Стратегические документы, как основа внешнеполитической практики США

 

Современное государство, в век глобализации, сталкивается с огромным количеством проблем, начиная от загрязнения окружающей среды и заканчивая международной преступностью и терроризмом. Поэтому без определенной и четкой стратегии национальной безопасности и спецслужб призванных обеспечить выполнение данной концепции, государство и его граждане погибнут под грузом современных, постоянно увеличивающихся проблем. Не удивительно, что большинство стран вырабатывают свои национальные концепции для защиты своих интересов в мире.

Одним из базовых документов, формирующих внешнюю политику США, является "Стратегия национальной безопасности США за 2002 и 2006 годы”.

Интенсивность работы демократической администрации объяснялась как необходимостью серьезного переосмысления проблематики после окончания "холодной войны", так и неудовлетворенностью конгресса представляемыми документами.

Стратегия национальной безопасности основывается на "ярко выраженном американском интернационализме, отражающем единство наших ценностей и наших национальных интересов. Цель этой стратегии - помочь сделать современный мир не только безопаснее, но и лучше. На этом пути к прогрессу перед нами стоят ясные цели: политическая и экономическая свобода, мирные отношения с другими государствами и уважение человеческого достоинства”.

Согласно Стратегии национальной безопасности (СНБ 2002) основные угрозы США исходят от террористических сетей: "непосредственное внимание мы намерены уделить террористическим организациям, действующим на глобальном уровне. При этом защита американских граждан и интересов США будет осуществляться за ее пределами путем выявления и устранения угрозы до того, как она достигнет границ США.

Доктрина национальной безопасности в США - это интеллектуальный продукт, совокупность взаимосвязанных идей в области управления тенденциями, реальными и прогнозируемыми, для защиты постоянных интересов общества и государства.

Стратегия национальной безопасности США, обновляемая с известной периодичностью, является лишь официальным, документальным резюме по вопросам национальной безопасности.

Доктринальное видение национальной безопасности в США имеет следующую структуру:

фундаментальные (постоянные) интересы, которые, по заявлению М. Олбрайт, неизменны в течение более чем 200 лет и (в ее же трактовке) заключаются в обеспечении безопасности, процветания и свободы американского народа;

миссия страны на данном этапе (это и есть доктрина, отражающая национальные интересы в конкретном понимании президента США);

конкретные целевые установки, разрабатываемые и достигаемые президентской `командой`, государственными структурами, группами влияния, коммерческими и неправительственными организациями, т.е., как прописано в нашем, российском законодательстве - субъектами национальной безопасности страны.

Множественность субъектов, имеющих собственные взгляды на интересы США, ставящих соответствующие цели и разрабатывающих стратегии их достижения, определяется особенностями американской институциональной системы. Ключевыми факторами, определяющими процесс разработки взглядов на национальную безопасность в США, являются: степень реальности внешней угрозы; политическая роль президента; степень межпартийной борьбы в Вашингтоне.

Чем больше ощущение внешней угрозы, тем больше процесс формирования американской политики национальной безопасности становится централизованным и контролируется президентом, жестко следуя национальным интересам, которые превращаются из лозунгов в руководство к действию. Конгресс и группы влияния становятся второстепенными звеньями. СМИ занимают президентскую сторону.

Чем меньше угроза, тем больше формирование стратегии национальной безопасности становится децентрализованным и бесконтрольным процессом. В этот процесс все больше вовлекаются Конгресс, группы влияния и СМИ. Разнообразие и противоречивость разрабатываемых в этот период вариантов стратегии национальной безопасности связаны с ориентацией членов Конгресса на удовлетворение интересов, прежде всего, нужных групп избирателей и финансовых групп в своих штатах. При этом следует учитывать чередование циклов в общественном развитии США, доминирование общественного или частного интереса.

При решении проблем национальной безопасности демократы ориентируются больше на желаемый результат, нежели на пути и необходимые средства его достижения. Демократы предпочитают право силе, однако используют для этого и военные инструменты, особенно не задумываясь о порядке их использования и последствиях (войны в Корее, Вьетнаме, акция в Сомали и бомбардировки Косово). Демократы с большим трудом управляют внешними конфликтами (например, Югославия - 1999 г.).

Степень межпартийной борьбы оказывает значительное влияние на политику национальной безопасности США. Межпартийная борьба значительно снижает риски, на которые хотела бы пойти администрация, поставив под угрозу национальные интересы, а также дает возможность избежать выдвижения рискованных и амбициозных внешнеполитических инициатив. Низкий уровень межпартийной борьбы повышает вероятность осуществления рискованных мероприятий. Двухпартийное согласие привело, например, к войне в Корее и во Вьетнаме, а также к одобрению расширения НАТО.

В условиях низкого уровня угроз и слабой межпартийной борьбы процесс определения основных приоритетов страны становится глубоко бюрократическим и приводит к длительному согласованию ключевых национальных целей в администрации президента.

После холодной войны для США исчез вынужденный контроль за собственными планами и амбициями, связанный с опасностью противодействия другой стороны или эскалацией цены реализации этих планов. В США окрепло представление о своих возможностях как о стержневом механизме поддержания выгодного для американского общества мирового порядка (shaping). Сочетание этих обстоятельств с множественностью субъектов национальной безопасности воскресило целый спектр доктринальных трактовок роли и места США в современном мире, значительно отличающихся от официальных и, мало того, частично реализуемых отдельными государственными организациями и неправительственными субъектами.

Несмотря на то, что в большинстве перечисленных доктрин отсутствуют прямые антироссийские положения, их анализ показывает, что Россия рассматривается как системное препятствие на пути их реализации.

Агрессивность доктрин глобалистов объясняется прежде всего учетом интересов национальных и многонациональных корпораций. Здесь под национальным интересом понимается прежде всего выгода, размеры которой зависят от успешности использования объективных процессов глобализации.

В настоящее время эволюция взглядов на национальную безопасности США пришла к своему закономерному итогу. США открыто заявляют о своей силовой единственности и безальтернативности как организующего начала в глобальном масштабе. Весь мир стал делиться на тот, который признает мир по-американски и тот, который заблуждается относительно наступления последнего.

Таким образом, анализ альтернативных взглядов на национальные интересы США показал следующее.

Согласно большинству существующих доктрин США будут объективно генерировать для России системную и долговременную угрозу, вытекающую из стремления национальных американских компаний управлять процессами глобализации в интересах собственного сохранения и развития. Изоляционизм США для России несет угрозу, сопоставимую по катастрофичности с развалом СССР.

Столкновение глобальных интересов США и интересов России будет неизбежно. Формы и интенсивность такого столкновения (почти по Хантингтону, а точнее, Гумилеву) могут быть различными: от косвенных и неявных до открытой конфронтации.

Доктрина У. Клинтона будет унаследована следующей американской администрацией в силу преемственности курса и сохранит в начале 21 века текущий уровень оперативных угроз в виде расширения НАТО, выдавливания РФ из Закавказья и Центральной Азии, проведения устрашающих операций в отношении потенциальных союзников России, закрытия для российских фирм американского рынка, информационных атак и т.д.

Ущерб РФ даже при сохранении существующего уровня угроз от деятельности США будет нарастать при сохранении тех же условий планирования в области национальной безопасности РФ. Это связано с отсутствием в России (со времен В. Ленина и, возможно, И. Сталина) доктринального мышления и формирования доктринально-управленческих, а не администрирующих документов в области национальной безопасности.

Формирование новой международной системы - это не одномоментное явление, а длительный и трудный процесс, который развивается постепенно благодаря созданию различных институтов и изменению привычного стиля мышления.