СЛОВА, НЕ ПРИЧИСЛЯЕМЫЕ К ЧАСТЯМ РЕЧИ



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

СЛОВА, НЕ ПРИЧИСЛЯЕМЫЕ К ЧАСТЯМ РЕЧИ



Акад. Л. В. Щерба указывает, что возможны такие слова, которые не могут быть причислены ни к одной из существующих частей речи. Основываясь на этом замечании Л. В. Щербы, Б. А. Ильиш считает такими словами в английском yes, no, а также please. Проф. А. И. Смирницкий называет yes и по словами-предложениями, что в сущности сводится к тому же самому: он не причисляет их ни к одной части речи. Такая точка зрения представляется совершенно справедливой:

СЛУЖЕБНЫЕ ЧАСТИ РЕЧИ И СЛУЖЕБНЫЕ СЛОВА

Служебные части речи — это классы слов, которые передают отношения между членами предложения, не называя этих отношений. Основное их отличие от знаменательных частей речи заключается в том, что, не участвуя в номинации, они не выполняют функции членов предложения. Они не являются лексически полнозначными словами; передаваемые ими отношения различны, и об этом будет сказано ниже, при анализе отдельных классов. К служебным частям речи принадлежат предлоги, союзы, частицы и артикль.

Следует различать служебные части речи и служебные слова. Последние принадлежат по своим морфологическим признакам к знаменательным частям речи и могут функционировать как полнозначные знаменательные слова. Вместе с тем, в определённом употреблении они десемантизируются и выполняют чисто служебную функцию, сохраняя при этом способность участвовать в синтаксическом функционировании.

К служебным словам относятся, в первую очередь, вспомогательные глаголы to be, to have, to do, shall, will; в этой функции они полностью десемантизированы, но в других случаях выступают как полнозначные глаголы. Далее, глаголы-связки, также десемантизированные, но сохраняющие наиболее обобщенное грамматическое значение перехода в новое состояние или сохранения состояния, продолжения действия и т. д.: Не is clever.; He keeps working.; He fell ill.; He got tired.; She became a nurse. Сюда же можно отнести слова-заместители — глаголы — и слово-заместитель one;


местоимение it в функции подлежащего в безличном предложении; и, по-видимому, постпозитивы, о которых шла речь выше, в разделе наречий. Отличие постпозитивов заключается в том, что они совершенно оторвались от первоначальной своей базы — наречий. В то время как остальные служебные слова выступают в служебной функции по заданию морфологических форм или синтаксических сочетаний, постпозитивы образуют закрепленные лексические сочетания с глаголами, к которым они присоединяются. Вместе с тем, по причинам, изложенным выше (1.7), их следует считать отдельными словами и, по-видимому, следует отнести к разряду служебных слов. Вероятно, их можно было бы рассматривать как наречия в служебной функции, но в особой, лексически закрепленной функции.

ПРЕДЛОГИ

1.12.1. Отношения, передаваемые предлогами.Предлоги передают отношения между членами предложения; таково их наиболее обобщенное определение. Предлоги, как и все служебные части речи, не имеют формальных морфологических показателей; большей частью это — корневые слова очень древнего происхождения. Вместе с тем нельзя сказать, что предлоги — абсолютно закрытый класс. Они пополняются очень редко, очень медленно за счет десемантизации некоторых морфологических форм, например, причастий: considering, during; существуют, кроме того, «составные», или «фразовые» предлоги, включающие десемантизированное слово знаменательной части речи и предлог: owing to, in spite of.

Отношения, передаваемые предлогами, могут иметь пространственный характер; это могут быть отношения во времени, но они могут быть и более отвлеченными. На этом основании довольно долго существовала теория, выделявшая особую группу «грамматизованных» предлогов, т. e. предлогов, передающих отвлеченные отношения; не случайно, разумеется, отношения, передаваемые этими «грамматизованными» предлогами, совпадают с отношениями, передаваемыми падежами в языках с падежной системой, и поэтому предлоги эти не находят адекватного перевода через предлог. Это предлоги of, to, by, with. Заметим, кстати, что и пространственные предлоги могут передавать совершенно непространственные, отвлеченные отношения, а такой предлог, например, как by, имеет и пространственное и орудийное значение: to sit by the window; he was invited by his friend.

Чрезвычайно трудно разрешим вопрос наличия или отсутствия у предлога лексического значения. Предлог лишен способности номинации; он не называет передаваемого им отношения, он только указывает на него: of, to, under, on не называют предмета мысли. На этом основании М. И. Стеблин-Каменский рассматривает предлоги как единицы, лишённые лексического значения. Против этого мнения возражают А. И. Смирницкий и Б. А. Ильиш, указывая на то, что каждый предлог передает не просто


отношение, а какое-то определённое отношение. Эта дифференциация отношений рассматривается как лексическое значение предлога. Действительно, в предложениях The pen is on the table и The cat sits under the table передаются диаметрально противоположные пространственные отношения; в словосочетаниях the subject-matter of the article; a play by Shakespeare; the tree by the house; the bird on the tree отношения совершенно различны. С другой стороны, of, by (Shakespeare) лексически ничего не означают, a on, by (the house) как будто означают что-то, потому что они поддаются переводу соответствующими предлогами в русском языке и потому что они передают, так сказать, зримое отношение. Вместе с тем, нельзя забывать, что предлоги — служебная часть речи, не способная к функционированию в качестве члена предложения, именно потому, что они не называют ничего, что они не способны к номинации. Дифференциация отношений, передаваемая ими, является, скорее всего, дифференциацией грамматической; отношения, передаваемые предлогами, в других языках часто передаются флексией, и никому не приходит в голову считать, что эти флексии обладают лексическим значением. Представляется, что любое отношение, передаваемое предлогом, есть отношение грамматическое, так что сказанное выше относится ко всем предлогам.

Существует компромиссная точка зрения, считающая, что в служебных частях речи, в частности в предлоге, «сплавлены» вместе лексическое и грамматическое значения.

Предлог, как правило, имеет двустороннюю отнесенность, так как он оформляет связь между двумя словами — двумя существительными Или глаголом и существительным. Однако предлог всегда непосредственно связан с последующим словом: the windows/of my room, the corner/of the house, he came/into the room, he voted/for the candidate, I am anxious/about his health. Таким образом, предлог входит в группу зависимого члена в словосочетании; обычно он не несет ударения, но интонационно связан именно с зависимым членом.

Существуют, однако, сочетания, в которых предлог задан ведущим членом словосочетания. Это глаголы, не сочетающиеся с прямым дополнением, но способные принимать предложное дополнение. В ряде случаев предлог, присоединяющий дополнение, закреплен за данным глаголом, например: to depend on (upon). В других случаях зависимый член может присоединяться к глаголу различными предлогами, но при этом изменяется семантикасамого глагола: to look at smth. 'смотреть', to look after 'присматривать за...', to look for smth. 'искать', to take after 'быть похожим' (the child takes after his father), to take for 'принять за кого-то другого' (‘I took him for my acquaintance), to take to 'почувствовать привязанность', 'заинтересоваться' (I took to her at once); to wait for 'ждать', to wait on 'прислуживать, обслуживать (например в ресторане)'.

Независимо от того, закреплен ли данный предлог за глаголом или нет, он может, в зависимости от структуры предложения, занимать дистантное положение по отношению к зависимому члену, который он присоединяет к глаголу. Это характерно, например, для


конструкций в страдательном залоге: They were well looked after.; She may be depended on. В этих случаях предлог несет ударение.

То же наблюдается в определительных придаточных предикативных единицах, присоединенных бессоюзно к главной части: The house we lived in was comfortable.; We were greatly interested in the events he spoke about.

1.12.2. Предлоги, постпозитивы и наречия. Многие предлоги совпадают по звуковой форме с наречиями или с постпозитивами. От наречий и постпозитивов их отличает, прежде всего, интонационный фактор: как наречия, так и постпозитивы стоят под ударением, предлоги же находятся в безударной позиции. Кроме того, от наречий их отличает то, что предлог, как указано, всегда связан с зависимым членом предложения, независимо от того, находится он непосредственно перед ним или в дистантней позиции. Наречия же употребляются свободно, не оформляя связи с зависимым членом:

We have never met since, но We have never met since that day.

He had told me about the picture before, но I won't see him before next week.

I live near the University, но The Underground station is quite near.

Постпозитив, как указано выше, связан с глаголом лексически; независимо от того, принимает ли глагол дополнение первое (прямое), постпозитив всегда входит в группу глагола: Не got up/early; he ate up/all the sweets; he put on/his greatcoat; I hope you don't misunderstand me, he went on/nervously. В предложении They made up/ their quarrel элемент up — постпозитив; в предложении Up in the mountains the air is clear and bracing это — наречие; в предложении We went/up the hill — предлог.

Таким образом, здесь опять встает вопрос, имеем ли мы дело с одним словом в различных функциях или с омонимами. Думается, что в данном случае ответ совершенно ясен: функции, связи и интонационный рисунок настолько различны, что рассматривать данные единицы как одно слово было бы весьма неубедительно. Б. А. Ильиш указывает на некоторые трудные случаи определения принадлежности слова к тому или иному классу. Он приводит пример, в котором наречие nearest присоединяет придаточную предикативную единицу к главной части: When they had finished their dinner, and Emma, her shawl trailing the floor, brought in coffee, and set it down before them Bone drew back the curtains and opened wide the window nearest where they sat. (Bucher) Можно сказать The bus stop is nearer my house than the underground station; при этом получается, что либо предлог имеет степени сравнения (что абсурдно), либо наречие в данном случае берет на себя функцию присоединения зависимого члена. Видимо, это именно так. Такие промежуточные случаи всегда возможны; язык не является строгим


логико-математическим построением, которое можно точно распределить по клеточкам; случаи неоправданного совмещения функций так же возможны, как слова, не попадающие в разряды частей речи (см. выше, 1.10).

Предлоги могут комбинироваться между собой, например: out of, from behind, from inside/the building; from above, because of.

СОЮЗЫ

Союз — служебная часть речи, служащая для связи независимых равноправных единиц внутри простого предложения, а также для связи предложений между собою. В последнем случае, эта связь может быть связью равноправных единиц или ведущей и подчинённой единицы.

Союзы могут быть простыми по структуре (if, though, and), составными, или фразовыми (because) и могут представлять собой десемантизированные формы других частей речи (in case, as long as, in order that, provided, seeing).

Вопрос лексической семантики союзов решается, очевидно, так же, как тот же вопрос относительно предлогов — союзы передают дифференцированные грамматические отношения, «подтипы» грамматических отношений, если можно так выразиться, причем эти отношения в какой-то мере ещё более абстрагированы, чем отношения, передаваемые предлогами. Однако, как бы ни рассматривать степень абстрагированности отношений, следует вернуться к основному аргументу: союзы — служебные слова именно потому, что они лишены номинации, и именно поэтому они не могут быть членами предложения. Однако в некоторых случаях вопрос оказывается сложнее: как указано выше, разряд союзов пополняется, хотя и медленно, за счет десемантизированных вербалий. Кроме того некоторые существительные фактически функционируют как союзы, при этом, некоторая десемантизация, очевидно, имеет место в силу того, что приобретается новое грамматическое значение, однако о полной десемантизации говорить невозможно. Это — такие существительные, как the moment, the instant, the way, а также наречие once:

We're leaving the moment I've taken charge of a document Lady Frederica's finding for me. (Powell) Not in keeping with the w а у we live nowadays. (Powell) At the same time, with an audience like Short and myself, fullest advantage might be derived from Miss Leintwardine by admitting her as fount of that information, now she was on the spot. (Powell)

На уровне словосочетания употребляются главным образом сочинительные союзы, т. e. союзы, связывающие равноправные единицы, принадлежащие к одной и той же части речи. Союзы эти могут быть соединительными (and, as well as) или разделительными (or, either ... or, neither ... nor).

Примечание: Союзы as well as, either ... or, neither ... nor являются парными союзами,


На уровне сложного предложенияупотребляются как сочинительные, так и подчинительные союзы. Семантика подчинительных союзов соответствует семантикепридаточных предикативных единиц. Это — союзы изъяснительные (that, if, whether), условные (if, in case, unless), уступительные (though, although), причинно-следственные (because, so ... that) и другие обстоятельственные союзы.

Подчинительные союзы встречаются в словосочетании значительно реже, чем в сложноподчинённом предложении, однако все же такая возможность существует. Они могут вводить как однородные, так и неоднородные члены предложения, часто они вводят обособленные члены предложения. Так, временные союзы when, while вводят обычно причастные группы:

Bagshaw, when invited to dinner, always took the trouble to ascertain... (Powell) '

Целевой союз in order и парный so ... as вводят обстоятельство, выраженное инфинитивом: I came in order to help you.

Союз though имеет всегда уступительное значение и может вводить как обособленный член предложения, так и однородные члены: Though tired, we went on,

Союз if в словосочетании также приобретает уступительное значение, но может сохранять значение условия.

Союзными словами называются местоимения и наречия, сохранившие свое первоначальное значение, но одновременно развившие способность вводить зависимую предикативную единицу: это — местоимения which, who, what и наречия how, when, where, why.

Союзные слова отличаются от союзов тем, что, выполняя служебную функцию, они, вместе с тем, не десемантизируются и поэтому не теряют статуса членов предложения. Они способны занимать позиции подлежащего, дополнения; они вводят определительные, дополнительные и придаточные — предикативные члены: One of those fellows who write about pictures... (Snow) I had told them what I thought of them. (Holt) I'll tell you why I was late. (Snow) В соединении с -ever эти же местоимения могут вводить уступительные придаточные.

Союзные наречия участвуют в соединении простых предложений, и некоторые из них соединяют части сложного предложения. Так, наречия besides, thus, therefore, then вводят простые предложения; наречие how вводит придаточное дополнительное.

ЧАСТИЦЫ

Частицы — служебная часть речи, функция которой состоит в уточнении значения тех членов предложения, к которым они относятся, а в некоторых случаях — в существенном изменении смысла высказывания. Как всем словам служебных частей речи, частицам не свойственна функция номинации, но, вместе с тем, они передают дифференцированное эмоциональное,


оценочное отношение говорящего не ко всему высказыванию, а к одному его элементу, желание как-то выделить этот элемент, придать ему особый смысл. Семантическое подразделение частиц весьма зыбко, и в большинстве случаев, за некоторыми важными исключениями, отдельные подтипы пересекаются. Так, уточняющие частицы even, just и ограничительная only передают и другие оттенки; все же частицы exactly, only, solely, barely, merely, alone можно рассматривать как ограничительные, exactly, precisely, just, right — как уточнительные, зато частицы, передающие эмоциональные оттенки, являются многозначными и часто трудно отделимы от наречий. Сюда относят still, yet, simply, only, quite, indeed, well и the перед прилагательными в сравнительной степени.

Приводим ниже примеры с различными типами частиц, повторяя, однако, что разграничение их не основано на каких-либо жестких критериях:

I quite agree. (Powell) Widmerpool scarcely took any notice cf her. (Powell)

Совершенно особо стоят отрицательные частицы not и never, а также almost и nearly, существенно меняющие смысл высказывания: действие, выраженное сказуемым, не имело места. Эти частицы выделяются вполне чётко и несут важную семантическую нагрузку:

Poirot felt almost certain that it was false. (Christie) Yet they were affected by the depth of his feeling. Nearly everyone recognised that. (Snow) This year I slept and woke with pain, I almost wished no more to wake. (Tennyson) 'Try to make light of it, Sire. The Queen nearly died.' (Anthony)

Частицу never следует отличать от наречия never; частица never означает «так и не», «ни разу» и имеет эмоционально-оценочный характер:

Even then it never occurred to me that Trapnel would take this unheard of step. (Powell)

Б. А. Ильиш указывает, что nearly можно рассматривать и как наречие; его отличие от almost заключается в том, что nearly может определяться наречием степени very; можно сказать it is very nearly midnight, но нельзя *it is very almost midnight.

Б. А. Ильиш критически рассматривает три возможности определения статуса частиц в предложении. Во-первых, можно считать их самостоятельными единицами, для которых следует найти особый термин, так как они явно не являются ни одним из пяти традиционных членов предложения. Вторая возможность — и именно эта трактовка принята в большинстве грамматик, признающих существование частиц, — считать их частью того члена предложения, к которому они относятся. Однако Б. А. Ильиш не принимает этой трактовки на том основании, что частица может находиться в дистантной позиции по отношению к тому члену

И. П. Иванова и др. 97


предложения, к которому она относится. Третья возможность — считать частицы стоящими вне предложения и не учитывать их при анализе. Б. А. Ильиш справедливо отметает эту весьма странную трактовку и склоняется к первой теории — считать частицы особыми членами предложения, не имеющими пока названия. Не считая такую трактовку неприемлемой, следует, однако, указать, что дистантное положение возможно, например, для предлога по отношению к связанному с ним слову (1.12), отчего предлог не перестает быть предлогом.

В заключение следует сказать, что теория частиц ещё очень мало разработана.

АРТИКЛЬ

Четвертой служебной частью речи является артикль; поскольку он связан с существительным, он описан в разделе существительного. Не передавая синтаксических отношений имени в предложении, артикль, однако, передает более отвлеченные отношения имени в тексте: введение нового или указание на анафоричность, значение обобщенного класса и т. д. (1.2.8)

В практической грамматике существует весьма дробная классификация типов употребления артикля (выделительное, классифицирующее и т. д.). Это разнообразие конкретного употребления артикля вытекает из его основной функции — быть средством ситуативной информации. Актуализируя понятие, выраженное существительным, артикль приводит его в соответствие с каждой данной ситуацией в зависимости от субъективного задания говорящего.

Статус артикля как служебной части речи рассмотрен выше (1.2.8).

ЗАКЛЮЧЕНИЕ ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА МОРФОЛОГИЧЕСКОГО СТРОЯ АНГЛИЙСКОГО ЯЗЫКА

Характерная черта английской аффиксальной словоформы — её структурная прозрачность, «разъёмность», её полная членимость. Эта структурная простота — прямое следствие омонимии основы и исходной, минимальной формы, по отношению к которой аффикс оказывается внешним элементом, включенным только в расширенную словоформу и потому легко отчленимым.

Состав словоизменительных аффиксов не только весьма ограничен численно, но и качественно чрезвычайно однообразен. Прежде всего, функции словоизменения присущи только суффиксальным морфемам; префиксы участвуют в словообразовании, но не в словоизменении. Словоизменительных суффиксов мало, и они не однозначны. Так, суффикс -s функционирует в парадигме существительного и глагола, создавая, таким образом, межпарадигматическую омонимию: falls 'водопады' и falls 'падает'. Суффикс -ed создает внутрипарадигматическую омонимию: X. described the island; the island described by X. Формы с суффиксом -ing рассматриваются выше


как члены одной парадигмы; однако исторически здесь произошло слияние двух различных форм.

Неоднозначность наблюдается также и в системе аналитических форм. Выше были специально рассмотрены проблемы многозначности и омонимии категориальных глагольных форм (категория наклонения, 1.6.19 и категория залога, 1.6.20). В выборе между семантикой категорий и их формальным выражением мы руководствовались, в первую очередь, формальными признаками, признав, таким образом, многозначность единого оформления, уточняемую синтаксическим окружением. Все вышеизложенное — парадигматическая омонимия, многозначность глагольных категориальных форм, а также, что очень важно, омонимия лексических единиц в их исходной минимальной форме — приводит к несамостоятельности слова, о которой писала В. Н. Ярцева. Словоформа, взятая сама по себе, чаще всего не передает четкой грамматической информации; её категориальная принадлежность уточняется в словосочетании и в предложении.

4*


СИНТАКСИС

СЛОВОСОЧЕТАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

2.0.1. Определение словосочетания. Словосочетание, наряду с предложением, является основной единицей синтаксиса. Минимальное словосочетание двухкомпонентно, максимальное словосочетание теоретически может быть сколь угодно велико, хотя специальных исследований по этому вопросу нет.

Несмотря на то, что словосочетание является одной из основных единиц синтаксиса и изучение словосочетания, наравне с изучением предложения, составляет предмет синтаксиса, до настоящего времени не существует общепринятого определения этой синтаксической единицы, и имеются серьёзные расхождения в её трактовке в отечественной лингвистике и за рубежом.

Словосочетание часто получает отрицательное определение, в котором указывается, чем оно не является. Подобный способ определения сути словосочетания нельзя признать удачным, но за неимением лучшего, можно частично им воспользоваться. Одним из наиболее широко распространённых отрицательных определений словосочетания является утверждение о том, что словосочетание не имеет коммуникативной направленности. Это действительно так. Отсутствие коммуникативной направленности является одним из бесспорных признаков словосочетания.

Традиционной точкой зрения, возникшей в отечественной лингвистике с середины XX в. под влиянием трудов В. В. Виноградова, стала трактовка словосочетания только как подчинительной структуры. Однако значительное количество отечественных лингвистов и подавляющее большинство зарубежных считают словосочетанием любую синтаксически организованную группу слов, независимо от типа отношений, на которых она базируется.

При любом толковании словосочетания эта синтаксическая единица выступает, в плане синтаксиса, как грамматически оформленное построение, т. e. как грамматическая структура.

. В силу этого для структурной законченности словосочетания любого вида весьма существенным является изучение его морфологического состава для выявления комбинаторики морфологических


классов слов и в связи с этим вопрос о явлении замещения в синтаксисе.



Последнее изменение этой страницы: 2016-04-23; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.236.212.116 (0.021 с.)