Пока я размышляю об удивительных (для меня) особенностях собственного поведения, Надежда окончательно приходит в себя и начинает контр-атаку.

-А ты, Максим, судя по всему – ярый патриот и ненавистник всего западного?

-Нет. Патриотизм, в моём организме, как-то не прижился.- Я тоже закуриваю и, на несколько секунд, отворачиваюсь от девушки, сканируя взглядом обстановку. Гена снова спорит с Пашей, Алексей стоит у окна, пьёт минералку и о чём-то размышляет. Два незнакомых парня выходят с лоджии, игриво толкая друг друга и пересмееваяся. Я начинаю понимать, что могу и не заблуждаться в отношении их.

Хотя… почему я кого-то осуждаю? Правильно ли это? Прописная истина гласит: «не суди всех по себе, ты никогда не сможешь взглянуть на мир глазами другого человека». Сложно. Остаётся лишь надеяться, что однажды я тоже смогу увидеть мир вокруг себя. А не продолжу смотреть на него через призму собственного эгоизма. По крайней мере мне очень хочется в это верить.

-Ты как-то странно отреагировал на мою манеру называть себя. – напоминает о своём присутствии девушка.

Я вновь разворачиваюсь к ней и пытаюсь ответить, но, к своему изумлению, обнаруживаю то, что я потерял нить разговора. Я ошарашено хлопаю глазами, поражённый этим сногсшибательным открытием. Чёрт, надо завязывать много думать и уходить в себя. Плохо кончится может, говорят.

Глубокая затяжка сигаретой, во время которой я отчаянно пытаюсь вспомнить, о чём мы вообще говорили. Мысли отчаянно вращают свой весёлый хоровод, однако – безрезультатно.

Не найдя ничего лучше, я решаю перевести тему. – А ты давно Пашу знаешь?

-С год, примерно.- пожимает плечами девушка- А ты?

- Года четыре. Познакомились на одном флешмобе, для начинающих писателей.

-Ого! – она с интересом смотрит на Пашу, а потом – на меня. – Значит, вы тоже хотели оставить след в литературе?

-Не знаю, чего хотел Паша, а меня как-то всегда тянуло к творческим людям. Помню, даже стихи писал – я напускаю в глаза лёгкий блеск ностальгии.- В детстве, в юности… - … а тут – как-то случайно узнал о таком мероприятии и решил попробовать.

Я замолкаю и держу паузу.

-Рассказывай! – настойчиво говорит Надежда.

-Да, особо ничего интересного, конкурс «рассказиков», надо было писать каждый день определённые объёмы текста и выкладывать на стене, в соцсети. Делиться внутренним миром со случайным читателем, так сказать.- Я улыбаюсь с нотками лёгкой грусти.- Знаешь, я тогда понял, как много в этом городе одиноких людей. Мы привыкли прятаться за масками и играть нами же придуманные, но, при этом – бесконечно чужие нам роли.

-Возможно, дело в возрасте?

-Не знаю.- я добиваю сигарету и тушу её в пепельницу. – Порой там всплывали такие вещи, которые лучше вообще не читать. И писали их ребята, которые гораздо младше нас.

Несколько мгновений проходят в тишине.

-Знаешь, - продолжаю я – Одиночество – самое губительное для человека. Особенно, когда он привык делать вид, что у него всё хорошо. Это – как гнойная рана на лице. На которую, вместо того, чтобы лечить – просто надели маску и сказали, что само заживёт. Зарастёт и всё будет нормально. А пока – носи маску и не снимай.

-Интересное мнение. – раздаётся сзади знакомый женский голос. – И долго можно проходить в такой «маске»?

Я удивлённо поворачиваю голову и вижу Вику.

На ней уже надето облегающее вечернее платье, симметрично чёрно-белое, а волосы собраны в аккуратный хвостик. Я ловлю себя на мысли, что Вика из той категории девушек, которым ненужно совершенно ничего, чтобы быть красивыми! Естественная привлекательность и приятный голос, который, казалось бы просто проникает в тебя и остаётся в душе – вот в чём гений уникальности Виктории.

-Некоторые в этой маске всю жизнь живут – выдыхаю я.

И зачем-то снова закуриваю. Нет, определённо, она на меня как-то странно действует.

-Ну, вы поболтайте, а я пойду, немного прогуляюсь с Пашей. А то он скоро совсем соображать перестанет от дыма и бесед с Геной. – Надя встаёт с пуфика и берёт за локоть Пашу. Что-то говорит ему на ухо и они покидают лоджию.

Вика садится напротив и пристально смотрит на меня. Мне становится как-то не по себе. Затяжки становятся глубже, а моё лицо,которое я сейчас пытаюсь полностью контролировать – вот явно и отчаянно лажает. Вика начинает странно улыбаться. Я совершенно осознаю, что происходит какая-то масштабная хрень, но держусь до последнего и …как говорится, морду кирпичом.

-Мааакс- Вика прыскает от смеха.- Я не могу над тобой!

-Да, что, блин?! – Я смотрю на неё слегка полностью удивлённым взглядом.

-Сейчас… - Вика делает усилие над собой. Откашливается. – Максим. Тебе не говорили, что ты очень смешной?

-Эээ…ну…не знаю. Возможно…- уклончиво бормочу я, начиная подозревать эту милую и очаровательную девушку в лайтовой форме сумасшествия.

-Максим – Вика коротким движением руки поправляет волосы я вижу неугасающие искорки смеха в её глазах. – Почему ты привык считать и думать, что пряча эмоции ты становишься неуязвимым?

-Я так не считаю.- Я чуть наклоняю голову,делая вид, что тушу сигарету.

-Ты можешь врать себе, но мне врать не стоит.- в чертах лица девушки появляется какая-то неуловимая строгость. Или мне показалось?

-Я наблюдаю за тобой уже минут пять. Кстати, Макс, за это время ты выкурил две сигареты.

Я выдыхаю.

Среди большинства существ, населяющих эту планету, меня больше всего и всегда пугали две категории: это странные люди. И девушки.

Нет, вот что, спрашивается, ей надо? Зачем делать вид, что она понимает меня? Тем более, что таких людей нет.

-Дымно тут как-то у вас. – бросаю я и выхожу с лоджии.

Мысли танцуют непонятный дикий танец.

Мне одновременно грустно, весело, одиноко и не совсем это всё понятно.

Аудиосистема надрывается басами, но я не понимаю и не узнаю мелодию.

Я замираю, едва сделав пару шагов по залу. Возле красивой резной тумбочки. Странное состояние. Я, как будто бы здесь… и как будто бы меня тут нет.

Как будто сознание отделилось от тела и тело теперь существует отдельно.

С минуту я смотрю в никуда. И я не знаю, как описать всё то, о чём я сейчас думаю.

Мотнув головой и напрягая силу воли, я возвращаюсь в себя.

Мои руки лежат на тумбочке. Я смотрю на них с некоторым удивлением, как будто вижу первый раз.

-Интеррресно, блин. – бормочу я и крепко зажмуриваюсь. Интересно, что за добавка была в сегодняшней скорости, что меня так «меняет»?

-Макс, чО тут застрял?

-А?- я оборачиваюсь на голос?

- Чего ты завис у тумбочки? – передо мной появляется довольное лицо Джина.- ау, Мааакс! Включайся! – он щёлкает пальцами над моим ухом.

-Вить, а тебя нормально вставило?- спрашиваю я и ловлю себя на мысле, что в моём голосе возникают нотки озабоченности.

-Эээ…нуу…в смысле? – Витя морщит лоб, отчаянно пытаясь понять суть вопроса

-Ну, у тебя нет ощущения, что всё вокруг как-то пропитано негативом?

Джин делает большой глоток из бутылки всё того же «Синдиката», выдыхает и отрицательно мотает головой.

-Неее, Макс…всё супер! – ещё глоток. Радостный вопль. – Я люююблю всееех!

Я морщусь от громкого звука. И мне снова становится смешно. От громкого крика Вити. От своего странного поведения. В общем, от всей этой ситуации.

-Где тут наливают? – я подмигиваю товарищу.

-Вез – де! – по слогам произносит он и довольно указывает пальцем в четырёх направлениях. Я повторяю глазами это движение.

В каждом углу большого зала стоит по столику, уставленному бутылками. Бутылки разной формы и содержания. И абсолютно никакого ранжирования! Да, рядом с коллекционным вином стоит банальнейший мартини, а виски делит площадь с абсентом и…ужас!..с пивом в «полторашке».

-Это как понять? – я впяливаю охреневшие глаза в Витю? – Это кто так? Зачем так? Как такое возможно?

-Вот. – Джин поднимает вверх указательный палец и пародирует китайского мудреца из «вконтактовских» пабликов. Кстати, весьма похоже. – Сразу видно удивление эстетичного алкоголика, с тонкой душевной организацией.

Я посылаю ему короткую улыбку. Мне эта шутка понравилась.

-Это Пашка так придумал. –продолжает Джин. –Концепция сегодняшней вечеринки: «От каждого – по способностям, каждому – по потребностям». Короче, что-то типа: «Welcome in USSR»

-Прикольно. – киваю я. – А это ничего, что мы только родились в «Союзе»? А так – ни хрена же в нём не жили.

-Да, всем как-то пофиг. –пожимает плечами Витя.