Соображения по системе воспитания



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Соображения по системе воспитания



 

У общественных учреждений в воспитании подрастающего поколения в сравнении с семьей есть преимущества.

Первое преимущество общественных учреждений — это квалификация воспитателей и время, предназначенное для воспитания. Второе — есть коллектив ребят, без которого никакие слова не действуют. Общество взрослых не обеспечивает практического воплощения идей, а многодетные семьи сейчас редкость.

Многие скажут, а в чем, собственно, дело? Для общественного воспитания остается школа, десять лет — достаточный срок, чтобы сформировать убеждения.

Во-первых, недостаточный. Пропущенные три года до школы невосполнимы. Во-вторых, школа тоже еще не всегда оказывается в части воспитания на достойной высоте.

Только правильно использовав дошкольный период и усовершенствовав школу, можно рассчитывать на воспитание человека в духе совести и долга.

Наши сотрудники, В.М. Белов и другие, изучали состояние воспитания в семьях и в детских садах. Не могу привести всех данных и ограничусь лишь их выводом. Они обнаружили большой разнобой в условиях жизни детей, и не только дома, но и в яслях. О яслях я еще скажу, их отрегулировать проще, но как обеспечить правильные и одинаковые условия в семьях? Если подходить к делу реально, то очень трудно быстро сделать все семьи «информативными». Повысились материальное обеспечение, уровень образования родителей, внимание их к детям, но остались в большом проценте семей недостаток времени, неумение воспитывать и самое главное — элементарная лень. Гораздо проще растить ребенка бездумно, «пойдет в школу — там научат». Или отдать его в круглосуточные ясли на два года… Вот и получается, что некоторые семьи не могут пока еще решить даже самую простую задачу — «образование», т. е. необходимое развитие интеллекта — речи, навыков. О «воспитании» в собственном смысле слова как изменении чувств и привитии «убеждений» уж и говорить нечего — для этого нужны пример и квалификация. Так же и с обеспечением здоровья.

Прочитав все это, многие читатели уже ждут, что я предложу «обобществлять» детишек прямо с рождения. К счастью, это не только совершенно нереально, но вредно.

Во-первых, доказано, что ребенку в первые два года необходим физический контакт с матерью. Во-вторых, несправедливо лишать родителей возможности общаться со своими детьми, даже если они плохо их воспитывают. Это величайшее удовольствие, хотя в основе его лежит чистая биология — инстинкт продолжения рода. Дети в семье — один из самых главных устоев общества. Поэтому в массе своей семейное воспитание останется.

Вторая причина — наше общественное дошкольное воспитание еще далеко от идеала и не в состоянии заменить семью. Дополнить уже может, заменить — нет. Для маленьких детей нужны «персональные» ласка и любовь. Никакой «информативностью» не компенсировать их отсутствие. Однако это не значит, что можно мириться с плохим воспитанием в семье. При самых лучших дошкольных учреждениях семья может оказаться тормозом для их работы. Поэтому нужны активные меры воздействия на семейный этап формирования личности ребенка.

Каждому понятно, как легко предлагать отличные с первого взгляда проекты и как трудно их выполнять. И все же кое-что можно было бы сделать без существенных затрат материальных средств и людских ресурсов.

Необходимо повышать качество семейного воспитания. Сделать это исключительно трудно, потому что помехой часто служат лень и страх родителей.

А иногда и любовь.

Нередко можно услышать жалобы, что все взрослые члены семьи перегружены: производство, домашняя работа. Это неверно. Не так уж много у нас работают двое родителей, а часто еще есть бабушки и дедушки, чтобы не найти пару часов для разговоров со своим единственным ребенком. Для телевизора находят! Специального времени больше не нужно, потому что воспитательное общение должно идти в течение всего «вспомогательного» времени— еды, прогулок, купания. К сожалению, большинство родителей даже не знают о необходимости специально заниматься с маленьким ребенком. Они считают, что для него достаточно есть, спать и быть сухим. И молчать, не плакать. И больше всего боятся, чтобы не заболел, чтобы не мало съел, чтобы не упал и не разбил нос. Поэтому оберегают решительно от всего, не допускают ни малейшего риска. А если чуть что — чихнул — лечить и лечить, как можно больше таблеток. Так создается идеал удобного ребенка.

Одна из главных причин плохого семейного воспитания — невежество в этих вопросах. Если сказать мягче, низкая информированность. Стоило бы всех женщин во время отпуска по беременности до родов пропускать через специальные «курсы техминимума» с преподаванием правил ухода и своеобразных инструкций по воспитанию. (Мне нравилась идея таких инструкций, высказанная моим покойным коллегой, детским хирургом Станиславом Яковлевичем Долецким. Действительно, есть требования, которые можно сформулировать коротко, тем более что длинное не все будут читать…) Неплохо было бы всем будущим матерям в обязательном порядке выдавать для сведения (и исполнения!) небольшую книжку с изложением важнейших правил обращения с детьми. Это вполне реально, так же как обеспечение школьников учебниками.

Не стоит преувеличивать значение этих мер (у меня не очень высокое мнение о способности людей последовательно выполнять какие-либо правила), но все же польза была бы. Конечно, врачи скажут, что в женских и детских консультациях все объясняют каждой женщине индивидуально. И все-таки физически невозможно каждой прочитать лекцию в несколько часов, а пятиминутные советы недостаточны. Нужно, чтобы необходимая информация сообщалась обязательно. Разумеется, я не предлагаю всех обучать «новаторским» методам воспитания, которые применяют Никитины. Никакой риск в большом деле недопустим. Пусть будут устоявшиеся правила, выработанные педиатрами и педагогами. Они, несомненно, полезны, безопасны, хотя, на мой взгляд, и грешат некоторой перестраховкой.

Теперь мы перейдем к главному вопросу: наше дошкольное организованное воспитание и образование. Правда, значение его при новых порядках капитализма сильно уменьшилось. Говорят: «Нет денег». Это для детей-то нет!

В самом деле, если раннее детство так важно для последующего развития человека, если на семейное воспитание нельзя возлагать больших надежд, то единственным выходом из положения являются детские ясли и детский сад.

Действительно, наша страна справедливо гордилась широкой сетью дошкольных детских учреждений, которые стали создаваться сразу после Октябрьской революции, получили такое широкое развитие. Однако здесь есть еще большие резервы.

Вспомним, какую первоначальную цель преследовали ясли и детские сады — освободить мать для производственной и общественной деятельности. Обеспечить местопребывание детей, пока матери на работе. Это значит, чтобы ребенок был в тепле, накормлен и по возможности занят безвредными или даже полезными играми. Исходя из этого, планировали и персонал, и условия… Предполагалось, что ребенок еще ничего не понимает и надо просто помочь родителям дотянуть его до школы, когда и начинается процесс главного обучения и воспитания.

Конечно, наши педагоги, специалисты по раннему возрасту А.В. Запорожец и другие отлично понимали значение дошкольных учреждений. Они разработали стройную систему воспитания и развития ребенка в яслях и садах. Делалось в этой области очень многое.

И все-таки наша воспитательная система во многом опускает ранний и самый благоприятный для обучения период детства.

Для того чтобы уменьшить эти потери, нужно начинать обучение в школе с шести лет.

Вот краткая сводка сведений о возрасте первоклассников в разных странах.

С шести лет: Германия, Чехия, Венгрия, Бельгия, Франция, Италия, Австрия, Швейцария, Япония, США, Греция.

В семь лет начинают обучение в Болгарии, Польше, Югославии и в Скандинавских странах. При этом всюду имеются детские сады, охватывающие от 10 до 60 % дошкольников, как правило, после трех лет. Таким образом, видно, что почти во всех высокоразвитых странах учить начинают с шести лет, а в Англии — даже с пяти. Во многих странах эта система действует уже по 40–50 лет. Понятно, что нужно создавать свои программы, планы, что нельзя непродуманно рисковать.

Преимущества более раннего начала обучения мне кажутся очевидными. Вместо необязательной и малоквалифицированной подготовки к школе в старшей группе детского сада и уж совсем случайного обучения дома будет единая школьная программа, учитывающая возраст. Существующее сейчас неравенство подготовки первоклассников значительно уменьшится, так как лишь сравнительно немногие научатся читать до шести лет, а все остальные придут с приблизительно равными возможностями. Одновременно облегчатся образовательные проблемы детского сада, где уже не нужно будет думать о грамоте.

 

Школьное время

 

Какие же усилия нужны, чтобы закрепить и приумножить успехи, достигнутые до школы?

Счастливые школьные годы… Еще нет полной ответственности даже за самого себя, но уже открылось много радостей взрослого периода: общение, дружба, любовь, искусство, самоутверждение и достижение личных успехов.

Нужно учиться, готовиться к будущей трудовой жизни, которая вначале выглядит совсем нереально и кажется выдумками взрослых, но постепенно проступает в своих жестких чертах… К сожалению, порой слишком поздно. Как много юношей и девушек оказываются совершенно не готовыми к этой реальной жизни. Сколько разбитых надежд и драм, особенно в наше время, когда стало трудно найти работу.

Вот две задачи воспитания на школьный период: первая — научить максимуму необходимого для будущей трудовой жизни и в то же время сформировать притязания, которые соответствовали бы возможностям юноши. Второе: обеспечить максимум счастья самого этого периода жизни.

Задачи противоречивые. Как их сравнить — настоящее и будущее? Так уж странно устроен человек, его счастье составляется из чувств данного момента и надежд на чувства от будущих благ, что он получит от общества за свою деятельность. Маленький ребенок живет только настоящим. По мере взросления проступает будущее: сначала очень короткое — через час, через день. То, что дальше этого, еще не действует. Длительность значимого будущего все удлиняется и удлиняется с возрастом, правда, не одинаково. Есть люди, от природы неспособные терпеть, есть настойчивые. Но возраст — определяющий фактор. Нельзя убедить первоклассника сидеть за уроками, которые не даются, даже суля ему в будущем лавры космонавта. Однако завтрашняя похвала любимого учителя действует. Девятиклассник может оценить блага разных профессий и социальных ролей, но уже поздно: большинство из них, даже самые лучшие, — совершенно нереальны. Он не подготовился к ним, мало учился, «прогулял». Он вступает в жизнь недовольным и ущемленным. И зачастую горько сетует на родителей: «не заставляли».

Родители живут счастьем своих детей. Не все в равной степени, но редко встречаются совсем безразличные. Они — взрослые, и у них должны быть взрослые оценки соотношения «настоящее — будущее», не соответствующие оценкам малолетних детей. Их воспитательные воздействия в настоящем времени должны обеспечить детям «будущее дальнее». Говоря проще, должны «наставлять», «убеждать», «направлять» напряжения в учении и работе, чтобы потом дети могли сказать «Спасибо!» Воспитание — это труд, и далеко не всегда приятный. Родители должны трудиться для будущего своих детей, если оно им дорого, пока сами дети не понимают его значения. Правда, кроме желания, для этого нужно еще и умение.

Именно поэтому я так много говорил о раннем детстве: минимум труда до школы дает максимум эффекта, освобождает родителей от многих забот в последующем. И требует, в общем, меньшей квалификации: чтение и сказки проще тригонометрии. Самое же главное то, что упущенное до школы далеко не всегда вообще можно нагнать в последующем. Но об этом уже говорилось.

Главные требования родителей к школьнику просты: должен хорошо учиться, быть дисциплинированным, т. е. послушным и трудолюбивым. Должен быть хорошим и добрым, расти гражданином, преданным своей родине.

Если бы можно было подойти к воспитанию по строгой науке, то пришлось бы производить расчет счастья или, поскромнее, УДК ребенка за каждый период времени и выбирать оптимум: насколько уменьшить его нагрузки ради будущего и как компенсировать эти потери удовольствиями настоящего. К сожалению, сделать такие расчеты практически невозможно. Но качественные представления о компонентах душевного комфорта своего ребенка иметь весьма желательно.

Вот как это примерно выглядит. Сначала надо оценить потребности и чувства, какие больше, какие меньше обещают счастье или несчастье. Я уже говорил о них, ограничусь перечислением.

Престиж — одобрение или порицание окружающих: учителей, родителей, товарищей, друзей, а потом и любимых.

Интерес — удовольствие от информации и деятельности.

Материальные блага — если ими родители «покупают» усердие или если в старшем возрасте ребята пытаются зарабатывать.

Удовольствие от поступков по убеждениям — благородство, долг, честь.

Чувство вины и угрызения совести, если поступки неблаговидные.

Универсальный «тормоз» — утомление от напряжения и скука от однообразия .

«Значимость будущего» представлена надеждой на лучшее и страхом потерять то, что имеешь. Каждое чувство может выступать с плюсом или минусом, как приятное и неприятное. Уважение — приятно, презрение, недоброжелательность — неприятны. И так — по любому чувству. Уровень душевного комфорта составлен из суммы приятных и неприятных компонентов по каждому из них. Значимость чувств различна, они — следствие врожденных черт и привитых убеждений. Родителям очень важно знать, насколько их сын самолюбив и лидер, сколь прочно ему привиты долг и честь. Сколько удовольствия ему дает высокий балл, общение с друзьями, физкультура, хорошая книга или новые джинсы, что стоит для него лишение этих благ.

Оценка чувств и расчеты УДК нужно проводить отдельно по каждому виду деятельности. Этих видов не много, если оценивать схематически: уроки в школе и выполнение домашних заданий, обязанности по дому и общественная работа, хобби и спорт, отдых за книгой и футбол во дворе. Для каждого будут приятные и неприятные чувства и свой вклад в УДК. Может не нравиться футбол, плохо, если нет удовольствия от книжки, еще хуже, когда возникает неприязнь к учебе, к школе. Тогда среди перечисленного может появиться и выпивка с бездельниками-приятелями. Родители должны знать приятные и неприятные чувства по каждому пункту времяпрепровождения своего сына или дочери. Искусство воспитания состоит в том, чтобы сделать нужное для будущего по возможности приятным, а ненужное — наоборот. К сожалению, это даже узнать нелегко, а управлять — и вовсе трудно. И чем больше упущено времени, тем труднее. А потом и вообще становится невозможным. Примеров плохих детей у хороших (кажется) родителей — сколько угодно. Известен и термин «запущенный ребенок».

Теперь, я думаю, самое время пройти по пунктам главы «Стратегия и тактика воспитания» и попытаться приложить ее принципы к школьникам.

Разумеется, условия воспитания совсем другие, чем у маленьких, и меняются по мере движения школьника по ступенькам классов. Прежде всего, дети становятся умнее: больше помнят, следовательно, предвидят, становятся способными к перевоплощению — узнают своих родителей и учителей, распознают их чувства и предвидят поступки. Становятся хитрее. Постепенно исчезает детская непосредственность, и все труднее проникать в их чувства.

Сложности усугубляются отчужденностью ко всем взрослым, особенно своего пола, закономерно наступающей приблизительно в 14–15 лет. В древнем племени девочки становились конкурентками женщинам, мальчики — мужчинам. Нечто подобное мы можем наблюдать и сегодня. Исчезает ласковость по отношению к родителям, и подростки уже тяготятся их обществом за пределами семьи. Раздражение прорывается даже дома и даже к любимым родителям. Им нужно менять форму отношений: больше товарищества и понимания и меньше ласковых прикосновений. Несомненно, существует биологическая потребность в товариществе, проявляющаяся в подростковом и раннем юношеском возрасте. Даже молодые самцы шимпанзе собираются в группы и коллективно делают разные каверзы взрослым обезьянам. Заметьте, примерно лет до десяти дружба со сверстниками не играет существенной роли, хотя даже дошкольникам необходимо детское общество.

Как раз в трудное время — 13–18 лет — часто проявляется интеллектуальная несостоятельность родителей, особенно если они не имеют должного образования или запустили свое развитие. Это тоже снижает их авторитет и затрудняет воспитание. Отсюда требование: надо тянуться — дети постоянно воспитывают взрослых.

С момента, когда ребенок пошел в школу, обязательства и ответственность родителей нисколько не уменьшились, а трудности даже увеличились. Не верен распространенный взгляд, что школа одна может выучить и воспитать. Это просто немыслимо. Подумайте, что может сделать один учитель с тридцатью ребятами за 4–5 часов в день? Не стоит также преувеличивать воспитательное значение класса: он хорош только при отличном руководстве, а это встречается не часто. Разумеется, любой школьный коллектив лучше, чем когда нет никакого, но далеко не всякий класс способен привить высокую мораль. Поэтому все требования к родителям не только сохраняются, но и возрастают.

Первым среди принципов была названа необходимость тщательно изучать личность ребенка: его потребности, чувства, характер, убеждения, уровень интеллекта и, конечно, душевный комфорт. Все это остается в силе на школьный период. Нельзя отнимать руку от пульса. Если не анализировали свое дитя до школы, значит, нужно начинать в том возрасте, когда одумались или узнали об этом. По тем же пунктам список «координат личности» неизменен, меняются лишь их значения. Особенно изменчивы убеждения: у маленького только «хорошо и плохо», у взрослого — целая гамма оценок для людей, событий, поступков. В отличие от биологических потребностей и характера, убеждения меняются всю жизнь и особенно быстро в детском возрасте. Легко заметить: смена авторитетов, например, друзей, ведет к смене оценок. Так возникают «плохие влияния». Нужно их знать и вовремя реагировать, чтобы не запустить.

Изучать своих детей можно только при постоянном общении, от которого они довольно рано начинают увиливать, если контакты неинтересны. Надо найти интерес, жить их интересами, приглашать в дом их друзей, даже жертвуя своим покоем. Но боже упаси переборщить! Нельзя «влезать в душу», как они говорят, нельзя проявлять излишнее любопытство, неумело контролировать личные вещи, в общем — посягать на «независимость личности», т. е. посягать-то нужно обязательно, но чтобы ребенок этого не замечал. Потерять доверие, особенно в подростковом и юношеском возрасте, очень плохо для воспитания. Чтобы его вернуть, нужны годы труда, а потерять можно одним неумелым поступком…

Есть одно право родителей, которое признается детьми, — контроль за учебными занятиями. Жалко, что не все им пользуются, — «времени не хватает». Обязаны знать родители об оценках, о выполнении домашних уроков, обязаны проверять знания до тех пор, пока позволяет их эрудиция. А не позволяет — прочитайте их же учебник и поспрашивайте по нему. Конечно, есть отличные ученики, которых не нужно проверять в деталях. Но редко. Поэтому правило руководства: «доверяй, но проверяй» — подходит для нашего случая совершенно. Хотите сэкономить свое время на подготовку уроков и проверках сына — добейтесь, чтобы он отлично учился. Лучший способ для этого — дошкольное развитие. Если уже опоздали, то хотя бы начните с первого класса. Успехи можно иметь и при более позднем начале, но трудов нужно куда больше.

Принципы второй и третий: изучение среды «обитания» и авторитетов. Не буду говорить много: наблюдайте за собой, за близкими, товарищами и друзьями, знакомьтесь с учителями. Не всегда можно исключить нежелательные влияния, но хотя бы надо знать о них. И снова — не «шпионить», не показывать вида. Главная трудность: борьба с авторитетом плохих друзей. Лихие парни из своего двора стойко противостоят родителям и уж, конечно, выше «очкариков» из числа отличников класса. Надежным средством против плохих влияний служит высокий интеллект ребенка и постоянная занятость в кружках гимнастикой, танцами, рисованием, компьютером.

Воспитание в школьный период можно назвать «борьбой авторитетов» за влияние на ребенка, подростка, юношу. Это очень сложная борьба. Активность проявляют главным образом родители, все другие наживают авторитет без труда, без специальных усилий. Добавлю в скобках — часто «на развалинах родительского авторитета».

Я уже говорил, что есть авторитет любви, симпатии, страха, уважения к превосходству — в уме, силе, моральных качествах. Биологическая любовь детей к родителям, увы, катастрофически уменьшается с возрастом. Вместо нее остаются симпатия, дружба и привычка, если им не противодействует активная антипатия, к сожалению, не редкая в семьях. Значит, нужно добиваться дружбы и уважения. Нет другого выхода для отца и матери подрастающих детей, если они хотят сохранить на них свое влияние. Уважение возможно только при превосходстве над ребенком и над другими взрослыми, с которыми подросток сравнивает родителей (слово «ребенок» уже явно не подходит к школьникам, перешагнувшим за пятый класс). Даже более того: требования к родителям намного выше, чем к посторонним, возможно, в силу антагонизма, о котором упоминалось выше. Вот и попробуй, удержись «на уровне»! Несомненно, очень трудно, а для родителей с низкой культурой — вдвойне. Есть только одна сфера, в которой все равны, как образованные, так и малограмотные, эта сфера — мораль. Честность, справедливость, доброта, правдивость, трудолюбие — эти качества имеют абсолютную ценность. К сожалению, дети очень долго не научаются ставить это выше броских авторитетов силы, эрудиции или умения играть на гитаре… Чтобы созреть для этого, нужен опыт горьких разочарований, а он накапливается только с возрастом.

В общем, опять я повторю: нужно бороться за авторитет. Если чувствуешь, что не очень сам хорош и умен, то нужно хотя бы играть роль. Это помогает — можно стать и умнее, и лучше.

Хорошо, когда в семье отец пользуется уважением, за ним остается, по крайней мере, авторитет силы. Им можно воспользоваться в крайнем случае, а чаще даже и не требуется его доказывать: сила есть сила. Впрочем, в наш век ослабления мужчин мальчишка-спортсмен уже в 14 лет может стать сильнее отца. Но дело ведь не только в физической силе: сила характера стоит много больше. Но и характер — тоже товар дефицитный.

Практически все авторитеты замыкаются на дисциплину. Она не представляет все воспитание, но это важнейший его элемент. Я уже несколько раз упоминал об ограничениях и даже о наказаниях. Но то касалось маленьких, а как быть с большими детьми? Когда и сколько давать им свободы, и какими силами обеспечить ограничения? Я против мелочного педантизма в режиме, но за строгий порядок в главном. На первом месте — обязанности, и важнейшая из них — школа и уроки. Рядом с ними — домашняя работа. Никаких поблажек для удовольствий, пока не сделано дело. Конечно, без компромиссов не обойтись. Приходится выделять время для развлечений, даже если не выполнены задания, но только в качестве неохотной уступки, чтобы это не превратилось в «право на удовольствие» выше обязанностей. Нужны запреты: на табак, на выпивку, на гуляние после десяти вечера, возможно, и другие. В наше время должна быть особая бдительность по части наркотиков. Эта зараза просто захватывает молодежь! Следите (тайно!) за карманами и помните о следах уколов на руках! Нужны ограничения на карманные деньги, на вещи, на наряды — все не выше средних величин, доступных другим, даже если есть материальный достаток. Неукоснительно требовать вежливости в обращении и внешних проявлений уважения к старшим. Форма — она тоже воспитывает. Никаких пропусков уроков и общественных мероприятий. Да что перечислять? Я — за дисциплину! Только какими средствами ее добиться? Средства — они сами могут начать работать против цели. Озлобится сын или дочь на строгость — уменьшится родительский авторитет. Действительно, такое тоже возможно, но не от строгости требований, а от их несправедливости и еще — при отсутствии морального права у родителей, когда они сами не подают примера. Иначе сказать, для поддержания строгости и скромности нужен авторитет уважения. На худой конец годится и авторитет силы. Все равно порядок и дисциплина в детстве хотя и снижают уровень приятного, себя окупают в дальнейшем.

Четвертым принципом у меня стояло «образование». Если оно важно в яслях и детском саду, то что уж говорить о школьниках? Образование — это их профессиональная деятельность. Думаю, что на школу надо смотреть как на работу, да, на работу. Все слова для доказательства важности развития интеллекта уже были сказаны. Проблема — как добиться хороших успехов, когда дошкольный период уже пропущен и ребенок пришел в школу «стерильным» в отношении грамоты. Впрочем, не так страшно, если он не знает букв, плохо, когда нет запаса слов, понятий, навыков. Добиться у такого хороших знаний очень трудно, но возможно, если природа наделила характером, а родители и учителя приложат старание и умение. Но шансов на такое благоприятное стечение условий мало.

Первое дело родителей обеспечить ребенку помощь в учении с первого школьного дня. Держать постоянную связь с учителем и — помогать, помогать. Надо побыстрее догнать подготовленных ребят, добиться хороших оценок, чтобы вдохнуть уверенность в своих силах. Нельзя привить любовь к школе, если нет успехов, не будет любви — никакой дисциплиной не добиться успеваемости. Слово «любовь», может быть, не точно, почти все дети не прочь пропустить школу, но по крайней мере школа не должна вызывать неприятных эмоций. Если заниматься с ребенком с первого дня, то можно добиться успехов даже при плохой подготовке. Так нужно держать и все последующее время — до самого конца. Совершенно необходим контроль за домашними занятиями при постоянном контакте с учителями. Разумеется, не все могут стать отличниками, но хорошо учиться могут все, если им помогать с первого класса. Это требует труда и нервов, но другого выхода просто не существует. Хорошие успехи — это не только работа на будущее вашего сына, это главное условие его душевного комфорта в настоящем. Неуспевающий ученик всегда несчастен. Если он от природы лидер, то ищет самоутверждения в шалостях, если подчиненный, то страдает тихо и даже болеет. Родители должны это понимать и делать все, что возможно, — даже искать репетитора, если сами не в состоянии помочь.

Не думайте, что я так высоко ставлю школьную науку, что только ее стопроцентное усвоение придает человеку цену. Но я действительно считаю, что каждый способный и подготовленный ученик должен стремиться стать отличником. Дело не только в количестве знаний, которые будто бы приходят с пятерками, дело в воспитании воли. Чтобы учиться на «отлично», нужно иметь высокие притязания, ставить себе большую задачу. Умение работать на максимум — это очень пригодится в жизни. Разумеется, если учение идет тяжело и пятерки достаются отказом от чтения, спорта, кино, общения, когда каждый экзамен — нервотрепка, то нет смысла биться, надо снизить притязания до уровня «хорошиста» (есть такое неуклюжее слово в школьном лексиконе) и спокойно пользоваться другими радостями детства и юности.

Школьник, который знает только в пределах программы, не станет культурным человеком. Необходимо читать беллетристику, и много. Телевизор и компьютер и кино не заменяют книг и дают лишь поверхностное развитие. Разница в том, что прочитанное нужно вообразить, а увиденное на экране дано в готовой картинке. Бесспорно, лучше так, чем никак.

Следующий принцип касается воспитания как такового. Изменять врожденные биологические потребности и прививать убеждения. Первое, видимо, уже невозможно в школьный период, хотя достоверных доказательств этому наука пока не представила. Может быть, это и не так важно — доказательства на уровне физиологии нервных центров. Воспитуемость человека в любом возрасте не вызывает сомнения, хотя достижимые пределы изменения личности резко суживаются с возрастом.

Убеждения, доведенные до автоматизма, — вот идеал социального воспитания человека. Это означает, что человек буквально не может совершить поступков, осужденных обществом.

Есть несколько каналов для тренировки словесных формул, выражающих убеждения: личный пример авторитетного человека, такие же примеры любимых героев книг и фильмов и собственные действия человека, в которых он реализовал формулу убеждения, — удержался от плохого поступка или совершил хороший. Думаю, что самый действенный — третий, однако он лишь закрепляет то, что уже было воспринято и прочувствовано ранее. Личные примеры высокой морали и служения идее редко встречаются в жизни. Героические будни не действуют на воображение юношества. Родители, знакомые и учителя не воспринимаются как примеры, поскольку мелкие дефекты поведения заслоняют их благородную сущность, даже если она есть. Вот почему так важно гуманитарное образование, почему совершенно необходимо приучить детей к чтению книг и выработать хороший вкус. К сожалению, телевизор оказывает свое действие: ученики читают мало, охотятся за низкопробной литературой детективного жанра и американскими сериалами с убийствами и сексом.

Еще одно важное обстоятельство: несчастья, тревоги и особенно ущемленность тормозят любое воспитание и, в основном, прививание высоких идеалов. Вы заметили, что все герои воспринимаются как счастливые люди? Даже если они страдают и умирают, все равно получается, что они должны быть счастливы своей героичностью, исключительностью. В жизни, разумеется, не так, поэтому-то мы и редко встречаем живых героев. Подросток, который плохо учится, которого ругают родители и учителя, которого в некоторой степени презирают товарищи, несчастен и озлоблен. Уже поэтому он отрицательно относится к официальным авторитетам, к их истинам, которые они проповедуют. Чаще всего у него низкая культура, поэтому из книжных героев он выбирает только тех, которые дерутся.

Все это еще один довод в пользу образования, чтобы не было отстающих, неуспевающих, ругаемых и несчастных учеников.

Как уже говорилось, воспитание — это не только заповеди и идеи, но и формирование правильных представлений о самом себе, как говорят психологи, — притязаний. Оно означает такое отношение к себе, какое школьник считает справедливым со стороны учителей, родителей и товарищей в ответ на его поведение, успехи и проступки. И вообще, на что он имеет право, что может получить от общества — по части благ, престижа, информации, развлечений. Преувеличенные притязания всегда делают человека несчастным, потому что он не получает от окружающих то, на что рассчитывает, и его потребности остаются неудовлетворенными. В частности, это касается школьных оценок. Обычно любой человек переоценивает себя, даже когда он говорит самокритичные слова. В этом выражается самоутверждение индивидуума, мощный стимул деятельности, борьбы. Общество, среда дают ему свои оценки: как завышенные против истины, так и заниженные. Сообразно этому нормальный человек меняет самооценку, т. е. вносит коррекцию в притязания.

Перехвалить опасно даже взрослого, а школьника — особенно. Между прочим, это частый грех родителей — им все кажется, что учителя несправедливы к их отпрыскам, занижают оценки, не уделяют должного внимания и пр. Неумные родители не стесняются говорить об этом вслух, не понимая, что приносят двойной вред: завышают притязания ребят и роняют авторитет учителя. Надо всегда помнить: некоторый избыток в строгости оценок — любых оценок — приносит только пользу, учитывая тенденцию к переоценке самого себя. Особенно это касается ребят, склонных к тщеславию и лидерству.

Правильно и вовремя определить притязания — на что может и на что не может рассчитывать подросток или юноша, исходя из его способностей, успехов, характера, склонностей — очень важно для ближних и дальних целей, которые ставит каждый, даже маленький человек. Однако не следует искусственно принижать скромного ребенка, это может его обессилить. Так и приходится лавировать — одного понизить, другого — возвысить, но и в том, и в другом нужна мера — для пользы, для прогресса личности. И чтобы выглядело убедительно.

Отдельный вопрос по части притязаний касается так называемой профориентации, а попросту — выбора профессии. На что нацеливать школьника. В младших классах можно говорить даже о космосе, но когда переваливает за шестой класс, нужно уже определять — вуз, техникум или техучилище. Потому что надо представлять будущую роль в определенном свете, чтобы она привлекала, а не разочаровывала. Это очень болезненная процедура — адаптация к сниженным притязаниям. Разумеется, нельзя так убеждать семиклассника, что вершина для него — работа на заводе. Вершина — весь мир, институты, академии, но нужно внушать, что и следует иметь в запасе профессию, если постигнет неудача в учебе. Думаю, что пройдет еще несколько лет, и папы, мамы, юноши привыкнут к разным, путям после средней школы и, перестанут поголовно мечтать об институтах. Но если вдуматься в этот вопрос серьезнее, разве работа на заводе всегда менее интересна при современном уровне прогресса, разве она не требует особых знаний, мастерства? К каждой работе надо подходить творчески, тогда найдешь в ней и удовольствие, и удовлетворение. Впрочем, это пустые разговоры — никогда не исчезнет драма разбитых надежд. Я это видел на примере своих операционных сестер, которые по 4–5 раз держат экзамены в мединститут, пока смирятся со своей сестринской долей. А ведь сколько среди них есть блестящих сестер, которые стоят явно больше посредственного врача.

Последний пункт, который стоит обсудить, — это нагрузки и перегрузки школьников, о которых много говорят. Сколько часов в день может работать ученик в разном возрасте? Однозначного ответа нет. Смотря какая работа и с каким настроением, с какими перерывами, насколько разнообразна. Думаю, что планировать нагрузки нужно с конца — от физкультуры. Любому человеку нужны физические нагрузки, а растущему — просто необходимы. Есть две причины переутомления школьников: неприятные эмоции при занятиях и отсутствие физкультурных пауз. Обычно расписание уроков исключает однообразие и очень длительное напряжение внимания. Для хорошего ученика шесть уроков по разным предметам не составляют никакого труда, так же как и домашние задания к ним. Тяжело тем школьникам, которые не понимают предмета, напрягаются, боятся, что их спросят, т. е. средним и неуспевающим. Чем им поможешь? Сокращением программы? Тогда что будут делать на уроках способные и подготовленные? Недогрузка еще опаснее, чем перегрузки: она детренирует и уменьшает интеллектуальный потенциал юноши.

Конечно, просто было бы учить, если бы все ученики имели равные способности, но такое невозможно. Следовательно, вопрос о перегрузках нельзя решить простым сокращением программы, это очень опасно, так как понизит средний уровень образования. Так что же делать? Только одинаковая и хорошая дошкольная подготовка всех ребятишек в детских садах может сократить различия в возможностях школьников и уменьшит перегрузки отстающих. Проблема смягчится, если начинать обучение с шести лет. Впрочем — это запоздалая истина.

Что же делать с хорошими учениками, которые не могут развернуть своих способностей? Мне кажется, возможно только одно решение: выделение школ разного профиля с программой разной сложности. Фактически, к этому уже подходили при «



Последнее изменение этой страницы: 2016-07-11; просмотров: 77; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 54.198.139.112 (0.019 с.)