![]() Заглавная страница Избранные статьи Случайная статья Познавательные статьи Новые добавления Обратная связь КАТЕГОРИИ: ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() ТОП 10 на сайте Приготовление дезинфицирующих растворов различной концентрацииТехника нижней прямой подачи мяча. Франко-прусская война (причины и последствия) Организация работы процедурного кабинета Смысловое и механическое запоминание, их место и роль в усвоении знаний Коммуникативные барьеры и пути их преодоления Обработка изделий медицинского назначения многократного применения Образцы текста публицистического стиля Четыре типа изменения баланса Задачи с ответами для Всероссийской олимпиады по праву ![]() Мы поможем в написании ваших работ! ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?
Влияние общества на человека
Приготовление дезинфицирующих растворов различной концентрации Практические работы по географии для 6 класса Организация работы процедурного кабинета Изменения в неживой природе осенью Уборка процедурного кабинета Сольфеджио. Все правила по сольфеджио Балочные системы. Определение реакций опор и моментов защемления |
Четыре основополагающие области экзистенции
Все то, с чем человек имеет дело в течение своей жизни (как в повседневности, так и в ситуациях, которые в экзистенциальной философии называют «пограничными»), можно подразделить на четыре категории, соответствующие четырем вышеупомянутым горизонтам: - внешний мир, его условия и возможности; - жизнь, то есть человеческая природа во всей ее витальности; - собственное бытие Person, бытие самим собой; - будущее с присущим ему призывом к действию, активному привнесению себя в системы взаимосвязей, в которых человек находится и которые им создаются[46]. В процессе диалогического взаимодействия с данностями бытия человек приобретает опыт: - бытия-здесь (Dasein); - бытия ценностей (Wertsein); - бытия самим собой (Selbstsein); - бытия ради чего-то либо кого-то, или смысл (Sinn). При этом речь идет о четырех фундаментальных измерениях, которые лежат в основе экзистенции: онтологическом, витально-аксиологическом, этическом и практическом (см. Längle, 1992a; 1994b; 1997 a,b; 1998). Все то, с чем мы встречаемся в жизни, — все, что выдвигает нам требования, внушает страх, причиняет боль, приводит к конфликтам или же, в положительном случае, укрепляет, утверждает нас в чем-то, приносит радость и удовольствие, — можно отнести к одной или нескольким из четырех категории. Эти четыре категории - соотнесение с миром, соотнесение с жизнью, соотнесение с самостью и соотнесение с будущим — считаются в экзистенциальном анализе фундаментальными категориями экзистенции. Соответственно фундаментальные условия экзистенции состоят в том, чтобы постичь эти измерения во всей присущей им глубине и занять по отношению к ним персональную позицию. Именно такую задачу должен решить человек, стремящийся прийти к своей экзистенции и реализовать себя. Вместе с тем знание этих фундаментальных условий делает возможной целенаправленную психотерапевтическую помощь. Итак, мы говорим о фундаментальных условиях экзистенции, которые всегда присутствуют в нашем бытии, во всех его сферах, в том числе и мотивационной (см. Längle, 1992b). Человек постоянно занят тем, что учитывает эти условия и стремится все их в равной степени выполнять. Поэтому эти четыре условия экзистенции одновременно представляют собой и четыре фундаментальные экзистенциальные мотивации человека (см. Längle, 1992a; 1998, 2001):
- мотивацию к физическому выживанию и духовному преодолению бытия (к тому, чтобы духовно справиться с бытием), то есть к тому, чтобы «мочь быть»[47]«иметь силы быть» (Sein-Können); - мотивацию к получению радости от жизни и переживанию ценностей, то есть к тому, чтобы «нравилось жить» (Leben-Mögen); - мотивацию к персональной аутентичности и справедливости, то есть к тому, чтобы «иметь право быть таким, какой ты есть» (So-sein-Dürfen); - мотивацию к экзистенциальному смыслу и созданию того, что имеет ценность, то есть к тому, чтобы «действовать должным образом» (Handeln-Sollen). Если человек что-то может, если ему это нравится, если он также видит, что имеет на это право, и чувствует, что он должен это сделать, значит, речь идет об истинно персональном, экзистенциальном волеизъявлении.
Соотнесение с трансцендентным в экзистенциальном анализе
Фундаментальные условия экзистенции представляют собой структурную модель современного экзистенциального анализа, которая лежит в основе понимания психических нарушений, их диагностики и терапии (Längle, 2002a). Остановимся более подробно на этой модели и продемонстрируем, что все четыре условия экзистенции не могут быть объяснены только с психологической точки зрения, поскольку в конечном итоге они переходят в трансцендентальное отношение, которое мы можем интуитивно почувствовать на психологически-субъективном уровне. «Существование каждого человека не замкнуто само на себя, оно на всех уровнях устремлено в бесконечное» — так формулирует подобное переживание Ясперс (1974, S. 13). И продолжает: «Объемлющее (Umgreifende) — это то, что лишь дает о себе знать, проявляясь в предметах и намечаясь на горизонтах, — само же оно, однако, никогда не становится предметом. Объемлющее не само является, а из него является для нас все другое. Одновременно благодаря Объемлющему все вещи есть не только то, чем они непосредственно кажутся, благодаря Объемлющему становится прозрачной их суть» (там же, S. 14). Ценность осознания подобной широты заключается в том, что Объемлющее «сохраняет свой потенциал в состоянии готовности» (там же, S. 23). Поэтому «мышление об Объемлющем, расширяя пространство, раскрывает душу для восприятия изначальности»[48](там же).
Завершение или, во всяком случае, углубление экзистенциально-аналитической работы и состоит в том, чтобы почувствовать связанность с чем-то большим, с трансцендентным. Лишь при этом условии становятся действительно прочными предпосылки для внутреннего и внешнего диалога, то есть для соотнесения с миром, с жизнью, с самостью и с будущим. От любого направления психотерапии следует ожидать, что оно имплицитно установит связь с соседними областями, в том числе и с духовным измерением бытия, если оно рассматривает страдающего человека как целостного. Иначе это будет не психотерапия, а всего лишь психотехника[49]. Обратимся же к тем связям, которые экзистенциальный анализ устанавливает с духовной сферой, и посмотрим, где заканчивается его область действия и где он граничит с трансцендентным.
Случай из практики
Эрика (имя изменено), пятидесятилетняя женщина, замужем, имеет сына, в предсуицидальном состоянии, по направлению психиатра попадает к психотерапевту. «Это последняя попытка, — говорит она, — от которой я, однако, ничего не жду». Она просто поддалась уговорам психиатра, к которому испытывает определенное доверие. Эрика разочарована в жизни. Эта проблема существует у нее, начиная с самых первых детских воспоминаний, а так как в последнее время разочарование усиливается, становясь все невыносимее, она чувствует, что силы ее на исходе, а надежда на то, что положение может измениться в лучшую сторону, отсутствует. Ей даже не интересно заниматься этой проблемой дальше. С того самого времени, как она себя помнит, Эрика страдает от тяжелых страхов: страха оказаться в чем-то виноватой, страха, что у нее что-то не получится, страха не иметь права на существование, страха находиться среди людей. Еще до поступления в школу, когда ей было шесть лет, она долгое время находилась в детском психотерапевтическом стационаре: ее страхи были столь велики, что она не могла ходить в детский сад. К этому страху перед окружающим миром присоединилась высокая чувствительность к состоянию и потребностям других людей, благодаря которой она почти автоматически развила «рефлекс помогающего». Будучи ребенком, Эрика уже была в услужении у своих родителей и всегда рассматривала как нечто само собой разумеющееся, что она должна делать все для семьи. Когда в двадцатилетнем возрасте это стало для нее невыносимым, она рискнула осуществить попытку бегства и неожиданно для всех вышла замуж за человека, которого едва знала. Но вместо того чтобы увести из среды, которая делала ее больной, брак на самом деле снова вернул ее в лоно родительской семьи. Муж не мог заботиться о содержании семьи, и функцию зарабатывания денег она взяла на себя, вновь начав трудиться в хозяйстве родителей. Она работает там и сегодня. В течение пятидесяти лет она ищет защищенность, семью и любовь. Сейчас она живет в двух семьях — в собственной и той, где выросла, и, несмотря на это, у нее нет чувства защищенности. Ее окружают люди, которые постоянно от нее что-то требуют, и только. Так как чувство ее самоценности нарушено, она не может оказывать сопротивления другим. Глубокий стыл перед тем, чтобы показать свои истинные чувства и желания, заставляет ее внутренне прятаться. Стыд вызывает огромный страх того, что она действует другим на нервы. В целом же она чувствует, что «ее присутствие в этом мире неуместно». Однако она не справляется не только с другими людьми и с окружающим миром, но в столь же малой степени — с самой собой. «Мой самый большой враг— это я сама. В своем перфекционизме я отвергаю любое сочувствие и сострадание».
*** За выходящими на передний план стыдом и страхом скрывается нарушение личности с проблематикой самоценности и неуверенности в себе. В начале терапии самым важным для Эрики было то, чтобы она смогла говорить о своем страхе и имела возможность вступить в диалог с кем-то, кто ее выслушает, кто сможет ее понять, не будет ни в чем упрекать и предъявлять какие-либо требования. Ей нужен был диалог с кем-то, кто защитил бы ее также и от собственных упреков; кто, подобно зеркалу, отразил бы ее самоценность и с пониманием и любовью обратил ее внимание на необходимость заботы и ответственности по отношению к самой себе, поддержав ее первые шаги на этом пути. Несмотря на теплую атмосферу терапевтических бесед, Эрика вновь и вновь склонялась к суициду, когда внешние обстоятельства давали для этого повод. Позитивный опыт в терапии и облегчение, наступавшее благодаря терапии, создавали сильный контраст с ее реальной жизнью, из-за чего пережитая боль становилась полностью ощутимой. Эрика видела и чувствовала, насколько «бесполезно прожитой» была ее жизнь, и как все могло бы быть иначе, если б ее хоть немного понимали. С этого момента терапия стала казаться ей бессмысленной, потому что страдание из-за нее становилось только сильнее, безвыходность ситуации — еще очевиднее, а сознание потерянной жизни — более явным и беспощадным. Она чувствовала, что еще не до росла до того, чтобы что-либо изменить, и стремилась лишь к покою и спасению от тягот жизни, вновь и вновь планируя самоубийство. В течение многих недель она была близка к тому, чтобы прервать терапию. Эрике требовались мое полное принятие и поддержка. Мы увеличили частоту терапевтических сеансов, и она согласилась на временный прием антидепрессанта. До сих пор она отказывалась от него, потому что боялась располнеть. Эрика признала, что несоизмеримо и безответственно так мучиться и даже рисковать жизнью только потому, что хочется избежать прибавки нескольких килограммов. Однако для меня в связи с размышлениями о приеме медикаментов речь в большей степени шла о ее решении. Принимать медикамент — это было первое решение в направлении жизни, в направлении надежды, в направлении попытки изменений.
Вот так, маленькими шажками, принимая небольшие решения, мы продвигались вперед. Произошел ее первый разговор с сыном — первый в ее жизни, который выходил за сугубо деловые рамки. Посчитав, что это пойдет ей на пользу, она поехала в отпуск одна — первый раз в жизни, тем самым осмелившись отграничиться от мужа. Постепенно она становилась ценной для самой себя, стала больше оглядываться на себя, на свои чувства и желания, находясь в постоянном диалоге с внешним миром и занимая определенную позицию по отношению к нему. Это принесло Эрике первое облегчение. Однако подлинное излечение можно будет считать достигнутым лишь тогда, когда Эрика сможет ощутить всю глубину ценности жизни. Когда она сможет почувствовать, что жизнь в своей основе хороша, что в том, что живешь, есть нечто очень ценное, и хотя жизнь переполнена проблемами и пока еще далека от того, чтобы считаться хорошей, она, несмотря ни на что, хороша в сущности, — лишь тогда Эрика сможет прийти к решению в пользу жизни. Экзистенциальный анализ запрашивает именно эту экзистенциальную решимость, рассматривая человека как того, кто принимает решения и несет ответственность перед самим собой. Благодаря атмосфере терапевтических бесед и тому, что в них обсуждается, Эрика должна узнать и почувствовать, что для нее хорошо — быть здесь, быть в этом мире. При этом ориентирами служат фундаментальные экзистенциальные мотивации, показывающие условия, которые необходимы для осуществления экзистенции. В случае если одно или несколько из этих условий выполнено в недостаточной степени или нарушено, реализованность экзистенции находится под угрозой или утрачивается. Рассмотрим теперь по отдельности эти четыре фундаментальные условия экзистенции.
|
||||||||
Последнее изменение этой страницы: 2016-04-07; просмотров: 239; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы! infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.12.123.205 (0.018 с.) |