ТОП 10:

Формирование класса крепостных помещичьих крестьян и их положение



 

Произошло слияние крепостных крестьян и холопов в единое сословие. Как известно, холопство — институт, близкий по своим чертам к домашнему рабству, имевший тясячелетнюю историю и развитое право. Общая тенденция развития крепостного права шла в направлении распространения на крепостных крестьян многих норм холопьего права, что и являлось общей платформой для их последующего слияния. Для законодательства, введенного Петром I, были характерны более четкая регуляция прав и обязанностей каждого сословия и соответственно этому более жесткая система запретов.

Огромное значение имела в этом процессе податная реформа. Введение подушной подати, которой предшествовала перепись душ мужского пола, означало установление порядка жесткого прикрепления каждого плательщика к тяглу в том месте проживания, где его записали для выплаты подушной подати.

Положение, в котором очутилась к концу XVII в. масса владельческих крестьян, характеризуется полной зависимостью крестьян от землевладельцев. Надо очень и очень зорко присмотреться, чтобы в тогдашнем законе найти черты, действительно отличающие владельческих крестьян от холопов. Середина XVII в. ознаменовалась завершением закрепощения крестьян, прикрепления их к определенному месту. Соборное уложение 1649 г. ввело принцип крепостной наследственности, тем самым окончательно закрепив зависимость крестьянина от феодала. Крестьянином можно было распоряжаться по своему усмотрению, в частности продать, обменять, наказать и т. д. К концу XVII в. в крепостной зависимости находились почти 90% крестьян. Власть помещиков над крестьянами расширилась одновременно с еще большим ограничением гражданских прав последних. В 1724 г. в России была введена паспортная система, лишившая крестьян возможности без позволения помещика отлучаться с места своего постоянного проживания. Крепостные помещичьи крестьяне составляли 49% от общей численности населения [2, c. 329].

После того, как владельческие крестьяне, потеряв право уходить с земель, где их застали писцовые книги царя Михаила, - они по-прежнему должали неоплатно землевладельцам, беря у них взаймы деньги, хлеб, сельскохозяйственные орудия. Неоплатный должник по закону того времени должен был становиться холопом своего кредитора. Не удивительно поэтому, что в жизни между помещиками и крестьянами устанавливались отношения, как между господами и холопами. А так как, с другой стороны, в быте холопов имелось много житейски-общего с устройством крестьянской жизни, то общая зависимость их землевладельцев неминуемо должна была вести к слиянию этих двух групп населения.

Но в действительности владельческое крестьянство мало чем отличалось от холопства. Одинаково с холопами крестьян всё чаще начинают называть крепостными. Если жизнь заставляла крепостных крестьян становиться в холопье положение, то закон поставил холопов в положение крепостных. Установившаяся с XVII века практика продажи крестьян без земли также стирает грань между крестьянами и холопами.

Указом 1705 г. на холопов распространяется рекрутская повинность. В жизни холопство до такой степени полно проникло в крестьянство, и, наоборот, крестьянство так сблизилось с холопством, что разграничить их становится чрезвычайно трудно. Дальнейшая жизнь быстро стёрла и последние различия, какие ещё можно было улавливать в этих двух, по существу столь различных состояниях. Слияние холопства и владельческого крестьянства в один разряд и по закону произошло в эпоху переписей и ревизий, сопровождавших введение подушной подати.

По указу 1723 г. малолетние, не помнящие, „чьи они прежде были", отдавались „в вечное владение", тем помещикам, на земле которых застала их перепись. Важнейшим следствием переписи, начавшейся в 1718 г., было то, что крепостные крестьяне и холопы оказались смешанными в один разряд. С этих пор исчезло на Руси холопство, слившись с владельческим крестьянством в один разряд крепостных людей, подневольных господам [2, c. 332-334].

В 1722 г. нашло свой предел и существование вольных и гулящих людей. Деятельному, всегда поглощённому работой царю этот разряд московских людей давно уже казалось необходимым пристроить к государеву делу. Ещё в начале своего царствования он отозвался о них, как о „таковых, кои шатаются без службы; государственной пользы надеяться от них не можно, только умножают воровство". Вольные или гулящие люди были действительно изрядный сброд, очень изменчивый по своему составу, бездельный и беспокойный. Вольным, гулящим человеком считал себя вольноотпущенный и холоп, кабальный холоп, вышедший на волю по смерти господина, и всякого другого чина человек, которого судьба или несчастье выкидывала из прирождённого ему разряда людей. Теперь всем этим гулящим людям приказывалось или зачисляться на военную службу, или отыскивать себе господ, которые согласились бы принять их к себе „во двор". Те вольные люди, которые оказывались негодными к службе и не находили себе господ, ссылались на галеры.

С 1724 г. владельческие крестьяне могли уходить из своих деревень на заработки и по другим надобностям не иначе, как имея при себе письменное разрешение господина, засвидетельствованное земским комиссаром и полковником того полка, который стоял в данной местности. К началу 20-х гг. были проведены важные социальные мероприятия: усилена борьба с побегами крестьян, которых возвращали прежним владельцам [2, c. 359].

Таким образом, помещичья власть над личностью крестьян получала ещё больше возможности усиливаться, забирая в своё безотчётное распоряжение и личность и имущество крестьянина. После переписи слившиеся с холопами крестьяне делаются полной собственностью господ. Это новое состояние сельского работника получает с этого времени название „крепостной", или „ревизской", души.

Законодательство Петра I пробовало сделать кое-какие смягчения крепостного состояния, создавая даже возможность выхода из него (собственно Петру I, было нужно не закрепощение крестьянства, как таковое, а возможность эксплуатировать его для государственных нужд в форме "натурального работника", налогоплательщика и кормильца помещиков, составлявших офицерский и чиновничий корпус). Так, было дозволено дворовым людям поступать в солдаты и без согласия господина. Крестьянам, которые вели торговлю в крупных размерах, было разрешено приписываться к городам даже вопреки желанию помещика, и помещик не мог при этом брать с них оброка больше, чем с остальных (указ 7 сентября 1723 г.).

В целях развития кораблестроения в Петербурге, всем плотникам "которые бывали у судовых работ...чьи б оные не были" была предоставлена возможность записатся в ряды "вольных плотников" (эти плотники должны были селится в Петербурге на Охте, где для них были выстроены избы). При этом плотники и их семьи автоматически освобождались из крепостного состояния. Был издан указ, что если помещик относился к числу „беспутных мотов и разорителей", то его имения следовало отбирать и отдавать близким родственникам. Было уничтожено право помещиков, при взыскании с них долгов, ставить за себя на правёж своих крепостных. Петр I также поручил Сенату, при подготовке нового Уложения (которое должно было заменить „Соборное уложение") принять меры против безобразных форм торговли крестьянами — „Обычай есть в России, что крестьян и деловых и дворовых людей мелкое шляхетство продает врознь, как скотов — кто похочет купить, чего во всем свете не водится… И Его Величество указал оную продажу людей пресечь, а ежели невозможно будет вовсе пресечь, то хотя бы по нужде и продавали целыми фамилиями, или семьями, а не порознь". Но данное указание осталось пустым звуком, так как новое Уложение не было составлено (медленно шедшее составление законов прекратилось после смерти Петра). Даже Пётр чувствовал себя бессильным искоренить куплю-продажу людей. Осуждая в одном указе 1721 г. продажу крестьян, Пётр сомневается в возможности прекратить её.

Крепостничество утвердилось в России задолго до рождения Петра. Оно пропитало все основы жизни страны, сознание людей. Нельзя забывать, что крепостное право в России, в отличие от Западной Европы, играло особую, всеобъемлющую роль. Разрушение правовых структур крепостничества подорвало бы основу самодержавной власти. Петр I все это хорошо понимал, а потому всеми доступными ему средствами укреплял этот строй [7, c. 574].

По указу о ревизии, в зависимость от землевладельца, крепкими ему, стали все жившие и работавшие на его земле, все те, кого он заносил в ревизские сказки: кто раз попадал в эти списки, тому уже не было выхода из крепостного состояния, особенно, когда были запрещены впоследствии самые жалобы на такие, даже неправильные внесения. Со времён Петра I нет больше ни холопов, ни задворных людей, ни гулящих, — все они, наряду с владельческими крестьянами, крепостные того господина, на земле которого застала их ревизия, своей записью принёсшая им состояние крепостной зависимости. Также в подушные списки попали отставные солдаты, матросы, „прежних служб служилые люди" — пушкари, затинщики, стрельцы. В качестве плательщиков подушной подати они становились в один разряд с государственными крестьянами и потому в случае пожалования земель, на которых они жили, дворянину — делались крепостными.

В первой четверти XVIII в. завершилось слияние двух форм феодальной земельной собственности - вотчины и поместья. Продолжалась раздача земель дворянам. Чтобы не допустить дробления дворянских земель, был издан указ " О единонаследии" (1714 г.). Указ уравнял поместье и вотчину. Отныне поместья передавалось по наследству старшему сыну, другие сыновья должны были служить на военной и гражданской службе. Поместья нельзя было продавать или закладывать. Служба для дворян становится пожизненной.

Собственность дворян, так же как и служба, регламентировалась законом: в 1714 г., чтобы вынудить дворян думать о службе как о главном источнике благосостояния, ввели майорат — запретили продавать и закладывать земельные владения, в том числе родовые. Дворянские владения в любой момент могли быть конфискованы в случае нарушения законов, что нередко осуществлялось на практике.

При Петре создалась новая разновидность зависимых (фактически, крепостных) земледельцев — крестьян, приписанных к мануфактурам. Эти крестьяне в XVIII веке получили название посессионных. Указом 1721 г. было разрешено дворянам и купцам-фабрикантам покупать крестьян к мануфактурам для работы на них. Купленные к мануфактуре крестьяне считались не собственностью владельцев фабрики, а как бы живым инвентарём, живой рабочей силой самих фабрик, прикреплялись к этим фабрикам и заводам, так что владелец мануфактуры не мог ни продавать, ни закладывать крестьян отдельно от фабрики [5, c. 343-345].

Указом 28 мая 1723 г. регулируется порядок приема на работу людей, не принадлежавших владельцу или не "приписанных" к данному заводу. Всем им приходилось либо получить у своего помещика разрешение работать временно ("отходник" с паспортом), либо попасть в число беглых, "беспашпортных", подлежащих аресту и немедленному возвращению помещику.

 







Последнее изменение этой страницы: 2020-03-14; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 54.236.35.159 (0.008 с.)