оценки. Мы же можем думать: «Это нехорошо, но я все равно это сделаю, потому что...» (причем придумать, почему я это сделаю — нетрудно). Но так ли легко повторить глупость, сделать что-то, что я считаю для себя невыгодным, убыточным? Если я думаю о таком поступке как о глупости, которая меня разорит, то вряд ли буду искать ему оправдание и уж точно не буду поступать таким образом.
Если поступок, который вы совершили, оборачивается сплошными убытками — это ошибка, таково правило, а если угодно — определение ошибки. Повторюсь, всякий наш поступок будет иметь и положительные, и отрицательные последствия. Но ведь всегда можно подвести некий суммарный итог, выяснить, каково наше сальдо — положительное или отрицательное. Если положительное — хорошо, минусы здесь следует расценивать как составляющие себестоимости нашего конечного «продукта» и не переживать из-за этого — без них не было бы и плюсов.
Если позитивных последствий у вашего поступка больше, чем негативных, то вы находитесь в прибыли, а следовательно, такой поступок нельзя считать ошибочным. Если же и отрицательных, и положительных последствий поровну, то, вероятно, такой поступок просто не следовало совершать (если только от нечего делать). Наконец, если отрицательных последствий было больше, чем положительных, — это ошибка.
Так или иначе, но будущее покажет нам оправданность того или иного нашего поступка. Впрочем, если иметь голову на плечах и думать о том, что все, что ты делаешь, ты делаешь для себя и оно тебе вернется, то, может быть, мы будем более успешными? Разумеется, всего не предугадаешь, но ведь и нет необходимости делать все сразу, тем более что наши действия складываются из маленьких дел, из отдельных поступков, и потому смотреть слишком далеко нет нужды.
Если в какой-то момент мы поймем, что затеянное нами предприятие бессмысленно, мы всегда сможем с ним покончить, переключившись на что-то другое. Однако если мы не будем помнить, причем каждую минуту, о том, что каждое наше действие будет иметь последствия, мы и не заметим, что уже пора заканчивать и настало время переключаться на что-то другое. Плохо не то, что мы совершаем ошибку, плохо, если мы продолжаем ее совершать, упорствуем, когда наше состояние уже отчетливо сообщает о том, что это именно ошибка.

Будущее показывает...

Теперь давайте обратимся к примерам. Ко мне на прием приходит женщина и рассказывает о том, как все в ее жизни стало вдруг скучно, пресно, грустно и беспросветно. Во время беседы выясняется, что раньше она работала менеджером в крупной фирме, и работа эта ей нравилась. Она испытывала настоящий восторг, когда ей удавалось наладить эффективный контакт с новым клиентом, уважала себя за свой профессионализм и за свои успехи, радела за свою работу, помогала другим сотрудникам и воевала с теми, кто, по ее мнению, не слишком тщательно выполнял свои обязанности.
Но случилось так, что она влюбилась в одного из руководителей этой фирмы, он влюбился в нее. Роман развивался бурно и красиво, так что через полгода они уже поженились и совместно приняли решение — она должна уйти с этой работы. Семья не была ограничена в средствах, на бюджете это бы никак не отразилось, а вот на работе могли возникнуть трудности — коллектив, сами понимаете. В общем, она уволилась, занялась домом и своим ребенком и, конечно, мужем.
Шли годы, чувство пустоты внутри нарастало, хотелось чем-нибудь заняться, но привычка к быту, к домашним делам уже лишила мою пациентку прежней легкости. Муж постепенно стал холоден и, по всей видимости, имел какие-то интрижки на стороне, ребенок вырос, и у него образовались свои интересы. Что было делать? Как жить дальше? Потребовать от мужа иного к себе отношения? Но это вряд ли дало какой-то эффект. Идти работать — но куда? Профессионализм утрачен, да и время уже другое, нужны знания, которых у нее теперь не было.
И вот вопрос — сделала ли эта женщина ошибку, и если сделала, то когда? Мы стали выяснять, определять ключевые точки. И вот начинает вырисовываться такая картина. Моя пациентка воспитывалась в исключительной семье, имела прекрасное гуманитарное образование, обладала изысканным вкусом. А вот муж ее, хоть и стал в постперестроечное время богачом — «новым русским», из семьи был рабоче-крестьянской, образование имел техническое, как говорится, «мы в академиях не обучались». И когда они начали жить вместе, то ей вдруг стало за него стыдно и неловко — некультурный, необразованный, неотесанный и все такое прочее.
Впрочем, супруг пытался ей соответствовать — одевался, как она ему говорила, ходил с ней по театрам и музеям, возил за границу. Но она все равно раздражалась: «Что ты как дурак вырядился?», «Что ты на себя надел?!», «Можно хоть глупостей-то не говорить?!», «Ты мое наказание!» Оказавшись в обществе со своим мужем, она переживала, словно младший братец из сказки про Царевну-лягушку: «Вы уж меня извините, это моя лягушонка в коробчонке едет...», а то и вовсе: «Увязался черт за мной, думала, мужчина»-. И он, конечно, все это видел, чувствовал и переживал. Раньше нечто подобное он испытывал в отношениях со своей матерью и, когда уже совсем не мог терпеть это унижение, когда понял, что мать его не любит (так он решил) и ни в грош его не ставит, сбежал из дома. Теперь картина повторялась.
Моя же пациентка, кроме прочего, стала мучиться из-за отсутствия работы, из-за того, что ей приходится сидеть дома и заниматься одними и теми же делами. Виновником, разумеется, опять-таки был назначен муж. Так что раздражение ее все накапливалось и накапливалось, а в какой-то момент она и вовсе стала чувствовать к нему отвращение и сама стала избегать, под разными предлогами, сексуальных контактов. Сначала муж сносил это стоически, понимая, что все, сказанное ему женой, правильно, но форма и тон этих «просветительских занятий» его глубоко ранили. Но когда она несколько раз достаточно грубо отказала ему в постели, он и вовсе почувствовал себя лишним. А мужчины, тем более состоятельные, как известно, лишними не бывают. Вот и завелась у него вторая семья.
Мы же с этой женщиной, как вы понимаете, встретились на психотерапевтическом сеансе, что исчерпывающим образом характеризовало ее состояние, ставшее частью ее расплаты за допущенные ошибки. Короче говоря, итог истории вполне понятный и, согласимся, предсказуемый. Хотя, конечно, здесь много вопросов.
Первый — зачем она выходила замуж и понимала ли, за кого? В любом случае, она делала это для себя, и ей следовало задуматься над тем, каким она хочет видеть этот брак. Если бы она хотела воспитать и окультурить мужа — это, наверное, в какой-то степени можно было сделать (впрочем, совершенно другим человеком он, скорее всего, не стал бы). Но для этого он должен был захотеть этого, а потому данный воспитательный и окультуривающий процесс должен был быть для него приятен. Но получилось обратное — он женился на милой девушке, которая превратилась в сварливое, вечно недовольное и раздраженное существо. И это вряд ли рождало в нем ученический энтузиазм.
Второй вопрос касается раздражения. Моя пациентка потакала ему? К сожалению, да. И ее раздражение ударило по ее собственной сексуальности. Если женщина испытывает к мужчине отвращение, если он кажется ей неотесанным, неловким, неумелым, то, как правило, это автоматически вызывает у нее снижение силы сексуального влечения к нему. Иными словами, моя пациентка сама создала такие условия, в которых она уже больше не могла чувствовать себя сексуально удовлетворенной, а подобное состояние, как известно, не особенно благоприятствует семейному счастью.
Если в браке уменьшается сексуальное притяжение между партнерами, то напряжение от других аспектов взаимоотношений между супругами стремительно увеличивается. В таком браке раздражение и проблемы со взаимопониманием нарастают в геометрической прогрессии — все больше взаимных обвинений, все больше подозрений и одновременно — чувства неприятной, тягостной зависимости. Но ведь моя пациентка не стала бороться со своим раздражением, не нашла возможности от него избавиться, она, напротив, потакала ему, а потом и своему отвращению, и чувству собственной жертвенности. Итог отношений при таком подходе к делу просчитывается даже без наличия специального психологического образования, и расчеты эти не утешительны.
Третий вопрос следующего содержания: моя пациентка решилась оставить работу — насколько продуманным был этот поступок? Возможно, работать в той фирме, которую возглавляет твой супруг, и не нужно, тем более что ты работала в ней прежде, до того, как он стал твоим супругом. Но значит ли это, что нужно и вовсе прекратить свою профессиональную деятельность, если учесть к тому же, что ты в ней души не чаешь и ощущаешь себя классным специалистом? Так как в последующем моя пациентка неоднократно ставила своему супругу это в вину, то понятно, что прекращение профессиональной карьеры было для нее ошибкой.
Впрочем, эту историю можно раскручивать дальше и дальше. При внимательном осмотре места происшествия мы найдем здесь еще немало больших и малых ошибок. К чему они привели, нам уже известно, а для кого их делала моя пациентка, я думаю, понятно. К сожалению, все, что мы делаем, включая и наши ошибки, мы делаем для себя, потому что нам, в первую очередь, и приходится за них расплачиваться. Но, может быть, самая большая ошибка этой моей пациентки заключалась в том, что она не замечала своих ошибок. Она полагала, что во всем виноват ее муж, и не несла психологической ответственности перед собой за собственные действия, вот ее ошибки и прошли незамеченными.
Самая большая наша ошибка состоит в том, что мы не замечаем своих ошибок. Мы привыкли винить в происходящем окружающих, и они часто, мягко говоря, не сахар. Однако мы-то проживаем свою жизнь, а они свою. За свои ошибки им и придется расплачиваться, так что незачем страдать от чувства несправедливости. Жизнь справедлива — каждый получит за свои ошибки (если это были ошибки) сполна, так или иначе. Нам же надо думать о своих ошибках, а точнее, о том, что мы делаем, о каждом своем поступке, ибо поступок наделен властью — он создает наше будущее.



Поделиться:


Последнее изменение этой страницы: 2021-02-07; просмотров: 85; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.17.174.156 (0.008 с.)