ТОП 10:

Г Л А В А Д В Е Н А Д Ц А Т А Я



 

 

Сердце Арвина бешено заколотилось, когда он увидел Нанет из-за полога хижины. Сатиры принялись ей что-то рассказывать, что было явно не к добру. Они запросто могли сказать ей о некоем незнакомце, выдававшем себя за её подручного. Действовать надо было немедленно. Мужчина вновь пробудил псионическую энергию в районе затылка, почувствовав покалывание на коже, и активировал заклинание. Однако псевдо-повитуха не повернула голову; видимо, чары на неё не возымели эффекта.

Она указала на хижину и сделала некий жест.

Внутреннее пространство помещения взорвалось вспышками цвета. Арвин всё ещё глядел на Нанет и периферическим зрением видел цветные спирали, но его глаза притягивало к ним, словно мотыльков к пламени. Он повернулся и увидел танцующие в воздухе радуги, и сделал шаг навстречу. Ему казалось, будто он стоит на пересечении многочисленных разноцветных лучей, отбрасываемых тысячами призм.

– Красота, – прошептал он, протягивая руку, чтобы коснуться радуги. Поток цвета струился по воздуху, извиваясь словно змея, оставляя за собой шлейф из смеси красной, фиолетовой и синей палитры. – Какая красота.

Псион смутно почуял, как открывается полог хижины и внутрь входит Нанет. Женщина обвела взглядом помещение, не миновав мертвого тела Териона, вороха козлиных шкур, где недавно лежала Глисена, наконец её глаза наткнулись на Арвина. Губы Нанет сжались в тонкую линию, из-за чего рот затерялся на фоне массивных челюстей. В глазах блеснул страх. Нетрудно было догадаться, о чем она думает: она потеряла Глисену, и теперь придётся испытать на себе гнев Сибил. Но какое бы наказание не приготовила для неё Сибил, оно не пойдёт ни в какое сравнение с тем, что испытал его друг Ноулг.

Отдалённый клочок разума, ещё не затронутый цветными чарами, просигналил Арвину, что сейчас бы самое время метнуть кинжал, который он прижимал к боку, применить хоть какую-нибудь псионическую силу и бежать, что есть сил. Но цвета крепко сдерживали псиона. Его взгляд блуждал бесцельно, разглядывая пестрые радуги.

На Нанет дрейфующие цвета никакого действия не оказывали. Сзади и чуть поверх неё Арвин увидел змею, выглядывающую сквозь просвет в дальней стене хижины. Она тоже завороженно наблюдала за чарующими цветами, щекоча воздух языком, будто пытаясь попробовать их на вкус. Парящие цвета были обворожительны, восхитительны и прекрасны.

Куда прекраснее любой змеи.

Нанет сунула руку в мешочек, висевший на её поясе, и достала яйцо с нарисованным на нём кроваво-красным символом. Женщина протянула предмет Арвину, но тот едва мог смотреть на него; взгляд по-прежнему притягивали мерцающие цвета. Затем она произнесла слово, как показалось Арвину, на Драконике.

Радуги исчезли.

А вместе с ними и хижина.

Неожиданно Арвин обнаружил себя скрюченным в три погибели внутри чего-то гладкого и кожистого, что сжимало его со всех сторон. Он был окружён тёплой вязкой жидкостью, пропитывающей насквозь его одежду и волосы. Мужчина с удивлением понял, что может вдыхать и выдыхать жидкую субстанцию словно воздух. В лёгких возникло ощущение тяжести и вязкости. Разум снова принадлежал ему, но движений он был теперь лишён. Не удавалось даже оторвать подбородок от груди. Испытав неожиданный приступ клаустрофобии, мужчина лягнул ногой свою новую тюрьму. Но та не подалась. Тогда он пырнул стенку ножом. Лезвие отскочило, не проделав ни царапины. Ловушка! Он пойман в ловушку. Пришлось приложить всю силу воли, чтобы не поддаться панике.

Ведь где-то рядом Кэррелл, напомнил он себе. Она обязательно придумает что-нибудь, чтобы спасти его.

Если конечно сама не поддастся чарам магических радуг.

Снаружи донёсся приглушенный голос:

– Где девчонка?

– Нанет! – воскликнул Арвин. – Это я отправлял тебе предупреждение. Выпусти меня и я расскажу, что происходит.

Его голос звучал слегка приглушённо, несмотря на то, что он выдыхал жидкость. Рот наполнился приторным яичным вкусом.

Яйцо сильно тряхнуло. Арвин пытался бороться одновременно с головокружением и приступами тошноты.

– Где девчонка? – повторила Нанет.

Арвин попытался пробудить силу, позволяющую подслушивать мысли Нанет, но хоть серебристые искорки и вырвались из третьего глаза, на мгновение озарив окружающую его жидкость, связь между звеньями не установилась. То, что защищало Нанет от зачарования, также мешало Арвину подслушивать её мысли.

Арвин издал стон. Придётся положиться на свой дар убеждения, чтобы уговорить Нанет выпустить его из плена. Мужчина отчаянно думал, пытаясь сочинить хоть сколь нибудь правдоподобную историю. Может, случайно проронить имя Сибил и выдать себя за члена фракции, состоящей в союзе с ней? Или прикинуться последователем Талоса? Нет, вряд ли сработает. Он имел лишь самые смутные представления на счет того, что затевает Сибил; немудрено будет проронить фразу, которая выдаст ложь.

Но тут ему пришла на ум история, которая могла бы звучать вполне логично – и сбить Нанет со следа.

– Ты опоздала, – выкрикнул он. – Глисену забрал Чондат.

– Ты один из людей лорда Вианара? – спросила Нанет.

Арвин улыбнулся: стерва заглотила наживку. Осталось подсечь.

– Я глаза и уши Вианара внутри сеспечского двора. Три дня тому назад барон Крушила поймал сатира, который прибыл в Ормпетарр, чтобы найти тебя; сатир сказал, будто в Чондальском лесу его дочь. Но Чондат ничуть не заинтересован в том, чтобы Глисена была найдена, поэтому я послал тебе предупреждение. Но, опасаясь, что ты его не воспримешь, я направился сюда сам. Я был удивлен, обнаружив, что девчонка до сих пор здесь. И распорядился исправить упущение.

– И где она сейчас? – спросила Нанет. – В Араббаре?

– Тебе лишь следует знать, что она в руках Вианара.

Несколько мгновений Нанет молчала. Затем ответила. Голос выдавал напряжение, и Арвин без труда уловил отчаяние женщины и её желание идти на сделку.

– Скажи хозяину, что он сильно рискует, удерживая у себя девку, и может за это поплатиться головой.

– Что ты хочешь этим сказать?

Наступила долгая пауза. Когда Нанет наконец заговорила, голос звучал надрывно.

– Ребенок в чреве Глисены, он… опасен.

– Продолжай, – скомандовал Арвин. Он затаил дыхание, молясь чтобы Нанет сказала наконец, что сделала с дочерью барона. – Чем опасен?

– Это демон.

– Демон? – прошептал Арвин. – Как…

– Магия. Уникальная форма привязки, которую не может исполнить ни один маг.

– Но зачем? – спросил Арвин, стараясь побороть охвативший его ужас. Он чувствовал накатывающие приступы в горле, будто его вот-вот вырвет.

В голосе Нанет зазвучало злорадство.

– Леди Дедиана ждет не дождется появления на свет своего первого внука. Каково же будет её удивление, когда она увидит наследника. Её прикончит приступ шока, а если нет, то это сделает «внучек». Теперь, как видишь, в интересах Чондата наоборот, избавиться от девки как можно скорее. Вианар выиграет куда больше, если позволит нам посадить на трон Хлондета более… сговорчивого правителя. Того, кто повернётся спиной к Сеспечу и заключит союз с Чондатом.

Арвин приподнял брови. Теперь он хотя бы знал, что затевает Сибил. Тварь в чреве Глисены была частью тщательно спланированного убийства Леди Дедианы. Сибил снова посягает на трон – и на этот раз намерена занять его лично, а не ставить во главу свою марионетку. Должно быть, Нанет провела последние три дня в Хлондете, подготавливая саботаж.

– Глисене скоро рожать, – продолжила Нанет. – Когда это случиться, ей потребуется повитуха. Та, которая сможет справиться с тварью в её животе. И лучшим решением лорда Вианара будет выдать девку мне.

– Кому ты служишь? – спросил Арвин, уже наперёд зная, каков будет ответ.

– Аватару Ссета. В нынешней инкарнации его знают под именем Сибил.

– Где сейчас Сибил? – закинул удочку Арвин, надеясь, что Кэррелл слышит их разговор. – В Хлондете?

– Тебе-то что? – с подозрением в голосе спросила Нанет, видимо уловив, что вопрос задан неспроста.

– Лорд Вианар намерен иметь дело с ней лично.

– Это не обязательно. Отдавай девку мне, а я доставлю её к Сибил.

– Почему лорд Вианар должен тебе верить? Укрытие, которое ты для неё выбрала, находится под угрозой. Скажи спасибо, что я нашёл его раньше Крушилы. Нет уж, мой господин будет иметь дело с Сибил лично.

Последовала долгая пауза.

– И всё-таки, чего хочет лорд Вианар? – спросила Нанет.

– Что значит чего?

Яйцо тряхнуло, у Арвина снова закружилось в голове.

– Не играй со мной. Вианар хочет чего-то от Сибил в обмен на девку. Только он не понимает последствий, которых ему не избежать, если он будет тянуть время – или испытывать терпение Сибил. Только идиоту может вздуматься шантажировать бога. А ты – ещё больший идиот, если служишь ему.

– Может я и идиот, зато я знаю где Глисена, а ты нет, – парировал Арвин. – И если не хочешь испытать на себе гнев своего бога, лучше придумай что-нибудь поумнее, чем угрожать мне. Что можешь предложить ты в обмен на Глисену?

– Я не так глупа, как ты думаешь, – рыкнула повитуха. – У меня есть козырь, о котором не знает Сибил и которым можно будет сыграть, если Дедиана уцелеет. И его я готова предложить в обмен на баронскую дочь. Но с тобой я лишь зря трачу время. Мне стоит самой поговорить с лордом Вианаром.

Арвин замер. Значит, она его сейчас убьёт? Но тут же он понял, что Нанет блефует, заставляя Арвина слегка попотеть. Как будто ей было мало просто посадить его в яичную ловушку.

– Лорд Вианар просто так не доверится тебе, – возразил он. – Зато он доверяет мне, – Арвин выдержал паузу. – Что ты предложишь взамен, если я тебе помогу?

– Жизнь, – ответила Нанет с явным облегчением в голосе, – и благосклонность бога.

– Для начала неплохо, – согласился Арвин. Он стукнул ножом по оболочке яйца. – Только я не собираюсь договариваться с тобой, сидя в этом яйце. Выпусти меня, тогда и поговорим.

Яйцо тряхнуло в одну сторону, в другую, затем образовался разрыв, из которого хлынул свет. Появились пухлые пальцы Нанет – невероятно большие – и разорвали скорлупу, увеличив разрыв. Жидкость потекла наружу. Наконец, псион снова мог вдохнуть воздух. Яйцо разделилось надвое и он полетел вниз. Пол хижины стал резко приближаться…

Но, не успев долететь до него, Арвин снова обрел свои прежние размеры и ударился о пол с глухим стуком. Он поднялся, удерживаясь на шатких ногах. Оглянувшись, он увидел, что радуги исчезли. Также он увидел Кэррелл, свисающую с потолка позади Нанет. Она раскачивалась взад-вперёд, тихо шипя. Хотя нет, это было не шипением – южанка плела заклинание.

Заклинание, которое, как было известно Арвину, не возымеет никакого действия на Нанет.

Заслышав шипение, та повернулась в сторону Кэррелл.

– Нанет, – прошипела змея. – У меня есть срочное послание для Сибил от сстаара Се’Сехен. Где она?

Глаза Нанет сузились. Одну руку она держала за спиной, и начала ею делать сложный знак, который мог означать начало некоего заклинания. Кэррелл, думая, что Нанет находится под действием чар, ничего не заметила. Вот-вот она примет удар заклинания, которое незаметно для неё плела Нанет.

Время для блефа кончилось.

Арвин прыгнул вперёд, одной рукой хватая повитуху за кисть, а другой зажимая ей рот. Но та умудрилась повернуть голову в сторону и выпалить волшебное слово. Арвина тряхнуло током и отбросило назад. Он тяжело упал на пол, ловя ртом воздух. Сердце бешено колотилось.

Нанет отвернулась, не обращая на него внимания.

– Скажи мне своё послание, и я передам его.

– Моё послание предназначено для Сибил, – ответила Кэррелл, покачивая головой из стороны в сторону. – Где она?

Арвин уже понял, что попытка южанки выудить информацию из Нанет обречена на провал. Находись повитуха под действием чар, она бы не обратила внимания на то, как подозрительно совпало прибытие посланника из Ташалара, спрашивавшего о том же, о чем и «шпион лорда Вианара». Без действия чар всё, что говорила Кэррелл, смахивало на откровенное вранье. Нанет забавлялась с ней, намереваясь выиграть время для заклинания. Она снова заложила руку за спину и принялась плести пальцами сложные жесты.

Арвин заставил себя приподняться и метнул кинжал. Лезвие крутанулось в воздухе и ударило Нанет в спину. Но вместо того, чтобы вонзиться в плоть, оружие не причинило женщине никакого вреда и упало на пол, отраженное магией. Повитуха повернулась и направила на псиона палец.

Кэррелл резко зашипела и вонзила зубы в плечо Нанет.

Глаза повитухи расширились. Она отпрянула, зажимая рукой укушенное место. Пролаяв пару волшебных слов, она исчезла.

Арвин поднялся на ноги.

Кэррелл упала с потолка, обретая человеческую форму, и изящно встала. Несмотря на напряженность момента, от вида обнаженной южанки у него перехватило дыхание. Однако резкие слова вернули псиона на землю.

– Зачем ты это сделал? Ещё немного, и она бы сказала где Сибил.

– Не сказала бы. Твои чары не сработали. Нанет защищена от заклинаний, воздействующих на разум. Она знала, что ты лжешь, и собиралась применить заклинание. Боюсь, оно могло быть смертельным.

Взгляд Кэррелл смягчился.

– Я боялась… за тебя.

– Знаю, – ответил Арвин, касаясь её щеки. – Вряд ли Нанет собиралась сделать нам приятно своим колдовством. Но зато нам теперь не нужно о ней беспокоиться. Яд юань-ти… очень сильный, так ведь?

– Мой укус не ядовит.

– Хм, – нахмурился Арвин. – Ладно, надо уходить отсюда. Как только Нанет поймёт, что укус не ядовит, она вернётся сюда. Но вряд ли чтобы сказать нам спасибо.

Псион выглянул из-за двери. Сатиры, не осмелившись нарушить приказ Нанет, ждали снаружи. Вид их был взволнованным. Они переговаривались вполголоса и зыркали на хижину.

Арвин знаком велел женщине подойти к двери.

– У тебя есть все магические способности юань-ти?

Та кивнула.

– Надо выбираться отсюда, – продолжил молодой человек. Он указал на свой рюкзак, который лежал на земле возле сатиров. – Если ты вызовешь магическую тьму снаружи хижины, я смогу забрать рюкзак и по ближайшему туннелю буду пробираться к выходу. А ты тем временем применишь магический страх на сатиров; надеюсь, я буду уже снаружи, пока они наберутся храбрости следовать за мной. Как только заклинание подействует, перевоплощайся в змею и выбирайся тоже. Встретимся там, где оставили Кологрива, а дальше придумаем способ найти Сибил. Согласна?

– Да, – сказала Кэррелл и одарила псиона поцелуем. – Удачи.

– Спасибо, – ответил тот улыбаясь. Губы покалывало в том месте, куда она поцеловала. Сжав кинжал, мужчина приготовился к действию, высчитывая количество шагов, которые понадобится сделать, чтобы добраться до рюкзака. – Давай.

Как только тьма окутала площадку возле хижины, Арвин откинул полог жилища и, пригнувшись, кинулся в сторону, где лежал рюкзак. Слева раздалось треньканье тетивы, и тут же над головой просвистела стрела. Сатиры кричали друг на друга, сбитые с толку. Затем Кэррелл наложила второй заклинание, и крики прекратились в испуганное блеяние. Арвин на бегу нащупал рюкзак и перекинул его через плечо, надеясь, что содержимое не высыплется на землю. Затем он достиг края черной завесы и оказался на дневном свете. Заросли ежевики были в десяти шагах. Туннель, через который его притащили сюда сатиры, зиял слева. Он кинулся туда, нырнул внутрь и пополз дальше. За спиной раздалось двойное треньканье тетивы; по меньшей мере, один из сатиров оправился от воздействия магического страха. Хоть выстрелы и были сделаны вслепую в кромешной тьме, всё же прошли в неприятной близости от псиона. Одна вонзилась в ежевичный ствол близко над головой.

Арвин торопливо пробирался вперёд по собственным следам, стараясь не выпустить рюкзак. Всё это время он молился, чтобы сатиры не догадались, в каком направлении он скрылся и надеялся, что в ежевичном лабиринте нет более короткой тропы на выход. Магический страх отступил; Арвин слышал, как сатиры ругаются друг с другом на прогалине.

Однако Тимора, видимо, была на его стороне; сатиры не догнали его. Вскоре он увидел Кологрива сквозь густые колючие заросли. Уши кентавра дернулись; заметив Арвина, он удовлетворенно заржал. Арвин выбрался из зарослей, поднялся на ноги и с облегчением увидел Кэррелл, выползающую за ним по следу. Когда она приняла человеческий облик, псион повернулся к Кологриву.

– Надо быстро уходить отсюда. За нами гонится целая стая разгневанных сатиров. Повезёшь нас?

– Я бы с радостью, – ответил Кологрив и нервно оглядел лес вокруг. – Но есть проблема. Волки до сих пор дожидаются своего мяса.

Арвин повернулся к лесу и увидел серых хищников. Они сидели и ждали, но когда Белая Морда поднялась на лапы, остальные последовали её примеру. Высунув языки, они неотрывно уставились на Арвина и Кэррелл. Белая Морда рыкнула – но даже без всякого перевода Арвин всё понял: волки были голодны.

Тем временем, крики сатиров приближались. Козлоподобные существа могли выбежать из зарослей в любой момент.

Арвин оглянулся на Кэррелл.

– Применишь магический страх? – спросил он.

Та покачала головой.

– Нет, надо выждать время.

Из зарослей вылетела стрела, едва не угодив в Арвина.

– Может тогда тьму?

– Не сейчас. Но я знаю одно заклинание, которое может помочь.

Повернувшись к ежевичным зарослям, она сделала жест. Пальцы выписали в воздухе сложный узор, и лоза зашевелилась, закрыв туннель, как будто его никогда не существовало. Запертые в колючей ловушке сатиры сердито заблеяли.

Кэррелл активировала второе заклинание, и луки существ завязались в узлы. Теперь стрелы из зарослей не вылетали.

– Одной проблема меньше, – сказал Арвин. Однако волки продолжали подкрадываться к троим спутникам. Свою смелость они подпитывали угрожающим рычанием. Вот-вот они готовы были напасть.

Арвин оглядел деревья. С Кэррелл они могли бы без труда забраться наверх, но только не Кологрив. Кентавр резко дернул ушами.

– Надо бежать!

– Нет, – выпалил Арвин. – Этого они и ждут.

Псион ещё раз оглядел опутанных ежевичной лозой сатиров и обратился к Кэррелл.

– Скажи волкам, что мы принесли им обещанное мясо: сатиров. Когда твоё заклинание перестанет действовать, волки нападут на них. У них будет мяса вдоволь.

Кэррелл кивнула и пролаяла, обращаясь к Белой Морде. Волчица что-то рыкнула своей стае, повернулась к Кэррелл и что-то проскулила, видимо что-то спрашивая. Кэррелл ответила.

– Я сказала, что испортила луки сатиров, но волчица всё ещё боится. Сатиры свирепые бойцы, даже когда безоружны.

– Только если не спят, – усмехнулся Арвин и проговорил в перчатку командное слово, после чего спрятанный в ней свисток появился вновь. – Заткните уши.

Кологрив и Кэррелл сделали, как было велено. Арвину оставалось надеяться, что магия не затрагивает того, кто владеет свистком. Он поднес волшебный предмет к губам и дунул.

Раздался резкий звук, но ничего не произошло. Ни сатиры, ни волки не заснули. Однако ближайший сатир дернулся в зарослях, получив несколько царапин, и взволнованным голосом сказал что-то своим сородичам.

Арвин опустил свисток. Видимо, предмет подчинялся только сатирам. Но если так, почему они выглядят обеспокоенными? Молодой человек присмотрелся к свистку, в этот раз заметив, что предмет сделан из камышовых щепок, связанных бечевкой серией сложных узлов.

Может быть, волшебных?

Ухмыляясь, псион продел под один из узлов острие кинжала. Свисток он держал так, чтобы сатирам было видно.

– Делайте, как я говорю, иначе я уничтожу его, – крикнул он.

Сатиры разразились нестройным блеющим хором. Затем один из них крикнул:

– Чего ты хочешь?

Белая Морда начала подкрадываться вновь, за ней последовали другие волки.

– Ослабь несколько кустов, – обратился молодой человек к Кэррелл. – Так, чтобы один из сатиров мог освободиться.

Та кивнула.

– И переводи волкам что я говорю, – продолжал он, затем повернулся к сатирам. – Сейчас мы освободим одного из вас. Он вернётся к прогалине и притащит сюда тело Тэйрона.

Кэррелл перевела, Белая Морда довольно кивнула. Сатирам, однако, приказ не слишком понравился. Арвин поднял свисток выше и начал по нему проводить лезвием.

– Стой, – вскрикнул один из сатиров. – Мы сделаем как ты скажешь.

Арвин улыбнулся. Он кивнул в сторону сатира, подавшего голос.

– Этого, – обратился он к Кэррелл. – Ослабь лозу вокруг него.

Как только колючие заросли отступили, сатир вскочил на ноги. Он бросил на Арвина угрожающий взгляд и затрусил в сторону сатирского лагеря. В это время лоза вокруг остальных сатиров начала ослабевать. Кэррелл повторила заклинание.

Вскоре посланец вернулся, волоча труп Тэйрона. Он остановился перед тем, как выйти из зарослей, перевёл дыхание, затем вновь принялся за работу и подтащил труп сородича к Арвину. Из раны мертвого существа сочилась кровь, оставляя за собой красный след. Волки облизывались в предвкушении, затем по сигналу Белой Морды бросились вперёд. Сатир заблеял и попятился в заросли. Волки набросились на труп, рыча друг на друга и разрывая тело на куски.

– Пора уходить, – тихо проговорил Арвин, не отводя взгляда от лесных хищников, – пока они не доели мясо и не поняли, что ещё не наелись.

Кологрив кивнул и опустился на колени, призывая Арвина и Кэррелл забраться ему на спину. Арвин начал закинул ногу, но тут услышал треск натягивающегося лука. Он повернул голову и увидел, как один из сатиров – тот, который притащил сюда тело Тэйрона – стоит в зарослях, готовый спустить стрелу с натянутой тетивы. Арвин пригнулся в тот момент, когда рогатое существо пустило стрелу.

Однако сатир целился не в Арвина, а в волков. Один из них издал визг, когда стрела угодила в него.

– Уходим, – крикнул Арвин, – помогая Кэррелл взобраться на спину кентавру. Тот вскочил, хватаясь за грудь. Из-под ладоней вытекали красные струйки.

– Кологрив, – тревожным голосом вскрикнула Кэррелл. – Что с тобой?

Арвин тут же догадался в чём дело. Стрела угодила в Белую Морду, и связывающее судьбы заклинание причинило кентавру аналогичную рану.

Рогатое существо выпустило вторую стрелу. Она угодила в голову другому волку, мгновенно прикончив серого разбойника.

Стая кинулась вперёд, Белая Морда прихрамывая бежала сзади.

Арвин мысленно проклял собственную глупость; надо было предвидеть, что сатир прихватит с собой лук, когда вернётся в лагерь.

Сатир тем временем положил на тетиву очередную стрелу. На этот раз он повернулся в сторону Арвина и натянул лук.

– Стой, – крикнул мужчина. – Убьёшь меня, и никогда не получишь назад это, – сказав слова, он взмахнул свистком и заставил его исчезнуть в перчатке.

– Он в подпространстве перчатки, – сказал он, обращаясь к сатирам и разводя пальцы в стороны, чтобы те убедились, что свисток действительно исчез. – Только я могу активировать магию перчатки. Убьёте меня, и потеряете свисток навсегда, – он сделал паузу, дав возможность сатирам как следует обдумать слова, затем продолжал. – Дайте нам покинуть лес, и я верну ваш артефакт. Для меня это бесполезная штука и мне она не нужна. Я оставлю её на опушке леса. Ну как, договорились?

Сатир слегка опустил лук и что-то проблеял своим сородичам. Послышалось разноголосое бормотание. Пока сатиры совещались, Арвин глянул на Кологрива. Лицо кентавра было бледным, ноги дрожали. Должно быть, стрела угодила Белой Морде в мягкие ткани, и, учитывая ограниченный интеллект лесной хищницы, та будет бежать от боли до тех пор, пока не упадёт замертво.

– Согласны, – раздался голос сатира. – Можете идти.

– Арвин с Кэррелл начали осторожно отдаляться от ежевичных зарослей, ведя под руки раненого кентавра. Сатир стрелы не выпустил.

Кологрив был способен идти, но дышал тяжело.

Арвин коснулся кристалла на шее.

– Девять жизней, – мысленно произнёс он.

Кентавру понадобится много сил. Даже если сатиры сдержат обещание, кентавр может попросту не дойти до опушки.

 

 

 







Последнее изменение этой страницы: 2016-08-26; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.227.233.55 (0.023 с.)