Иустин мученик (100–165 гг. По Р. Х. )

«В любом случае религии мира на протяжении всей этой [ветхозаветной] истории считаются идолопоклонническими. Ещё со дней Иустина Муче- ника некоторые христиане заявляли, что языческие философы приготови- ли путь для Христа среди язычников, как Моисей и пророки приготовили евреев. Но так говорить — значит смешивать общее откровение с особым и закон с Евангелием».3 Так говорит Майкл Хортон, который считает Иусти- на Мученика ключевой исторической фигурой, открывшей дверь пандемии эллинистической философии, на долгие годы поразившей христианскую Церковь.

Историки считают Иустина одним из первых «апологетов», но, как было рассмотрено во 2-й главе, все верующие должны заниматься апологети- кой (1 Пет. 3:15). Просто так получилось, что некоторые из его сочинений сохранились, и, как оказалось, они называются «Первая апология» и «Вто- рая апология».4 Однако в то время, наверное, было много христиан, которые писали трактаты в защиту веры или день за днём устно защищали свою веру.

О личной жизни Иустина известно мало. Грек по культуре и образова- нию, он родился в городе Флавия Неаполис в Самарии и увлекался плато- низмом, пока, наконец, не нашёл истинную философию в мудрости про- роков, приняв в 130 году христианство. Настоящий грек, философ-стоик до уверования, Иустин, став христианином, не смог отказаться от этой систе- мы убеждений. Вместо того, чтобы очиститься от языческих парадигм, он интегрировал их в свой новообретённый библеизм. Иустин «рассматривал христианство как философию и продолжал носить мантию философа».5 В своих утверждениях он зашёл так далеко, что считал Христа «Словом, к Которому приобщен среди людей всякий народ; и те, кто живет по разуму (meta logou), суть христиане, пусть бы они и полагали себя безбожниками».6 Апостол Павел призывал стоиков к покаянию (Деян. 17:18, 30), а Иустин принимал их и пытался использовать их метафизические обоснования. Майкл Хортон отмечает:

 

3 Michael Horton, The Christian Faith: A Systematic Theology for Pilgrims on the Way (Grand Rapids, MI: Zondervan, 2011), 982.

4 Норман Л. Гайслер «Энциклопедия христианской апологетики» (Санкт-Петербург, «Библия для всех», 2004), стр. 440.

5 Clyde Manschreck, “Justin Martyr” in The Dictionary of Bible and Religion, ed. William H. Gentz (Nashville, Tennessee: Abingdon Press, 1986), 569.

6 Норман Л. Гайслер «Энциклопедия христианской апологетики», стр. 440.

Древнегреческие школы стоицизма (основанные Зеноном в III веке до Р.Х.) учили, что божественность пронизывает природу своим семенем разу- ма (логос сперматикос). Апологет Иустин Мученик (100–165 гг. по Р.Х.) адаптировал эту идею стоицизма к христианству, утверждая, что божествен- ная искра или семя рациональности (логос сперматикос) исходит от Христа по всему миру и может присутствовать в лучших философиях благородных язычников. Как Моисей и пророки приготовили евреев к приходу Иисуса Христа, так Сократ, Платон и стоики приготовили язычников для Еванге- лия. Здесь мы находим зародыши поздней римско-католической тенденции отношения к общему и особому откровению как к разным по степени, а не по содержанию. Средневековое богословие характеризовалось развитием дуалистического подхода, при котором то, что называлось светским знани- ем, приписывалось природе, а духовные знания — благодати. Однако даже в духовных вопросах разум обычного человека (ослабленный, но не испор- ченный грехопадением) мог обнаружить истину. Следовательно, средне- вековое богословие подтвердило не только естественное откровение, но и натурбогословие, на основании которого возникло сверхъестественное богословие, основанное на особом откровении.7

 

Так Иустин проложил путь интеллектуальному приспособлению и богословскому слиянию языческой греческой философии с христианской мыслью и герменевтикой, по которому позже пошли многие.