Трое в койке, не считая собаки



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Трое в койке, не считая собаки



У меня, начальника флотской ремонтной мастерской к концу рабочего дня голова гудела, как медный колокол. Телефонограммы сыпались в течение рабочего дня на мою бедную голову, как зерно из продырявленного мешка. Шло большое флотское учение под руководством Главкома ВМФ, и корабли по вводным его многочисленных посредников то и дело «выходили» из строя. А на таких специалистов, как я, возлагалась задача быстро восстанавливать вышедшее из строя вооружение и вводить его в строй. Поэтому телефон у меня разрывался: всех почему-то интересовала информация о результатах работы моих подчиненных, которые тоже сбились с ног, выполняя приказы командования. Но к исходу дня накал «страстей» по телефону и факсу стал ослабевать, видимо доблестные флотоводцы тоже подустали и готовились к ужину и желанному отдыху.

 

Сделав последний доклад своему вышестоящему начальнику, я откинулся на спинку кресла и закурил, пуская синие колечки дыма прямо в потолок. И тут дверь слегка приоткрылась, из-за которой выглянуло глуповато-любопытное личико моей молоденькой секретарши.

- К вам можно, Николай Иванович?

- Заходи…

Она протянула мне конверт.

- Что это?

- Не знаю. Написано «лично начальнику»…

- Откуда?

- Солдат принес из авто батальона…

- Ты посиди пока у себя, в случае чего, вызову…

Она тут же скрылась за дверью, а я вскрыл конверт. Там была записка от моего закадычного друга и компаньона по многочисленными похождениями в городе капитана медицинской службы Вадима Стрельцова, служившего по соседству в авто батальоне тыла флота.

 

«Ник, - писал он, - как только «гроза» стихнет, и по нашему морю перестанут ходить командные волны, приходи ко мне, посидим, шильца тяпнем и кое-кого погладим…». – писал он. Ниже стоял его служебный телефон, которым он будто напоминал, что у меня дырявая память. Я потянулся к телефону, набрал номер. В трубке тут же зазвучал голос Вадима.

- Мы же договаривались о совместном ужине! – начал он с высокой ноты.

- Да погоди! Ты что, забыл, что все командиры частей во время учений сидят на казарменном положении и им не разрешается покидать свои части?

- Так уж и на казарменном?!

- Да, мой друг! Именно! На казарменном…

- Значит, не можешь прийти?

-Нет…

- Или не хочешь?

 

- Слушай ты, тыловая крыса. Ты понимаешь, что такое флотское учение?!

- Конечно…

- Тогда чего спрашиваешь?

- Да так. У меня тут среди «раненых» бойцов такой кадр лежит на кушетке в мини-юбке. Не поможешь подлечить?

- Гм… А сколько этому бойцу лет?

- Зин? Тебе сколько стукнуло? – спросил кого-то Вадим.

- Ага! Говорит, что для нас – старуха. Ей уже целых двадцать шесть…

- Тогда укладывай ее на носилки и неси ко мне. Мы с тобой тут ее быстро вылечим..,- хохотнул я и повесил трубку. Затем нажал на кнопку звонка на столе.

 

- В дверях нарисовалась моя восемнадцатилетняя секретарша.

- Лен. Сообрази в моей комнате отдыха ужин на три персоны, про горючее не забудь, - протянул ей крупную купюру.

Девушка понятливо кивнула, взяла деньги и скрылась за дверью. Вскоре в соседней с моим кабинетом комнате стала позвякивать посуда, запахло чем-то очень аппетитным. Видимо, в микроволновке поджаривались сосиски. И когда секретарша доложила, что ужин на три персоны готов, дверь кабинета распахнулась, и на пороге под ручку с девушкой в армейской форме появился уже подвыпивший военврач.

 

- А вы свободны, мэм?- пьяно козырнул он моей секретарше и шлепнул ее ладошкой по аппетитной ягодице. Та только нахмурилась, зыркнув на него своими огромными черными глазищами, и тут же ретировалась. «Раненая» тоже, слегка пошатываясь, вошла в кабинет, плюхнулась в кресло, стоящее напротив стола, положила ногу на ногу так, что на меня из под ее юбки тут же уставился черным треугольником женский «фотоаппарат».

 

- Мадам в неглиже? – усмехнулся я, - кивнув на ее ножки.

- Но мы готовы к бою, товарищ капитан третьего ранга! – подскочила она и пьяно приставила ладошку к виску своей светловолосой головки, на которой едва держалась, надетая набекрень темная пилотка.

- Вижу. Вольно, товарищ старший лейтенант! – указал ей глазами на кресло.

Она снова плюхнулась, еще выше задрав юбку.

Меня почему-то сразу же разбирает, когда вижу женщину в таком состоянии. Видимо чувство легкой доступности и быстрого обладания заводит кобелька так, что у него внизу брюки тут же обозначаются вздувшимся бугорком.

- Что? Нравится? – Вадька плюхнулся рядом и тут же залез правой рукой под юбку женщины, словно хотел показать мне, что он именно имел в виду.

- А ты как думаешь? – решил я проверить его мнение и разузнать насколько он знает обстановку под ее юбкой.

 

- Не хитри. Сразу вижу, что ты уже встал в охотничью стойку, увидев куропатку. Но она, уверяю тебя, стоит того, не правда ли, товарищ старший лейтенант? – он приподнялся и полез целоваться.

- Осади! Ты здесь не старший по должности и воинскому званию!- оттолкнула она руку капитана и еще выше подтянула юбку, давая обозреть уже почти совсем открытое взору свое «сокровище».

- Товарищ старший лейтенант абсолютно права! На правах хозяина, приглашаю вас на товарищеский ужин, - я встал, отодвинул в сторону оконную штору, за которой была дверь, как говорила моя секретарша, в пещеру «Али-Бабы».

- Прошу, - широким жестом пригласил их войти. Они вошли и тут же оба, одновременно ахнули.

- Вау! Да тут же настоящие сокровища!

 

На столе действительно стояло то, чему не грех было подивиться: баночка красной икорки, феле соленой чавычи, запеченная в печке курица и прочая закусь, которая была так в ходу в столице Приморья. Над всем этим деликатесом высилась бутылка с шампанским, которую, словно королеву, охраняли два оруженосца в форме бутылки коньяка и водки. В комнате не было окон. Свет струился мягким лучиком из настенного рожка, создавая интимный полумрак. Холодильник, телевизор были расположены в нишах. На стене висела картина Айвазовского «Девятый вал», словно напоминая посетителям комнаты на сексуальную обреченность и бесполезность попыток покинуть ее. Четыре мягких кресла стояли у стола в ожидании посетителей. Мягкий, прохладный воздух тихим ветерком шелестел из модного японского кондиционера.

- А где же..? – девушка покрутила пальцем в воздухе, видимо, подбирая нужное слово.

 

- Будет, будет и это! – поспешил заверить я.

- Но вы даже не знаете, что я имела в виду? – она, удивленно, приподняла бровки, оглядываясь по сторонам.

- Не трудно догадаться! Ей нужен танкодром! – хохотнул капитан и шлепнул по ее упругой ягодице.

- А вот и не угадал! Мне нужно…

- Ложе любви, - вставил я.

- Именно! Насколько морские офицеры догадливее и деликатнее пехотных коновалов медиков! – засмеялась она и шлепнула его по затылку, в отместку на его шлепок.

- Ребята! Давайте жить дружно! – примирил я их словами кота Леопольда, приглашая к столу. Они не стали себя долго упрашивать и тут же плюхнулись в кресла.

- Первый тост я предлагаю за прекрасных дам! – поднял я рюмку с коньяком.

 

- А почему во множественном числе? У нас тут только я одна прекрасная дама?- она опять приподняла удивленные бровки и посмотрела по сторонам.

- Об этом вы узнаете позже, - таинственно улыбнувшись, ответил я.

Мы выпили и тут же набросились на закусь. Было видно, что за время дневных перипетий все заметно проголодались.

…Одна рюмочка сменяла другую, закуска таяла на столе с заметной быстротой и безнадежной мечтой на ее пополнение. Я решил, что надо передохнуть, надеясь сохранить даму в форме и быть готовой к следующей баталии. Я включил магнитофон, стоящий в нише на телевизоре, и в комнату полилась волшебная мелодия Глена Миллера из знаменитой «Серенады солнечной долины».

- Разрешите, - обнял я нашу гостью за тонкую ...

талию, приглашая на танец.

 

- О! Вы настоящий кавалер, не то, что матушка-пехота, - тихо проговорила она, плотно прижавшись к моему телу. Мы тихо покачивались в так музыке, а капитан в эти минуты щелкал фотоаппаратом, явно собирая компромат на закадычного друга. Я, прижимая ее к себе, держа за талию правой рукой, левую опускал все ниже и ниже, пока ладонь не легла на ее ягодицу. Она посмотрела мне прямо в глаза и на ее губах появилась мимолетная улыбка.

- Моряки, решительные люди, не так ли? – прошептала она в мое ухо.

- Конечно. На море в окопе не отсидишься. Приходится, поневоле, не зевать, иначе запросто схлопочешь торпеду в борт.

- А велика она?

- Кто?

- Ну, эта самая торпеда?

- А вы как думаете?

 

- Думаю, что, наверняка, более той, которую я сейчас чувствую…

Я невольно отстранил ее от себя, забыв, что мой «Молодец» уже был давно готов проколоть дырку в брюках, чтобы поцеловаться с ее «Девочкой».

- Ну, зачем же так резко реагировать. Продолжайте ухаживать за девушкой в выбранной манере, - ее глаза, казалось, хотели утопить меня в их синеве, а губы, растянутые в полуулыбке, явно жаждали поцелуя.

- А как же ваш кавалер? Не будет ревновать?

- Он такой же мой, как и ваш. Впрочем, если я вам не нравлюсь…

- Что вы? Как можно так говорить?! Такая красивая девушка, да к тому же еще и «раненая».

- Вот и займитесь моим лечением…

- Но я же не доктор…

 

- Мой эскулап уже дрыхнет в кресле, - кивнула она в сторону уснувшего доктора.

- Сейчас мы его разбудим, - налил я в фужер шампанское и преподнес к его носу. Доктор сначала поморщился от щекотавших ноздри пузырьков, чихнул и открыл глаза.

- О! Шампанское?! За что пьем? – он удивленно уставился на нас.

- За троих в койке, не считая, собаки, - пояснил я.

Они переглянулись с такими вытянувшимися, удивленными лицами, что рассмешили меня.

- Не понял..,- наконец еле вымолвил капитан.

- Сейчас поясню. Внимание! Начали! – громко объявил я и нажал на кнопку в стене, находящуюся за картиной Айвазовского.

 

Тут же заиграла бравурная музыка, стенка под картиной раздвинулась, и открылась вторая комната, по центру которой стояла широкая, двуспальная кровать, на передней спинке которой была изображена чудной породы собачка. Это была помесь японского пинчера с пекинесом. Причем мордочка была особенно забавной. Носик у собачки был вытянутым, как у лисички, глазки, как большие, темные вишенки, а ушки торчком с полуопущенными кончиками. Ничего не поделаешь: полукровка. Лапки, хвостик и туловище достались собачке в наследство от пекинеса.

- Боже! Какое чудо! Надо же! Чей это портрет? – всплеснула руками наша дама.

- Это портрет моей Чапы. Прожила с нами 19 лет и ушла в мир иной, лизнув на прощание мне руку, - сказал я и почувствовал, как запершило в горле.

- Надо помянуть собачку, - предложил доктор и протянул нам по рюмке.

 

Мы выпили. Я сразу почувствовал, что он подсыпал что-то. Но было уже поздно. Сладкая истома стала разливаться по телу теплой волной, член мгновенно налился богатырской силой, мы глянули друг на друга и тут же начали лихорадочно раздеваться, почти срывая одежду.

- Я первая!- крикнула гостья и первой бросилась на постель. Мы с Вадимом прильнули к ней. Я развернул девушку лицом к себе и взвалил на себя ее тело. Ее не надо было учить. Она все знала и понимала, схватывая желание мужчины налету. Я стал вводить член, держа его одной рукой, а другой, прижимал к себе ее таз. Она была в позе наездницы, но эта позиция не устроила второго клиента, который властной рукой прижал ее лицо к моему лицу так, что ее губы прильнули к моим губам.

- Целуй его! И без комплексов. Так целуй, чтобы у него губы посинели и дух захватывало!- продолжал издеваться над нами мой друг.

Девушка не стала ждать второго приглашения и тут впилась в мои губы страстным поцелуем, слегка укусив меня. Мой член тем временем действовал самостоятельно. Он медленно входил в женское тело, ощущая его тепло, словно погружался в мягкую и теплую ванну в нашем санатории.

 

Достигнув дна «Окопа», он замер, но тут же я почувствовал, как толстое «бревно» моего друга властно вторгается в женское тело сверху. Он тоже продвигался медленно, но, исчерпав свою длину, замер, словно соображая, что же делать дальше. А дальше была простая проза: мы просто, с двух сторон, одновременно стали драть ее, как сидорову козу. Она сначала кричала от избытка чувств, затем стонала и наконец заплакала от боли, но это не остановило двух самцов, обуянных страстной похотью. Мы продолжали почти рвать своими «Бойцами» ее грешное тело на угодные нам части.

- Ой! Уй! Ох! Погодите же! – кричала она, по инерции подмахивая нам. Но куда там. Вадим так надавил на ее зад, что она чуть не расплющила меня своим тазом.

- Чего орешь, дура? – успокаивал ее я, кусая ее губы и язык.

Мадам пыталась вырваться из наших цепких объятий, но, видимо, смирившись, как-то вдруг сразу обмякла и перестала биться. Наступил самый желанный момент насиловать безвольно притихшую женщину.

 

Ведь она уже сорвала кайф, поливая меня своим семенем от бесконечных оргазмов, а я еще ни в одном глазу: член расбух, как бревно, но ни разу из него ничего не капнуло. Поэтому мы продолжали трахать ее до полного нашего изнеможения. И когда мы оба, выжатые до конца, упали на ее бездыханное тело, оно вдруг ожило: она улыбнулась и открыла глаза:

- Ну, как я вас уделала, трахатели долбанные, а?

- Во!- сказал Вадим. – Так же и днем было, когда я ее из «раненых» в «мертвые» записал.

- А теперь она какая?- спросил я друга, крепко целуя его подругу между ее прекрасных ног.

- Думаю, что опять «раненая»…

- А мы с тобой какие?

- Думаю, что «убитые»…

- Это почему же?

- Ну, ты слил хоть раз?

- Не. А ты?

- Я тоже не…

- Вот в этом весь и фокус. Она кайф ловит, а мы, как жеребцы стараемся, но никак не можем осеменить кобылу.

 

- Нет проблем. Сейчас я вам помогу. Поверните меня на спину. Во! Под голову подушку подложите. Теперь вставляйте ваши стручки мне в рот. Так!- едва шевеля губами произнесла она и стала отсасывать наши «перцы». Делала она это настолько искусно, вытягивая из нас желанные соки, что после получасовой работы наши «мальчики» тут же расплакались.

- Смотри. Она же мне до крови отсосала, - указал я на две красные капли, капнувшие на кровать из моего члена.

- Чему удивляешься. Вампир-баба. Супер! – похвально похлопал ее по заднице Вадим.

- Капитан Стрельцов. Я еще ваши яички не пробовала на вкус,- улыбнулась девушка и, ухватив за яйца, потянула его на себя.

…Они катались по кровати, как клубок совокупляющихся змей. Вадим отсасывал ей между ног, она же не выпускала изо рта его член. Когда тот начал испускать пульсирующую струю, она выхватила его изо рта и стала брызгать в мою сторону:

 

- Смотри, командир, как брызгают спермой настоящие мужчины! – язвительно посмотрела она в мои глаза, и я понял, что она хочет чтобы я тоже довел ее до состояния «раненой». Я запрыгнул на кровать, растолкал совокупляющихся и тут же набросился на нее.

- Тебе мало?! Мало?! А ну-ка задирай свои чудные ножки на мои плечи, сука!

- Во! Наконец-то услышала голос настоящего мужчины!- усмехнулась она, но приказание выполнила, как написано в уставе: «Беспрекословно, точно и в срок».

…Я драл ее долго и нудно. Сначала в ее треугольный «фотоаппарат» с продольной дырочкой, потом в круглую, шоколадную дырочку сзади. Были минуты, когда мне казалось, что этой гонке не будет конца, но все хорошее, как говорил один философ «рано или поздно, заканчивается». Наш секс закончился обоюдным оргазмом. Разница была лишь в том, что я в ее отверстие слил белую жидкость, а она наградила меня мокрым оргазмом, едва не замочив кровать. Она вскочила, спрыгнула на пол и кинулась в ванную комнату (соседнюю со спальней, которую ...

мы называли «санаторием»), заткнув вход во врата «рая» своей миниатюрной, но проворной ладошкой.

 

Пока она совершала свой туалет, мы сидели с Вадимом и курили.

- Ну, как она тебе?- пустил в потолок колечко дыма Вадим.

- Нет вопроса. Хороша девочка. Ух, как хороша…С такой бы целыми днями трахался…

- То-то…Хорошо, что понял.

- А ты говорил «раненая»?

- Раненая и есть. Но если мы еще раз попробуем «убить» ее своими дохлыми членами, то как бы нас потом не записали в категорию «Без вести пропавших».

- Это почему же?

- Да потому, что если она возьмется за нас в полную силу, то из этой лодки (постучал он по кровати), сбегут все, разве что кроме твоей собачки…

 

Первый раз Элис и Джаспера

Джаспер сидел за столиком в своём любимом ресторане. Был вечер. Перед ним стояла початая бутылка дорогого виски, в руке он держал полупустой стакан.

-Скучаешь? – на стул перед парнем опустилась ярко накрашенная девушка.

-Нет, - резко ответил Джаспер. Перед внутренним взором стояло улыбающееся личико Элис.

-Пфф, как грубо, - надула губки девица.

-Заткнись и вали отсюда. Не мешай мне, - рявкнул Джаспер, и девушка, обиженно пожав плечами, ушла.

 

***

Уитлок сел в свою машину и сначала хотел ехать домой, но, подумав, решил покататься по городу.

он ехал в своём «» по шумному Нью-Йорку, лихача на поворотах и игнорируя дорожные знаки. Он включил свою любимую музыку и, прикрыв глаза, вполголоса подпевал. Не заметив светофора, он выехал на пешеходный переход. Вдруг, перед ним, как по волшебству, оказалась девушка. Джаспер ударил по тормозам, но всё же немного задел её. Девушка упала, и он выскочил из машины.

-Вы в порядке? – склонился он над нею, протягивая руку.

-Конечно, нет! – вскричала девушка, отталкивая его руку и поднимаясь на ноги. – Нет! Ты смотрел вообще, куда ехал, придурок?! Посмотри на мои ноги! – она принялась оглядывать порванные колготки. – Да мой ноготь стоит дороже тебя, ты, идиот! – зло прошипела она и наконец-то посмотрела ему в лицо.

Сердце у Джаспера забилось быстрее. Перед ним стояла Элис Брендон, та самая «Принцесса», которая являлась ему в очень и очень развратных снах.

 

-Может быть, я смогу вам чем-то помочь? – с надеждой попросил он.

-У тебя с собой есть аптечка? – насмешливо посмотрела на него Элис.

-Нет, - помотал головой Джаспер. – Но может быть, вы согласитесь поехать ко мне? Там я окажу вам необходимую помощь…

-Пфф! – фыркнула Элис. – Поехали уже…

Джаспер открыл перед нею дверцу машины, и Элис со всем её достоинством и важностью уселась в салон.

***

-Прошу, - театральным жестом распахнул Джаспер дверь перед Элис.

-Спасибо, Джаспер, - ехидно ответила девушка, входя в его пент-хаус.

-Проходи, садись на диван, я сейчас, - он указал ей направление, а сам отправился на кухню. Элис прошла в гостиную, плавно переходящую в спальню – широкая плазменная панель напротив дивана и небольшого журнального столика, небольшая барная стойка, а за нею и роскошная кровать. Девушка присмотрелась. Подойдя к дивану, провела рукой по обшивке. Оглядела комнату уже тренированным взглядом, но ни за что не зацепилась. Вздохнув, она села на диван с ногами, сбросив уже успевшие надоесть босоножки. Подумав, она стянула порванные колготки, и, пожав плечами, бросила их под диван.

 

-Вот, сейчас, подожди, - в комнату вошёл Джаспер, неся вату и перекись.

-О, спасибо, - улыбнулась Элис и протянула руки к медикаментам.

-Ну уж нет, - воспротивился с улыбкой Уитлок и опустился рядом с ней. – Позволь мне.

Элис смущённо улыбнулась в ответ.

Джаспер нежно прикоснулся ваткой к ранке на её колене, и Элис зашипела. Парень склонился к её ноге и поцеловал её коленку.

-Тише, - сказал он. – Сейчас пройдёт.

Элис кивнула, стараясь не задрожать от какой-то болезненной нежности, пробравшей её до костей. Она почувствовала, что с нею происходит что-то необычное и такое… доброе и ласковое, что хочется плакать. Глядя на Джаспера – её врага и конкурента, которого полагалось ненавидеть – она невольно любовалась им, и ей хотелось коснуться его волос и прижать его к себе, как будто защитить. Все её планы, которые она успела построить за поездку, рухнули. Вместо

едкого ехидства и иронии она теперь могла подарить ему только… нежность.

 

***

Джаспер держал её маленькую ножку в своих руках и изо всех сил боролся с желанием провести пальцами по мягкой, белой коже, притянуть девушку близко к себе и накрыть её так ожесточённо прикусываемые сейчас губы своими. Он наблюдал за переменой выражений лица Элис и понимал, что он не отпустит эту девушку хотя бы этой ночью. Обработав ранку на ноге, он отставил перекись на столик. Элис хотела было встать, но он не выпустил её ножку из рук.

-Я…, - начала было она, но Джаспер улыбнулся и посмотрел ей в глаза, и Элис осела обратно на диван. Он начал целовать маленькие пальчики, потом поднялся выше, и вот его губы уже изучают кожу чуть выше колена… Элис шумно выдыхает и запрокидывает голову – так Джаспер понимает, что девушка всё это время задерживала дыхание. Он проводит языком по её коже и аккуратно берёт в зубы ткань её платья, вопросительно заглядывая ей в лицо.

 

-Нет, - хрипит она и принимает сидячее положение. Парень смотрит на неё немного насмешливо и улыбается. Элис колеблется несколько секунд, но потом медленно дотрагивается рукою до его губ, проводит по щеке, спускается к шее… Джаспер жмурится. Девушка робко и будто бы с опаской начинает расстёгивать его рубашку, не забывая при этом покрывать мягкими поцелуями каждый открывающийся кусочек его тела.

-Элис, - осипшим голосом шепчет Уитлок и зарывается пальцами в её волосы. Элис улыбается. Почему-то ей радостно и легко, хотя она знает этого парня всего несколько часов, не считая, разумеется, скандальных статеек сомнительного качества. Он нравится ей… Ох как нравится! Не скажем, что она уже полюбила его – конечно, нет… Но, ради его глаз, она бы с ним переспала.

 

***

Джаспера затрясло от предвкушения – эта девушка, та самая, о которой он мечтал, сейчас находится в его руках… Он находит её губы и осторожно, боясь спугнуть, целует её. Элис отвечает, неистово и горячо, исследуя языком каждый уголок его рта.

Он избавляется от этой чёртовой рубашки и сгребает Элис в охапку, намереваясь перенести на кровать. Девушка обхватывает его талию ногами и одной рукой держится за шею, другой расстёгивая его джинсы. Джаспер натыкается на стул и отшвыривает его в сторону ногой, осторожно опуская девушку на кровать. Избавившись от джинсов, он на ощупь находит застёжку на платье Элис и дёргает. Девушка отстраняется, коротко взвизгнув, и придерживает платье руками. Они несколько секунд смотрят друг другу в глаза, а потом Элис сама стаскивает с себя ставшее ненужным платье. Джаспер шумно втягивает носом воздух, когда его взгляду открывается грудь Элис – небольшая, но упругая и аккуратная, обтянутая чёрным кружевом бюстгальтера. Коротко рыкнув, он подаётся вперёд и, найдя её губы, впивается в них, прикусывая, втягивая в себя. Элис расслабляется и обмякает, цепляясь пальцами за его плечи. Джаспер сдёргивает с неё бюстгальтер и ласкает руками её грудь. Девушка отстраняется и негромко стонет.

 

Джаспер хищно улыбается и прокладывает дорожку поцелуев от её губ до груди, а потом его губы обхватывают сосок, и Брендон стонет:

-Ненавижу…

Джаспер немного сжимает её сосок зубами, и Элис шипит, накручивая на пальцы его длинные пряди.

-Ненавижу… Не-на-ви-жу… Аааах… - кричит девушка, царапая коготками его кожу.

Джаспер улыбается про себя. «Ты меня ненавидишь, это точно. А уж как я ненавижу тебя,» - проносится в его голове. Он оставляет е грудь, но только для того, чтобы вернуться к губам. Элис запрокидывает голову и полностью отдаётся во власть Джаспера, а когда его пальцы нажимают на клитор, её пробирает ощутимая дрожь. Парень, ощутив её влажность, отодвигает её маленькие кружевные трусики в сторону и резко входит в неё двумя пальцами. Элис прикусывает его нижнюю губу, а потом протяжно стонет, выгибаясь назад. Джаспер поддерживает её за талию, продолжая одним пальцем массировать клитор, а двумя другими двигая внутри неё. Девушка двигает бёдрами навстречу его руке, и он чувствует, как пульсируют и сжимаются стенки влагалища, а потом добавляет и третий палец.

 

Элис взвизгивает и широко распахивает глаза. Парень снова целует её в губы, опускаясь ниже – до груди. Обводит языком её соски, твёрдые и напряжённые, и целует её в место между грудями, оставляя фиолетовый след. Элис до предела насаживается на его пальцы и бурно кончает, повизгивая и задыхаясь. Джаспер продолжает двигать пальцами внутри ...

неё, и каждое движение вызывает дрожь, волнами проходящую по телу девушки. Элис тяжело дышит, её грудь поднимается и опускается в такт быстрым вдохам и выдохам. Парень целует её за ухом, опускаясь до предплечья, переходя на грудь, а потом проводит языком по её животику и останавливается у резинки трусиков, легко целуя девушку.

-Да-а-а… - протягивает Элис, и Джаспер снимает с неё трусики и отшвыривает их куда-то в сторону. Элис трясёт. Она – третья стерва города Нью-Йорка, самая желанная (после Роуз и Беллы, разумеется) девушка в США, телеведущая, острого язычка которой опасаются практически все звёзды телевидения, - сейчас лежит в постели своего заклятого врага и кончает, плавясь под его умелыми руками. Джаспер целует её чисто выбритый лобок, опускаясь всё ниже и ниже, а потом нажимает языком на клитор, и девушка протяжно стонет. Джаспер ухмыляется, и проникает языком внутрь её всё ещё сокращающегося влагалища.

 

-Ебаааа…ааааааааааааааааааааааа…ааааааать! – вопит Элис во всю силу своих лёгких, пока не кончается воздух. – Блять… - шепчет она, выгибаясь навстречу его рту, всасывающему, ласкающему, покусывающему её там именно так, как ей того хотелось. – Да! – выкрикивает она. – Ещё! Ещё, ещё! – стонет, комкая пальцами простыню.

И Джаспер подчиняется, доводя её до предела, а потом резко отстраняется, наблюдая за её зарумянившимся личиком и любуясь блестящими глазами. Элис приподнимает голову и улыбается. Для Уитлока это служит сигналом – он устраивается у девушки между ногами, упираясь в её вход. Элис глухо стонет, прикрывая глаза:

-Ненавижу… Ненавижу…

 

Джаспер посмеивается и резко входит в неё, провоцируя короткий вскрик, и замирает, прикусив губу и склонив набок голову. Элис пытается двинуть бёдрами, но он вдавливает её в матрац и усмехается.

-Попроси, - склоняется он к её уху.

-Никогда, - шепчет она и кусает его за шею.

Джаспер урчит от удовольствия и прикрывает глаза.

-Ни за что… - шепчет Элис, пытаясь снова двинуть бёдрами.

-Попроси, - прижимает её крепче к постели Джаспер, лизнув её шею.

И Элис сдаётся:

-Пожалуйста! – стонет она. – Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста… Пожалуйста, Джаспер!

Джаспер подчиняется её просьбе и начинает двигаться, с каждым толчком проникая в неё всё глубже, убыстряя темп.

-Да-а-а… - стонет Элис, прижимаясь к нему грудью и стараясь изменить положение так, чтобы клитор имел больше контакта с телом Джаспера. Он предугадывает её желание и опускает руку между их телами, нажимая на клитор. Элис задыхается от удовольствия. У Уитлока темнеет в глазах от её криков, он упивается её ароматом, её дыханием. Вдруг, по телу Элис пробегает ощутимая дрожь, и она выгибается назад, крича до хрипоты. Джаспер внезапно замирает… Погружается в неё до предела и кончает, выплёскиваясь в глубину её тела.

 

По лицу Элис блуждает какая-то потусторонняя улыбка.

***

-Ненавижу, - сладко протягивает Элис, устраивая голову на груди у Джаспера.

-Угу, - улыбается он, путаясь пальцами в её волосах.

Элис проводит пальчиком по его груди, опускается ниже, и вдруг Джаспер вздрагивает. Элис распахивает глаза и отбрасывает одеяло. Джаспер закусывает губу, а девушка склоняется к его бедру и прикасается языком к его коже, а точнее, к тёмному шраму, который протягивается до самой щиколотки. Она покрывает шрам поцелуями, и парень расслабляется, закрыв глаза. Элис прокладывает дорожку поцелуев по всей длине шрама, а потом смотрит парню в лицо. Джаспер чувствует её взгляд и открывает глаза. Девушка улыбается и натягивает на них одеяло, целуя его в губы.

И через некоторое время сон властвует над их бездвижными телами, крепко прижавшимися друг к другу.

Спящая Элис улыбается, а Джасперу наконец-то снится спокойный сон.

 

***

(ЭЛИС.УТРО)

Я проснулась и немного приоткрыла глаза, сладко поёжившись. Как хорошо, что сегодня я могу опоздать на работу… Сколько времени?

Привычно потянувшись за будильником, я не нахожу его на обычном месте и резко принимаю сидячее положение, пытаясь нормально открыть глаза. Мои вещи довольно-таки органично вписываются в интерьер чужой комнаты, а рядом со мной тоже очень даже прилично смотрится хозяин этой квартиры – темноволосый красавец с красивыми сильными руками и нежной улыбкой, мой Джаспер Уитлок. Я улыбаюсь. Смотрю на него и улыбаюсь, как последняя дура. «Стоп… О Господи! Твою мать! Я трахалась с моим заклятым врагом!!!! Что я натворила??? Да теперь все СМИ будут кипеть! О БОГИ! ЧТО СКАЖЕТ БЕЛЛА?! ОНА И РОЗИ РАСТЕРЗАЮТ МЕНЯ!!! Что теперь делать? Так, прежде всего, нужно успокоиться, а потом я придумаю что-нибудь…»

 

Он хорош! Господи, как же он хорош! Теперь-то я поверю словам некоторых девиц на канале. Несмотря на то, что он оскорблял меня в прямом эфире, несмотря ни на что, он очень, очень хорош.

Запускаю пальцы в его волосы, и он мурлычет во сне. Я выбираюсь из постели, тихо хихикнув, и отправляюсь исследовать его дом.

А у него здесь довольно мило! Хм.. Интересно, если папарацци заснимут меня расхаживающей обнажённой по квартире Джаспера Уитлока, то кто первый окажется под обстрелом каверзных вопросов журналистов?

 

Прохожу в небольшую, но удобную кухню. Чистенько, миленько, уютненько. Даже странно как-то… Заметив на стене средних размеров фотографию, подхожу ближе. Это танцующая пара – Джаспер и невысокая блондинка. Застыли в сложной поддержке, оба с какими-то пустыми, остекленевшими глазами. У девушки на запястье бирка с номером 13. Значит, соревнования. Наверняка, очень важные для обоих. На фотографии виднеется неразборчивая дата… 23 июля 2005 года… Чемпионат Мира по Латиноамериканским бальным танцам! Потрясающе…

Прохожу мимо застеклённой витрины с редкими напитками. Надо будет уговорить его выпить что-нибудь на досуге…

На глаза мне попадается закрытая дверь. Конечно же, моё любопытство не позволяет мне не войти туда! Дверь открывается абсолютно бесшумно, так что не стоит опасаться разбудить моего мальчика… Мне открывается обширная рабочая комната, с громоздким столом и ноутбуком. На стенах – большая карта Великобритании, рядом – карта США, какие-то исписанные бумаги, фотографии и прочая ерунда… Странно. Даже зацепиться не за что.

Немного разочаровавшись, я возвращаюсь в гостиную и снова забираюсь под одеяло. Сегодня что? Вторник? О да, можно ещё поспать…

«Главное, чтобы телефон не зазвонил, иначе Беллз меня просто растерзает», - с этими мыслями я провалилась в полудрёму.

Я проснулась от того, что Джаспер поцеловал меня в висок.

-Что за чёрт? – вспылила я.

Он удивлённо приподнял брови.

-Если тебе и посчастливилось переспать со мной, это ещё ничего не значит, понял? – резко выплёвываю я в его оторопевшее лицо. – И если я сплю, то не нужно меня будить! По-моему, гораздо логичней было бы… - моя гневная тирада абсолютно бесцеремонно была прекращена его губами, которые всё-таки заставили меня улететь.

-Ненавижу тебя! – вскричала я, упав с кровати.

-Ты в этом уверена? – он смотрел на меня сверху вниз, опираясь на локоть.

-Да, - зло прошипела я.

 

-Я так и думал, - он встал с кровати, бесцеремонно сгрёб меня в охапку, и, не взирая ни на какие протесты, потащил в ванную.

Стоя под тёплым душем в кольце его сильных рук я просто кипела и… таяла. Внутри творилось что-то противоречивое.

-Ненавижу, - шепнула я, прикусывая губу, прежде чем провалиться в какое-то мечтательно-лёгкое состояние…



Последнее изменение этой страницы: 2016-04-07; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.235.108.188 (0.042 с.)