Глава 5 Магазины, как и люди, смертны



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Глава 5 Магазины, как и люди, смертны



Записная книжка автора

6 марта 2010 года

 

Ровно через год Федор «Тойоту» купил. Еще через год он ее продал, чтобы вложить деньги в дело, которое все еще балансировало на грани жизни и смерти.

Когда я с ним встретился, его бизнесу было уже три года. О своих былых мечтах он не мог вспоминать без улыбки. Сам он передвигался или на разбитой «девятке», приписанной к фирме, или на такси, или на велосипеде. На велосипеде ему нравилось больше всего. Он любил рассказывать, как приятно ехать на работу, крутя педали.

Ему даже повезло: в подъезде под лестницей в его доме организовали место для хранения детских колясок, которое запиралось на ключ. Там как раз оставалось место для велосипеда. В квартире его просто было бы некуда поставить.

Спустя три года Федор не стал миллионером и даже не смог существенно увеличить свои доходы.

Сегодня я продаю машину, потому что бизнесу сейчас очень нужны оборотные средства. Когда мы выдаем зарплату, я получаю ее последний, потому что денег, чтобы выдать всем сразу, не хватает. Иногда у меня не оказывается наличных на бензин или на обед. Visa давно пустая. Бывают и такие дырки. Все, что у меня есть и было, – все в моем бизнесе. Без остатка.

БЛОГ ФЕДОРА

Он по-прежнему жил в однокомнатной квартире в хрущевке с женой и ребенком.

Более того, Федор не стал знаменитым, не реализовал франчайзинговый проект, не создал сеть пассионариев-единомышленников, не открыл магазины в других городах, не стал лидером книжного рынка всей страны и примером для подражания. Федор не сделал ничего, о чем он мечтал в начале своего предпринимательского пути.

Он, однако, добился многого: за три года пережил столько, сколько иные люди не переживают и за десять.

Эти три года его изменили. Романтический молодой человек, каким я знал его прежде, исчез. Федор приобрел взгляд человека, который знает, что делает. Просто потому, что прежде много раз не побоялся сделать то, о чем не имел ни малейшего представления.

Он больше не выглядит намного моложе своих лет. Он стал увереннее в себе и сильнее. И у него перекосило лицо.

– Вообще это почти незаметно, но если поднять брови, то видно, что поднимается только левая бровь, – говорит Федор.

Он поднимает брови, чтобы продемонстрировать. И замирает, как старый актер на красной дорожке, который строит фирменное выражение лица и держит его, чтобы все фотографы успели сделать достаточное количество фотографий.

И правда, поднимается только левая бровь – правая не поднимается. Из-за чего выражение лица у Федора получается недоброе.

На днях Федор подумал о том, что надо взять себя в руки и заняться спортом, чтобы держать себя в форме. Пошел в тренажерный зал, с большим удовольствием пробежал пять километров на дорожке, вышел распаленный на мороз, подумывая о том, что надо бы ходить в зал почаще.

И застудил лицо, из-за чего парализовало всю правую половину физиономии. Теперь Федор большую часть дня проводит в больнице на физиотерапии, ему делают уколы и ставят капельницы. Он плохо видит правым глазом, потому что постоянно лопаются сосуды. Во рту у него солоноватый привкус, будто разбил губу, потому что повреждены нервы.

Доктор сказал, что ему надо разрабатывать мышцы лица. А для этого необходимо жевать, спать на поврежденной стороне и как можно чаще смеяться.

Федору, однако, не до смеха, потому как бизнес его пока приносит убытки, даже несмотря на то, что это больше не один маленький магазинчик на шестом этаже, а крупное торговое предприятие.

Я встретился с ним накануне решающего сражения, которое он должен был дать в этой долгой и изнурительной войне за независимость – независимость от кредиторов, от финансовых кризисов, от поставщиков и партнеров, но прежде всего – от мрачной предопределенности, что нельзя в твоем городе, в твоей стране и в твоей жизни что-то изменить.

Завтра открывается его новый книжный. И хотя за три года Федор открыл много магазинов, для него это не просто очередное открытие. Это момент истины. Рубикон, при переходе через который решается ключевой вопрос: будет ли жить дело, которое он создал?

Поэтому, несмотря на кривое лицо и невидящий глаз, Федор сбежал из больницы. Вот уже неделю его сотрудники готовят магазин к открытию в круглосуточном режиме, сменяя друг друга, чтобы успеть к сроку. Даже менеджеры после завершения рабочего дня приезжают в магазин, чтобы помочь продавцам. И вместо того чтобы прохлаждаться на больничной койке, Федор едет поддержать сотрудников, вдохновить их личным примером.

У нас часто бывает: чем хуже дела в компании, тем дороже машины покупает владелец бизнеса, тем больше и круче он потребляет. Это мистическая иррациональная уверенность в том, что деньги привлекают деньги. Если бизнес падает, не надо ныть, ужиматься, надо брать Cayenne в новый кредит, и это даст силы, уверенность, успех и мотивацию.

БЛОГ ФЕДОРА

Но где самому взять вдохновение, когда уже больше года сидишь в убытках, да еще у тебя перекосило лицо?

Неожиданно звонит телефон. Подержав трубку у уха, Федор спрашивает на повышенных тонах:

– Почему завтра? Мы с тобой месяц назад говорили! Так ты бы мне сразу сказал, что мы не успеем. На что надеялся-то? Как мы сейчас мелкий товар будем выставлять? Ты мне завтра продажи убиваешь. Молодец!

Он убирает телефон и, помолчав, поясняет:

– Ну вот, полседьмого вечера, а подрядчик сообщает, что будет готова только половина оборудования для магазина, – говорит Федор и даже улыбается от удовольствия. И на этот раз почему-то улыбка получается искренняя и совсем не кривая. Именно так улыбаются люди, которые только что получили подтверждение своим самым плохим опасениям. – Причем мы вытащили деньги из оборота и заплатили ему заранее. А я долбил его каждый день… И это лучший мебельщик в городе – другие опоздали бы еще больше.

Мы едем с Федором на разбитой «девятке», приписанной к фирме.

Прежде чем отправиться в Эжву, город-сателлит Сыктывкара, Федор хочет заехать в офис, чтобы проверить, как шли дела в его отсутствие.

– Они нам делали мебель, когда мы открывали самый большой магазин в Сыктывкаре. Последние шкафы мы тогда ставили в шесть утра перед открытием, пилили в самом магазине. Но тогда мы все же успели, – вспоминает Федор. – Я их реально схватил тогда за яйца. Сказал: не сделаете, суки, я вам просто жить не дам.

Хотя по календарю уже весна, на обочинах дороги в городе с двумя Ы сугробы высотой в человеческий рост. На крышах в городе с двумя Ы лежит снег, многослойный, как торт «Наполеон».

– Диски мы тогда не успели привести в порядок. – Федор все дальше погружается в воспоминания. В отличие от многих людей, которые так никогда и не решаются переступить черту, отделяющую обыкновенных людей от предпринимателей, ему есть что вспомнить. – Так и выложили в драных коробках. Наклеили распечатки: «Уважаемые покупатели, к сожалению, мы не успели красиво выложить диски. Поэтому выложили их в коробках». Всем понравилось, люди подумали, что это такая фишка…

В тот раз утром Федор после бессонной ночи пошел спать. Проснувшись, позвонил в магазин узнать, как идут дела. Дела шли не хуже, чем у Ивана Дегтярева при открытии «Города мастеров».

Люди ломали ограждения в очереди, матерились и ругались, что жарко, а стоять за книжками нужно час: очередь была от касс на весь магазин. Но все равно стояли. Просто такого большого, такого красивого книжного магазина горожане еще не видели. Тогда за один день Федор заработал четыреста девяносто тысяч рублей.

Имхо, вы именно делаете что-то не так. Оглянитесь, столько труда, вроде бы крупная компания, а денег нет.

КОММЕНТАРИЙ В БЛОГЕ ФЕДОРА

Водитель высаживает нас у другого шедевра бизнес-империи Федора Овчинникова – магазина канцтоваров, в помещении которого располагается и офис. Проходя по залу, Федор здоровается с продавцами (с мужчинами за руку), поправляет криво стоящую табличку, закрывает приоткрытую дверь, которая ведет в служебные помещения. Через склад, заставленный коробками, проходит в небольшую комнату на четырех человек, где он теперь проводит большую часть своей жизни.

Гарлем в общежитии остался в прошлом. Но это тоже не дворец бракосочетаний. Протертый линолеум, пенопластовый потолок. Стекло заросло инеем. Сквозь иней не видно ничего, кроме снега, голых кустов и столбов линии электропередачи: магазин находится на территории бывшего мясоперерабатывающего завода.

Сняв верхнюю одежду и подключив ноутбук, Федор начинает совещание.

– Таблица актуальная? – спрашивает он менеджеров, которые отвечают за продажи оптовым клиентам и должны делать пометки в таблице, сколько звонков они совершили за день. И привели эти звонки к продажам или нет.

– Моя актуальная, – отвечает Настя. – Почти.

Она работала прежде на складе, но Федор с первого дня остро нуждался в менеджерах, способных работать и приносить результат, поэтому решил поэкспериментировать и поставить ее на продажи.

– У тебя второго числа ни одного контакта нет, – замечает Федор.

– Как так? А, ну да. У меня второго марта день был такой кипешной…

– Третьего контактов нет, четвертого контактов нет, – продолжает Федор. Чем больше он изучает таблицу, тем хуже становится его настроение. – Ты ни с кем не контактировала или не заносила в таблицу?

– Я не могла ни с кем не контактировать, потому что телефон у меня звонит постоянно, – говорит Настя. – И я также совершаю звонки.

– У тебя не было ни одной отгрузки за неделю, – говорит Федор.

Если не было ни одной отгрузки, значит, за неделю Настя не заключила ни одного реального договора, который закончился продажей товара. Значит, всю неделю она зря получала свою зарплату.

– Да были, – отмахивается Настя.

– Кто отгружался? – спрашивает Федор.

– У вас какая-то таблица неправильная, – уходит от ответа Настя.

– В понедельник не было отгрузок. Во вторник не было. – Федор делает паузу, Настя молчит. – Давай ты будешь говорить либо «да», либо «нет», либо «не знаю».

– Не знаю.

– Хорошо. – Федор отвлекается от экрана и, откинувшись на спинку стула, смотрит на Настю. Настя хоть и выросла в Эжве, но иногда напоминала человека, приехавшего из деревни. Поэтому Федор и поставил ее на продажи региональным клиентам, надеясь, что ей будет проще найти с ними общий язык. Но похоже, его надежды не оправдывались.

– Просто расскажи вне таблицы свое видение, – предлагает он. – Как прошла неделя, что успела сделать.

– Для меня неделя прошла плодотворно, – говорит Настя. – У меня разрывается мой сотовый телефон. Конкретно звонят и интересуются. Эти контакты я не отмечаю. В Ухте клиент образовался, – наконец вспоминает она. – Мы отправили счет на оплату. Правда, девушка пока молчит. Она берет для детского сада.

– На перепродажу? Или напрямую для детского сада? – уточняет Федор.

– Я ума не приложу, она сказала: «Мне нужно для детского сада», – почему-то повышает голос Настя.

– Так что ты ума не приложишь? – почти теряет терпение Федор, но моментально успокаивается: – Ты выясни потребность, что за клиент, для чего ему нужны товары… Анкету они составляют?

– Нет, она не хочет, спрашивает, будет ли товар. Говорит, мы по счету все оплотим.

– Оплатим, – поправляет Федор.

– Оплатим, – поправляется Настя.

У Федора, кажется, мелькает мысль, что пора возвращать Настю на склад.

Я думаю, что Федор должен бы относиться к этому философски: за время его предпринимательства это далеко не первая неудачная попытка разбудить человека, предложить ему прыгнуть выше головы, захотеть чего-то большего, чем то, чего он привык хотеть.

В машину тем не менее Федор садится в расстроенных чувствах. Лобовое стекло в «девятке» по всему периметру украшено старыми радужными компакт-дисками. Водитель включает музыку. «Наполеоны» на крышах плывут мимо нас, пока Крис де Бург поет про леди в красном.

Однажды я по-терял свой смысл. Я очень устал. За два года мы очень много работали. Я не жалел ни себя, ни людей. Мы собирали магазины за ночь, чтобы платить меньше аренды впустую, потому что хотели быть лучше всех, потому что хотели выйти за рамки. Но потом я увидел, что у нас нет тех результатов, которых я ждал. Я спросил себя, что мы делали не так. Мы же так много работали. Мы были лучше всех. И не нашел ответа.

БЛОГ ФЕДОРА

Год назад люди похоронили Майкла Джексона, в Америке выбрали первого чернокожего президента, в Арабских Эмиратах клонировали первого верблюда. А здесь, в городе с двумя Ы, слушают Криса де Бурга. Путешествие из столицы в провинцию – это всегда еще и путешествие во времени. Последний раз я эту песню слышал на школьной дискотеке.

Федор обычно сам, конечно, не слушает про леди в красном, но не возражает.

– В какой-то момент я разочаровался в своем бизнесе, – признается он тоном человека, который после домашнего обеда в кругу семьи и друзей говорит гостю, что были времена, когда они с женой оказались на грани развода. – Я открывал «Силу ума» с ощущением, что кругом море возможностей – дайте мне только рычаг, я землю переверну. У меня был заряд, я думал, что если будешь работать и не будешь ныть, что везде взятки нужны и связи, то все получится… Оказалось, все гораздо сложнее. Но я нормально себя чувствую. Любая сложность, которую ты преодолеваешь, делает тебя сильнее.

Звучит ободряюще. Но делает ли в действительности человека сильнее расставание с иллюзиями и борьба с ветряными мельницами? Делают ли человека сильнее бесплодные поиски тех, кто хочет перемен и готов сам меняться? Делает ли человека сильнее каждодневное перетягивание каната, когда с одной стороны – одиночка-идеалист, а с другой – мрачная многовековая история твоей страны? Или человек просто склонен принимать за силу равнодушие и покорность, которую неизбежно приносит ему опыт?

По пути в магазин Федор заезжает в торговый центр в Эжве, где он прежде арендовал помещение для «Книги за книгой». Площадь была маленькая, новый магазин будет в три раза больше. Теперь надо подписать документы с арендодателем о прекращении аренды. Поднимаясь по лестнице, Федор останавливается у небольшой секции, в которой продаются дешевые китайские сувениры. Я чуть не налетаю на него.

Федор говорит, что теперь будет продавать вот такую хрень. Вот такую хрень, уточняю я, как эти дешевые репродукции картин художника Шишкина? Да, именно такую хрень и даже хуже, отвечает Федор. Миникальяны. Ароматические палочки «Волна». Броские копеечные подарки вроде кружки «Пивной бюргерской», стакана «Для сотрудников ГИБДД» или «Мерника храбрости», что бы это ни было на самом деле. Подобной хрени, дребедени и фигни Федор заказал целый контейнер, чтобы наполнить ею полки магазина. Федор с нетерпением ждет прибытия этого контейнера в город с двумя Ы. Федор уверен, что в его городе хрень, дребедень и фигня будут пользоваться большим спросом.

Три года назад он был уверен совсем в другом и ждал совсем другого. После открытия «Силы ума» Федор радостно писал в своем блоге, что эксперимент по продаже Донцовой в его интеллектуальном магазине провалился: люди Донцову не покупали, а покупали серьезную литературу. По мнению Федора, это свидетельствовало о том, что в городе с двумя Ы все-таки есть люди, которым нужны умные книжки, хотя все кругом говорили Федору, что таких людей нет и он разорится. Федор мечтал превратить «Силу ума» в центр культурной жизни и готов был для этого работать больше, чем кто бы то ни было. Он был уверен, что все получится.

«Силы ума» больше нет. На двери на месте первого магазина «Сила ума» – распечатка со словом «аренда» и телефоном. Федор оказался прав, когда предрекал хозяину помещения, что тот не найдет арендатора, если поднимет цену.

Я решил полностью отказаться от литературы Дарьи Донцовой и других ее сателлитов, которой и так было у нас очень мало. Мы экспериментально, а иногда и случайно привозили подобные книги, но они совершенно не хотели продаваться в нашем магазине. Обожаю нашу аудиторию!

БЛОГ ФЕДОРА

А на месте второго магазина «Сила ума», куда Федор переехал спустя полгода, находится магазин одежды. А сам предприниматель Федор Овчинников вместо интеллектуальных магазинов теперь открывает книжные супермаркеты, потому что он ведь занимается торговлей, а не арт-проектами, а в торговле главное – выручка с квадратного метра и прибыль. А бестселлеры Донцовой – самый надежный способ поднять и то и другое.

По новому супермаркету, который Федор готовит к открытию, не пройти: стоят коробки, стопки книг. Уже вечер, а завтра в девять утра все эти книги будут стоять на полках, и магазин сможет начать работу. Не открыть магазин завтра в девять нельзя: Федор распространил по всей Эжве рекламные листовки, где рассказал, что открывается книжно-канцелярский «гипермаркет» и на открытии человек с листовкой получит скидку. Федор говорит, что так он открывал каждый новый магазин в своей жизни. Федор сравнивает открытие магазина со штурмом крепости, на который должно подняться все войско.

Федор говорит, что его партнеры относятся к сотрудникам как к расходному материалу. Но ведь если бы не самоотверженность этих людей, Федор не смог бы открыть ни одного магазина. Именно поэтому он не может оставаться в больнице, когда они прилагают сверхусилия, чтобы успеть к сроку.

Федор сообщает начальнику розницы, что мебели не будет. Начальник розницы говорит, что мебельщик обещал успеть – почему он обманывает? Федор не знает, почему он обманывает. Начальник розницы показывает Федору, что уже сделано, сообщает о принятых решениях, информирует, что назревает конфликт с другими магазинами торгового центра, потому что они хотят иметь возможность бегать через книжный в туалет. Кроме того, в самом магазине не работает вентиляция, поэтому очень душно и жарко.

Федор вспоминает Воркуту. Когда он открывал магазин в Воркуте, там тоже было жарко. На улице была зима, все сотрудники были в теплой обуви. Бегать по залу в тяжелых сапогах было неудобно. И Федор тогда придумал разуться и надеть на ноги полиэтиленовые пакеты. В пакетах ногам все равно было жарко, но зато дело пошло лучше, потому что в пакетах получалось весело кататься по скользкому полу.

Федор говорит, что после открытия магазина его всегда посещает легкая грусть. Когда он видит первых покупателей, у него возникает чувство, что чужие люди пришли к нему домой и ходят по дому в уличной обуви.

Завтра утром в этом помещении тоже откроются двери, придут люди в уличной обуви, Федора посетит легкая грусть, магазин начнет здесь свою жизнь. Долгой будет эта жизнь или короткой? Выживет ли вообще дело его жизни? Кто знает. Федор знает только, что магазины, как и люди, смертны. И с этим ничего не поделаешь.

Завтра решающее сражение в истории его бизнеса. Но в этом нет ничего необычного. Все эти три года Федор едва успевал перевести дух между одним решающим сражением и другим. Кажется, вся его жизнь со дня открытия «Силы ума» была наполнена этими сменяющими друг друга решающими сражениями, каждое из которых требовало мобилизации всех его сил.

Может быть, так и должна выглядеть жизнь настоящего предпринимателя? Может быть, так и должна выглядеть жизнь человека.

На прилавке стоит магнитофон, играет музыка, в сравнении с которой Крис де Бург кажется кем-то вроде Моцарта или Джона Леннона.

– А девочке твоей всего пятнадцать лет, и паспорта у девочки, конечно, нет, – поет синтетический, как майка с Черкизовского рынка, голос. – И, сколько ни проси, не продадут билет, девочке твоей не продадут билет. А девочке твоей всего пятнадцать лет…

Федор берется помогать продавцам выставлять книги на полки. По иронии судьбы, Федору достаются коробки с бесчисленными бестселлерами Донцовой. Сняв свитер, Федор принимается за работу.

Глава 6 Холдинг-шмолдинг

В биографии великого американского коммерсанта Сэма Уолтона можно найти немало вдохновляющих примеров для подражания. Он добился небывалого успеха благодаря трезвому взгляду на действительность, завидной изобретательности и безграничному усердию.

Чтобы купить для магазина дамские трусы подешевле, Сэм Уолтон мотался на своем грузовичке с самодельным прицепом через два штата. Чтобы изучить технологии работы крупных компаний, проникал в штаб-квартиры поставщиков под видом мелкого торговца. Чтобы вдохновить своих сотрудников, заключал с ними рискованные пари. А если проигрывал, надевал гавайскую рубаху и юбку, шел на Уолл-стрит танцевать в таком виде посреди улицы на потеху публике.

Уолтон начинал с одного магазина в американском захолустье, но прощальную симфонию жизни этот деятельный чудак слушал владельцем огромной торговой империи WalMart и одним из самых богатых людей Америки.

Когда он умер, под вывеской WalMart работали многие сотни магазинов по всей стране, а сама сеть WalMart стала таким же символом Америки, как Диснейленд и «Макдоналдс». Автобиография великого американского предпринимателя, однако, говорила при этом, что после того, как Сэм Уолтон открыл свой первый магазин, он проработал в нем семь лет, прежде чем ему удалось открыть второй.

Только после того как Федор пережил свой первый кризис, разобрался с кассовым разрывом и прошел своеобразную инициацию неплатежами, он начал по-настоящему понимать значение этого маленького факта в биографии великого американца.

Спустя полгода после открытия «Силы ума» начинающий предприниматель Федор Овчинников боялся даже думать о том, что значит семь лет работать в одном магазине. Что значит семь лет изо дня в день вот так бороться за выживание, не имея никакой уверенности в том, что твои усилия не обернутся разорением и крахом.

Еще пятнадцать лет назад первым русским коммерсантам требовалось куда меньше времени, чтобы сколотить капитал на руинах советского государства. И хотя зачастую капиталы тогда терялись с такой же скоростью, с какой создавались, выжившие в этой русской рулетке и во времена Федора оставались на коне. Начиная бизнес, он невольно равнялся на них. Настроился добиться успеха с такой же скоростью, пусть и не таким же путем.

Просто семь лет ему казались слишком большим сроком. Просто семь лет назад город с двумя Ы был совершенно другим городом – тут даже не было торгового центра, в котором Федор теперь открыл магазин. И семь лет назад это была совершенно другая планета – на ней даже мало кто знал, что такое блог, и далеко не каждый хорошо себе представлял, что такое интернет. Да и сам Федор семь лет назад был совершенно другим человеком и в качестве главного в городе лимоновца ходил на допросы в ФСБ.

Федор теперь часто задумывался о том, как здорово было бы открыть второй магазин. Но, погружаясь в экселевские таблицы, которые он начал составлять после первого кассового разрыва, Федор каждый раз убеждался, что с такими долгами и такими продажами открыть второй магазин у него получится нескоро.

Надвигалось лето, и в городе с двумя Ы шел бесконечный дождь. Федор говорил себе, что дождь – это хорошо, потому что дождь способствует чтению, а значит, и продажам. Во всяком случае, когда Федор вспоминал моменты полного погружения в книги, оказывалось, что у него они всегда были связаны с дождем.

Дождь барабанил по крыше, когда он читал «Бесов» Достоевского, лежа в сарае у бабушки на старой раскладушке. Дождь бил по палатке, когда Федор читал «Сто лет одиночества» Маркеса, пережидая непогоду во время археологической экспедиции. Дождь стучал в окно его квартирки на улице Коммунистической, когда Федор перед открытием своего бизнеса закопался в книги о том, как достичь успеха.

Закуривая очередную сигарету на лестнице в Гарлеме и глядя на капли на мутном стекле, Федор думал о том, что город с двумя Ы благодаря бесконечным дождям можно смело считать столицей чтения. И еще он думал о том, что его реальность сильно отличается от того, что написано в книгах о достижении успеха. Впрочем, может быть, это лишь проблема перевода с английского языка на русский.

Мы станем выдающейся компанией. Я пишу и говорю все это не ради красивых слов. Для меня это реальность. Я хочу, чтобы вы получили такую же уверенность в нашем успехе, какая есть у меня.

ПИСЬМО ФЕДОРА СОТРУДНИКАМ КОМПАНИИ

В один такой вполне обычный дождливый день Федору позвонил незнакомец и сказал, что представляет крупный региональный Холдинг, и предложил пообщаться лично, поскольку есть тема для обсуждения. На встрече в кафе Lounge этот человек бегло рассказал о Холдинге и потом быстро перешел к сути дела: есть перспективные помещения под магазины, Холдинг хочет развивать книжный бизнес – приходи к нам работать.

Федор сказал: вы смеетесь? У меня свой магазин, где я сам себе хозяин. Зачем мне управлять чужим бизнесом?

За полгода он уже распробовал вкус свободы, хорошо знакомый людям, которые решаются взяться за свое дело. Если с самого начала у человека не выворачивает от него все нутро наизнанку, как правило, он ни за что уже не променяет этот терпкий вкус экзотического фрукта на унылые бизнес-ланчи обыкновенного клерка.

Встреча ничем не закончилась, но через несколько дней люди из Холдинга позвонили снова. На этот раз они предложили купить долю в «Силе ума», вложить деньги в развитие и, используя энергию Федора, построить большую сеть книжных магазинов по всей республике.

Иными словами, эти люди предложили Федору реализовать его мечту.

Прежде чем что-либо ответить, он навел о Холдинге справки. В городе с двумя Ы тот считался большим и влиятельным, группе принадлежали многие фирмы на рынках телекоммуникаций, торговли электроникой, производства мебели. Возглавлял Холдинг генеральный директор крупной республиканской госкомпании. Правда, сам он не занимался оперативным управлением – розничную сферу курировал его зять, по совместительству депутат муниципалитета. Пообщавшись со знакомыми, которые работали с компаниями Холдинга, Федор понял, что эти люди не бандиты и не рейдеры, а вполне цивилизованные бизнесмены, которые стараются придерживаться западных корпоративных стандартов, чтобы при случае можно было продать бизнес серьезным федеральным или иностранным инвесторам.

Федор, готовься распроститься с бизнесом. Жаль, что тебя не учили не давать больше тридцати процентов в обмен на инвестиции.

КОММЕНТАРИЙ В БЛОГЕ ФЕДОРА

В общем, это были серьезные коммерсанты, которые Федору показались чуть ли не олигархами. Во всяком случае в офисе у них гостей встречал секретарь. В переговорной стояли кожаные кресла. Молодому предпринимателю бросилось в глаза, что ногти хозяина, депутата Васи, покрыты лаком. Он вертел в руках ручку за двадцать тысяч долларов (о цене ручки Федору было сказано мимоходом). В отличие от Федора Вася учился бизнесу в Москве и имел диплом MBA.

У этих людей явно водились деньги, и при всем этом они не претендовали на то, чтобы управлять компанией. После некоторых колебаний Вася согласился разделить бизнес пятьдесят на пятьдесят. И хотя Федор осознавал, что схема рискованная, он решил, что это шанс и его нельзя упускать.

Федор видел вокруг себя многих предпринимателей, которые не могли выбраться из тесного лабиринта малого бизнеса и до конца дней, кажется, были обречены оставаться владельцами киосков, ларьков или конторок, арендующих секции со столом и стулом в дешевых торговых центрах. Он считал, что способен на большее.

Сделка растянулась на многие дни. Решили, что Федор вложит в новую компанию все активы своего магазина, а партнеры внесут эквивалентную сумму живыми деньгами, а дальше будут кредитоваться. Поэтому первым делом нужно было провести инвентаризацию и оценить все товарные запасы и мебель. В магазин «Сила ума» и в бичовский уголок приехали менеджеры Холдинга, чтобы провести ревизию достижений начинающего предпринимателя Федора Овчинникова. Достижений насчитали на миллион. После этого юристы стали писать договор. Когда документы были готовы, Федор приехал в офис Холдинга и подписал толстую стопку бумаг. «Партнерство пятьдесят на пятьдесят – это как брак, – сказал депутат Вася. – Нужно, чтобы у нас был счастливый брак».

Вступление «в брак» позволило Федору решить проблему с НДС: он не мог соскочить с упрощенки самостоятельно, но налоговая принудительно снимала предприятие с упрощенной системы, если другая компания покупала больше четверти фирмы. Освободившись от налоговых проблем и получив финансовый рычаг, Федор принялся строить большую компанию с энтузиазмом человека, которому доверили подготовку первого межгалактического перелета.

ПОРВЕШЬ ИХ, КАК ТУЗИК ГРЕЛКУ!!!

КОММЕНТАРИЙ В БЛОГЕ ФЕДОРА

Надо было торопиться и как можно скорее захватить рынок: знакомые риелторы сообщали, что крупные федеральные книжные сети уже ищут место под свой первый магазин. Федор хорошо понимал, что первого успеха без копейки в кармане он добился только из-за отсутствия настоящей конкуренции. Своими деньгами, своими технологиями, своим безграничным ассортиментом и низкими ценами федералы просто размажут его по стенке.

Над местом для второго своего магазина Федору долго думать не пришлось. В двадцати минутах езды от города с двумя Ы находился город-спутник Эжва. Хотя формально Эжва была вовсе даже не городом, а районом Сыктывкара, эжвинцы жили своей жизнью, выбирались в центр не так часто, как говорили, а книжных магазинов у них при этом не было ни одного.

Наладить доставку книг в Эжву представлялось не таким сложным делом, да и контролировать такой магазин было бы намного легче, чем магазин в любом другом городе республики, где расстояние между более-менее крупными населенными пунктами почти всегда исчислялось сотнями километров.

Проблема, однако, заключалась в том, что Эжва появилась на свет вокруг целлюлозного предприятия, люди жили там хорошие, но простые, да и было их не так чтобы много: тысяч семьдесят. Федору представлялось очевидным, что открывать интеллектуальный книжный магазин там бесполезно.

Выбор был прост. Либо сохранить верность мечте о красивом магазине интеллектуальной литературы и тогда забыть про Эжву, сдать город федералам и упустить возможность расширить бизнес. Либо отступить от задуманного и принять идею о том, что настоящий коммерсант создает бизнес не для себя, а для людей. И если женщинам нужна книжка про то, как домохозяйка становится детективом и расследует дело о похищении свекрови, значит, такую книгу и надо продавать. А если мужчинам нужна книжка про то, как майор спецназа попадает в Древнюю Русь и крошит печенегов, значит, такую книгу и надо ставить на полку. И не надо подсовывать мужчинам и женщинам вместо этого разное интеллигентское фуфло.

Неожиданно для себя Федор осознал, что хочет быть успешным предпринимателем куда больше, чем владельцем одного красивого магазина, который каждый день вынужден бороться за выживание. Он вошел во вкус, ему понравилось профессионально расти и расширяться. Он решил открыть в Эжве не «Силу ума», а магазин массовой литературы под новым именем, хотя еще полгода назад мечтал совсем о другом.

Это больше похоже на конец, чем на новый этап. «Сила ума» для меня ассоциировалась раньше с идеей, экспериментом, а сейчас тупо бизнес, бабло, проценты.

КОММЕНТАРИЙ В БЛОГЕ ФЕДОРА

Он и сам не заметил, как быстро стал идти на компромиссы, которые до появления Холдинга считал недопустимыми.

Федор обещал партнерам, что к концу года сделает их компанию лидером книжного рынка республики, чтобы потом уже двинуться на федеральный уровень. Он настолько серьезно относился к этим планам, что цветовую гамму будущей сети магазинов «Книга за книгой» подобрал так, чтобы отличаться от любой другой книжной сети, которая существовала тогда в стране.

Место для третьего магазина Федор начал искать, еще не открыв второй. Теперь, когда у него были деньги, он мог уже найти место в центре не на шестом этаже, а прямо на первой линии. Поиски места для этого третьего магазина и привели его в кабинет к Вадиму Павловичу Корнеюку, который в городе был известен многим просто как Палыч.

Вадим Павлович приехал в Сыктывкар из Тбилиси. В начале девяностых в его родном городе электричество давали на час в сутки, а люди разбирали паркет, чтобы отапливать дома. Когда Корнеюк принял решение бежать, его жена была уже на восьмом месяце. Далекий и холодный Сыктывкар, встретивший его тридцатиградусными морозами, он выбрал только потому, что тут жили родственники.

Город с двумя Ы с деревянными домами и хмурыми жителями после столицы Грузии показался ему жопой вселенной. Но через месяц жена родила, и нужно было как-то выкручиваться. Начинал Палыч с челночной торговли. Поездом приезжал в Москву, пережидал ночь на вокзале, потому что не было денег даже на общежитие, да и боялся грабежей и разбоя, а когда открывалось метро, ехал на рынок и с товаром возвращался обратно в Сыктывкар, где сдавал шмотки местным торговцам.

Неизвестно, какие за этим последовали лихие приключения, но спустя десятилетие он был уже влиятельным и авторитетным коммерсантом. Владел в городе с двумя Ы самой разнообразной недвижимостью и принадлежал к тому типу людей, которые всем маркам одежды предпочитали Dolce&Gabbana, а всем моделям телефонов – Vertu.

Когда Федор еще работал в рекламном агентстве, он пытался выйти на Корнеюка, чтобы предложить ему рекламные услуги, но тот даже не стал тратить на Федора время и довольно бесцеремонно завершил разговор. Однако теперь, когда Федор хотел арендовать у него помещение на улице Карла Маркса, Вадим Павлович, наоборот, отнесся к Федору довольно радушно.

Просто представивший Федора риелтор был читателем и даже поклонником блога «Сила ума», и он рассказал Палычу, что Овчинников – не просто очередной арендатор, а молодой инновационный предприниматель. А Корнеюк уважал людей с головой – он даже держал на столе среди бумаг диплом об окончании института с приложением, где стояли одни пятерки. Чтобы показать при случае каждому гостю, что и хозяин офиса не дурак, а человек с образованием.

Как и в офисе Холдинга, у Палыча в кабинете стояли кожаные кресла и диваны. На специальной стойке лежал самурайский меч. Принимая молодого предпринимателя, Корнеюк картинно хлопал в ладоши и кричал: «Алла! Фрукты!» Алла приносила фрукты на блюде. Вадим Павлович громко критиковал их качество, Алла уносила блюдо, приносила новые.

Несмотря на фрукты и симпатию к молодому напористому предпринимателю, Палыч на переговорах настежь открывал окно, хотя на улице было холодно. Как потом узнал Федор, это у него была такая тактика. Вадим Павлович считал: если гость на переговорах чувствует себя неуютно, ему хочется поскорее уйти, и тогда он скорее согласится на не самые выгодные условия. Федор мерз, но пытался до последнего отстоять свои позиции, нахваливая книжный магазин. Помещение было хорошее, тем более хозяин брал на себя ремонт. Молодой предприниматель Федор Овчинников и опытный коммерсант Палыч ударили по рукам.

Эта сделка, впрочем, принесла Федору немало хлопот. Вадим Павлович оказался не только фактурным коммерсантом, но и дотошным и деятельным строителем, который постоянно фонтанировал идеями. Федору приходилось все время лавировать, чтобы и не обидеть более опытного и авторитетного предпринимателя, и отстоять свое мнение.

Однажды Корнеюк зашел в помещение будущей «Книги за книгой», когда сотрудники Федора монтировали музыку для магазина. Хозяину показалось, что с ним недостаточно почтительно поговорили. Он накричал на сотрудников Федора примерно так, как он привык кричать на своих подчиненных. Когда Федор узнал о случившемся, он позвонил Вадиму Павловичу. Тот наорал и на Федора. Тогда Федор сказал, что расторгает договор. Потому что нецивилизованно вы общаетесь – как с вами иметь дело? Так сказал молодой предприниматель Федор Овчинников опытному коммерсанту Палычу.

Иван Дегтярев считал Федора талантливым выдумщиком и интеллигентом, который в принципе неспособен ворочать дела, отжимать партнеров и вести бизнес, тем более в такой стране, как Россия, в таком городе, как Сыктывкар. Федор и сам, может быть, не был уверен в том, что сможет на равных общаться с важными дядьками, и не ожидал от себ<



Последнее изменение этой страницы: 2016-09-05; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.214.224.207 (0.015 с.)