ТОП 10:

Типы и иерархия доказательств



 

Р: А сейчас у меня вопрос ко всей аудитории: какое доказательство холокоста вам кажется самым убедительным?

С: Меня больше всего убедил душераздирающий рассказ одного бывшего узника Освенцима, который прочёл лекцию о пережитом в моём родном городе.

С: А меня — признания эсэсовских преступников; мы не можем обвинять их в том, что они хотели преувеличить случившееся.

С: Что произвело самое сильное впечатление на меня, так это горы трупов, обнаруженные в концлагерях в конце войны и снятые на плёнку.

С: Для меня самым убедительным было посещение газовой камеры Освенцима.

Р: Отлично. Давайте теперь всё это классифицируем. Первые два типа доказательств, упомянутых вами, принадлежат к категории заинтересованных свидетелей.

С: А что такое заинтересованный свидетель?

Р: Заинтересованный свидетель — это тот, кто лично участвовал в обсуждаемом событии и поэтому не является беспристрастным наблюдателем. В гражданском деле это член одной из тяжущихся сторон, а в уголовном — предполагаемый потерпевший или предполагаемый преступник. Третий тип доказательств — это документальное доказательство, и четвёртый тип — непосредственное наблюдение вещественной улики.

Итак, доказательства делятся на следующие типы:

1) показания заинтересованных сторон;

2) свидетельские показания;

3) документальные доказательства;

4) наблюдения;

5) вещественные доказательства, по необходимости истолкованные экспертом.

С: А что такое вещественное доказательство?

Р: Это отчётливый, конкретный след события, который в большинстве случаев всё же должен быть истолкован при помощи экспертных знаний.

Рассмотрим один пример. Некий человек обвиняется в том, что он проехал на красный свет и сбил пешехода, однако он утверждает, что во время события он находился в самолёте. Суду были представлены следующие улики:

1) Заявление подсудимого касательно его полёта на самолете (показание заинтересованной стороны).

2) Показание пешехода, который утверждает, что он был сбит подсудимым (показание заинтересованной стороны).

3) Показание пассажира самолёта, незнакомого с подсудимым, который заявляет, что он видел подсудимого в самолёте (свидетельское показание).

4) Показание невовлечённого водителя автомобиля, который утверждает, что с боковой улицы он видел, как автомобиль подсудимого проехал на красный свет, в то время как подсудимый сидел за рулём (свидетельское показание).

5) Список пассажиров соответствующего рейса самолёта, содержащий имя подсудимого (документальное доказательство).

6) Фотография соответствующего перекрёстка, сделанная камерой наблюдения, на которой запечатлён автомобиль подсудимого (документальное доказательство).

7) Отчёт об исследовании подушки самолёта с сиденья, на котором, как утверждает подсудимый, он сидел во время своего полёта. Подушка содержала следы волос и кожи подсудимого, анализ которых дал «отпечаток» ДНК подсудимого (вещественные доказательства, проанализированные и истолкованные экспертом).

Итак, если бы вы были судьёй, какой вердикт бы вы вынесли?

С: Это не так-то легко сказать — все улики противоречат друг другу.

Р: Но ведь это рутинное дело для судей, а иногда и для историков и исследователей. Как здесь надо поступить?

С: Надо расположить доказательства согласно их убедительности.

Р: Правильно. Суд следует тому же принципу, что и наука. В случае конфликтной ситуации вышестоящее доказательство опровергает или заменяет собой нижестоящее. Напротив, доказательство большей убедительности не может быть опровергнуто доказательством меньшей убедительности. В вышеприведённом списке я расположил доказательства в соответствии с общепринятой степенью их достоверности[416].

С: Согласно этому списку, показания заинтересованных сторон имеют наименьшую степень достоверности из всех.

Р: Да, поскольку люди, участвующие в каком-либо событии или участвовавшие в нём в прошлом, скорее всего, могут иметь искажённое видение событий (сознательно или несознательно) или даже лгать.

Показания заинтересованных сторон ценятся ниже показаний свидетелей, которые не участвовали непосредственно в событии и поэтому меньше подвержены эмоциям. Под этим я имею в виду вошедшего в поговорку беспристрастного наблюдателя. Следующее место в этой иерархии занимают документы, изготовленные во время события и, таким образом, сохранившие подробности дела в форме неких данных. Здесь документы, в которых люди играют второстепенную роль, стоят выше документов, созданных непосредственно людьми. Так, описания, сделанные автоматическими устройствами, более убедительны, чем те, что были сделаны чиновниками.

Однако все эти типы доказательств могут быть аннулированы вещественным доказательством, должным образом истолкованным свидетелем-экспертом. В вышеприведённом примере вывод эксперта о том, что на сиденье самолёта были найдены волосы и участки кожи подсудимого, приведёт к его оправданию.

С: Но как же показания свидетелей и снимок, сделанный камерой наблюдения?

Р: Для ложных показаний (делаются ли они сознательно или несознательно) всегда найдётся объяснение. Документы могут быть неверно истолкованы, поскольку в машине мог сидеть кто-то другой; или же попросту быть неточными — например, если часы видеокамеры испортились и выдали неверное время или число; или же богатый и недобросовестный знакомый пострадавшего мог заплатить за то, чтобы фото было сфальсифицировано. Возможностям свидетелям фальсифицировать улики нет предела. Действительность же такова, что во время аварии подсудимый сидел в самолёте.

С: Но, может, он сидел в там в другое время?

Р: Возможно. Но установить это должен свидетель-эксперт.

С: А что, если человек, сбитый машиной, нанял другого эксперта, который дал противоречивое свидетельское показание?

Р: В таком случае возникли бы прения по поводу толкования вещественных доказательств. Как бы то ни было, вещественные доказательства не могут быть опровергнуты свидетельскими показаниями или документами, не говоря уже о показаниях сторон, заинтересованных в исходе иска[417].

С: Но ведь, в конце концов, свидетели-эксперты, истолковывающие эти вещественные доказательства, — тоже всего лишь свидетели, пусть и эксперты в своей области.

Р: Конечно. Никто не спорит, что все доказательства подвержены человеческой трактовке. Но существуют объективные различия между правдивостью обычных свидетелей и правдивостью беспристрастного свидетеля-эксперта; если, конечно, он на самом деле беспристрастен. Различие это столько велико, что в правовом суде к свидетельским показаниям из-за их ненадежности иногда относятся как к косвенным уликам — то есть их даже не считают прямыми уликами[418].

В следующей лекции мы подробно рассмотрим как заинтересованных, так и беспристрастных свидетелей. В этой же лекции нас будут интересовать, прежде всего, существенные доказательства, с наибольшей степенью достоверности, — вещественные и документальные.

С: Хорошо, но какое это отношение имеет к ревизионизму и холокосту?

Р: Ревизионизм холокоста соблюдает эту иерархию доказательств и концентрируется на обнаружении и должной трактовке вещественных и документальных доказательств, относящихся к рассматриваемому времени. Официальная же историография похвастаться этим не может; вещественные доказательства, истолкованные экспертами, не играли в ней никакой роли вплоть до конца восьмидесятых, а документальные доказательства использовались, только будучи вырванными из контекста, для подтверждения заявлений свидетелей. Лишь постоянное давление ревизионистских исследований заставило в итоге официальных холокостных историков уделить внимание этой иерархии доказательств, пусть даже они по-прежнему её не соблюдают.

 

 







Последнее изменение этой страницы: 2017-02-07; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.209.80.87 (0.006 с.)