Причины поражения казаков на первом этапе.

Казачье население не проживало компактно в определенной местности, несогласованность и разобщенность осложняли самоорганизацию Казачьего народа.

Арсеналы и воинские части к началу войны были в руках большевиков, которые захватили их под личиной демократов, равноправия и борьбы за мир.

Общая мобилизация казаков была объявлена с запозданием.

Большевики обеспечивали перевес своих сил, завозя их эшелонами, в т.ч. и интернационалистов, из-за пределов Войска.

Частые перестановки в командовании, смена командиров, выбывающих из строя в ходе боев. – Командиров надо беречь, под пули не пускать.

Восстание не располагало существенной помощью извне, переживало внутренние противоречия.

В условиях войны на Тереке следовало установить единоличную атаманскую власть. Поскольку начинания терского командования, призванные укрепить фронт и повысить боеспособность армии, разбивались о противодействие Моздокского правительства, результатом противостояния двух центров стала организационная незавершенность структуры терской армии: на фронте бились отдельные отряды ополченского характера,восставшие служили посменно, зачастую обнажая фронт, испытывая недостаток в боеприпасах. Под влиянием этих условий и при постоянном воздействии большевистской пропаганды дух терцев падал.

Сношениями с осетинами и самооборонщиками заведовал полковник Беликов, казачьи же части в Архоне и Ардоне и вообще на владикавказской линии готовил к набегу полковник Данильченко и начальник его штаба генштаба полковник Соколов. К сожалению связи в работах полковника Беликова и полковника Данильченко никакой не было.

Контрреволюционные силы не координировали между собой свои действия, действовали разрозненно: малочисленные отряды под командованием В.К. Агоева, Я. Хабаева (осетины) («.полковник Агоев (пятигорский фронт) был тяжело ранен); часть казаков из-под ст. Прохладной отступила к станице Котляревской и соединилась с войсками полковника Хабаева под начальством полковника Белогорцева (начальника штаба командующего войсками.») [12, д. 30, л. 24]; кабардинцы ГА. Кибирова, З. Даутокова-Серебрякова («.Малокабардинские князья усилили террор над оставшимися большевиками. Под руководством Даутокова-Серебрякова по Малой Кабарде были выставлены виселицы.») [13, д. 55, л. 23].

Таким образом, в большой мере восставшим не позволили одержать победу внутренние неурегулированные проблемы.

Но основная причина поражения восставших заключалась в самом его руководстве: речь идет о Г.Ф. Бичерахове и казачье-крестьянском совете (одновременно было создано Временное народное правительство Терского края) [14, л. 38, д. 71]. Перед нами очередной пример «керенщины». На Северном Кавказе, как и на территории остальной
революционной России, эта тенденция была широко распространена и именно терское восстание оказалось наиболее ярким ее примером. Во главе восстания стояла достаточно колоритная личность: еще в период Временного правительства Г.Ф. Бичерахов был назначен комиссаром в свой родной Моздокский отдел. По политическим взглядам он принадлежал к эсерам. Вместе с тем Г.Ф. Бичерахов обладал значительным авторитетом среди казачества и, несмотря на то, что по происхождению он был осетином, возглавил антисоветское восстание. Но очевидно и то, что он не отрекся от революционных идеалов до конца, в частности, это проявилось в недовольстве рядового офицерства его попытками договориться с большевиками, желании перевести борьбу красных и белых в русло борьбы с горцами (прежде всего, в борьбу с чеченцами и ингушами). В 1918 г., когда, казалось бы, все иллюзии по поводу политики А.Ф. Керенского должны были исчезнуть, Георгий Федорович проводил, по мнению офицерства, ту же гибельную политику, но уже теперь в масштабе одной области. Как вспоминал корнет Кабардинского конного полка А. Арсеньев, наиболее ярким проявлением такой политики была дискредитация строевого офицерства, что выражалось в запрещении ношения погон: «Эсеровское правительство Бичерахова. боялось влияния офицеров, дискредитировало их и не позволяло ношение погон» [15, с. 316], что воспринималось как прямое оскорбление. Естественным в этой связи кажется образование другого центра притяжения, вокруг которого концентрировались все идеологические противники «бичераховщины». Условно назовем его проденикинским. Во главе его стал полковник Н.К. Федюшкин, обосновавшийся в Прохладной, в то время как Бичераховцы собирались в Моздоке. Эти противоречия во многом определили отношение двух различных политических центров восстания к Добровольческой армии. Очень характерным в этом контексте звучало высказывание Г.Ф. Бичерахова, получившего сведения о движении Добровольческой армии к границам области: он заметил возможность войны и с ней. Успешно развиваясь на первоначальном этапе, восстание постепенно зашло в тупик в силу внутренних противоречий. Эсеро-меньшевистская тенденция, которую олицетворял Г. Бичерахов, столкнулась с проденикинской, достигнуть компромисса не удалось.

Использованная литература

1. Бичераховское восстание, часть1 http://www.apn.ru/publications/article26773.htm

2. Владикавказская операция. Альманах «Белая гвардия», №8. Казачество России в Белом движении. М., «Посев», 2005, стр. 107-114.

3. Терское антибольшевистское восстание (июнь-ноябрь 1918 года): современный взгляд. Лобанов Владимир Борисович, http://cyberleninka.ru/article/n/terskoe-antibolshevistskoe-vosstanie-iyun-noyabr-1918-goda-sovremennyy-vzglyad

4. Терское восстание — Википедия