ТОП 10:

Внутриполитические проблемы США



Иммиграция. В США происходят резкие изменения в расово-этнической структуре американского общества из-за иммиграции. По прогнозам уже через 40 лет белое большинство станет меньшинством, уступив испаноязычному, африканскому и азиатскому населению – с 66% доли до 46%. Численность незаконных иммигрантов в США ежегодно увеличивается примерно на 770 тыс. чел., из них половина пребывает в США из Мексики, нарушая при этом пограничный режим.

Преступность. В 2016-ом году в США было совершенно 11 миллионов 400 тысяч преступлений. В том числе 17 тысяч убийств. В местах лишения свободы находится каждый сотый взрослый гражданин. Пенитенциарная система обходится бюджету США в 50 миллиардов долларов ежегодно.

Самая актуальная проблема сейчас – финансовый кризис. События на финансовых рынках подтверждают тот факт, что американские экономические проблемы являются не только и не столько американскими, сколько общемировыми.

Национальная безопасность, в первую очередь в связи с угрозой международного терроризма станет одной из важнейших тем внутриполитических баталий 2016-го. Особую остроту она может приобрести в случае новых терактов на территории США, а также против американских граждан в различных регионах мира. Опыт теракта в Сан-Бернардино и развернувшиеся вокруг него политические дебаты показали, что в случае новых атак на территории США, администрация может стать объектом критики со стороны республиканцев, считающих её действия недостаточными. Более того, крупномасштабный теракт на территории Соединенных Штатов может стать спусковым механизмом для смещения основной части повестки президентской кампании от социально-экономической проблематики в сторону вопросов безопасности. Такое развитие событий способно повлиять и на позицию администрации относительно дальнейших действий на Ближнем Востоке.

При рассмотрении внутренней политики США в глаза бросается несоответствие между декларируемыми ценностями и реальными поступками. Чтобы понять причины этого, необходимо рассмотреть следующие аксиомы нынешней идеологии Америки:

1. Демократия – это наиболее эффективная и правильная политическая система.

2. США являются лучшей страной мира.

3. Демократия в США служит образцом, к которому должны стремиться другие страны.

4. США – «лидер человечества», который указывает путь к лучшему будущему, а потому увеличение его влияния в конечном итоге обернётся благом для всего мира.

5. Из предыдущего пункта следует, что увеличение влияния США есть благое дело само по себе.

6. Не в силах оставить другие народы в их тяжелом положении, США считают себя обязанными продвигать идеи демократии по всему миру политическими, экономическими и военными методами.

Весьма вероятно, что любой средний американец, а тем более сторонник неоконсерваторов, согласится с этими тезисами. Многие из них зафиксированы в официальных правительственных документах и все упоминаются, как само собой разумеющееся, в публикациях журналистов, поддерживающих и демократов, и консерваторов. Особенно следует обратить внимание на второй пункт. Не только иностранные наблюдатели, но и сами американцы признают, что для их народа свойственна вера в то, что США – это лучшая страна мира.

 

Политические партии США

Важнейшей особенностью политической системы США является двухпартийная система, сформировавшаяся в ходе исторического развития страны. При этой системе к власти попеременно приходят только две наиболее влиятельные политические партии – Республиканская – Republican Party и Демократическая – Democratic Party. При этом роль множества мелких национальных партий мало заметна. На президентских выборах 2008 года они сумели вместе с независимыми кандидатами набрать только 1,38% голосов избирателей.

Другой особенностью партийной системы США является децентрализованная структура большей части партий. Объясняется это не только федеративной формой государственного устройства, но и тем, что все они фактически подчинены одной цели – участию в выборах.

Взаимоотношения двух главных партий – Республиканской и Демократической – характеризуются тем, что между ними сохраняется консенсус в отношении фундаментальных первооснов США: частной собственности, личной и политической свободы, республиканского федеративного государства и т.п. Расходятся партии, и порой существенно, в способах поддержания и развития этих принципов.

Демократическая партия на современном этапе зарекомендовала себя сторонницей курса, важной составной частью которого являются политика перераспределения доходов населения в пользу малоимущих, стремление сгладить социальные различия, обеспечить развитие систем социального страхования и вспомоществования, разумное государственное регулирование экономики, защита гражданских прав цветного населения, усиление роли федеральной власти, расширение помощи развивающимся странам. Электоральную базу демократов составляют неквалифицированные рабочие, представители меньшинств, менее образованные и более либеральные американцы.

Республиканцы, также воспринявшие идею государственного регулирования рыночной экономики, главной целью считают обеспечение максимальной конкурентоспособности национальной экономики и экономического роста путём активизации конкуренции и частной инициативы. А в социально-распределительной функции государства видят скорее зло, чем благо. Республиканцы, в основном, ориентируются на богатых, образованных и консервативных избирателей.

Партии не имеют фиксированного членства и членских билетов. Их сторонниками признаются те избиратели, которые на выборах зарегистрировались как демократы или республиканцы соответственно.

Не имея постоянных программ, партии к каждым президентским выборам принимают предвыборные платформы.

Функционирование обеих партий обеспечивает профессиональный, постоянно действующий аппарат каждой из них. Он построен в соответствии с избирательной географией и территориальным устройством США и состоит в каждой партии из системы комитетов, от участковых до национального.

Структура руководящих органов Демократической партии выглядит следующим образом: Национальный комитет – центральные комитеты отдельных штатов – центральные комитеты графств и отделения округов по выборам палаты представителей конгресса США – партийные функционеры (комитеты) муниципалитетов.

Кроме того, Демократической партией образованы такие национальные органы, как Комитет по избирательным кампаниям по выборам демократов в сенат, Комитет по избирательным кампаниям по выборам демократов в палату представителей, Комитет по законодательным выборам, Ассоциация губернаторов-демократов, Комитет молодых демократов, Комитет демократов колледжей и т.д.

Аналогичная структура существует и в Республиканской партии.

Каждая партия имеет Национальный комитет. В Национальный комитет Республиканской партии входят по два представителя от каждого штата – обязательно мужчина и женщина, и председатели партийных организаций штатов, в которых большинство избирателей проголосовало за Республиканскую партию на последних выборах, либо республиканец избран губернатором, либо члены конгресса от штата – преимущественно республиканцы. В Национальный комитет Демократической партии входят более 300 человек, каждый из которых избирается сроком на четыре года.

Порядок выборов членов Национальных комитетов партий также неодинаков в разных штатах: они осуществляются либо посредством праймериз, либо партийными комитетами штатов. Национальные комитеты переизбираются в год президентских выборов.

В рамках Демократической партии существует несколько идеологических направлений – аналогов партийных фракций - консервативные демократы, либеральные демократы, независимые (libertarian) демократы, новые демократы, прогрессивные демократы, центристы и т.д.

Идеологический состав Республиканской партии столь же разнороден и охватывает большой спектр политических воззрений и взглядов.

Высшими органами Демократической и Республиканской партий являются национальные конвенты. Им принадлежит особая роль не только на выборах – формально именно они выдвигают кандидатов в президенты США, но и в политической жизни страны. На конвентах принимаются политические платформы партий. Делегаты на национальные конвенты избираются, в основном, в ходе первичных выборов – праймериз.

В США существуют династии политиков, традиционно являющихся демократами или республиканцами. Например, семья Кеннеди, давшая США несколько поколений политиков и одного президента, традиционно выступает на стороне демократов, политическая династия Бушей – республиканская.

 

Внешняя политика США

Основные проблемные узлы американской внешнеполитической повестки, которые будут актуальны для администрации США, можно условно разделить на две группы:

Долгосрочные стратегические инициативы – затратные, но с явным политико-экономическим эффектом «на выходе». К ним можно отнести Трансатлантическое и Транстихоокеанское партнерства.

Международные политические проблемы, требующие для своего решения значимых ресурсов, но с непредсказуемой результативностью и высокой степенью риска. В эту группу можно включить проблемы Ближнего Востока, региона АфПак и взаимоотношения с Россией.

Евроатлантическое направление. Здесь наиболее существенное значение для США будет иметь ход переговоров о создании Трансатлантического торгового и инвестиционного партнерства (ТТИП), что потребует от администрации максимальной концентрации усилий в преодолении противодействия как части европейских союзников, так и сопротивления сторонников защиты американского рынка.

Основные американские политические усилия в рамках НАТО будут направлены на то, чтобы заставить европейских союзников осуществлять больший финансовый и военный вклад в обеспечение собственной безопасности, а также поддерживать США в решении военных задач за пределами зоны ответственности Альянса, например, в борьбе против ИГ.

Для выхода на новый уровень взаимодействия США с союзниками (Японией, Республикой Корея, Австралией, Филиппинами) и партнерами в АТР (Вьетнам, Малайзия, отчасти – Индия и Индонезия), пусть и без какой-либо его официальной институционализации, пока не созрела политическая почва и военно-политическая обстановка.

Возобладала линия на расширение политики вовлечения Китая в торгово-экономическое и политическое сотрудничество, можно ожидать дальнейшего укрепления в американской элите настроений в пользу военного и политико-экономического сдерживания КНР. Антикитайские настроения растут среди американских экспертов и военных, отмечающих высокие темпы развития программ военного строительства и активности НОАК на море, в воздухе, в космосе и в киберпространстве, а также опережающую динамику китайских военных расходов. Среди реалистически мыслящей части американских политических и экспертных кругов существует устойчивая убежденность в контрпродуктивности курса на военно-политическое сдерживание Китая. Сторонники такого подхода считают, что развитие экономического, социального и политического вовлечения Китая будет способствовать его внутренним политическим и идеологическим трансформациям и сделает его внешнюю политику более предсказуемой. Кроме того, нельзя недооценивать возрастающее значение развития в США прокитайского экономического и политического лобби.

Во внешнеполитической сфере в 2015 – 2016 годах рост противоречий между КНР и США будет дополнительно стимулироваться политикой ряда государств Восточной и Юго-Восточной Азии, рассчитывающих на получение выгод от конкуренции двух сильнейших держав и обострения противоречий между ними. Особое значение здесь будут иметь попытки втянуть США в качестве арбитра или участника в их территориальные споры с КНР. Это отчасти уже удалось Вьетнаму и Японии. В то же время некоторые проблемы безопасности Тихоокеанской Азии будут способствовать сближению позиций Вашингтона и Пекина. Например, в этом качестве может выступить положение в КНДР и развитие военно-политической и гуманитарной ситуации на Корейском полуострове – обе стороны заинтересованы в обеспечении мира и в постепенной трансформации северокорейского режима.

Россия представляет для тихоокеанской политики Вашингтона интерес только в контексте ее отношений с КНР, а также с союзниками (Япония и Республика Корея), партнерами (Вьетнам) и врагами (КНДР) США. Американских экспертов и официальных лиц заинтересовала перспектива переориентации России на азиатские энергетические рынки. Возможное дальнейшее экономическое и политическое сближение России с КНР, а также развитие сотрудничества с другими государствами региона, рост российского военного и гражданского (торговый, танкерный, рыболовный и научный флот) присутствия на Тихом океане, развитие добычи углеводородов на шельфе будут способствовать росту внимания к ней со стороны американского бизнеса и государства. Однако в ближайшие годы США не будут заинтересованы ни в крупномасштабном сотрудничестве с Россией в регионе, ни в целенаправленном противодействии расширению её влияния.

Ближний Восток. Для развития политики США на Ближнем Востоке ключевое значение будут иметь три основных фактора:

1) Состояние мирового рынка углеводородов – динамика цен и характер действий Саудовской Аравии и стран ОПЕК. В случае если они продолжат придерживаться линии на снижение цен и не будут сокращать добычу ни при каких обстоятельствах, это может нанести существенный ущерб интересам США, как третьего по величине объемов добычи игрока на мировом рынке нефти. Возможно также негативное влияние на развитие наиболее высокотехнологичной части американского ТЭК – добычи сланцевой нефти и газа, которая была одним из важнейших драйверов роста экономики США в условиях преодоления последствий кризиса и рецессии.

Снижение цен на нефть имеет опосредованное позитивное значение для американского потребительского рынка и развития промышленного производства, а также приносит косвенные внешнеполитические выгоды – возникновение дополнительных условий для экономического и политического давления на Россию. Однако для Вашингтона будут весьма существенны и те издержки, которые при дальнейшем снижении цены понесут американские компании – не только гиганты, но и многочисленные небольшие компании, выступившие в качестве бенефициаров «сланцевой революции». Весьма значимы будут и риски для американского фондового рынка, а также трудности, которые неизбежно возникнут на пути реализации планов американских ТНК по экспорту газа (его цена связана с ценой на нефть) на азиатские и европейские рынки.

Такая динамика экономической конъюнктуры, потребует изменения американской внешнеполитической линии в отношении ряда стран региона, действия которых ограничили возможности США влиять на процессы ценообразования на мировых энергетических рынках. В первую очередь это касается Саудовской Аравии.

2) Расширение зоны деятельности и укрепление военного и политического потенциала «Исламского государства» и других радикальных исламистских организаций. Дальнейшее обострение ситуации в Ираке, Сирии и установление «Исламским государством» контроля над новыми территориями может потребовать от США и их союзников расширения военной операции, включая ведение непосредственных боевых действий на земле, которых так старалась избежать администрация Обамы.

США и их союзники сталкиваются с тем, что «Исламское государство» меняет тактику, переходя от крупномасштабных военных операций к массированному проникновению отрядов боевиков в города и села на территории Ирака и Сирии. Это обстоятельство уже существенно снизило уровень эффективности воздушных ударов по позициям террористов. Слабая боеспособность иракской армии, трудности с вооружением и подготовкой курдских формирований с высокой вероятностью уже к лету 2015-го потребуют от США и их союзников отправки воинских контингентов, готовых к ведению боевых действий сухопутными подразделениями. В силу данных обстоятельств развитие новой иракской кампании рискует стать для Обамы важнейшим внешнеполитическим вопросом в 2015-м. Давление со стороны республиканцев, требующих полномасштабной наземной операции, будет президенту США даже на руку – поможет ему сохранить лицо, в случае полномасштабного возвращения американских войск в Ирак.

3) Отношения с Ираном и характер диалога с другими ведущими государствами региона. Одним из важнейших факторов развития политики США на Ближнем Востоке останется динамика развития отношений в формате США – Иран – Саудовская Аравия – Израиль. Достижение компромисса по иранской ядерной программе и создание условий для постепенного возвращения Ирана в мировую экономику может вызвать неоднозначную реакцию как Израиля, так и Саудовской Аравии: значительная часть израильского истеблишмента в принципе не верит в возможность достижения «сделки» с иранским руководством, а саудиты крайне не заинтересованы в освобождении Ирана от режима санкций и росте его влияния в регионе.

Афганистан и Пакистан,АфПак. Одной из важных проблем внешней политики США является развитие политической ситуации в Афганистане после вывода большей части войск Международных сил содействия безопасности. К началу года в Афганистане останутся 10,8 тысячи американских военных, к концу года предполагается сократить их численность до 5,5 тысячи, однако с высокой вероятностью провести такие сокращения будет затруднительно. Правовая база для пребывания больших западных воинских контингентов создана в 2014-м в виде соглашений о долгосрочном сотрудничестве в области безопасности с США и НАТО, которые подписал новый афганский президент Ашраф Гани Ахмадзай и ратифицировал парламент. Однако даже при условии нахождения в стране большого количества американских военных советников и военнослужащих остается открытым вопрос о том, как долго сможет продержаться афганский режим и насколько жизнеспособными окажутся созданные при содействии США афганская армия, полиция и властные институты. В условиях, когда нет четкой перспективы ни у афганской экономики, ни у решения проблемы производства и транзита наркотиков, ни у задачи вовлечения умеренной части талибов в легальный политический процесс, в Афганистане сохраняется угроза активизации радикальных исламистов. Несмотря на то, что в 2015-м риск проникновения в страну влияния ИГ останется низким, предпосылки для дестабилизации ситуации уже могут начать проявляться.

Ключевое значение для развития ситуации в Афганистане будет иметь характер диалога США с Пакистаном, который рассматривается как давний партнер, еще в 2004-м получивший от США статус «Важного союзника за пределами НАТО» (Афганистан – в 2013-м). Но недоверие к нему растет. Предметом постоянной настороженности Вашингтона являются:

- действия пакистанского руководства в Северном Вазиристане, где оно потворствует местным племенным вождям, вовлеченным в контроль над наркотрафиком (основой финансирования боевиков), и осуществляет негласное покровительство талибам, которые имеют там базы, семьи и убежища;

- характер контактов пакистанской Межведомственной разведки и военной разведки с пакистанскими и афганскими талибами;

- политика давления, к которой Пакистан часто прибегает в отношении Афганистана во многих политических и торгово-экономических вопросах;

- высокий уровень антиамериканских настроений в пакистанском обществе и элите, которые поощряются руководством страны – оно одновременно сотрудничает с американцами и разворачивает активную пропагандистскую кампанию, направленную против них, используя негативное отношение населения к применению беспилотников и вертолетов для ударов по боевикам Талибана на пакистанской территории. США заинтересованы в том, чтобы Пакистан в 2015-2016 годах оставался одним из важных участников формирования баланса сил в регионе, но не стал доминирующей силой, подчинившей себе Афганистан и использующей свое влияние на талибов и пуштунскую племенную аристократию для давления на другие группы афганской элиты. Именно поэтому Вашингтон уравнял союзнический статус Пакистана и Афганистана и стремится погасить конфликты между руководством двух стран, что стало несколько легче сделать после ухода в сентябре 2014-го правительства Карзая.

На более долгосрочную перспективу США не заинтересованы в чрезмерном укреплении позиций Пакистана и подчинении ему Афганистана. Они не уверены в лояльности пакистанского руководства и, прежде всего, военных и спецслужб. Американские эксперты продолжают считать потенциальной угрозой наличие у Пакистана ядерного оружия и средств его доставки. Опасения у США вызывает активное сотрудничество Пакистана с КНР, в том числе и в военной сфере, а также состояние его отношений с Индией, которая рассматривается как американский стратегический партнер, а в перспективе, возможно, военный союзник в Южной и Тихоокеанской Азии. Однако в 2015 – 2016 годах США будут скорее заинтересованы в укреплении стабилизирующей роли Пакистана в регионе.

Россия. Вашингтон продолжит придерживаться достаточно жёсткой политической линии в отношении России даже в случае улучшения экономической ситуации и прекращения боевых действий на Украине. Внешнеполитическая стратегия США выходит по своим масштабам за пределы собственно давления на Россию в связи с развитием ситуации на Юго-Востоке Украины. Администрация Обамы стремиласьдемонстративно наказать Москву за «неправильное поведение», под которым подразумевается весь комплекс позиций и действий по целому ряду вопросов международно-политической повестки на протяжении 2012 – 2016 годах: ситуации в Сирии, экономическому и политическому взаимодействию с Ираном; большинства проблем в отношениях России и НАТО; по делу Эдварда Сноудена, по Украине и Донбассу и другим эпизодам.

На протяжении многих лет Вашингтон отрабатывал практику применения политики санкций в отношении государств, режимы которых, по его мнению, выходят за пределы отведённой им компетенции на мировой арене, проводят неприемлемую внутреннюю политику и нарушают те принципы «международного поведения», которые в данный момент готовы разделять и поддерживать США и их союзники. У санкций в отношении РФ есть своя специфика. Россия является не просто сильным региональным игроком, каким были в период введения против них санкций, например, Иран или КНР, она глобальная держава, интегрированная в мировую экономику и имеющая своё видение принципов организации международных отношений и существенные возможности влиять на ситуацию в других странах, включая союзников США.

Действующий режим санкций в отношении России полностью сохранится. Но при этом администрация постарается удержать в своих руках основные рычаги управления процессом – возможность введения или снятия мер с помощью президентских распоряжений и не допустить принятие Конгрессом дополнительных законопроектов о введении экономических санкций. Лишь возвращение украинской темы и отношений с Россией в публичную политическую повестку может подвигнуть республиканцев в Конгрессе к принятию ещё более жестких мер, дополняющих HR5859 «О поддержке свободы на Украине 2014» (от 13 декабря 2014 года).

Отношения с Россией не будут входить в число приоритетных направлений внимания администрации. В отношении Москвы сохранится жёсткая риторика, а также политика санкционного давления при одновременном постепенном восстановлении взаимодействия и даже сотрудничества на направлениях, интересных Вашингтону, – в области борьбы с международным терроризмом, по ситуации в Сирии и Ираке, по иранской ядерной программе, по поводу обстановки на Корейском полуострове и еа Украине.

Проблемой для Вашингтона станут разногласия между членами созданной им для борьбы с ИГ коалиции. Хотя Вашингтон формально поддерживает Ирак в его спорах с Турцией, США могут пойти на содействие дальнейшей суверенизации иракского Курдистана. Несмотря на демонстрируемую Вашингтоном лояльность турецкому руководству, уровень доверия к нему стремительно падает. В 2016-м США при поддержке европейских союзников усилят давление на Анкару в связи с необходимостью укрепления контроля на турецко-сирийской границе и сокращения её «прозрачности» для боевиков. Еще один теракт в Европе может серьёзно обострить эту проблему в американо-турецких отношениях. Несмотря на то, что Вашингтону удалось убедить Анкару в необходимости вывести подразделения армии из-под Мосула, в 2016-м пренебрежительное отношение турецкого руководства к суверенитету и границам Ирака может вызвать новые трения между правительством Реджепа Тайипа Эрдогана и администрацией.

США сохранят умеренно высокий уровень политического давления на официальное руководство Сирии, отчасти признавая обоснованность действий правительства Асада против ИГ и его статус в качестве лидирующей силы на подконтрольных территориях. Однако Вашингтон будет противодействовать попыткам легитимировать этот статус Асада посредством выборов. Поддержка США и их союзников в регионе будет способствовать сохранению завышенных требований сирийской оппозиции на переговорах с официальным Дамаском.

США будут оказывать прямую и косвенную поддержку Исламской коалиции, создаваемой Саудовской Аравией, используя её как структуру, действующую параллельно коалиции во главе с США. Наличие Исламской коалиции позволяет Вашингтону снять с себя часть политических рисков и военной нагрузки в борьбе против ИГ и получить больше поддержки в мусульманском мире. При этом США необходимо, чтобы американская коалиция не была единственной альтернативой той, которую создали Россия, Иран, Ирак и Сирия.

Важнейшим сюжетом для внешней политики США в Тихоокеанской Азии в 2016 году останется реализация проекта Транстихоокеанского партнерства (ТТП). Здесь многое будет зависеть от внутриполитической ситуации – от того, насколько Конгресс будет готов поддержать реализацию этой инициативы до конца требуемого срока – 90 дней от внесения президентом законопроекта.

При наличии такой поддержки США продолжат реализацию ТТП в его расширенном понимании – не только как зоны свободной торговли, но и как пространства единых стандартов, принципов регулирования в торговой и финансовой сферах, а также в области правовых механизмов защиты авторского права и интеллектуальной собственности. Одна из ключевых внешнеполитических задач для Вашингтона в 2016-м – вовлечение Республики Корея (РК) в ТТП. После присоединения Японии к ТТП вхождение РК в соглашение означало бы серьезные трудности на пути китайской инициативы по созданию зоны свободной торговли КНР – Япония – Республика Корея. Китай окажется в еще более сложном положении, чем после принятого в октябре 2015-го решения руководства крупнейшей экономики ЮВА, Индонезии, вступить в ТТП, создавшего проблемы для развития зоны свободной торговли Китая и АСЕАН.

Одновременно США продолжат реализовывать линию на многоуровневое вовлечение Китая в диалог по вопросам экономики и безопасности.

Отношения с ЕС и НАТО. Внимание американского руководства будет приковано к двум важнейшим темам в диалоге со странами ЕС и НАТО: обеспечение их невоенной безопасности, а также создание Трансатлантического торгового и инвестиционного партнерства (ТТИП). В случае совершения исламистами в странах ЕС резонансных терактов США окажутся под ещё большим давлением со стороны европейских союзников и партнеров. Вероятность новых терактов в Европе будет весьма высока, поэтому США могут в любой момент получить негативную реакцию со стороны союзников, которые уже критикуют Вашингтон за неготовность активно участвовать в обеспечении их безопасности от террористической угрозы. На этом направлении у Америки могут возникнуть трудности, усугубляемые различиями позиций США и ведущих стран ЕС по поводу развития ситуации на Ближнем Востоке, в том числе по поводу происходящего в Сирии и Ираке, а также действий России.

Несмотря на то, что США будут периодически напоминать о готовности обеспечить военную безопасность стран НАТО, придавая особое символическое значение взаимодействию со странами Восточной Европы и Балтии, совместным учениям и другим мероприятиям, внимание Вашингтона к традиционной военной безопасности союзников в целом не будет расти. Многое здесь будет зависеть от характера политических отношений с Россией и от темпов восстановления политического диалога по линии Совета Россия – НАТО.

Основное внимание и усилия США на европейском направлении будут сконцентрированы на подготовке к подписанию Трансатлантического торгового и инвестиционного партнерства. Для администрации принципиально важно завершить работу над сделкой со странами ЕС. Несмотря на существенные трудности, с которыми столкнулся переговорный процесс в связи с вопросами о стандартах, шанс сделать это в сохраняется благодаря наличию у администрации соответствующих полномочий. Однако сложно представить, что соглашение в случае его заключения пройдет Конгресс в 2016-м.

Отношения с Россией. Взаимодействие с Россией будет одним из самых противоречивых направлений американской внешней политики. С одной стороны, Вашингтон не откажется от жесткой риторики в отношении действий и позиций Москвы, а также от периодических нападок по всему списку острых вопросов повестки российско-американского диалога. Возможно также демонстративное введение санкционных мер, дополняющих и «надстраивающих уже действующие». С другой стороны, администрация Обамы будет постепенно снижать градус напряженности в отношениях с Россией и все чаще идти на негласное сотрудничество в отдельных сферах, вырабатывать компромиссы по вопросам второстепенного характера.

Особое значение для развития взаимодействия с Россией в 2016-м будут иметь три темы:

- безопасность в Европе, в первую очередь в связи с террористической угрозой;

- развитие событий в Сирии и Ираке, а также динамика противоборства с ИГ и международным терроризмом;

- политическая и экономическая ситуация на Украине.

По первым двум направлениям есть предпосылки для постепенного наращивания коммуникации между Россией и США/НАТО, в особенности если риски для европейской безопасности будут расти. По украинской тематике достижение компромиссов будет зависеть не только от позиций и действий Москвы и Вашингтона, но и от того, насколько острые формы примет дальнейший политический и экономический кризис на Украине, а также насколько прочной окажется «заморозка» военного конфликта на Донбассе. При этом России и США будет легче достигать компромиссов при решении задач тактического и функционального характера, чем стратегических прорывов в отношениях.

В целом стратегия США на международной арене не скоординирована с действиями разных ведомств этой страны. Например, в Сирии, где формирования, созданные Пентагоном, воюют против формирований, созданных ЦРУ. Зато по двум пунктам – разделить Европу на Европейский Союз и Россию, а Дальний Восток – на АСЕАН и Китай – они действуют более-менее слаженно.

По отдельности принципы внешней политики США не являются чем-то ужасным, но все вместе они создают основу для ощущения превосходства и ярко выраженных миссионерских настроений, что в свою очередь определяет появление довольно спорных убеждений:

- Ассоциация своей стороны с силами добра приводит к тому, что все несогласные автоматически начинают считаться злом. Знаменита фраза Буша: «Всякая нация должна сейчас принять решение. Или вы с нами или вы с террористами».

- Интересы других стран считаются второстепенными по сравнению с интересами США. Даже представители стран ЕС жалуются на то, что США действует в одностороннем порядке, игнорируя их мнение.

- Стремление к усилению своего влияния посредством снижения влияния других стран. Типичный пример – стимулирование постройки газопроводов в обход территории России. Уменьшение значимости России как поставщика и транзитера энергоносителей заметно снижает её международное влияние. Влияние США как гаранта и устроителя новых трубопроводов наоборот возрастает.

- Игнорирование международных организаций. Это обосновывается следующим соображением: так как участие в международных организациях не может обеспечить достижение целей США, следует действовать без оглядки на эти организации. Когда ООН не дало санкции на нападение на Ирак, США всё равно напали. Как результат – уменьшение влияния ООН, дискредитация системы международного права,форсирование создания ядерного оружия странами, не имеющими его.

- США считают, что они вправе менять правительства других стран. Это достигается разными путями: политическими, экономическими и военными.

 







Последнее изменение этой страницы: 2017-01-24; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 34.204.173.45 (0.025 с.)