Солдатская памятка (Из листовки Самарского комитета РСДРП)

Апрель 1905 г.

Солдат, помни: в воскресенье 9 января сего 1905 г. шел русский народ к царю. Он шел к нему с надеждой и преданностью, как дитя к своему отцу. Шли сотни тысяч рабочих, а с ними жены их и дети. Впереди шел священник с крестом. Народ хотел пове­дать царю свое горе. Он нес к царю также твое горе, солдат. Горе всех трудящихся и обездоленных людей.

А в ответ на это, по велению царя, в беззащитную толпу грянули пушечные залпы...

Стон и плач идут по всей русской земле. Солдат, ты слышишь ли? То плачут жертвы царской расправы, то стонет народ под рабским ярмом. В госпиталях лежат окровавленные тела – не враг их изранил, а рабочие руки русского солдата...

Вдумайся, солдат! Кто твой враг и где он?

Ты – сын народа. Поэтому, когда ты вернешься к народу, то в тебя самого будут стрелять солдатские ружья.

Не народ твой враг, твой враг тот, кто заставляет стрелять в народ.

Враги народа – твои враги.

Не иди против народа, а иди с народом против его и твоих врагов.

Солдаты, великое дело затеял русский народ и зовет вас к себе.

... Солдат, помни, перед тобой одно из двух: либо стать убийцей, народным палачом и остаться прямым рабом, быть может, умереть за царя на войне, либо завоевать себе и всему русскому народу свободу и права. Другого выбора нет.

(ГАСО, Коллекция нелегальных изданий, инв. № 170).

 

Из прощального письма Царевщинского крестьянина

Лаврентия Щибраева

Март 1906 г.

Нас без суда и следствия ссылают в Архангельскую губернию на 3 года. И на прощанье мне хочется сказать несколько слов своим друзьям, своим товарищам...

В январе нас арестовали. Нас, троих царевщинских крестьян: Солдатова, Колпакова и меня посадили в одиночные камеры...

Во время прогулок на тюремном дворе много раз мне доводи­лось спрашивать людей в арестансткой одежде: "Вы за что сидите?"

Они отвечали: "За беспорядки".

Нас тоже спрашивали: "А вы за что?"

"А мы за порядки", – отвечали мы.

Я хочу объяснить в этом письме, за какие порядки попали мы в тюрьму. Насколько деревенский мужик ни сер, а ум у него еще никто не съел. Стал луч света доходить и до мужика. Задумался мужик и говорит: "Век в одной коже не проживешь". Века и года пили мы в невежестве вино – хорошего нет. И вот бросили несколь­ко человек в нашем селе вино пить, а потом и много нашлось лю­дей, желающих трезвой и здоровой жизни. Кабак – этот гнилой родник нам стал врагом, и мы забили двери царева кабака. Вот наше первое дело. Вот наша первая вина. Когда мы стали следить за жизнью, – как она идет на земле, мы увидели, что везде в России пошли беспорядки: жгли именья, рубили лес. Стали и у нас рубить лес крадучись, по ночам... Но так как лес рос веками не для того, чтобы доставаться одним хищникам, то мы обществом и решили взять его под свою мирскую опеку; с этой поры рубка быстро прекратилась, Это вторая наша вина.

От бессовестного поведения волостных старшин и писарей, от режима земского начальника народ не стал выносить более угне­тения и без земского начальника своею властью сменили волостных опивалов и огребалов; мир доставил своих добросовестных людей... Но наши народные правители продержались только 12 дней. Двенад­цать дней светило нам солнышко! А потом опять зашло за непрог­лядные тучи самодержавного режима. Это третья наша вина... Не понравились наши мужицкие порядки, и приехала орда казаков беспорядки водворять...

Это нынче народ признает насилием, даже раб и то этим воз­мущается, и скажет, что насильно мил не будешь, что собака и та бежит к хозяину только по привету. Я думаю, что каждому ма­лограмотному человеку, как я, будет понятно, что нельзя военным действием заставить любить и подчиняться властям...

Товарищи! За лучшую долю, за святую свободу мы идем с охо­той.

Наши враги привыкли века жить на спине рабочего, они не хо­тят дать прав народу и надеются, что им удастся это. Но они сильно ошибаются! Они защищаются чужими руками темного люда, но ряды их защитников все редеют и переходят на сторону недо­вольного народа...

На свободе оставшиеся товарищи!

Не падайте духом, работайте насколько можете! Наше святое дело не заглохнет никогда. Мы добьемся своих прав. Революцион­ное движение охватило всю Россию и будет продолжаться вулканами.

Товарищам, павшим в борьбе, – вечная слава!

Товарищам ссыльным – терпение...

Товарищам, заключенным в тюрьмах, оставляю свой братский привет!

Товарищам на воле – я желаю счастливого успеха во всех революционных делах!..

Сколько ни пиши, а должен я вам сказать – прощайте! Прощайте, дорогие мои товарищи. Жму вам всем туго руку, дорогие мои."

"Наш край". Хрестоматия.

Куйбышевское кн. изд-во, 1966, С. 166-169.