Тема работы: »Восточные мотивы»



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Тема работы: »Восточные мотивы»



Тема работы: »Восточные мотивы»

Выполнила ученица 4в класса

Байчорова Марьям

 

Научный руководитель : руководитель

 

хоровой студии»Пилигрим»,учитель

 

музыки

 

Аксентова Татьяна Маргаровна

 

 

Учитель:Аксентова Татьяна Маргаровна

 

Санкт-Петербург, г. Пушкин

 

2015 г

 

 

ВОСТОЧНЫЕ МОТИВЫ В ТВОРЧЕСТВЕ РУССКИХ КОМПОЗИТОРОВ


Восток! Чарует дерзкой пестротой,
Усмешкою застывшей Тамерлана.
Волнует и зовет он за собой
В жестокий мир чудесного обмана

Ольга Маслова

 

Здравствуйте! Меня зовут Марьям Байчорова. Я родилась в Петербурге, но мои корни уходят далеко на Восток – в Марокко и на Северный Кавказ. Я этим очень горжусь! Это родство с разными культурами мира обогащает мою жизнь, делает ее ярче, глубже и интереснее!

Каждое лето я отдыхаю в Марокко и на Кавказе. Это буйство красок природы, заснеженные горные вершины и бескрайний океан, восточные рынки с пряным ароматом приправ и конечно музыка! Я с раннего детства люблю музыку и уже четыре года занимаюсь пением в хоровой студии «Пилигрим». Там я познакомилась с классической музыкой, которая невероятно увлекла меня и пробудила учиться в музыкальной гимназии им.Ахматовой.

Застывшая в камне музыка

Над созданием Петербурга трудились разные народы Российской империиНаш город многоликий, многонациональный и многоконфессиональный. Кроме традиционных для России православных церквей, в нем есть католические соборы, буддистский храм, две синагоги и две мечети. Берег Невы, неподалеку от Петропавловской крепости, украшает Соборная мечеть на Кронверкском проспекте. Это блестящий памятник исламской архитектуры и крупнейшая мечеть в Европе.

Причудливые восточные мотивы слышны в архитектурной симфонии Петербурга. Один из них доносится из далекого загадочного Египта. Сфинксы – такой же символ города на Неве, как Эрмитаж и Адмиралтейство.

В Царском Селе, близ Палладиева моста, гордо возвышается четырехгранная «египетская» пирамида. Там есть и «египетские» ворота, которые были построены в тридцатых годах девятнадцатого века по проекту архитектора А. Менеласа. В парке есть Большой пруд. С одной его стороны часть берега вдается в воду, образуя округлый мыс. На этой маленькой, окруженной водой площадке стоит «Турецкая баня». Это изящный павильон с двумя куполами и башенкой в виде минарета. Он был построен по велению Николая 1 в память о русско-турецкой войне 1828-1829 годов и использовался как ку

пальня.

Архитектура – застывшая в камне музыка. Она подобно живой мелодии доносит до нас многоликую красоту мира, увиденную и запечатленную автором. Язык музыки также универсален. Он понятен людям из разных уголков нашей огромной планеты. Неподвластный времени и границам, он строит мосты между народами.

«Руслан и Людмила»

В культуре каждой страны свои интонации. Уловив их, русские композиторы создали своеобразную музыкально-географическую карту, и я хочу рассказать вам, как в русской музыке появились восточные образы. Русская культура, в целом, – будь то музыка, литература или другие виды искусства, во все времена вбирала в себя в себя лучшие черты культуры других народов. “Восточная тема” стала излюбленной с 19 века, так как сам Восток стал более зримым, доступным, открытым именно в этот период. Гости с Востока поражали, удивляли роскошью, мудростью, загадочностью женских образов, необычной одеждой и пищей. Вот почему, создавая русские национальные образы, Пушкин вводил в поэзию – арабов, персов, цыган, грузин, усиливая контраст, придавая большую яркость произведениям.

В русской музыке, начиная с М. Глинки, впервые ожили восточные образы, присущие русской сказке. В опере “Руслан и Людмила” слышатся не только народные русские мелодии, но и арабские, персидские, турецкие, кавказские. Все эти образы, созданные русскими композиторами в мировой музыке, часто так и называют, Русский Восток. Русские композиторы обращались с огромным уважением к восточной культуре, восхищались ею и привносили ее в свое творчество, обогащая родную культуру. В понятие Востока для них входил не только арабский мир, но и Кавказ.

В 1823 году основоположник русской классической музыки Михаил Иванович Глинка посетил Кавказ. В его душе неизгладимо запечатлелись горные пейзажи и самобытные народные традиции. «Я видел пляски черкешенок, игры и скачки черкесов» – писал он в воспоминаниях. Отчасти, эти впечатления стали источником вдохновения композитора при сочинении оперы «Руслан и Людмила».

Это эпическое произведение воспевает героические странствия, верную любовь, победу добра над злом. Пестрым узором в ее орнамент вплетена мелодия «Персидского хора». Сюита восточных танцев в четвертом акте включает медленный пластичный турецкий, более быстрый арабский и стремительную мужественную лезгинку (две темы, на которых она построена, наиграл Глинке художник Айвазовский, слышавший их от крымских татар).

Турецкий танец наиболее спокойный из трех. Плавная покачивающаяся мелодия передает неторопливые, размеренные, мягкие движения танцующих, в сопоставлении минора и мажора ощущается нега, томность, изменчивость.

Арабский танец горячий, темпераментный. Основная тема звучит весело, задорно – резкие акценты на сильной доле напоминают стремительные прыжки танцующих мужчин; далее следует легкая, изящная, отрывистая, “женственная” мелодия, сопровождающаяся звучанием колокольчиков.

Лезгинка – напоминает бурный восточный темперамент: частая смена темпа (с очень быстрого на сдержанный), динамические и регистровые контрасты, красочное звучание оркестра, близкое по тембру восточным народным инструментам.

Арабский танец покорил сердце и другого великого композитора Петра Ильича Чайковского. В самом любимом мною балете «Щелкунчик», он так и называется «Арабский танец-кофе». На монотонном, едва мерцающем фоне переливающихся виолончелей и альтов вырисовывается нежная мелодия скрипок – сладостная, чарующая музыка.

Творческое содружество гениальных композиторов так называемой «Могучей Кучки» знаменует собой самый яркий рассвет восточной музыки.

«Могучая кучка»

Случайно употребленное Стасовым в 1867 году выражение «могучая кучка» прочно вошло в жизнь и стало служить общепринятым наименованием группы композиторов, куда входили: Милий Алексеевич Балакирев, Модест Петрович Мусоргский, Александр Порфирьевич Бородин, Николай Андреевич Римский-Корсаков и Цезарь Антонович Кюи. Часто «Могучая кучка» именуется «Новой русской музыкальной школой», а также «Балакиревским кружком», по имени её руководителя М.А.Балакирева. За границей эту группу музыкантов называли «Пятёрка» по числу главных представителей. Композиторы «Могучей кучки» выступили на творческую арену в период огромного общественного подъёма 60-х годов 19 века.

История создания Балакиревского кружка такова: в 1855 году в Петербург из Казани приехал М.А.Балакирев. Восемнадцатилетний юноша чрезвычайно одарён в музыкальном отношении, с успехом выступает на концертной эстраде в качестве пианиста и обращает на себя внимание публики. Большое значение в его судьбе сыграло его знакомство с В.В.Стасовым.

Владимир Васильевич Стасов – интереснейшая фигура в истории русского искусства. Критик, ученый искусствовед, историк и археолог, он, был близким другом всех русских композиторов. Он был связан самой тесной дружбой буквально со всеми крупными русскими художниками, выступал в печати с пропагандой их лучших картин и тоже был их лучшим советчиком и помощником.

Сын выдающегося архитектора В.П.Стасова Владимир Васильевич родился в Петербурге, образование получил в училище правоведения. Его служба на протяжении всей жизни была связана с публичной библиотекой. Он лично знал Герцена, Чернышевского, Льва Толстого, Репина, Глинку.

Стасов слышал отзыв Глинки о Балакиреве: «В…Балакиреве нашел я взгляды, столь близко подходившие к моим». И, хотя Стасов был старше молодого музыканта почти на двенадцать лет, крепко подружился с ним на всю жизнь. Они постоянно проводят время за чтением книг Белинского, Добролюбова, Герцена, Чернышевского, причём Стасов, несомненно, более зрелый, развитой и образованный, блестяще знающий классическое и современное искусство, идейно руководит Балакиревым и направляет его.

В 1856 году на одном из университетских концертов Балакирев встречается с Цезарем Антоновичем Кюи, который учился в то время в Военно-инженерной академии и специализировался в области сооружения военных укреплений. Кюи очень любил музыку. В ранней молодости он даже занимался с польским композитором Монюшко.

Своими новыми и смелыми взглядами на музыку Балакирев увлекает Кюи, пробуждает в нём серьёзный интерес к искусству. Под руководством Балакирева Кюи пишет в 1857 году скерцо для фортепьяно в четыре руки, оперу «Кавказский пленник», а в 1859 году – одноактную комическую оперу «Сын мандарина».

Следующим композитором, присоединившимся к группе «Балакирев – Стасов – Кюи», был Модест Петрович Мусоргский. В то время он был гвардейским офицером. Сочинять стал очень рано и очень скоро осознал, что должен посвятить свою жизнь музыке. Недолго думая, он, будучи уже офицером Преображенского полка, решил выйти в отставку. Несмотря на молодость (18 лет), Мусоргский проявлял большую разносторонность интересов: занимался музыкой, историей, литературой, философией. Его знакомство с Балакиревым произошло в 1857 году у А.С.Даргомыжского. Всё поразило Мусоргского в Балакиреве: и его наружность, и яркая своеобразная игра, и смелые мысли. Отныне Мусоргский становится частым посетителем Балакирева. Как говорил сам Мусоргский, «перед ним раскрылся новый, неведомый ему до сих пор мир».

В 1862 году к балакиревскому кружку присоединяются Н.А.Римский-Корсаков и А.П.Бородин. Если Римский-Корсаков был совсем молодым по возрасту членом кружка, взгляды и музыкальный талант которого только начинали определяться, то Бородин к этому времени был уже зрелым человеком, выдающимся учёным-химиком, дружески связанным с такими гигантами русской науки, как Менделеев, Сеченов, Ковалевский, Боткин.

В музыке Бородин был самоучкой. Своей сравнительно большой осведомлённостью в теории музыки он был обязан, главным образом, серьёзному знакомству с литературой камерной музыки. Ещё в годы студенчества в Медико-хирургической Академии Бородин, играя на виолончели, часто участвовал в ансамблях любителей музыки. По его свидетельству, он переиграл всю литературу смычковых квартетов, квинтетов, а также дуэтов и трио. До встречи с Балакиревым Бородин сам написал несколько камерных сочинений. Балакирев быстро оценил не только яркое музыкальное дарование Бородина, но его разностороннюю эрудицию.

Так, к началу 1863 года можно говорить о сформировавшемся балакиревском кружке. Главный лозунг – не отрываться от жизни! Главное в музыке – национальная направленность! Создавая художественные произведения для народа, говоря на языке ему понятном и близком, композиторы делали свою музыку доступной каждому. Выдающееся место в творчестве «кучкистов» занимает восточный элемент («Тамара», «Исламей» Балакирева; «Князь Игорь» Бородина; «Шехерезада», «Антара», «Золотой петушок» Римского-Корсакова; «Хованщина» Мусоргского). Преодолевая преграды, чинимые продвижению «национальной» музыки, нападки со стороны критиков, композиторы «Могучей кучки» упорно продолжали своё дело развития родного искусства. Творчество композиторов «Могучей кучки» является высочайшим образцом музыкального искусства; вместе с тем оно доступно, и понятно самым широким кругам слушателей и в этом его огромная ценность.

Опера «Золотой петушок»

В октябре 1906 года в записных книжках Н.А.Римского-Корсакова появились первые музыкальные эскизы к опере «Золотой петушок». Тогда же он сообщил о своем замысле другу – либреттисту В. И. Бельскому (1866 – 1946). Работа велась очень интенсивно и была закончена в августе 1907 года.

«Золотой петушок» – последняя, пятнадцатая опера Римского-Корсакова, созданная им за год до смерти. Интерес к сказочным сюжетам сопутствовал композитору на всем его творческом пути. В основу оперы положена одноименная стихотворная сказка Пушкина (1834). Бельский дополнил пушкинский текст большими сценами, обрисовал действующих лиц оперы. Он ввел новый персонаж – ключницу Амелфу, которая занята домашними делами царя, тогда как Полкан – его сторожевой пес – делами государственными. Интересно, что имени Полкана нет у Пушкина. Он называется Воеводой, и речь его ограничивается несколькими фразами. И сыновья Додона – Гвидон и Афрон – лишь упомянуты поэтом. Все эти добавления сделаны Бельским талантливо, в духе Пушкина.

«Золотой петушок» являет собой редкий в мировой классике пример сатирической оперы. Краткое оркестровое вступление открывается задорным кличем Петушка. Призывная музыка сменяется восточной мелодией, а прозрачный звон колокольчиков уведомляет о выходе Звездочета.

В первом акте обрисовано Додоново царство: торжественный нарочито простой, глуповатый марш становится его характеристикой. Переломный момент ознаменован появлением Звездочета. Восточный рисунок мелодии сближает его с Шемаханской царицей – фантастические образы будто связаны невидимыми нитями. Петушок наделен двумя кличами – спокойным, возвещающим о благополучии в стране Додона, и тревожным, предупреждающим об опасности. Народные напевы свойственны ключнице Амелфе.

Сон Додона основан на плавном баюкающем повторении, «спокойного» призыва Петушка: «Ки-ри-ку-ку! Царствуй, лежа на боку!» Восточные мотивы вносят новый момент – царю приснилась Шемаханская царица. Новый тревожный клич Петушка предваряет сцену военных сборов самого Додона. Все завершает марш. Музыка второго акта рисует зловещую картину ущелья, где лежат убитые сыновья Додона. Изменился и облик марша – ранее удалой, победный, он звучит теперь неуверенно, робко. При оплакивании сыновей вновь появляются комически-скорбные, причитающие интонации.

Напевы Шемаханской царицы предваряют ее появление. Ария «Ответь мне, зоркое светило» – характеристика томной восточной красавицы. Ее прозрачная, светлая музыка относится к лучшим страницам оперы. Чарующий облик царицы раскрывается во второй арии: «Сброшу чопорные ткани». В ответ Додон запевает свою песнь «Буду век тебя любить, постараюсь не забыть» (на мотив «Чижика»). Он голосит ее во всю мочь, что производит очень комичное впечатление.

Контрастом служит ария воспоминаний царицы «Как доедешь до Востока, там и есть моя страна». Мелодии арии завораживают чудесной, словно парящей красотой. Таинственно-настороженная музыка оркестрового вступления к третьему акту прерывается грозным кличем Петушка. В мольбе народа слышится петушиный призыв. Широко развито в оркестре шествие царя Додона и Шемаханской царицы. Оно становится центром акта. Гремит разудалый марш Додона и прихотливые восточные напевы вплетаются, рисуя необычную свиту царицы. Под конец лейтмотивы Додона и царицы объединяются. Как и в первом акте, – переломный момент наступает с появлением Звездочета. В его арии «Подари ты мне девицу, Шемаханскую царицу» снова возникает фантастический колорит. Когда совершается убийство Звездочета, повторяется зловещая музыка оркестрового вступления. Предрекая кровавую развязку, злобно кричит Петушок.

Романсы

Из камерных сочинений Римского-Корсакова наибольшую художественную ценность представляют романсы. В романсах 60-х годов наблюдается несколько важных особенностей. Одна из них – своеобразное раздвоение на «европейское» и «восточное». Конечно, восточная тема занимает очень большое место в романсовом наследии всех кучкистов, но для Римского-Корсакова она становится главной. «На примере... восточных романсов, – пишет В. А. Васина-Гроссман, – можно видеть, как рос и созревал его талант. Но и в «очень несложном» «Восточном романсе» 1865 года уже угадывается автор «Шехеразады»: так естественна и свежа его мелодика, так точна его форма свободное, как бы случайное сочетание «инструментальной импровизации».

Вторая отличительная черта почти всех романсов раннего периода – живописность и пейзажность. Образное содержание произведения передается автором в инструментальных формах. Таковы самобытные интерпретации Римским-Корсаковым распетых в русских романсах стихотворений «На холмах Грузии» (Пушкин), «Ель и пальма» (Гейне—Михайлов), «Ночевала тучка» (Лермонтов), плещеевской «Ночи» и других. Здесь явственно ощущается слияние человека с природой, которым проникнуто все его творчество. Автор чутко следует за эстетическим чувством избегая банальных традиционных моделей бытового романса. Надеюсь, послушав «Восточный романс» вы вместе со мной почувствуете как переливается и течет витиеватый восточный узор.

Мы – художники звука

«Не бойся слов теория, гармония, полифония и т.п.

Относись к ним дружески, и они тебе улыбнутся». Р. Шуман.

Мы с вами, гуляя по нашим замечательным пушкинским паркам, видим все, что окружает нас и наслаждаемся природой и воздухом. Точно так же ходят, видят и замечают художники. Так же, но не совсем. Они видят не просто деревья, дворцы, пруды, но ещё и линии, и краски, из которых они «сделаны». И вот так же, на уроках музыки мы учимся быть художниками, а именно художниками звука. Мы должны научиться слушать музыку немножко иначе, чем любители. Настоящий музыкант, слышит не только то, что музыка красивая, выразительная, волнующая, но почему она красивая, выразительная и волнующая. И мы тоже начинаем учиться отвечать на эти «почему».

Итак, средство музыкальной выразительности – это то, спомощью чего композитор создает свои произведения и выражает свою мысль. Средств музыкальной выразительности много, они очень разные, и в них легко запутаться. Они представлены тембром, темпом, ладом, ритмом, размером, регистром, динамикой и мелодией. Кроме того, при анализе музыкального произведения учитываются следующие средства музыкальной выразительности: акцент и пауза, интонация или гармония.

Мелодия – душа композиции, она позволяет понять настроение произведения и передать чувства грусти или веселья. Мелодия может быть скачкообразной, плавной или отрывистой. Все завит от того, как её видит автор.

Темп определяет скорость исполнения, он бывает медленным, быстрым и умеренным. Для обозначения темпа применяют термины, которые пришли к нам из итальянского языка. Для медленного – адажио, для быстрого – престо и аллегро, а для умеренного – анданте. Кроме того, темп может быть оживленным, спокойным и др.

Ритм и размер как средства музыкальной выразительности определяют настроение и движение музыки. Ритм может быть разным – спокойным, равномерным, отрывистым, синкопированным, четким и др. Так же, как и ритмы, окружающие нас в жизни. Размер нужен для музыкантов, которые определяют, как играть музыку. Их записывают дробями в виде четвертей.

Лад в музыке определяет её направление. Если это минор, то она печальная, грустная или задумчиво-мечтательная, может быть ностальгическая. Мажор соответствует веселой, радостной, ясной музыке. Лад может быть и переменным, когда минор сменяется мажором и наоборот.

Способна ли музыка с одинаковой силой воздействовать на всех слушателей? Разумеется, нет. И в этом ее особенность. Каждый человек отдает предпочтение какому-либо музыкальному жанру, композитору, отдельному произведению, согласно своему восприятию. И все же, музыка может объединить людей в едином переживании, затронуть самые тонкие струны наших душ. Яркие художественные произведения – отражение глубоких мыслей и чувств человека, вызывают в нас сильный эмоциональный отклик. Они становятся источником и средством воспитания слушателя. Сочетая выразительную мелодию, своеобразный ритм и размер, автор доносит до нас свое мироощущение, свое отношение к окружающему.

То, что русские композиторы так тянулись к восточной тематике, специально ездили на Кавказ и тщательно изучали исторические материалы, создавая свои произведения, наглядно демонстрирует, насколько слияние культур обогащает каждую из них. Я хорошо чувствую это на себе, ведь для меня музыка – это огромный удивительный мир, где восточные ритмы моей души, переплетаясь с народным русским напевом, образуют прекрасный узор традиций моей семьи. Мир, где нет межнациональной розни и религиозных разногласий, где царит красота и гармония.

Используемая литература.

1) Э. Финкельштейн, Музыка от “А” до “Я”, занимательное чтение с картинками и фантазиями, Л.: 1991;

2) А. Должанский, Краткий музыкальный словарь, М-Л.: “Музыка”, 1966;

Э.Л.Фрид»Русская музыкальная литература»

Wikipedia.org

Тема работы: »Восточные мотивы»

Выполнила ученица 4в класса

Байчорова Марьям

 

Научный руководитель : руководитель

 

хоровой студии»Пилигрим»,учитель

 

музыки

 

Аксентова Татьяна Маргаровна

 

 

Учитель:Аксентова Татьяна Маргаровна

 

Санкт-Петербург, г. Пушкин

 

2015 г

 

 

ВОСТОЧНЫЕ МОТИВЫ В ТВОРЧЕСТВЕ РУССКИХ КОМПОЗИТОРОВ


Восток! Чарует дерзкой пестротой,
Усмешкою застывшей Тамерлана.
Волнует и зовет он за собой
В жестокий мир чудесного обмана

Ольга Маслова

 

Здравствуйте! Меня зовут Марьям Байчорова. Я родилась в Петербурге, но мои корни уходят далеко на Восток – в Марокко и на Северный Кавказ. Я этим очень горжусь! Это родство с разными культурами мира обогащает мою жизнь, делает ее ярче, глубже и интереснее!

Каждое лето я отдыхаю в Марокко и на Кавказе. Это буйство красок природы, заснеженные горные вершины и бескрайний океан, восточные рынки с пряным ароматом приправ и конечно музыка! Я с раннего детства люблю музыку и уже четыре года занимаюсь пением в хоровой студии «Пилигрим». Там я познакомилась с классической музыкой, которая невероятно увлекла меня и пробудила учиться в музыкальной гимназии им.Ахматовой.

Застывшая в камне музыка

Над созданием Петербурга трудились разные народы Российской империиНаш город многоликий, многонациональный и многоконфессиональный. Кроме традиционных для России православных церквей, в нем есть католические соборы, буддистский храм, две синагоги и две мечети. Берег Невы, неподалеку от Петропавловской крепости, украшает Соборная мечеть на Кронверкском проспекте. Это блестящий памятник исламской архитектуры и крупнейшая мечеть в Европе.

Причудливые восточные мотивы слышны в архитектурной симфонии Петербурга. Один из них доносится из далекого загадочного Египта. Сфинксы – такой же символ города на Неве, как Эрмитаж и Адмиралтейство.

В Царском Селе, близ Палладиева моста, гордо возвышается четырехгранная «египетская» пирамида. Там есть и «египетские» ворота, которые были построены в тридцатых годах девятнадцатого века по проекту архитектора А. Менеласа. В парке есть Большой пруд. С одной его стороны часть берега вдается в воду, образуя округлый мыс. На этой маленькой, окруженной водой площадке стоит «Турецкая баня». Это изящный павильон с двумя куполами и башенкой в виде минарета. Он был построен по велению Николая 1 в память о русско-турецкой войне 1828-1829 годов и использовался как ку

пальня.

Архитектура – застывшая в камне музыка. Она подобно живой мелодии доносит до нас многоликую красоту мира, увиденную и запечатленную автором. Язык музыки также универсален. Он понятен людям из разных уголков нашей огромной планеты. Неподвластный времени и границам, он строит мосты между народами.

«Руслан и Людмила»

В культуре каждой страны свои интонации. Уловив их, русские композиторы создали своеобразную музыкально-географическую карту, и я хочу рассказать вам, как в русской музыке появились восточные образы. Русская культура, в целом, – будь то музыка, литература или другие виды искусства, во все времена вбирала в себя в себя лучшие черты культуры других народов. “Восточная тема” стала излюбленной с 19 века, так как сам Восток стал более зримым, доступным, открытым именно в этот период. Гости с Востока поражали, удивляли роскошью, мудростью, загадочностью женских образов, необычной одеждой и пищей. Вот почему, создавая русские национальные образы, Пушкин вводил в поэзию – арабов, персов, цыган, грузин, усиливая контраст, придавая большую яркость произведениям.

В русской музыке, начиная с М. Глинки, впервые ожили восточные образы, присущие русской сказке. В опере “Руслан и Людмила” слышатся не только народные русские мелодии, но и арабские, персидские, турецкие, кавказские. Все эти образы, созданные русскими композиторами в мировой музыке, часто так и называют, Русский Восток. Русские композиторы обращались с огромным уважением к восточной культуре, восхищались ею и привносили ее в свое творчество, обогащая родную культуру. В понятие Востока для них входил не только арабский мир, но и Кавказ.

В 1823 году основоположник русской классической музыки Михаил Иванович Глинка посетил Кавказ. В его душе неизгладимо запечатлелись горные пейзажи и самобытные народные традиции. «Я видел пляски черкешенок, игры и скачки черкесов» – писал он в воспоминаниях. Отчасти, эти впечатления стали источником вдохновения композитора при сочинении оперы «Руслан и Людмила».

Это эпическое произведение воспевает героические странствия, верную любовь, победу добра над злом. Пестрым узором в ее орнамент вплетена мелодия «Персидского хора». Сюита восточных танцев в четвертом акте включает медленный пластичный турецкий, более быстрый арабский и стремительную мужественную лезгинку (две темы, на которых она построена, наиграл Глинке художник Айвазовский, слышавший их от крымских татар).

Турецкий танец наиболее спокойный из трех. Плавная покачивающаяся мелодия передает неторопливые, размеренные, мягкие движения танцующих, в сопоставлении минора и мажора ощущается нега, томность, изменчивость.

Арабский танец горячий, темпераментный. Основная тема звучит весело, задорно – резкие акценты на сильной доле напоминают стремительные прыжки танцующих мужчин; далее следует легкая, изящная, отрывистая, “женственная” мелодия, сопровождающаяся звучанием колокольчиков.

Лезгинка – напоминает бурный восточный темперамент: частая смена темпа (с очень быстрого на сдержанный), динамические и регистровые контрасты, красочное звучание оркестра, близкое по тембру восточным народным инструментам.

Арабский танец покорил сердце и другого великого композитора Петра Ильича Чайковского. В самом любимом мною балете «Щелкунчик», он так и называется «Арабский танец-кофе». На монотонном, едва мерцающем фоне переливающихся виолончелей и альтов вырисовывается нежная мелодия скрипок – сладостная, чарующая музыка.

Творческое содружество гениальных композиторов так называемой «Могучей Кучки» знаменует собой самый яркий рассвет восточной музыки.

«Могучая кучка»

Случайно употребленное Стасовым в 1867 году выражение «могучая кучка» прочно вошло в жизнь и стало служить общепринятым наименованием группы композиторов, куда входили: Милий Алексеевич Балакирев, Модест Петрович Мусоргский, Александр Порфирьевич Бородин, Николай Андреевич Римский-Корсаков и Цезарь Антонович Кюи. Часто «Могучая кучка» именуется «Новой русской музыкальной школой», а также «Балакиревским кружком», по имени её руководителя М.А.Балакирева. За границей эту группу музыкантов называли «Пятёрка» по числу главных представителей. Композиторы «Могучей кучки» выступили на творческую арену в период огромного общественного подъёма 60-х годов 19 века.

История создания Балакиревского кружка такова: в 1855 году в Петербург из Казани приехал М.А.Балакирев. Восемнадцатилетний юноша чрезвычайно одарён в музыкальном отношении, с успехом выступает на концертной эстраде в качестве пианиста и обращает на себя внимание публики. Большое значение в его судьбе сыграло его знакомство с В.В.Стасовым.

Владимир Васильевич Стасов – интереснейшая фигура в истории русского искусства. Критик, ученый искусствовед, историк и археолог, он, был близким другом всех русских композиторов. Он был связан самой тесной дружбой буквально со всеми крупными русскими художниками, выступал в печати с пропагандой их лучших картин и тоже был их лучшим советчиком и помощником.

Сын выдающегося архитектора В.П.Стасова Владимир Васильевич родился в Петербурге, образование получил в училище правоведения. Его служба на протяжении всей жизни была связана с публичной библиотекой. Он лично знал Герцена, Чернышевского, Льва Толстого, Репина, Глинку.

Стасов слышал отзыв Глинки о Балакиреве: «В…Балакиреве нашел я взгляды, столь близко подходившие к моим». И, хотя Стасов был старше молодого музыканта почти на двенадцать лет, крепко подружился с ним на всю жизнь. Они постоянно проводят время за чтением книг Белинского, Добролюбова, Герцена, Чернышевского, причём Стасов, несомненно, более зрелый, развитой и образованный, блестяще знающий классическое и современное искусство, идейно руководит Балакиревым и направляет его.

В 1856 году на одном из университетских концертов Балакирев встречается с Цезарем Антоновичем Кюи, который учился в то время в Военно-инженерной академии и специализировался в области сооружения военных укреплений. Кюи очень любил музыку. В ранней молодости он даже занимался с польским композитором Монюшко.

Своими новыми и смелыми взглядами на музыку Балакирев увлекает Кюи, пробуждает в нём серьёзный интерес к искусству. Под руководством Балакирева Кюи пишет в 1857 году скерцо для фортепьяно в четыре руки, оперу «Кавказский пленник», а в 1859 году – одноактную комическую оперу «Сын мандарина».

Следующим композитором, присоединившимся к группе «Балакирев – Стасов – Кюи», был Модест Петрович Мусоргский. В то время он был гвардейским офицером. Сочинять стал очень рано и очень скоро осознал, что должен посвятить свою жизнь музыке. Недолго думая, он, будучи уже офицером Преображенского полка, решил выйти в отставку. Несмотря на молодость (18 лет), Мусоргский проявлял большую разносторонность интересов: занимался музыкой, историей, литературой, философией. Его знакомство с Балакиревым произошло в 1857 году у А.С.Даргомыжского. Всё поразило Мусоргского в Балакиреве: и его наружность, и яркая своеобразная игра, и смелые мысли. Отныне Мусоргский становится частым посетителем Балакирева. Как говорил сам Мусоргский, «перед ним раскрылся новый, неведомый ему до сих пор мир».

В 1862 году к балакиревскому кружку присоединяются Н.А.Римский-Корсаков и А.П.Бородин. Если Римский-Корсаков был совсем молодым по возрасту членом кружка, взгляды и музыкальный талант которого только начинали определяться, то Бородин к этому времени был уже зрелым человеком, выдающимся учёным-химиком, дружески связанным с такими гигантами русской науки, как Менделеев, Сеченов, Ковалевский, Боткин.

В музыке Бородин был самоучкой. Своей сравнительно большой осведомлённостью в теории музыки он был обязан, главным образом, серьёзному знакомству с литературой камерной музыки. Ещё в годы студенчества в Медико-хирургической Академии Бородин, играя на виолончели, часто участвовал в ансамблях любителей музыки. По его свидетельству, он переиграл всю литературу смычковых квартетов, квинтетов, а также дуэтов и трио. До встречи с Балакиревым Бородин сам написал несколько камерных сочинений. Балакирев быстро оценил не только яркое музыкальное дарование Бородина, но его разностороннюю эрудицию.

Так, к началу 1863 года можно говорить о сформировавшемся балакиревском кружке. Главный лозунг – не отрываться от жизни! Главное в музыке – национальная направленность! Создавая художественные произведения для народа, говоря на языке ему понятном и близком, композиторы делали свою музыку доступной каждому. Выдающееся место в творчестве «кучкистов» занимает восточный элемент («Тамара», «Исламей» Балакирева; «Князь Игорь» Бородина; «Шехерезада», «Антара», «Золотой петушок» Римского-Корсакова; «Хованщина» Мусоргского). Преодолевая преграды, чинимые продвижению «национальной» музыки, нападки со стороны критиков, композиторы «Могучей кучки» упорно продолжали своё дело развития родного искусства. Творчество композиторов «Могучей кучки» является высочайшим образцом музыкального искусства; вместе с тем оно доступно, и понятно самым широким кругам слушателей и в этом его огромная ценность.



Последнее изменение этой страницы: 2016-08-14; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 34.239.170.169 (0.018 с.)