ГЛАВА ДЕВЯТАЯ. БЕСЕДА НАД ТАРЕЛКАМИ



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ. БЕСЕДА НАД ТАРЕЛКАМИ



 

В которой для всех и каждого перечисляются подробности проникновения в тайну Тела Воскресения и предпринимается частичная проверка нашей теории.

Читая записи Денниса, я почувствовал, что темы странного места, в которое мы попали, наконец приняли ощутимую форму. Я снова почувствовал в небе присутствие чего-то всеведающего, пристально наблюдающего за нами. Снова вернулся к началу записей и перечитал их еще раз, но мне не на что было опереться, чтобы оценить прочитанное. Казалось, научные размышления брата обрели самостоятельную жизнь. Он напоминал мне большой всезнающий компьютер.

Собравшись вокруг костра, мы все слушали, как Деннис объясняет нам свое видение эксперимента. Он ушел в него с головой. Идеи так и перли из него, как фарш из мясорубки: тысячи слов обо всех этих странных делах. "А знаете, что можно сделать?" - спросил он вдруг и тут же выдал гипотезу, которая теперь стала известна как центральная доктрина опуса. Он назвал ее гиперкарболяцией. Согласно его теории, певческий голос и сверхпроводимость (или полное исчезновение электрического сопротивления, которое обычно становится возможным лишь при температурах, близких к абсолютному нулю) можно использовать для приведения молекул психоделических соединений в состояние постоянной связи с живыми человеческими ДНК. Гипотеза Денниса была позаимствована из теории звука. Если тронуть струну, то она зазвучит в той октаве, в которой ее тронули, но, кроме того, еще и в октавах выше и ниже собственной тональности. Она обладает так называемыми гармоническими обертонами. Если вы тронете струну, а потом прижмете ее, то по-прежнему будете слышать гармонические обертоны - феномен, так очаровавший Пифагора. Деннис обратил наше внимание на то, что можно использовать два звука, так чтобы они гасили друг друга, если эти два звука абсолютно одинаковы.

Тот же феномен, который создает гармонические обертоны, можно использовать и для остановки движения молекул. В очень ограниченных пространствах, возможно, имеющих в поперечнике всего несколько тысяч ангстрем, можно создать низкие температуры с затуханием звука. Движение молекул - это разновидность колебаний, и при наличии нужного аудиосигнала такое движение прекратится. По сути дела, когда молекулярное движение прекращается, молекула достигает температуры абсолютного нуля, при которой становится возможной сверхпроводимость.

Деннис чувствовал, что нащупал способ вышибить запертые двери рая в этом ему должны были помочь психоактивные соединения - псилоцибин, триптаминовый комплекс и бета-карболины, которые содержатся в аяхуаске. Если рассмотреть вибрацию молекул бета-карболинового ряда, говорил он, то можно обнаружить, что их электронный парамагнитный резонанс, перемещающийся от одной молекулы к другой, фактически представляет собой последовательность гармонических обертонов. Это интересно, поскольку психиатр Клаудио Нараньо в своем "Исцеляющем путешествии" сообщает, что 50 процентов его пациентов, принимавших гармин - бета-карболин, содержащийся в аяхуаске, - жаловались на гудение в голове. Оно не отмечается при употреблении других психоделиков и связано исключительно с этими гарминовыми соединениями. Эквадорские шаманы из племени дживаро тоже говорят о гудении в голове. Идея Денниса заключалась в том, что этот звук слышится при метаболизме аяхуаски в нервных тканях мозга.

Объяснить, как это происходит, далеко не просто. Электронный парамагнитный резонанс представляет собой явление в молекулярной структуре, при котором высокочастотная энергия вводится в молекулярную систему, а ЭПР-сигналы выходят из нее. Но не все соединения обладают электронным парамагнитным резонансом: чтобы проявить ЭПР-деятельность, молекула должна иметь кольцо, свободное от молекулярных связей. Все соединения со свободным кольцом резонируют при определенных условиях. У галлюциногенов, которые нас интересовали, имелись свободные кольца, как и у ДНК, молекулы, являющейся сосредоточием генетической структуры всего живого.

Когда в организме происходит метаболизм содержащихся в аяхуаске алкалоидов, возникает связь с триптаминовыми метаболитами в мозгу. И становится слышен звук - признак этого взаимодействия. Как только он становится слышен, его можно имитировать. Это и есть "голосовой звук".

Обычно никому не приходит в голову увидеть связь между этим звуком и создаваемыми ЭПР-сигналами, которые относятся к сфере микрофизики. Именно здесь Денниса и посетило не то заблуждение, не то озарение: он стал .утверждать, что, используя этот звук, можно создавать материальные объекты. Он чувствовал, что, имитируя звук голосом, он, по сути, испускает усиленный сигнал парамагнитного резонанса, усиленный, ЭПР-модулирванный звук, который возникает при метаболизме псилоцибина у него в мозгу. Издавая такой звук, можно возбудить серию гармонических колебаний выше и ниже тоном в других активных соединениях, которые тоже присутствуют в мозгу.

А теперь начнем танцевать от этой теоретической основы. Если человек находится в правильной пространственной ориентации относительно молекулы, на которую он направляет звук, то стоит ему .прервать звук, который он слышит, и молекула станет сверхпроводящей, потому что ее вибрации затухнут. Из миллионов таких молекул, испытавших воздействие звука, найдется несколько тысяч, которые правильно геометрически сориентированы, Тогда их молекулярное движение прекратится почти мгновенно. Особое свойство низких температур состоит в том, что между молекулами возникают очень высокие связующие энергии. Молекула, температура которой близка к абсолютному нулю, готова соединиться с чем угодно. Она отчаянно стремится стать частью структуры.

Деннис старался объяснить нам:

- Молекула гармина, структура которой похожа на колокольчик, издает звон, подобный колокольному, и гудение. Если мы сразу же погасим его, то при наличии в мозгу активной нервной ДНК, электрическая структура гармина становится настолько близка к молекулярной структуре аденина, одного из основных компонентов ДНК, что сможет его заместить. Таким образом она включится в цепочку. А когда это произойдет, ее кольцо активизируется. Она такого же размера, что и молекула аденина, но несколько сложнее. У нее есть свободное резонансное кольцо. - Деннис помолчал, потом, собравшись с мыслями, продолжал:

- Обычный ЭПР гармина - простой сигнал, но структура электронного спина ДНК - чрезвычайно сложная штука и происходит в широкой полосе частот. Когда гармин попадает туда, он перестает передавать собственный резонанс, потому что плотно встраивается в структуру макромолекулы и начинает передавать ЭПР-колебания ДНК. Вот в чем все дело. Если вы сумели проследить ход моих рассуждений, то остальное совсем просто. ДНК - это вы сами собственной персоной. Внешняя форма - просто множество мясистых макрофизических кристаллов, порождение генов - понимаете? - результат работы ферментов, приведенных в движение и закодированных ДНК. Известно, что нервная ДНК не участвует в метаболизме. Она никуда не девается. Мышечная ткань тела заменяется раз в несколько лет. Скелет тоже не тот, каким был пять лет назад, а вот нервная ДНК - исключение: она всегда на месте. С ней вы появляетесь на свет. Она - записывающее устройство и антенна вашей памяти. И не только нашей личной памяти, а памяти любого существа или организма, имеющего ДНК. И с ними можно установить связь. Именно таким образом мы и открываем путь к Божественному Воображению, именно так Уильям Блейк понимал Спасение. И теперь оно становится доступным.

Вот как это делается. Вы встраиваете в ДНК радио, и ЭПР-колебания начинают заполнять ваш организм, потому что связь становится постоянной, нарушить ее невозможно. И они расскажут вам обо всем - обо всем, что можно познать в мире пространства и времени, ибо они содержат все, что хранится в вашей собственной памяти и в памяти всех остальных. Всех нас связывает эта волшебная субстанция, и именно она делает возможной саму жизнь и заставляет ее принимать бесконечное множество форм. Все ДНК одинаковы, разнятся только личины. И в зависимости от них мы получаем бабочек, мастодонтов или людей.

- Это по-твоему, - уклончиво заметил я. Тем не менее, у меня создалось отчетливое впечатление, что я уловил то, что именно он хотел сказать. Организмы - это сложные структуры, внешний вид которых создавался и приобретал устойчивость на протяжении миллионов лет. Можно сказать, что их формы буквально отлиты течением времени, причем происходил этот процесс в гораздо более внушительном промежутке времени, чем тот, в который укладывается любая отдельно взятая жизнь, или тот, с которым ее можно соотнести. И в своей эмбриологии, и в своей морфологии эти организмы таят сведения о строении более грандиозной вселенной. Мистики всегда отстаивали эту мысль. А молекулярная биология, ставшая наследницей теории эволюции, судя по всему, ее подтверждает. Возможно, жизнь - это стратегия для расширения квантово-механической неопределенности до такого уровня, где макрофизическая химическая система (чем по сути и является человек) может пережить и понять ее. Если бы кому-то из нас удалось фармакологически воспроизвести химию наших нервных клеток, то перед этим счастливчиком открылось бы широкое поле для исследований - новые неведомые сферы восприятия и понимания, прекрасные новые миры воображения, основанные на новых соотношениях нейропередатчиков в продолжающем развиваться мозгу людей. - "Мне ли судить?" - подумал я.

Меня заинтриговало то, как подробно Деннис изложил свои идеи, но тогда я просто не знал, что и сказать. Он уставился на меня, явно ожидая большего. Я верю в бесконечную, самопреобразующую силу человеческого разума и вида; я мог предположить, что существуют параллельные миры и альтернативные измерения. Я мог представить себе сколько угодно научно-фантастических гипотез, но при одном условии: пусть меня не просят поверить, что мне лично предстоит присутствовать на их открытии или превращении в реальность. Но именно об этом и говорил Деннис:

- Каким-то образом мы столкнулись или же нас подвели к встрече с событием, критическим для всего человечества: оно настолько преобразит онтологическую основу реальности, что разум и материя повсеместно превратятся в одно и то же и обретут способность в совершенстве отражать человеческую волю.

Ну как, спрашивается, можно такое переварить? Мы явились в Ла Чорреру с уверенностью: если Жизнь и Ум возможны, то вполне может статься, что загадки Вселенной неисчерпаемы. И все же что-то очень пассивное, но постоянно присутствующее неуклонно развивало эти идеи в наших умах - что-то, о чем мы вот уже несколько дней думали: "Уж, не гриб ли это?"

Мы больше часа проговорили об этих идеях и в конце концов пришли к выводу, что их необходимо проверить. По крайней мере, Деннис утверждал, что можно провести частичную проверку его гипотезы, чтобы убедить меня и наших товарищей. Он считал, что при стабилизации сверхпроводящего состояния в ближайших окрестностях должно наблюдаться заметное понижение температуры. Разговаривая, мы отошли от хижины и теперь брели по лесной тропинке.

- Можно попробовать получить эффект охлаждения прямо здесь, на этом самом месте, - вдруг предложил он.

Мы сели на песчаную тропу лицом друг к другу под лучами послеполуденного солнца. Для начала издав пару раз тихое механическое жужжание, Деннис изобразил звук, очень похожий на тот, который получился у него в "доме на пригорке" три дня назад. Звук этот невозможно было спутать ни с чем, он становился все громче и громче. Я взглянул на свои руки - они покрылись гусиной кожей, волоски встали дыбом. Меня затрясло как в лихорадке. Я крикнул Деннису, чтобы он перестал. Он сразу же послушался, вид у него был совершенно обессиленный. Я был в полной растерянности и совершенно искренне не мог сказать, обдало ли меня волной очень холодного воздуха, или же этот странный звук каким-то образом вызвал у меня такую реакцию - будто вокруг резко похолодало. Попутно я не забывал о том, что если этот аффект действительно создал порыв холодного воздуха, то он заодно нарушил все известные законы физики. Но дальше экспериментировать я не собирался: во всем этом было что-то зловещее, и, окажись эффект реальным, кто знает, к чему могут привести наши дальнейшие игры с ним? Мой непредсказуемый братец и его буйные идеи и способности больше чем когда-либо поставили меня в тупик. Все произошедшее казалось абсурдным и в то же время чрезвычайно притягательным - вроде гипнотической забавы, в которую втягиваешься помимо своей воли.

- Ну что, можно созывать пресс-конференцию? - настойчиво спрашивал меня Деннис, когда мы шли по тропе обратно. Но я едва слышал его, погрузившись в приятные мечты о еще недавно невообразимом будущем.

Вернувшись в лагерь, мы сообщили всем присутствующим, что Деннис создал волну холодного воздуха, возможность получения которой вывел из своей теории. Но все это звучало настолько неубедительно, что ни у кого не возникло желания пускаться в расспросы. После обеда Ванесса с Дейвом вернулись в свой "речной дом", а Ив, Деннис и я стали устраиваться на ночлег в лесу - первый со времени прибытия в Ла Чорреру.

Деннис пребывал в состоянии бурной деятельности: он продолжал генерировать идеи и проверять на нас новые наметки. В тот вечер и весь следующий день он с головой ушел в напряженную работу: делал все новые и новые записи своих идей, стадий их осуществления и теорий, объясняющих, почему они должны подтвердиться. Он долго писал в одиночестве, потом выходил и делился с нами своими мыслями.

Похоже, он был на подступах к чему-то очень странному: его словесные образы заставляли реальность содрогаться, трещать по швам. Он и вправду прикоснулся к той кипящей стеклянистой жидкости из четвертого измерения, которую мы собирались превратить в полезный инструмент, и на этом закончить нашу историю. И полететь к звездам.

Мое отношение ко всему можно выразить так: "Отлично, давайте попробуем". Атмосфера была полна присутствием сверхъестественного. Теперь, когда мы находились в самом центре бассейна Амазонки, нас преследовало чувство, будто с небес за нами кто-то наблюдает. Поначалу мы ощущали себя этакими счастливчиками, которым выпала задача развенчать последнюю волшебную сказку, чтобы уже навсегда стать рационалистами. И вот взамен мы столкнулись с чем-то огромным, с чем-то живым, очень старым и очень чуждым. С чем-то до крайности необычным.

В это время я начисто забросил все дела, принимал гриб и пребывал в постоянном экстазе. Это был единственный раз в жизни, когда мне доставляло истинное удовольствие просто быть. У меня как-то сама собой возникла мысль, которую, по-моему, разделяли все остальные: мы навсегда останемся в Ла Чоррере. Разлуку с ней было невозможно представить - здесь было абсолютно все, о чем только можно мечтать. Ощущение, что ты вернулся домой, что ты наконец там, где тебе предназначено быть, временами становилось просто ошеломляющим. Что до будущего, то я воображал, что так и буду слушать разглагольствования Денниса. Картины, которые он рисовал и в которые я доверчиво погружался, выходили за рамки всего, о чем могли мечтать все известные мне люди.

На следующий день, четвертого марта, мы назначили полную проверку теории связи между гармином и ДНК. Я с особым удовольствием отметил, что этот день упоминался в идиотском каламбуре, который сидел у меня в памяти с раннего детства: "Какой день в году подает команду?" Ответ: "Четвертое марта". (В английском языке слова "четвертое марта" созвучны команде "Вперед шагом марш!")

"До чего же знаменательно, - радовался и веселился я, - до чего же знаменательно, что мы предпримем попытку материализовать душу именно в этот день!" Как это ни абсурдно, совпадение даты с днем из каламбура казалось мне частью тайного вселенского замысла, который постепенно развертывался, чтобы в конце концов привести нас к высочайшему моменту истории, когда человечество бодрым маршем двинется в новое, высшее измерение. Собственные измышления казались мне ничуть не похожими на сверхнаучные теоретизирования, в которые был погружен мой братец. Меня ставило в тупик многое из происходящего. В тот день, третьего марта, я развлекался тем, что сооружал кальян из странных сердцевидных плодов макобии, которые все объявили несъедобными. Из одного такого плода, полого стебля тростника и пригоршни речной глины я изготовил сей курительный прибор - предмет моей несказанной гордости.

Под раздававшуюся вокруг трескотню биофизических терминов я размышлял о том, чего достиг, использовав два растения и немножко грязи. Мое творение казалось мне чудом изобретательности, а из-за необычной формы плода в нем было что-то чуть-чуть неземное, Этот кальян мог быть сделан из одного из тех плодов, которые в романе Уэллса нежная Вина поднесла покорителю времени. Кальян мой выглядел диковинно и таинственно, а когда его начинали курить, бульканье воды под плотной кожурой напоминало биение сердца какого-то огромного зверя. Даже Деннис остановился полюбоваться кальяном, и мы решили, что используем его в завтрашнем эксперименте, когда подойдет время покурить кору аяхуаски, чтобы повысить содержание гармина в крови. Мы жили в мире, где научный метод, ритуал и мистический компонент оказались неразрывно переплетены. Нашим собственным телам предстояло стать ретортами, вместилищем психо-алхимического преображения, с которым мы экспериментировали.

Днем мы сообща выдирали корни и раскладывали их на солнце. Казалось, невозможно себе представить занятие более приятное, более уместное. В тот вечер мы записали на пленку план эксперимента, но, к сожалению, магнитофон барахлил и оказалось, что восстановить запись невозможно. Я очень жалею об этой неудаче: эмоциональная составляющая того, что мы тогда ощущали, могла быть ясно прослежена по нашим собственным словам. Запись касалась нескольких тем: Гиперкарболяция - так мы назвали процесс изменения нервной ДНК и превращения человека в вечное гипермерное существо. Этот процесс представлялся нам очень схожим с процессом размножения у человека. Мы называли его "рождением идеи", .вкладывая в это выражение смысл, буквальное значение которого трудно уловить уму, не тронутому шизофренией. Мы надеялись, что разум, побуждаемый стремлением к добру, сможет контролировать процесс рождения и направлять его на создание Тела Воскресения - продукта воображения, столь любезного сердцу отцов Церкви, алхимиков XVI века и нынешних энтузиастов НЛО. В этом мы следовали за Юнгом, который раньше других понял: летающая тарелка - это образ нашего "я", подавленный психический комплекс, скрытый за внешним дуализмом природы и разума. Мы думали, что область разума и его стремление к добру можно наложить на генетические движители жизни. Эта надежда была обязана своим появлением биологии, тантра могла подтвердить реальность живого камня, и фантастическому единорогу, символу алхимических поисков, вот-вот наконец придется прильнуть головой к девичьим коленям. Короче говоря, мы грезили о единстве Духа и Материи;

Мертвые. Мы полагали, что гиперкарболяция должна стать победой шаманизма над смертью, что те врата, через которые ежедневно проходят мертвые, откроются настежь перед гиперкарболизированным человечеством, которое благодаря этому обретет способность проникать в вечность, где все особи вида существуют как живая реальность, и наоборот. Присутствие там гигантов человеческого прошлого - Карла Юнга, Ньютона, Набокова, Бруно, Пифагора и Гераклита - было плодом потрясающей всеобъемлющей интуиции, которую мы все разделяли и не могли игнорировать.

Нам казалось, что существует некая идеологическая линия преемственности, золотая цепь, объединенная одной целью - разрушить историческую среду, породив живой философский камень гиперкарболизированного человечества. Каждому из этих мыслителей-визионеров было отведено особое место. Теперь, когда тайный труд человеческой истории - рождение космического тела Адама, утраченного с райских времен, - близился к концу, эти тени собрались и толпились вокруг нашего амазонского лагеря. Очевидно, судьба уготовила нам удел человеческих атомов, которым предстояло сыграть решающую роль в преображении Homo sapiens в галактических странников, бодхисаттв, кульминацию и квинтэссенцию самых заветных чаяний стремящегося к звездам человечества.

Читатель с психологическим складом ума узнает в этих строках описание раздутого мессианского "эго". Так оно и есть, но мы ощущали все это, как ощущал бы любой, кто искренне верит, что ему удалось достичь подобного исторического момента. "Почему? - недоумевали мы, - почему выбор пал на нас?"

На такие вопросы голос гриба в моем мозгу отвечал без малейших колебаний: "Потому что вы упорно искали путь к добру и ни одному человеку не доверяли больше, чем себе самим".

Эмоциональное воздействие подобных внутренних диалогов превосходило все, что мне приходилось испытывать до сих пор. Я ощущал смиренную благодарность, доводившую меня почти до слез. Я ощущал душевным подъем, Мы хотели спасти рай для человечества и благодарили всех богов и природу за то, что из всех жизней и путей, прожитых на этой земле, судьбе было угодно поместить именно нашу эксцентричную затею так однако к линии раздела. Мы одержим победу там, где старый шаманизм потерпел поражение.

Благодаря гиперкарболяции спасение вечной жемчужины человеческого бессмертия из бездны смерти станет реальностью для каждого, кто когда-то жил на земле. Вся боль, все страдания, все войны и лишения будут оплачены и оправданы благодаря пересечению тайны высших измерение и повернутой вспять логики времени, которая каким-то образом сводит на нет то. что уже произошло. Волна понимания, набирающая силу с самого двадцать седьмого февраля, достигла такой мощи, что почти виделась во всем, что меня окружало. Двояковыпуклая форма приближающегося философского камня, казалось, была везде, куда бы ни падал взгляд. Каждая форма, каждое очертание таили в себе его неземные, таинственные, переливающиеся глубины.

 

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ. ЕЩЕ ОБ ОПУСЕ

 

В которой мы усовершенствуем теорию и начинаем подготовку к экспериментальным испытательным полетам "Софического аэролита"

Наконец настало долгожданное четвертое марта. Приготовив завтрак, мы не стали, как обычно, заливать костер. Вместо этого, мы принялись варить тщательно измельченные побеги Banisteriopsis caapi в нескольких галлонах ключевой воды. Огонь, в который мы подбросили корявых, высохших на солнце корней, яростно пылал. Котелок отвечал ровным раскатистым бульканьем - как раз то, что надо для приготовления отвара:

Весь "день мы втроем возились с отваром и почти не разговаривали. Дейв с Ванессой тем временем наведались в старую деревню Ла Чоррера, что за озером, и сделали фотографии. Вечером они собирались присоединиться к нам, чтобы вместе перекусить, а затем покинуть нас, предоставив нам самим принимать аяхуаску и проводить экспериментальную проверку гиперкарболяции. Я уверен, что мысли Денниса еще больше, чем мои собственные, были заняты деталями предстоящего эксперимента. В последние дни он часто бывал раздражителен, и я воспринимал это как часть того спектра эффектов, который сопровождал странное развертывание мысленных образов, переживаемых им. Пока брат был поглощен внутренними проблемами и перспективами, я исполнял обязанности зоркого стража шаманских костров и ритуалов.

Недавно мы обсуждали роль огня в формировании душевного мира древнего человека. Мы сидели, уставясь в пламя костра, и Деннис сказал мне: "Сколько тысячелетий люди вот так смотрят в огонь. Потрескивание углей - это высвобождение ионизированной плазмы, и в мерцающих волнах образующихся при этом свободных электронов можно разглядеть прошлое и будущее. Огонь - это место, откуда появляются идеи".

Я молчал. Мне чудилось, что там, по другую сторону границы раздела, олицетворяемой огнем, незримо присутствуют наши предки. "Что с нами творится?" - снова спрашивал я себя, но ответа не последовало. Лишь молчание стало еще красноречивей.

Деннис, полностью захваченный подготовкой эксперимента, в ходе которого феномен проявит себя таким образом, что убедит скептиков, провел часть дня, стремительно записывая:

4 марта 1971 года.

Теперь мы можем воссоздать физико-химическую идею, которая родилась в процессе постижения этого феномена, а именно четырехмерное вращение материи. Исследуя созданную нами лингвистическую модель, я прихожу к выводу, что волновая форма ЭПР-взаимодействия, которая завершит нашу работу, действует несколько иначе, чем я предполагал. Это можно объяснить следующим образом: содержащийся в грибе псилоцибин играет роль антенны, улавливающей гармонические ЭПР-тоны всех триптофан-производных составов всех живых организмов, находящихся в его диапазоне. Поскольку в процессе метаболизма псилоцибин приобретает свойства сверхпроводника, это означает, что диапазон его приема теоретически безграничен. Антенна до некоторой степени улавливает сигнал, конечный источник которого - вся совокупность живых существ. Но поскольку метаболизм псилоцибина происходит в мозгу (или грибе) при очень малом напряжении, антенна, несмотря на то что она является сверхпроводником, ведет себя так, будто ее диапазон ограничен.

Я воспринимаю эта утверждение как попытку объяснить вполне реальный смысл взаимосвязанности информации, которая пронизывала все то, что случилось с нами в одном из самых густых лесов на планете. Похоже, мы действительно соприкоснулись с живым разумом тропического леса. Может быть, триптаминовые соединения - это медиаторы сигнальных механизмов, входящих в командно-регулирующую структуру, которая контролирует и объединяет целые экосистемы.

И снова Деннис:

Поэтому представляется очевидным, что сигнал, который так отчетливо различим, когда мы находимся под воздействием гриба в этой экологически плотной местности, берет начало в ЭПР-колебаниях растения аяхуаска, хотя вполне возможно, что улавливается и транслируется вся биосфера, усиленная сверхпроводящим преобразователем - аяхуаской. Такое толкование точно объясняет, что произойдет в момент искривления четвертого измерения. Введение в организм гармина аяхуаски ускорит процесс метаболизма до такой степени, что его ЭПР-тон усилится до слышимого уровня. Этот ЭПР-тон гармонично погасит ЭПР-тон псилоцибина в грибе, вынуждая его утратить электрическое поле и мгновенно перейти в сверхпроводящее состояние. К тому времени ЭПР-сигнал аяхуаски должен настроить псилоцибин гриба на сверхпроводящую антенну, после чего все будет готово для того, чтобы в теле в результате метаболизма образовалось соединение псилоцибин-гармин-ДНК, конденсируясь на его заряженной матрице. Спустя микросекунду после того, как псилоцибин гриба приобретает сверхпроводящий заряд, его усиленная ЭПР-волна загасит как ЭПР-сигналы. триптаминов и гармина, образующихся в теле в процессе метаболизма, так и генетический материал. Это вынудит данные соединения перейти в сверхпроводящее состояние и вступить в связь в тот самый миг, когда они образуют связь с ждущей этого момента матрицей гриба. Такой перенос заряженных в теле сверх проводящих соединений на сверхпроводящую же матрицу, подготовленную в грибе, произойдет не в трехмерном пространстве: никакого материального явления переноса мы не увидим, поскольку сверхпроводящий материал органического происхождения образует связь с матрицей гриба через высшее пространственное измерение.

Вот здесь любой рационалист неизбежно должен впасть в отчаяние, ибо какая бездна непроверенных теоретических, а может, и фантастических гипотез скрывается за выражением "через высшее пространственное измерение". Тем не менее Деннис, уподобившись алхимикам прошлого, казалось, поступал, исходя из предположения, что удавшийся эксперимент подтверждает теорию. Как и лексикон алхимиков, его слова являют собой сплав современного научного формализма и оккультных грез. Он открыл новый алхимический закон и возродил призрак мечты алхимиков из пепла современности, уподобив его сказочному фениксу.

Результат превзойдет все ожидания - это чудо, которое невозможно передать словами: четыре измерения, пойманные и запечатленные в трех. Камень воплотит в себе все, но элементы, которые соединились в пространстве, дабы образовать его, принадлежат к числу самых обычных природных продуктов, а функция и место каждого в этом камне поддается пониманию. Камень этот есть твердотелая схема четырехчастной структуры:

Первая - псилоцибин, заряженный в грибе, чтобы он мог действовать как матрица, на которой осаждается остальная часть схемы. На заключительной стадии псилоцибин действует как сверхпроводящая антенна, предназначенная для улавливания информации, рассеянной в пространстве и времени.

Вторая - сверхпроводящий заряженный гарминовый комплекс, который будет выполнять в камне функцию передатчика и источника энергии. Интересно отметить, что та самая энергия, которая питает антенные схемы, в состоянии сверхпроводимости будет питать всю систему.

Третий компонент камня - ДНК, связанная с гармином и резонирующая через него. Она образует гипермерную голографическую память системы и будет содержать в себе и объяснять генетическую историю всех видов. Она станет коллективной памятью системы, и в ее матрице будут доступны все места, времена и все возможные формы.

Четвертую часть системы составит сверхпроводящая РНК, которая тоже будет заряжена. (Обычно функцией РНК является "считывание" молекулярного кода ДНК и перезапись ее генов на пригодные молекулы белка.) Благодаря своей функции самоповторения при вращении сквозь гиперпространство, РНК сможет проецировать волновую форму, трехмерное голографическое изображение, и таким образом будет мгновенно воплощать любую мысль в форму. Она будет выполнять ту же функцию, что и всегда, процесс повторения во времени. Но отныне такое копирование будет частично подчиняться прихотям сознания.

Почему именно я и мои товарищи были избраны для того, чтобы понять и возбудить целостную волну понимания, которая станет освобождением гиперпространственного Духа Времени, становится для меня яснее с каждой секундой, хотя я и знаю, что не пойму смысла нашей миссии целиком, пока работа не будет завершена. О том, как пользоваться камнем, нам даст наставления какой-нибудь бесконечно мудрый, бесконечно сведущий член гиперпространственного сообщества - это я знаю наверняка. Таким образом, мы получим ключи от галактического дома и станем полноправными членами сообщества. Мне пришло в голову, что мы будем первыми людьми, которых научат пользоваться этими ключами, впредь нашей задачей будет избирательно распространять их среди остального человечества, но только не спеша и таким образом, чтобы смягчить культурный шок. Кроме того, вполне вероятно, что, по крайней мере, какая-то часть вида имеет указания о том, каков смысл и возможности этого последнего культурного наследия.

Итак, сейчас, вопреки всякой вероятности, случаю и обстоятельствам, моим товарищам и мне дана своеобразная привилегия - узнать о том, что история подходит к концу. Довольно странное положение, если оно не несет с собой полного понимания тех движущих сил, которые нас в него поставили. К счастью, поскольку феномен представляет собой ускорение понимания, мы обретаем способность яснее узреть силы, искривившие пространство и время, мысль и культуру, приведя их обратно к себе, и сосредоточиться на этом моменте.

Как следует из этого монументально непостижимого высказывания,

Деннис находился на перепутье. Под натиском идей и образов жизнь наша превратилась в чистой воды фантастику. И вся эта метаморфоза произошла благодаря раскрытию нашего коллективного воображения. Но что же изменилось в действительности? Суждено ли нам взять штурвал истории в свои руки, или это всего лишь очередная печально обреченная попытка поймать силу архетипа, которая вечно ускользает из рук?

Теперь я могу вглядеться в свою жизнь, как если бы она была распростерта перед сканнером памяти, и понять все мгновения, предвещавшие это. За историей чьей-то жизни легко наблюдать события человеческой истории и различать в них предзнаменования этого последнего мгновения. Как феномен, это всегда существовало и будет существовать впредь, ибо есть подвижная грань феноменального понимания, которое родилось в эпоху, предшествовавшую появлению физики, и с тех самых пор набирало момент, постоянное ускорение. То, к чему мы приближаемся в трех измерениях, - это переход волны понимания в высшее измерение, в сферу вневременного. Так уж случится, что переход этот пройдет через одного из нас. Но это не приведет к изменению космического порядка или хотя бы к помехам в космических схемах, ибо с самого начала феномен набирал момент, и теперь он потечет через все измерения и дальше с той же плавностью, с которой он вошел в них, пока наконец не проникнет во все живые существа во всех измерениях. Вот тогда, когда через столько времени он установит во всем творении полное понимание, его блаженство станет полным.

Если подключить сюда эсхатологию, то нам, по-видимости, суждено сыграть роль Антихриста, но ведь истинный Антихрист есть искаженное историей отражение Христа у скончания времени - космический Адам-антропос. Эсхатологический Христос есть Антихрист, только если смотреть на него в исторической перспективе. Интересно, что среди масатеков и других групп племен, обитающих в горах Центральной Мексики, идея Христа связана с грибами. Что это - синкретизм или пророчество?

В тот вечер наш совместный ужин в лагере с Дейвом и Ванессой на фоне остывающего отвара аяхуаски оказался решительно неудачным. К этому времени позиции, которые мы заняли по отношению к "феномену", непримиримо разделили нас. Дейв с Ванессой не появлялись до самого вечера, но в конце концов зашли к нам в хижину покурить. Разговор привел к последнему и окончательному обсуждению эксперимента, намеченного на этот вечер. Говорил Деннис:

- Мы возьмем живой гриб, в котором идет метаболизм. Нужно выкопать его вместе с навозом и перенести в дом. Мы хотим получить связь в грибе, потому что не знаем, что выйдет, если поставить эксперимент над собственными телами. Вопрос остается открытым. Все это можно сделать, имея голос, разум и гриб. Больше нам ничего не нужно - никаких ускорителей заряженных частиц, ничего подобного! Взяв на вооружение энергию, которая в сотни раз слабее энергии обычной батарейки для фонарика, нам, возможно, удастся разорвать пространственно-временную связь.

Воздух был тяжелым от заряженных ионов. Дейва терзали сомнения. Когда он заговорил, где-то над джунглями заворчали отдаленные раскаты грома. Возражения, которые Дейв высказал против того, чем мы занимались, состояли из эмоций и опасений и сводились к тому, что "человеку этого знать не дано". Едва ли можно было ожидать такого от коллеги. Мы постарались его разубедить, но он разволновался и выскочил из хижины. "Наверное, решил вернуться в "речной дом", - подумали мы. Но тут, как бы в ответ на наши мысли, раздался испуганный возглас, за которым последовало что-то вроде стона и наконец - вопль изумления. Мы высыпали из хижины и обнаружили, что Дейв, бледный как мел, уставился в небо и делает нам знаки последовать его примеру. В свете узкого полумесяца перед нами предстало небо в клочьях облаков и прямо над ведущей к реке тропинкой - огромная черная грозовая туча, высоко вздыбившая свое клубившееся, извивающееся тело в насыщенный влагой и электричеством воздух. Она походила на гигантскую сороконожку, из нижних слоев полыхали широкие зигзаги молний и ударялись о шатер джунглей с таким грохотом, как будто поблизости шло артиллерийское сражение. Я услышал, как Деннис крикнул сквозь вой ветра, с бешеной силой бушующего в окрестных джунглях:

- Это отголосок приближающейся победы. Теперь у меня нет никаких сомнений, что нас ждет уда<



Последнее изменение этой страницы: 2016-09-05; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 34.231.243.21 (0.019 с.)