Землемере Уильяме Смите, умельцах Черепановых и автомобиле 





Мы поможем в написании ваших работ!



ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Землемере Уильяме Смите, умельцах Черепановых и автомобиле



 

С давних пор в каменоломнях и шахтах, а иногда просто на земной поверхности люди находили странные образова­ния, напоминавшие то листья растений, то кости животных, то раковины моллюсков. Эти таинственные формы были по­хожи на настоящие листья и кости, но откуда глубоко под землей могли появиться останки организмов?

Одни ученые считали, что загадочные ископаемые, так поразительно напоминающие растения и животных, представ­ляют собой окаменевшие «соки земли»; другие полагали, что это результат «игры природы»; третьи выдвигали предпо­ложение об их самопроизвольном зарождении.

Но примерно в середине XVIII века все эти взгляды уступили место так называемой дилювиальной теории, или теории потопа (по-латыни потоп — дилювий). Согласно этой теории все окаменелости рассматривались как останки жи­вотных и растений, погибших во время всемирного потопа.

Дилювиальная теория была значительным шагом вперед по сравнению со всеми существовавшими до нее предпо­ложениями. Теперь к ископаемым стали относиться как к останкам подлинных, действительно живших организмов, их начали собирать и тщательно описывать. Эти описания сопровождались рисунками. Впервые в геологической литера­туре появились атласы с изображением целых комплексов ископаемых растений и скелетов животных. Зарождалась новая наука, которую позже назвали палеонтологией, что по-гречески означает «учение о древних организмах».

Сравнивая окаменелости с современными животными и растениями, ученые делали первые попытки установить усло­вия, в которых жили погибшие организмы. Ископаемые не позволяли установить год потопа, в результате которого

погибли обитатели Земли, но некоторые признаки окамене-лостей, казалось, давали возможность судить хотя бы о сезоне, когда могло произойти это событие.

В 1702 г. английский естествоиспытатель Джон Вудворд издал книгу «Естественная история Земли», где описал, в частности, ископаемые орехи. Вудворд обратил внимание на то, что эти орехи неспелые. Следовательно, они были погребены в конце весны, когда плоды уже образовались, но созреть еще не успели. К такому же выводу пришел швейцарский коллега Вудворда — Иоганн Якоб Шойхцер, исследовавший растительные остатки, которые он принял за незрелые колосья. Шойхцер тоже предполагал, что потоп произошел приблизительно в мае.

Но относительно времени начала потопа среди ученых не было единого мнения. Каждый исследователь называл новые сроки. Вот, например, что писал в 1758 г. Дж. Пар-соне [Parsons J. An account of some fossil fruits and other bodies found in the Island Shepey. — Roy. Soc. London, Phil. Trans., 1758, vol. 50, pt. 1, p. 402.], изучавший ископаемые плоды с острова Шеппи в устье Темзы: «Если эти плоды, которые я имею честь по­ложить перед Вами, являются додилювиальными, то можно представить, как это делал доктор Вудворд, что они в неко­торой степени указывают время года, когда произошел Потоп. Вудворд полагал, что Потоп имел место в мае, но его мнение встречает возражения... Найденные окаменевшие плоды столь совершенны, что заставляют предполагать, что они были вполне зрелыми, когда были захоронены в тех местах, в ко­торых они найдены. Это убеждает нас в том, что Потоп произошел ближе к августу». Некоторые были еще более категоричны. Так, вышеупомянутый ирландский архиепископ Ашер в своем труде «Анналы мира», ссылаясь на находки ископаемых, решительно заявил, что потоп начался в воскре­сенье 7 декабря — ни раньше, ни позже.

Но по мере того как росло количество собранных иско­паемых остатков, становилось все более очевидным, что мно­гие ископаемые животные и растения совершенно не похожи на существующих ныне. С учетом этого стали высказы­ваться предположения, что среди окаменелостей встречаются не только предшественники современных организмов, но и «допотопные» группы, погибшие во время катастрофы и не имеющие аналогов в современном растительном и животном мире. Кроме того, предлагалось различать «туземные» формы, погребенные там, где они обитали, и остатки «экзотических» организмов, которые жили в других областях и были перене­сены к местам их захоронения во время потопа.

Уже в 1760 г. толща земных отложений была подразде­лена на три последовательно сменяющие друг друга группы горных пород: первичную, вторичную и третичную. Сопоставляя находки ископаемых организмов с этой первой грубой шкалой, исследователи убеждались, что отличия древних животных и растений от современных тем заметнее, чем глубже залегают пласты, заключающие в себе окаменелости. Но связать разрозненные наблюдения в единую непротиво­речивую гипотезу долгое время не удавалось.

В 1796 г. в графстве Сомерсетшир на юго-западе Англии работал на прокладке канала землемер Уильям Смит. На­блюдая различные слои горных пород, он заметил, что в каж­дом встречаются «органические ископаемые», присущие толь­ко этому слою. В одних пластах есть многочисленные рако­вины, в других — отпечатки растений; некоторые же толщи вообще лишены ископаемых остатков. Смит стал собирать окаменелости из каждого слоя. Изучив их, он составил первую таблицу последовательности геологических отложений Англии. А через несколько лет, выпустив в свет «Геологи­ческую карту Англии, Уэльса и части Шотландии», Смит приступил к изданию своего исторического труда под назва­нием «Пласты, определяемые по их органическим ископае­мым». В предисловии он писал, что окаменелости дают ключ к познанию подпочвенных слоев, и подчеркивал, что на­ходить и распознавать их могут даже люди совершенно неграмотные.

После работ Смита уже не оставалось сомнений в том, что животный и растительный мир на протяжении истории Земли неоднократно изменялся. Этот факт невозможно было объяснить с точки зрения дилювиальной теории, утверждав­шей, что и теперь на Земле обитают те же виды животных и растений, которые жили на ней до потопа. Гипотеза о всемирном потопе утратила свою ценность. Становилось все яснее, что чем древнее организмы, тем существеннее разница между ними и современными животными.

 

Ископаемые остатки древних организмов: 1 — отпечаток листа пальмы 2 - хвойное растение (Walchia); 3 - раковина брюхоногого моллюска 4 -аммонит (Csrdioceras cordatum); 5 - личинка бранхиозавра.

 

Попытку истолковать это явление сделал французский ученый, основатель сравнительной палеонтологии Жорж Кювье. Он высказал мысль, что в былые времена на нашей планете неоднократно происходили катаклизмы — колоссаль­ные катастрофы, в результате которых гибло большинство обитателей Земли. И после каждого такого переворота жи­вотный мир возрождался, но уже в ином составе.

Теория катастроф сыграла в геологии и палеонтологии большую роль. Она утвердила идею, что история Земли распадается на ряд этапов, каждому из которых свойственны определенные формы животных и растений.

Признание значения окаменелостей для определения воз­раста земных слоев заметно оживило развитие всех областей геологической науки и существенно способствовало их про­грессу. Изучение ископаемых остатков подтвердило, что до потопа существовал протяженный ряд многократно сменяв­ших друг друга сообществ организмов. Палеонтологические материалы стали широко использовать при составлении геоло­гических карт и поисках месторождений минерального сырья.

Против теории катаклизмов выступил французский ес­тествоиспытатель Жан Батист Ламарк. С начала XIX века один за другим выходят в свет его основополагающие труды: «Гидрогеология», «Естественная история растений», «Фило­софия зоологии» и многотомная «Естественная история без-позвоночных животных». Намного опередив свою эпоху, Ла­марк создал первое стройное учение о развитии органи­ческого мира, обосновал новую систематику животных, уточ­нил принципы ботаники, впервые развил эволюционные идеи в биологии и высказал мысль, что и сам человек является результатом исторического развития жизни.

Современники не смогли в полной мере оценить значе­ние работ Ламарка. Но провозглашенные им воззрения и его огромный научный авторитет оказали определенное влияние даже на тех исследователей, которые продолжали оставаться убежденными катастрофистами. Следствием этого стали мно­гочисленные смелые попытки установить закономерности по­явления различных групп организмов во времени.

В 1820 г. немецкий ученый Каспар Штернберг подразделил историю растительного мира Земли на три больших периода. Восемь лет спустя французский геолог и палеоботаник Алек­сандр Броньяр установил существование четырех периодов. Данные этих исследователей, занимавшихся изучением древ­ней флоры, начали сопоставляться с материалами, получен­ными в разных странах специалистами по вымершим беспоз­воночным. Это было рождение шкалы относительного — геологического — возраста земных слоев.

Теория катастроф продолжала оставаться главенствую­щей в науке на протяжении нескольких десятилетий. По­ложение ее пошатнулось только в середине прошлого века, когда в 1859 г. вышел в свет замечательный труд английского естествоиспытателя Чарлза Дарвина «Происхождение видов путем естественного отбора, или Сохранение благоприятст-вуемых пород в борьбе за жизнь».

Выдвинутая Дарвином теория эволюции, согласно которой в облике животного и растительного мира происходит беско­нечный ряд изменений, отражающих взаимоотношения ор­ганизмов и изменения среды, где они живут, дала новый толчок развитию различных областей палеонтологии. Десятки людей во многих странах мира начинают интересоваться окаменелостями. Отовсюду поступают сообщения о новых находках ископаемых организмов.

Наука об относительном возрасте земных слоев стала развиваться быстрыми темпами. Работы по добыче камня отныне нередко сопровождались специально организован­ными поисками окаменелых остатков животных и растений. Росли палеонтологические коллекции. Накапливались знания об эпохах развития жизни на Земле.

И, быть может, никто из геологов не вспомнил о том, что в 30-х годах XIX столетия на уральских заводах рабо­тали два человека, не имевшие никакого отношения к науке о Земле. Они построили около 20 паровых машин и первый в России паровоз. Созданные ими паровозы работали на чугунной рельсовой дороге, проложенной между рудником и заводом. Речь идет о русских механиках-изобретателях Черепановых — отце Ефиме Алексеевиче и сыне Мироне Ефи­мовиче.

Задумался ли исследователь истории Земли над будущим своей науки, прослышав, что в Англии совершил свой первый рейс между Манчестером и Ливерпулем первый в мире пассажирский поезд? И едва ли кто-нибудь знал, какое значение для палеонтологии будет иметь тот день, когда немецкие инженеры установят на колесной повозке двигатель внутреннего сгорания и родится еще одно детище техники — автомобиль.

Каким странным ни покажется это на первый взгляд, но изобретение двух новых средств передвижения оказало громадное влияние на прогресс науки о древних организмах. И не потому, что эти машины сделали доступными любые точки земного шара. Суть дела в том, что начавшееся в конце прошлого века быстрое развитие паровозо- и автомобиле­строительной промышленности привело к необходимости про­кладывать многие тысячи километров автомобильных и же­лезных дорог. А это в свою очередь вызвало небывалый размах земляных работ.

Бесчисленная армия рабочих ежедневно переворачивает сотни тысяч тонн горных пород, строя насыпи, прорывая тоннели, котлованы и канавы. За предельно короткий срок большие пространства оказались изборожденными земля­ными выработками. Для паровозов и автомашин требовалось огромное количество топлива, и в поисках нефти и камен­ного угля тысячи новых шахт и буровых скважин пронзили толщу земной коры.

Все эти работы, проведенные за короткий отрезок вре­мени на стыке XIX и XX столетий, дали возможность палеон­тологам собрать такое количество ископаемых остатков жи­вотных, которое во много раз превышало все прежние сборы. Много интереснейших научных открытий было сделано именно в эти годы. Собранные материалы позволили внести уточне­ния в шкалу геологического возраста, которая создавалась геологами разных стран еще со времен господства дилюви­альной теории.

Изучение геологических разрезов земной коры дает воз­можность выяснить, в какой последовательности формиро­вались слагающие ее пласты. Чтобы сравнить между собой различные толщи осадочных образований, необходимо найти заключенные в них остатки древних животных или растений. Долгие и трудоемкие поиски окаменелостей, кропотли­вое изучение палеонтологических коллекций позволили уста­новить характерные комплексы фауны и флоры, присущие каждому периоду истории Земли; помогли уточнить границы эпох; способствовали выяснению закономерностей развития органического мира нашей планеты. Все это дало возмож­ность рассматривать ископаемые остатки вымерших расте­ний и животных в качестве указателей относительного геоло­гического возраста горных пород.

Но, склоняясь над коллекциями окаменелостей, освобож­дая из каменного плена скелеты вымерших животных, естест­воиспытатели тщетно старались установить, сколько лет назад погибли эти обитатели Земли. И через века безответным вопросом звучали слова Леонардо да Винчи [Леонардо да Винчи. Избранное. М., Гос. изд-во худож. ли­тературы, 1952, с. 219]: «О время, скорый истребитель возникших вещей, сколько народов ты уничтожило, сколько государств пало и сколько различных событий произошло с тех пор, как чудесная форма этой рыбы здесь умерла в пещерных и извилистых недрах?».

 

ЛЕСТНИЦА ЖИЗНИ





Последнее изменение этой страницы: 2016-09-05; просмотров: 215; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 52.23.219.12 (0.008 с.)