ИЗ КОНСТИТУЦИИ «TANTA» ОБ УТВЕРЖДЕНИИ ДИГЕСТ



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

ИЗ КОНСТИТУЦИИ «TANTA» ОБ УТВЕРЖДЕНИИ ДИГЕСТ



<> (Господь) позволил нам привести к новой красоте и умеренному со­кращению и древние законы, уже отягощенные (своей) старостью. До Нашего правления никто даже в глубине души никогда не надеялся, что это по силам человеческому гению. Ведь удивительным было то, что римские узаконения, накапливавшиеся от (эпохи) основания Рима вплоть до времени нашей власти в течении почти 1400 лет, расшаты­вавшиеся междоусобными войнами и дополненные императорскими конституциями, (вдруг) возродились в едином созвучии настолько, что (теперь) в них нельзя найти ничего ни противоречивого, ни повторяю­щегося, ни (прочего) подобного рода, и нет среди них двух одинаковых законов об одном и том же предмете. Ведь это было некоей особенно­стью небесного Провидения, ибо ничто из подобного рода (деяний) не под силу человеческой немощи. Итак, Мы по обыкновению надеемся на поддержку бессмертия и молим, всей своей душой призывая, чтобы Бог стал создателем и главой всего этого дела, Мы же доверили все это дело Трибониану, мужу выдающемуся, магистру Нашего двора, быв­шему квестору Нашего священного дворца и бывшему консулу, и пере­дали ему все управление этим предприятием, чтобы он сам вместе с другими светлейшими и мудрейшими мужами осуществил Наше жела­ние. Также и Наше величество постоянным исследованием и изучением того, что ими составлялось, выискивало все сомнительное и неясное и, движимое небесными силами, исправляло и приводило в соответст­вующую форму. Итак, (с помощью) Господа Бога Нашего Иисуса Хри­ста Нами в меру Наших возможностей и Нашими помощниками в этом деле все это было превосходным образом завершено.

1. Императорские же конституции Мы еще до Дигест составили в 12 книгах в Кодексе, засверкавшем Нашим именем. Затем, приступая к великому делу, Мы поручили тому же выдающемуся мужу не только собрать ученейшие труды древности, находящиеся уже почти в полном беспорядке и сумбуре, но и придать им определенный порядок. Но когда Мы попросили все это выяснить, то вышеупомянутый выдаю­щийся муж доложил, что написана почти тысяча книг и древними издано более чем 310 тысяч строк (только) из тех (книг), которые необходимо и прочитать, и изучить, и выбрать из них то, что есть в них наилучшего. С помощью Славы Небесной и благосклонности Святой Троицы все это было совершено в соответствии с Нашими поручениями, которые Мы с самого начала дали упомянутому вы­дающемуся мужу. И вот в 50 книгах было собрано все наиболее по­лезное, а все двусмысленности были отброшены без какого бы то ни было несогласующегося остатка. Мы дали этим книгам название Дигест, или Пандект, потому что они содержат в себе все юридиче­ские споры и решения и вобрали в себя то, что было собрано отовсю­ду, весь труд сведя воедино почти в 150 тысячах строк. Мы же разде­лили эти книги на семь частей, и (сделали это) не по недосмотру или недоразумению, но учитывая искусство и природу чисел и создавая соответствующее им разделение частей. <>

9. Вся эта (работа) совершена выдающимся мужем, а также мудрейшим из магистров, бывшим квестором и бывшим консулом Трибонианом. (Муж этот), прославленный в равной степени искусством красноречия и юридическими знаниями, блеснул и в деловой практике, и никто никогда не исполнил ни одного из Наших приказов усерднее и лучше, чем он. Работали над этим также и другие великие и ученейшие мужи, а именно: сиятельный муж Константин – глава священного императорского фонда наград и магистр хранилища писем и священных расследований, который всегда давал Нам советы, исходя из своей доброй репутации и славы; также сиятельный муж Теофил – магистр и знаток права, славно продолжающий в этой прекрасной гражданской общине благородно руководить законами; это и красноречивейший из квесторов, сиятельный муж Дорофей, которого, преподающего ученикам законы в прекрасной гражданской общине Берите, за его наилучшую репутацию и славу Мы привлекли к нам и сделали его участником этого труда. Но также и сиятельный муж, магистр Ана­толий был привлечен к этому труду, будучи и сам у граждан Берита комментатором права, (еще) и происходит из древнего рода юристов, так как и отец его Леонтий, и дед Евдоксий оставили о себе в законах замечательную память. Также (нами был привлечен) и сиятельный муж Кратин – комит священного императорского фонда наград, ставший в своем родном городе наилучшим преподавателем права. Все они были избраны для вышеназванного дела вместе с мудрейши­ми мужами Стефаном, Меной, Просдоцием, Евтолмием, Тимофеем, Леонидом, Леонтием, Платоном, Яковом, Константином и Иоанном, которые являются судебными защитниками в тяжбах при главном трибунале префектуры, который руководит восточными преторами. Приняв отовсюду всяческие свидетельства, Мы и избрали их для со­ставления стольких трудов. И когда все они были собраны под руко­водством выдающегося мужа Трибониана, дабы под Нашим руково­дством мог быть завершен весь труд, и (вот) с Божьей милостью в упомянутых 50 книгах работа была завершена.

10. Наше уважение к древности столь велико, что Мы никоим обра­зом не потерпим, чтобы замалчивались имена мудрецов, но каждый из них, кто был автором закона, записан Нами в Дигестах. И сделано это Нами только ради того, чтобы если что в их законах представляется или излишним, или неполным, или не вполне пригодным, то такая часть при­нимала необходимое дополнение или усечение и в ней оставлялись (лишь) самые правильные нормы. И когда во многих сходных или про­тиворечащих (друг другу местах) выявлялось то, что является более вер­ным, то именно это и помещалось вместо всех других. И (только) эта единственная из всех прочих норма поддерживалась Нашим авторите­том, чтобы все, что там написано, считалось Нашим и размещенным по Нашей воле. И да не дерзнет никто сравнивать то (прочее), что было у древних, с тем, что введено Нашим авторитетом, потому что многочис­ленны и значительны те отрывки, которые ради пользы дела были изме­нены. Поэтому, если даже императорская конституция прежде и была внесена в древние книги, а Мы этого не пожалели, значит сочли, что и это должно быть исправлено и переделано на лучшее. Ведь раз имена древних сохранены, то и все то из законов, что было украшением и необ­ходимостью для истины, Мы в наших исправлениях сохраняли. И по этой причине, в случае если что между ними самими подвергалось сомне­нию, без всякого колебания приводится (нами) в надежное равновесие.

12. Итак, приведение в порядок всего римского права совершено в трех томах, то есть составлено в Институциях, в Дигестах, или Пандек­тах, и в Конституциях, и в три года завершено, что, как по началу дума­ли, и за целое десятилетие не было надежды завершить. Но вместе с все­ могущим Богом и с благочестивыми душами Мы предложили это в пользование людям и воздаем глубокую благодарность великому боже­ственному вдохновению, которое помогало Нам и войны вести счастли­во, и добиться достойного мира, и не только для Нас самих, а навечно ус­тановить наилучшие законы как для современников, так и для потомков.

13. Таким образом, Мы постигли, что этот нерушимый закон не­обходимо сделать понятным для всех людей, чтобы им стало ясно, от сколь значительной путаницы и абсолютной неопределенности к какой умеренности и согласной с законами истине они пришли. И на будущее они имеют законы не только прямого действия, но и сокращенные и доступные для всех, в книгах, удобных благодаря их легкости для пользования, чтобы люди могли не посредством траты огромных богатств приобретать тома с излишним множеством законов, а чтобы за самые малые деньги облегченное собрание этих книг стало доступным как богачам, так и беднякам, дабы великая мудрость приобреталась по минимальной цене.

15.Что же касается каких-либо противоречий, то ни одно из них не нашло себе места в этом кодексе и не откроется в нем даже в том случае, если кто с изощренной душой будет искать доказательств противоречий. Однако есть кое-какие скрытно расположенные ново­введения, которые уничтожают недуг диссонанса и вводят иную при­роду, позволяющую выйти из рамок противоречий.

17. С другой стороны, нечто удивительное вытекает из этих книг, (а именно) то, что древнее множество (произведений) благодаря настоящей краткости кажется (нам теперь) более малым. Ведь люди, которые вели прежде судебные разбирательства, хотя и существовали многочисленные законы, использовали в судах лишь немногие из них либо из-за отсутствия книг, которые они не могли приобрести, либо из-за самого незнания их, так что судебные дела разбирались более волею судей, нежели авторитетом закона. В настоящем же собрании наших Дигест законы собраны из стольких томов, что не говоря уже о том, что древние не знали и самих их названий, они даже никогда о них и не слышали. Все собранное соединено в широчайшую субстан­цию, чтобы (одновременно) и раскрывалось необходимое древнее множество, и соблюдалась наша драгоценнейшая краткость. Запасы же мудрости древних книг предоставил (нам) главным образом заме­чательнейший муж Трибониан. Среди этих (книг) многие были неиз­вестны даже самым знающим людям. Когда все они были прочитаны, все то, что в них было наилучшего, будучи выделено, перешло в наше замечательное собрание. Но создатели этого творения перечитали не только те тома, из которых взяты законы, но также и многие другие из тех (томов), которые они, не найдя в них ничего полезного или нового, что по извлечении стоило бы добавить к нашим Дигестам, из наилучших соображений отвергли.

18. Но поскольку только Божественные дела являются наиболее совершенными, а состояние человеческого права всегда стремится к незавершенности, и нет в нем ничего, что может быть вечным (ведь природа спешит создавать многочисленные новые формы), то Мы не теряем надежды на то, что в последующем выйдут на свет некоторые из тех дел, которые ныне не стянуты путами законов. Итак, если что такого рода и имело место, то пусть со слезами призывается средство Августа, так как для того Бог предначертал счастливую судьбу им­ператора в человеческих делах, чтобы он смог все, что касается ново­го, и улучшить, и передать в соответствующих формах и правилах. И это не Нами первыми сказано, но идет от древнего поколения, когда и сам Юлиан - остроумнейший основатель законов и Постоянного эдикта - высказался в своих книгах таким образом, что если что-то будет найдено несовершенным, то будет восполнено императорским нерушимым законом. И не только он сам, но и божественный Адриан в собрании Эдикта и в постановлении сената, которое его сопрово­ждало, в высшей степени открыто определил, что если что-то не на­шло отражения в Эдикте, то он своей властью сможет (впоследствии) восполнить это в нормах, толкованиях и копиях.

19. <> Преклонитесь перед этими законами и соблюдайте их, оставив в покое все предыдущие. И да не осмелится кто-либо из вас сравнивать их с прежними или искать разноречий между прежни­ми и новыми; ибо все, что здесь установлено, мы признаем в качестве единственного и единого, что должно быть соблюдаемо. И ни в суде, ни в ином споре, где законы необходимы, никто не должен ссылаться или указывать на другие книги, кроме как на составленные и обнаро­дованные Нами Институции, Дигесты и Конституции. Нарушитель будет подлежать строжайшей ответственности за подлог вместе с судьей, который допустит рассмотрение дела по старым законам.

20. И дабы вам стало небезызвестно, из каких книг древних (юристов) состоит это собрание, Мы приказали записать это во всту­плении к Нашим Дигестам, чтобы было совершенно очевидно, каки­ми законодателями, из каких их книг и из скольких тысяч (строк) сооружен этот храм римской Юстиции.

20а. Законодатели или комментаторы их законов избраны нами из тех, кто были известны своими трудами и которых (также) и преж­ние благочестивейшие принцепсы не считали недостойным возвы­шать. <> Ведь раз Мы распорядились, чтобы наравне с конституциями соблюдались и эти законы, как если бы они были изданы Нами, то почему кто-то из (древних юристов) должен восприниматься как более или менее важный, если всем им предоставлено одно достоинство, одна власть?

21. Однако то, что было Нами отмечено еще в начале, когда Мы (еще только) поручили, чтобы с Божьим благословением это творение было совершено, ныне Нам кажется своевременным санкционировать, дабы никто ни из тех, кто в настоящее время обладает знанием права, ни из тех, кто будет (обладать им) впоследствии, не дерзнул добавлять к этим законам комментарии. <> Если все же какие-то лица от­важатся сделать нечто подобное, то пусть сами они будут обвинены в подлоге вещи, а книги их всеми возможными средствами пусть будут уничтожены. Если, однако, случится, как это сказано выше, что поя­вится двусмысленное мнение, то пусть это будет передано судьям в дом императора и прояснено властью Августа, которому (единственному) только и позволено и создавать законы, и интерпретировать их.

22. То же самое наказание за подлог Мы устанавливаем и против тех, кто в будущем дерзнет записывать наши законы непонятно, с помо­щью сокращений. Ведь Мы желаем, чтобы все, т.е. и имена мудрецов, и названия, и номера книг, выражалось не через сокращения, а целыми словами, так, чтобы тот, кто приготовит себе такую книгу, в которой в каком-либо месте книги или тома размещены сокращения, знал, что бес­полезно быть хозяином такого кодекса, так как Мы не даем разрешения что-либо цитировать в суде из такого кодекса, который в какой-либо части имеет порок сокращений. Сам же переписчик, который дерзнет записать эти (сокращения), будет (в соответствии с тем, что сказано) подвергнут уголовному наказанию, да еще вернет хозяину двойную цену книги, если сам хозяин приобрел такую книгу по незнанию либо купил для того, чтобы уничтожить ее. Это и ранее нами было установлено и помещено как в латинскую конституцию, так и в греческую, после того как Мы разослали это (постановление) преподавателям законов.

23. Законы же наши, которые Мы поместили в этих книгах, то есть в Институциях, или Началах, а также в Дигестах, или Пандектах, Мы санкционируем имеющими силу от третьего Нашего счастливейшего консульства, в настоящий двенадцатый (по счету) податной пятнадцати­ летний период за три дня до январских календ, дабы они навечно имели силу, действуя вместе с Нашими конституциями и демонстрируя их силу в судах во всех судебных делах, как в тех, которые будут возбуждены впоследствии, так и в тех, которые ныне разбираются в судах, чтобы их не удерживали ни судейское, ни дружеское обличье. Те же судебные дела, которые либо уже завершены по вынесении судебного приговора, либо успокоены дружеским соглашением, Мы никоим образом не хотим возоб­новлять. <>

 

Контрольные вопросы

Что следует понимать под источником права? Каковы источники царского, республиканского и императорского периодов? В чем между ними различия? В чем различия между законом и плебисцитом? Какие виды преторских эдиктов вы знаете? Почему мы относим responsa римских юристов к источникам права? Каковы причины кодификации римского права? Какие кодификации вам известны? Из каких частей состоит Corpus Iuris Civilis? Что представляют собой Кодекс, Институции, Дигесты, Новеллы Юстиниана? Какая роль отводится Юстинианом его Дигестам?

 



Последнее изменение этой страницы: 2016-08-14; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 35.170.64.36 (0.01 с.)