ТОП 10:

ИЗ ДОКЛАДА о состоянии кадров Киевского военного округа



1. Враги народа, имевшие своей целью подготовку поражения РККА, на все руководящие должности подбирали свои кадры, выдвигали узкий круг людей на высшие должности, а растущих пре – данных партийных и не партийных большевиков «мариновали» на низовой работе.

В результате этого в большинстве на руководящих должностях штаба округа, командиров, комиссаров, начштабов корпусов и дивизий, частично и полков, оказались враги народа и их приспешники.

Поэтому Военный совет поставил центральной задачей «выкорчевывание» врагов народа и подбор на руководящие должности преданных и растущих командиров.

В итоге беспощадного «выкорчевывания» троцкистски-бухаринских и буржуазно-националистических элементов на 25 марта 1938 года произведено следующее обновление руководящего состава округа:

 

Наименование должностей По штату Обновлено % обновления Командиров корпусов 9 9 100 Командиров дивизий 25 24 96 Командиров бригад 9 5 55 Командиров полков 135 87 64 Командиров УРов 4 4 100 Начальников штабов корпусов 9 6 67 Начальников штабов дивизий 25 18 72 Начальников штабов УРов 4 3 75 Начальников штабов полка 135 78 58 Начальников отделов штаба округа 24 19 84

 

2. Выполняя указания тт. Сталина и Ворошилова, Военный совет округа провел большую работу по очищению кадров командного состава не только высшей, но и средней и старшей группы от всех враждебных и политически неустойчивых элементов, и эта работа продолжается в дальнейшем.

Всего было уволено из частей округа по политико-моральным причинам 2922 человека, из них арестовано органами НКВД 1066 человек…

Из ПОСТАНОВЛЕНИЯ Военного совета Киевского военного округа «О состоянии кадров командного, начальствующего и политического состава округа»

«Март 1938 года

В результате большой проведенной работы по очищению рядов РККА от враждебных элементов и выдвижению из низов беззаветно преданных делу партии Ленина – Сталина командиров, политработников, начальников кадры командного, начальствующего и политсостава крепко сплочены вокруг нашей партии, вождя народов тов. Сталина и обеспечивают политическую крепость и успех в деле поднятия боевой мощи частей РККА…

Командующий войсками Командарм 2-го ранга (Тимошенко)

Член Военного совета Киевского военного округа Комкор (Смирнов)

Член Военного совета Киевского военного округа) Секретарь ЦК КП(б)У (Хрущев)»

 

Самое занимательное в писании Хрущева – это, то место, где он обвиняет Власова в расчете «устроиться на теплое местечко в качестве партийного деятеля». Он что, дурак или придуривается? Или это мораль секретаря ЦК партии, его видение «партийного деятеля» как «устроившегося на теплое местечко»? Да бог с ним, с Хрущевым, он не хуже и не лучше ему подобных. Но, открещиваясь от Власова, Хрущев выкладывает для нас интересное: назначение на 37-ю армию Власов получил, опять же несмотря ни на что – вокруг рушилось все, немцы обходили Киев с востока и юга, впору бежать, только чтобы не оказаться в лапах фашистов. Но Власова помнят, Власова продолжают вести по заданной однажды программе. Но опять, едва Власов выбрался из окружения к своим, как Сталин вызвал его к себе самолетом. Что он ему сказал при встрече, нам известно со слов самого Власова, которые записал в марте 1942 года под Волоколамском Эренбург.

Безусловно, никакого отношения к назначению Власова на должность командующего 37-й армией Хрущев не имел: назначение это не в его власти и компетенции. Без Сталина – Верховного Главнокомандующего – такое произойти просто не могло ни при каких обстоятельствах. Поэтому читать фанфаронские слова Хрущева: «Конечно, как для меня, так и для Сталина дело Власова было горькой пилюлей, которую пришлось проглотить», без смеха нельзя. «Для меня… и… для Сталина»! Хрущев много лет рулил гигантской страной с почти 300-миллионным населением. Но вот перед ним один-единственный человек Власов, который совершил, скажем так, поступок. Как же объясняет мотивы этого поступка Власова Хрущев? Так и вижу его, коротконогого, пузатого, с хлопающими маленькими хитрыми глазками: «Трудно было понять, как человек, проявивший такую преданность, храбрость и такие способности и пользовавшийся огромным уважением, мог изменить своей стране». Неужели так «трудно»? Неужели невозможно?

И все-таки Никитка не был бы Первым секретарем ЦК КПСС, если бы он, даже совершенно ничего не понимая, не взялся бы объяснять и растолковывать про это, будь то кукуруза или химия, совнархозы или авианосцы и бомбардировщики, про то, как надо писать картины и книги… Объясняет он нам и Власова: «Очевидно, у Власова был очень неустойчивый характер… однако, по-видимому, у него не было настоящей идеологической закалки… возможно, конечно, став военным, он руководствовался корыстными соображениями… может быть, он рассчитывал устроиться на теплое местечко в качестве партийного деятеля». Идиотизм полный: хотел стать, как Ельцин, 1-м секретарем обкома партии, «партийным деятелем» и потому подался к немцам. Как говорится, в огороде бузина, в Киеве дядька. Прокомпостированные мозги? Или нас держат за дураков?

Надо различать, где Никитка дурак, а где придуривается. Отчет Хрущева в Москву об «итогах беспощадного «выкорчевывания» троцкистско-бухаринских и буржуазно-националистических элементов» и «постановление о состоянии кадров командного и начальствующего и политического состава» датированы мартом 1938 года.

16 марта 1938 года на Власова была написана партийная характеристика:

 

«Власов Андрей андреевич, член ВПП(б) с 1930 года… по социальному происхождению из крестьян. В РККА с 1920 года, по должности командир полка, звание майор.

В парторганизации части с 1937 года. За время пребывания тов. Власов показал (себя) как активный член партийной организации… Уклонов от генеральной линии партии у тов. Власлова не было. Работает честно и правдиво. Много работает над вопросами ликвидации остатков вредительства в части»[48]

 

А в мае 1938 года Власов – «начальник 2-го отдела штаба Киевского особого военного округа». В Постановлении «О состоянии кадров командного и начальствующего и политического состава» Хрущев в конце клянется Москве, что он и Военный совет округа и дальше будут «беспощадно выкорчевывать троцкистско-бухаринские и буржуазно-националистические элементы». Иными словами, Власов попадает в Киевский особый военный округ, да еще в его штаб на отдел в самый разгар «выкорчевывания». Однако, судя по характеристике, в этом деле он не новичок, у себя в полку в ЛенВО он уже «много поработал над вопросами ликвидации остатков вредительства».

Эта сторона жизни Власова никак не затрагивается ни волкогонами местными, ни эренбургами зарубежными Неспроста Что такое в 1937–1938 годах была «генеральная линия партии»? Это была линия выработки будущего фронта. На этом фронте кровавые сражения шли и днем и ночью. «Доклад «О состоянии кадров Киевского военного округа» и Постановление Военного совета Киевского военного округа «О состоянии кадров…» – отчет с фронта, доклад о положении на фронте. Что такое: «всего уволено из частей округа по политико-моральным причинам 2922 человека, из них арестовано органами НКВД 1066 человек…»? Это данные о потерях, которые понес противник на этом фронте: взято в плен 2922 человека, уничтожено 1066 человек. Какой враг противостоял командующему Тимошенко и члену Военного совета Хрущеву? Тут также нет секрета: «троцкистско-бухаринские и буржуазно-националистические элементы». Бухарин никогда самостоятельной фигурой не был, он всегда был только тенью Троцкого-Бронштейна еще со времен, когда Бронштейн издавал в Нью-Йорке газетку под названием «Новый мир», а верным помощником у него был Бухарин. А о каких таких «буржуазно-националистических элементах» ведется речь? Может быть, об украинских? Или, может быть, о русских? Полноте. Таковых не бывало даже до 1917 года, а были просто православные. Речь тут шла о «космополитическом» буржуазном национализме». Для этого надо только просмотреть еще раз списки членов правительства, списки руководящих работников РККА, НКВД, МИД и остальных наркоматов. «Выкорчевывали» именно эти «элементы» и гоев типа Тухачевского и Бухарина.

Из партийной характеристики видно, что член партии с 1930 года майор А.А. Власов в должности командира полка славно повоевал на этом фронте в составе Ленинградского военного округа – оплота Льва Давидовича со времен еще семнадцатого года, когда там верховодил он, будущий «романтик революции» и «создатель Красной Армии» Бронштейн-Троцкий, перекрасивший в красный цвет «легион» бундовцев – средоточие животного «национализма и сепаратизма в российском рабочем движении». Но не это главное, главное в том, что «легион» был всегда антирусским, зоологически ненавидел все русское и русских. Вел с Россией войну тайную и явную, пакостил ей на Украине и в Белоруссии, в Прибалтике, но в основном в самой России.

После революции БУНД под тайным водительством Бронштейна-Троцкого троянским конем лихо въехал в состав РКП (б) – Российскую Коммунистическую партию (большевиков) – таким манером «буржуазно-националистический» легион стал русским. Через короткое время бундовцы перестали писать в партийных анкетах, что до ВКП(б) они состояли в БУНДе. БУНД окончательно превратился в партию всех народов СССР. С тех пор и до последнего дня существования КПСС в партии было две партии: первая называлась «АП» – актив партии, то есть бундовцы всех «колен»; вторая «ПП» – пассив партии, то есть все эти русские, украинцы, белорусы и пр., призванные повторять лозунги «АП», идти за «АП»…

В 1938 году была война русских во главе со Сталиным против бронштейнов-гамарников, бронштейнов-тухачевских, бронштейнов-бухариных, бронштейнов-фельдманов, бронштейнов-эйдеманов и пр. И Сталин победил – это была первая русская революция. Бундовцы-большевики, большевики-бундовцы к победе над русскими в семнадцатом году шли через кровь 1905 года. Русские шли к победе 1938 года через низложение Бронштейна-Троцкого и высылку его из страны в 1927 году. Именно на фронтах с бронштейнами Андрей Власов вырос за два года от майора до генерал-майора. В 1938 году он под водительством Сталина одержал первую русскую национальную победу. В этой войне Андрей Власов вначале командовал полком, а потом механизированным корпусом в Перемышле, кстати, город этот – один из главных центров еврейской оседлости на западе России. В Перемышле Власов, будучи командиром 4-го мехкорпуса, постоянно встречался с Хрущевым, который наезжал туда как 1-й секретарь ЦК партии Украины.

Что делает генерал Власов, едва оказавшись среди немцев? Он пишет

 

 

«ОБРАЩЕНИЕ РУССКОГО КОМИТЕТА к бойцам и командирам Красной Армии, ко всему русскому народу и другим народам Советского Союза

Друзья и братья!

БОЛЬШЕВИЗМ – ВРАГ РУССКОГО НАРОДА. Неисчислимые бедствия принес он нашей Родине и, наконец, вовлек Русский народ в кровавую войну за чужие интересы….».

 

Слово «большевик», «большевизм» тут лишь калька с немецкого «жидо-большевизм». Слово «большевик», «большевизм» в контексте – «враг русского народа» в небольшом по объему «ОБРАЩЕНИИ…» употреблено почти 20 раз. Если бы подобное «обращение» писали немцы, то слово «жидо-большевики» они бы употребили в 10 раз меньше. Почему же Власов оказался в 10 раз большим «антисемитом», чем сам Гитлер? Потому что Власов, его руководство отлично понимали: прекрати завтра Гитлер «решать еврейский вопрос» «шмайссером» и удавкой, и Штаты, Запад откроют второй фронт не против немцев, а против русских. В любой войне проблема союзников – наиглавнейшая из проблем. Древние китайские полководцы даже подсчитали, что в каждой войне 80 процентов победы заключается в союзниках.

Сталин и Власов обеспечивали 80 процентов нашей победы. Власов был на страже антисемитизма Гитлера, а это означало, что никогда ни США, ни Англия, сами находящиеся под пятой сионистов, не пойдут на союз с фашистской Германией против СССР. Это одно. Второе, русский генерал Власов своей «архиантисемитской позицией», находясь на ролях будущего Верховного военного правителя России, в случае победы немцев, уже на самых дальних подступах к этому заставлял трепетать евреев внутри СССР, жаться к Сталину, считать его «отцом народов» и тем самым, как говорится, «обеспечивалось монолитное единство советского народа», что не последнее в условиях смертельной военной опасности.

Пыжится, надувает щеки и Эренбург, объясняя Власова.

«Конечно, чужая душа потемки; все же я осмелюсь изложить мои догадки» – пишет он в своей книге «Люди, годы; жизнь». И тут, как у Хрущева, – не знаю, но скажу.

«Власов не Брут и не князь Курбский, мне кажется все было гораздо проще. Власов хотел выполнить порученное ему задание; он знал, что его снова поздравит Сталин, он получит еще один орден, возвысится, поразит всех своим искусством перебивать цитаты из Маркса суворовскими прибаутками. Вышло иначе: немцы были сильнее, армия попала в окружение. Власов, желая спастись, переоделся. Увидев немцев, он испугался: простого солдата могли прикончить на месте. Оказавшись в плену, он начал думать, что ему делать. Он хорошо знал политграмоту, восхищался Сталиным, но убеждений у него не было – честолюбие. Он понимал, что его карьера кончена. Если победит Советский Союз, его в лучшем случае разжалуют. Значит, остается одно: принять предложение немцев и сделать все, чтобы Германия победила. Тогда он будет главнокомандующим или министром обкорнанной России под покровительством победившего Гитлера. Разумеется, Власов никогда никому так не говорил…» – продолжает Эренбург

Мнение Эренбурга нам должно быть интересно только потому, что это мнение ЭРЕНБУРГА… Человек, объясняя другого, конечно же, судит о нем исключительно по себе. По-другому просто не дано. Когда Эренбург растолковывает нам, почему так, а не иначе поступил Власов, он выкладывает нам не мотивы Власова относительно содеянного им – для Эренбурга они и в самом деле «потемки», Эренбург хорошо знает себя, он ставит себя на место Власова, и мы читаем чистосердечное признание Эренбурга: по каким мотивам он бы сделал то, что сделал Власов – предал бы Родину. И первый, самый главный мотив для Эренбурга, который оправдывает его сдачу в плен, этот: «Увидев немцев, он испугался…» Вот он, примитивный, низменный, животный страх. Все остальные – производное от него. Немцев Власов увидел 22 июня 1941 года, и с того дня он только и делал, что «видел» их перед собой, сзади себя, на всех флангах, и не просто «видел» – он их бил, как мог и как умел. От вида немцев пускали в штаны только «бойцы ташкентского фронта». Один вид живого немца уже парализует волю Эренбурга, и он не находит иного выхода, как только поднять лапы и сдаться им.

Но вот Эренбург в спасительном плену, немцы почему-то не смогли его «прикончить на месте». Как ведет себя в этой ситуации Эренбург? «Оказавшись в плену, он начал думать, что ему делать». Что ж, разумно, положение – не позавидуешь, надо что-то предпринимать. И вот сидит Эренбург и «думает». Много вариантов прокручивает он в своей чубатой голове. И что же на выходе, на каком из множества вариантов останавливается? «Значит, остается одно: принять предложение немцев и сделать все, чтобы Германия победила». Когда я читаю у Эренбурга, что будто так думал, так решил русский Власов, я не верю. Но когда я читаю эти «догадки» Эренбурга насчет русского Власова, я верю, что именно так и поступил бы сам Эренбург. Да эренбурги, Троцкие, Ленины с 1914-го по 1917-й, когда Россия отбивалась от наседавших врагов в первой мировой войне, именно так и думали, и говорили, и действовали в этом направлении – чтобы победила Германия, чтобы поражение потерпела Россия, русские. И ведь так и произошло – Россия потерпела поражение, а оглушительную победу одержали даже не немцы, а Троцкие и эренбурги. «Оборонцами» они становятся потом, когда надо обороняться от русских, оборонять захваченное у русских. У эренбургов – поражение России, русских – в крови.

 

«Разумеется, Власов[49] никогда и никому так не говорил…»

 

Небезызвестный генерал Григоренко тоже, как и Хрущев и Эренбург, мается проклятым «почему?». Будучи в Штатах, он в 1981 году написал и издал там книжку «В подполье можно встретить только крыс». Размышляет он в той книжке и о Власове, пишет о том, как тяжело было многим понять, что знаменитый генерал Власов, «не какой-то выскочка – кадровый офицер, коммунист, чисто русский человек, выходец из трудовой крестьянской семьи» с помощью немцев создал РОА. Григоренко задается вопросом: «Почему?!»… Не вязалась эта фигура у меня с образом изменника родины. Провокация, говорил я себе».

Всезнающий о Власове И. Хоффманн в своей книжке «История власовской армии» глубокомысленно замечает по поводу «почему?!» Григоренко: «Но ответа на этот вопрос ему и его товарищам пришлось ждать долго».

Видимо, Хоффманн имеет в виду срок выхода в свет его «Истории власовской армии». Однако именно генерал Григоренко ближе других подошел к разгадке Власова, когда произнес слово «провокация». Правда, со знаком в точности наоборот, потому что он искренне считал историю с Власовым немецкой «провокацией».

«Запомнился 1940 год. Буквально дня не было, чтобы «Красная звезда» не писала о 99-й дивизии, которой командовал Власов. У него была образцово поставлена стрелковая подготовка. К нему ездили за опытом мастера стрелкового дела. Я разговаривал с этими людьми, и они рассказывали чудеса. Вторично я услышал о Власове в ноябре 1941 года… Снова о нем говорили как о выдающемся военачальнике», – продолжает в такой вот форме свое «почему?!» генерал Григоренко. Будто черная повязка на глазах у Григоренко. И Хрущев… и Григоренко ходят, как коты вокруг горячей сковородки, но лизнуть боятся. Неужели? Почему? Все-таки я не думаю, что все эти люди, от Хрущева до Хоффманна, круглые дураки и не видят Власова истинного. Но почему и Хрущев и Хоффманн в принципе говорят о Власове одно и то же? Почему и Сталин, что называется, спустил на Власова всех собак, сдал его?

Носится со своим ведром ответов по поводу «дела Власова» и самодеятельный философ и историк-самоучка Волкогонов. В ведре том, кроме «отрыжки», кажется, ничего другого нет, Как всегда, все у Волкогонова косноязычно-топорно, будто русского языка он не изучал вообще, и все обязательно окрашено ненавистью к русскому, к русским.

 

«Власовщина как политическое явление явилась (?) результатом ряда причин: крупных неудач на фронтах, ОТРЫЖКАМИ НАЦИОНАЛИЗМА И СОЦИАЛЬНОЙ НЕУДОВЛЕТВОРЕННОСТИ НЕКОТОРЫХ ПРЕДСТАВИТЕЛЕЙ (И ИХ ДЕТЕЙ) ПРИВИЛЕГИРОВАННЫХ КЛАССОВ,[50] страхом перед возмездием, после того как некоторые не по своей воле оказались в плену».

 

Ни с какой стороны эту мешанину к личности Власова и «власовщины» приложить невозможно. Опять пресловуто-большевистская «отрыжка национализма», введенная Троцким и его бандой для подавления и уничтожения всего русского; опять «социальная неудовлетворенность некоторых представителей (и их детей) привилегированных классов». Неужели это про крестьянского сына Андрея Власова? Неужели это про Кагановича и Мехлиса – «некоторые представители (и их дети) привилегированных классов»? И опять эта омерзительная иудейская трясучка «страхом перед возмездием, после того как некоторые не по своей воле оказались в плену». Для русского такой логики не существует вообще: если у русского возникает «страх перед возмездием» за плен, то он начинает думать о том, как вырваться из плена – и ни о чем другом. Если у пленного возникает «страх перед возмездием» за плен, это значит, что пленный уверен: немцы будут разгромлены, победа будет за русскими, с какой стати ему идти в армию, которая будет разгромлена вот-вот, зачем ему усугублять «возмездие»?

Животный страх вообще для русского не является причиной сдачи в плен. Животный «страх перед возмездием» за плен вообще для русского не являлся мотивом вступления в так называемую власовскую армию РОА. Какой мотив был у русских, когда они голосовали за Собчака, Попова, когда они почти до последнего шли за Горбачевым? Ведь каждый видел, что это разрушители, предатели, изменники. Ведь каждый знал, что на плечах этих предателей и изменников в страну ворвутся иноземные и внутренние оккупанты. Русский не виноват, что в тот момент у него во главе был Горбачев, а не Сталин. Русский не виноват, что к тому роковому моменту не был подготовлен партией свой Власов.

Вождями не рождаются даже на уровне жэка. Русский пошел не за Горбачевым и Ельциным, он пошел за Сталиным, думая, что Сталин есть в Горбачеве и Ельцине. Русский пошел за Горбачевым, а позже за Ельциным, потому что рядом не оказалось Сталина, Жукова, не было Власова. Не понимая этого, нельзя осмыслить Власова. Власов в этой связи – замысел всеславянский, сгусток вековой мудрости русских, результат непрерывной борьбы русских с иноземными захватчиками, в которой бывало все: отвага и хитрость, самопожертвование, скрытое и явное, битва «на миру», в которой «и смерть красна», и битва потаенная, ненавидимая даже для самых родных глаз, в которой свои, родные считают тебя врагом наизлейшим. Вот по этим чертежам был создан Власов. На это ушли годы. «Конструкция» «изделия» была проверена в условиях «космических» перегрузок. Прежде чем «уйти» к немцам, его провели в буквальном смысле слова через «огни, воды и медные трубы». Выдержал!

Генерал Власов – суперкласс разведки. Он – создание интеллекта неординарного. Сегодня разведчики этого уровня имеют точное название – «агенты влияния». Таким был генерал Тухачевский, но он был разоблачен и расстрелян. Генерала Власова немцы разоблачить так и не смогли, хотя порой подходили к этому поразительно близко. Не «разоблачен» он и по сей день. Горбачев – лишь повторение Власова с той только разницей, что Власова мы внедрили фашистскому Западу, а Горбачева демократический Запад впаял нам. Невольно приходит суворовская мудрость: «Тяжело в ученье – легко в бою…»

 

III

 

В сентябре 1941 года Власова назначили командующим несуществующей 37-й армией. Ее надо было еще собрать. Власов собрал. Из числа тех, кто вышел из окружения. Из уцелевших после разгрома наших полков и дивизий. Из очень поредевшего местного населения. Учился? Как на крупном полигоне, в условиях, максимально приближенных к тем, которые потом будут у него при формировании так называемой РОА? В сентябре же 37-я армия уже обороняла позиции по линии Ново-Глыбов – Борки – Пирогово и далее на восток по Днепру до Гусеницы. Кроме этого, 37-я держала еще и киевский плацдарм.

Однако уже на 15 сентября 1941 года расклад сил был такой: 2-я и 1-я танковые группы противника, которые наступали навстречу друг другу, соединились в районе Лохвицы. В результате войска четырех армий Юго-западного фронта – 21-я (переданная из Брянского на Юго-Западный фронт 6 сентября), 5-я, 37-я и 26-я – оказались в плотном кольце окружения. А 37-я – это Власов. И он опять в эпицентре кошмара окружения. 17 сентября 1941 года Военный совет 37-й армии отстучал телеграмму главнокомандующему Юго-Западного направления. Связи с ним уже не было, телеграмма шла кружным путем через Москву, Генеральный штаб.

 

«37-я армия в оперативном окружении. На западном берегу оборона Киевского укрепленного района 16 сентября сего года в результате наступления противника южнее Фастова прорвана, резерв исчерпан, бой продолжается. На восточном берегу на фронте Русакове, Б. Бымерка, Сваровье, Нижняя Дубыня части, оказывая сопротивление, отходят на Бровары. На юге ударом в направлении Кобрино, Борисполь, Правей противник прорвал оборону разных мелких отрядов и народного ополчения.

Угроза переправ Киеву с востока. Части в течение двадцатидневных непрерывных боев малочисленны, сильно утомлены, нуждаются в отдыхе и большом свежем пополнении. Связи с соседями нет. Фронт с перерывами.

Восточный берег без сильных резервов не удержать. В дальнейшем с западного берега выйти из окружения будет невозможно. Скопилось большое количество транспорта в Киеве и Дарнице. Прошу указаний»

 

В этих словах страшные и трагические будни всех фронтов 1941 года. И все-таки из этих 4 армий 37-я армия Власова попала в наихудшее положение. В ночь на 18 сентября командующий фронтом М. П. Кир-понос отдал войскам приказ отходить с боями из окружения. 21-я армия должна была наносить удар в направлении Ромны – навстречу 2-му кавалерийскому корпусу. Кавалеристы готовились нанести удар с востока. 5-й армии приказывалось выходить вслед за 21-й армией, нанося удар на Лохвицу. 26-я армия прорывала окружение в направлении Лубны. Власову был приказ: вывести войска из Киевского укрепленного района, создать группу в составе двух-трех дивизий и утром следующего дня в направлении Яготин – Пирятин выйти из окружения строго за 5-й армией.

Александр Колесник в книге «Генерал Власов – предатель или герой?» пишет: «Приказ командующего получили все армии, кроме 37-й, не имевшей связи со штабом фронта. Ее главные силы с позиций начали сниматься только в ночь на 19 сентября».

В результате потери управления войсками Юго-западного фронта. только часть войск отдельными группами сумела пробиться на восток. В одной из таких групп находился и командарм-37 генерал-майор А.А. Власов. Это был подвиг, потому что враг бросил огромные силы для удержания, расчленения и уничтожения окруженных войск. Выходили сквозь рукопашные схватки. 20 сентября в бою, пробиваясь к своим, погибли командующий фронтом М.П. Кирпонос, член Военного совета М.А. Бурмистренко, начальник штаба фронта В.И. Тупиков. Хрущев не соврал и не выдумал, когда написал, что генерала Власова солдаты вынесли из окружения на носилках. Так он оказался в госпитале. На излечении генерал находился почти до самого назначения на новую должность.

Так по документам. Так было по жизни. Однако 7 марта 1943 года в своей газете «Доброволец» в № 8 Власов опубликует открытое письмо «ПОЧЕМУ Я СТАЛ НА ПУТЬ БОРЬБЫ С БОЛЬШЕВИЗМОМ?». В нем он события сентября 1941 года под Киевом изложит совсем по-другому.

 

«Я отводил войска к Киеву. Там я принял командование 37-й армией и трудный пост начальника гарнизона города Киева, Я видел, что война проигрывается по двум причинам: из-за нежелания Русского народа защищать большевистскую власть и созданную систему насилия и из-за безответственного руководства армией, вмешательства в ее действия больших и малых комиссаров.

В трудных условиях моя армия справилась с обороной Киева и два месяца успешно защищала столицу Украины. Однако неизлечимые болезни Красной Армии сделали свое дело. Киев был окружен. По приказу Верховного Командования я был вынужден оставить укрепленный район».

 

Конечно, здесь Власов очень упрощает трагические события, из которых его буквально вынесли солдаты на носилках. Упрощает зачем? Больше того, Власов разворачивает, что называется, фронт на сто восемьдесят градусов, он совершенно «беспардонно» отказывает немцам в победе под Киевом: «…моя армия справилась с обороной Киева… По приказу Верховного Командования я был вынужден оставить укрепленный район». Какой смысл? Если внимательно вчитаться в «открытое письмо» Власова, то получится не «открытое письмо», а приказ № 227 от 28 июля 1942 года, известный сегодня на весь мир как приказ Сталина «Ни шагу назад!». С грифом «Без публикации» он оставался до 1988 года, когда «Военно-исторический журнал» в № 8 впервые опубликовал его в Советском Союзе полностью, без купюр. Власов, как и немцы, к «марту 1943 г.», безусловно, хорошо знал этот приказ. «Открытое письмо» местами просто написано словами Сталина из приказа № 227.

 

«…Война проигрывается по двум причинам: из-за нежелания Русского народа защищать…[51] и из-за безответственного руководства армией, вмешательства в ее действия больших и малых комиссаров».

 

А как в приказе Сталина «Ни шагу назад!»?

 

«Враг бросает на фронт все новые силы и, не считаясь с большими для него потерями, лезет вперед, рвется в глубь Советского Союза, захватывает новые районы, опустошает и разоряет наши города и села, насилует, грабит и убивает советское население. Бои идут в районе Воронежа, на Дону, на юге у ворот Северного Кавказа. Немецкие оккупанты рвутся к Сталинграду, к Волге и хотят любой ценой захватить Кубань, Северный Кавказ с их нефтяными и хлебными богатствами. Враг уже захватил Ворошиловград, Старобельск, Россошь, Купянск, Валуйки, Новочеркасск, Ростов-на-Дону, половину Воронежа. Часть войск Южного фронта, идя за паникерами, оставила Ростов и Новочеркасск без серьезного сопротивления и без приказа Москвы, покрыв свои знамена позором.

Население нашей страны, с любовью и уважением относящееся к Красной Армии, начинает разочаровываться в ней, теряет веру в Красную Армию, а многие из них и проклинают Красную Армию за то, что она отдает наш народ под ярмо немецких угнетателей, а сама утекает на восток.

Некоторые неумные люди на фронте утешают себя разговорами о том, что мы можем и дальше отступать на восток, так как у нас много территории, много земли, много населения и что хлеба у нас всегда будет в избытке. Этим они хотят оправдать свое позорное поведение на фронтах. Но такие разговоры являются насквозь фальшивыми и лживыми, выгодными лишь нашим врагам…

Наша Родина переживает тяжелые дни. Мы должны остановить, а затем отбросить и разгромить врага, чего бы это нам ни стоило. Немцы не так сильны, как это кажется паникерам. Они напрягают последние силы…

Чего же у нас не хватает?

Не хватает порядка и дисциплины в ротах, батальонах, полках, дивизиях, в танковых частях, в авиаэскадрильях. В этом теперь наш главный недостаток…

Нельзя терпеть дальше командиров, комиссаров, политработников, части и соединения которых самовольно оставляют боевые позиции. Нельзя терпеть, когда командиры, комиссары, политработники допускают, чтобы несколько паникеров определяли положение на поле боя, чтобы они увлекали в отступление других бойцов и открывали фронт врагу.

Паникеры и трусы должны истребляться на месте…»

 

Так у Сталина, а как у Власова?

 

«Система комиссаров разлагала Красную Армию. Безответственность, слежка, шпионаж делали командира игрушкой в руках партийных чиновников в гражданском костюме или в военной форме».

 

Совершеннейшая правда. Но как об этом у Сталина? Покороче и покруче: 9 октября 1943 года был издан Указ Президиума Верховного Совета СССР «Об установлении полного единоначалия и упразднении института военных комиссаров в Красной Армии». 13 октября этот Указ Сталин распространил и на Военно-Морской Флот. Правда, комиссаров Сталин не тронул в партизанских отрядах, но то была «другая» армия и иная война.

Нет слов, «открытое письмо» Власова от 7 марта 1943 года – не его единоличный плод творчества. Без «соавторов», без «редакторов», без «цензоров», без «корректоров» оно просто не увидело бы света. Это – элементарно. И все-таки идея «открытого письма» принадлежит самому Власову. «Болванка» «письма» написана им же. Почему так? Бывшему «начальнику учебного отдела… разведывательного отдела ЛВО» Власову почему-то срочно потребовалось «объясниться» с Москвой, может быть, «развеять» какие-то возникшие в Москве сомнения, доложить Москве что-то очень важное, мог он воспользоваться «открытым текстом» в жанре «открытого письма»? Несомненно. Прочитаем «открытое письмо» Власова так, как если бы оно было предназначено, допустим, Сталину. В «письме» выделим то, что, по всей вероятности, принадлежит самому Власову и предназначено для Москвы. Это «открытое письмо», частично или полностью, используют все западные авторы, пишущие о нашем генерале, как свидетельство смертельной схватки Власова со Сталиным, русского народа со Сталиным. Повторюсь: большевизм для Сталина и Власова после 1938 года был синонимом троцкизма-бронштевизма, синонимом Тухачевского и его сионской банды, продавшейся гитлеровской Германии, синонимом старой, традиционной политики большевиков – за счет тотального запугивания русских внешней угрозой, за счет полного поражения России при уборке ли урожая, как в 1921 году, на полях ли сражения, как в 1941 году, удерживаться у власти, давить и давить русских. Поэтому для Сталина в «открытом письме» Власова слова «большевик», «большевизм» были понятным ему кодом.

 

 

«Почему я стал на путь борьбы с большевизмом?

(Открытое письмо генерал-лейтенанта А. А. Власова)

призывая всех русских людей подняться на борьбу против Сталина и его КЛИКИ, за построение Новой России без большевиков и капиталистов, Я СЧИТАЮ СВОИМ ДОЛГОМ ОБЪЯСНИТЬ СВОИ ДЕЙСТВИЯ.

Меня ничем не обидела Советская власть. Я – сын крестьянина, родился в Нижегородской Губернии, учился на гроши, добился высшего образования. Я принял народную революцию, Вступил в ряды Красной армии для борьбы за землю для крестьян, За лучшую жизнь рабочего, за светлое будущее русского народа. С тех пор моя жизнь была неразрывно связана с жизнью Красной армии, 24 года непрерывно я служил в ее рядах. Я прошел путь от рядового бойца до командующего армией и заместителя командующего фронтом. Я командовал ротой, батальоном, полком, дивизией, корпусом. Я был награжден орденом Ленина, Красного знамени, 20 леТ РККА. С 1930 ГОДА Я был членом ВКП(б).

И вот теперь я выступаю на борьбу против большевизма и зову за собой весь народ, сыном которого я являюсь.

Почему? Этот вопрос возникает у каждого, кто прочитает мое обращение, и на него я должен дать честный ответ. В годы гражданской войны я сражался в рядах Красной армии потому, что верил, что революция даст русскому народу землю, свободу и счастье.

Будучи командиром Краснои армии, я жил среди бойцов и командиров – русских рабочих, крестьян, интеллигенции, одетых в серую шинель. Я знал их мысли, их думы, их заботы и тяготы. Я не порывал связей с семьей, с моей деревней и знал, чем и как живет крестьянин.

И вот я увидел, что ничего из того, за что боролся русский народ в годы гражданской войны, он в результате победы большевиков не получил. Я видел, как тяжело жилось русскому рабочему, как крестьянин был загнан насильно в колхоз, как миллионы русских людей исчезали без суда и следствия. Я видел, что растаптывалось все русское, что на руководящие посты в Красной Армии выдвигались подхалимы, люди, которым не были дороги интересы Русского народа.[52]

Система комиссаров разлагала Красную Армию. Безответственность, слежка, шпионаж делали командира игрушкой в руках партийных чиновников в гражданском костюме или военной форме.

(Сегодня в министры обороны снова рвутся «партийные чиновники в гражданском костюме» от Кокошина до Старовойтовой. – В.Ф.[53])

С 1938 по 1939 год я находился в Китае в качестве военного советника Чан Кайши. Когда я вернулся в СССР, оказалось, что за это время высший командный состав Красной Армии был без всякого к тому повода уничтожен по приказу Сталина. Многие и многие тысячи лучших командиров, включая маршалов, были арестованы и расстреляны либо заключены в концентрационные лагеря и навеки исчезли. Не было семьи, которая так или иначе избежала (бы) этой участи. Армия была ослаблена, запуганный народ с ужасом смотрел на будущее, ожидая подготовление.[54]

Предвидя огромные жертвы, которые в этой войне неизбежно придется нести русскому народу, я стремился сделать все от меня зависящее для усиления Красной армии. 99-я дивизия, которой я командовал, была признана лучшей в Красной армии. Работой и постоянной заботой о порученной мне воинской части я старался заглушить чувство возмущения поступками Сталина и его клики.

И вот разразилась война. Она застала меня на посту командира 4-го мех. корпуса. Как солдат, как сын своей родины, я считал себя обязанным честно выполнять свой долг.[55]







Последнее изменение этой страницы: 2016-08-26; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 35.171.146.16 (0.035 с.)