Введение и элементы морфемики

В данной части будут рассмотрены как общие проблемы, касающиеся содержания самого понятия «морфология» и определения объекта мор­фологии, так и проблемы, связанные с описанием центральных единиц морфологии — морфемы и слова (словоформы). Будут кратко охарак­теризованы также различные подходы к морфологическим явлениям, предлагавшиеся в существующих теориях языка.

Глава 1

Объект морфологии и ее основные единицы

Объект морфологии

И место морфологии в модели языка

О термине «морфология»

Слово «морфология* составлено из двух древнегреческих корней и в пе­реводе означает, собственно, 'учение о форме* (ср. традиционный немец­кий аналог Formenlehre, буквально воспроизводящий структуру греческой модели). Сам этот термин не является специфичным для лингвисти­ки и возник также вне лингвистики: в 1822 г. не кто иной, как Гете предложил использовать его в естественных науках (в биологии, физио­логии и геологии он применяется для описания различных «форм» живой и неживой природы до сих пор). В лингвистику же он оказался перене­сен только во второй половине XIX в., когда «биологическая метафора» вообще, как известно, была в исследовании языка очень популярна'*.

В лингвистике, однако, значение этого термина (несмотря на автори­тет Гёте, стоявшего у его колыбели) оказалось в конечном счете весьма

'* Важную роль здесь сыграли работы одного из основателей так называемого «на­туралистического направления» в лингвистике Августа Шлейхера, особенно его книга «О морфологии языка», изданная в 1859 г. До середины XIX в. (а нередко и позже) раз­делы описательных грамматик, посвященные образованию «форм слов», носили название этимология. «Естественнонаучный* (и, шире, «натурфилософский») подтекст термина мор­ фология в гуманитарном знании долгое время был очень отчетливым; так, знаменитая книга Освальда Шпенглера «Закат Европы», написанная в начале XX в., имела подзаголовок «Очерки морфологии мировой истории*; к тому же периоду относится и «Морфология сказка» В. Я. Проппа.

далеким от первоначального «изучения форм»; впрочем, полного един-о^гва взглядов по поводу того, какое содержание в него следует вкладывать, в< лингвистике нет до сих пор. Наиболее общепринятое и устоявшееся в современной науке понимание хорошо сформулировано И. А. Мель­чуком: «Морфология есть часть лингвистики, занимающаяся словом во всех его релевантных аспектах» [Мельчук 1997: 30]; ниже мы еще вер­немся к этой формулировке, но пока примем ее в качестве исходной⁴. Однако прежде чем мы перейдем к сути дела, необходимо еще одно терминологическое уточнение.

Слово «морфология» в лингвистике (независимо от конкретного объ­ема этого понятия) имеет два различных значения: в первом случае (кото­рый нас и будет в дальнейшем интересовать) под морфологией понимает­ся некоторый раздел лингвистики, а во втором случае — некоторая часть системы языка (или, если угодно, часть описания языка, моделирующая именно этот фрагмент). Так, когда мы говорим, например, об особенно­стях корейской глагольной морфологии, мы имеем в виду определенное множество правил корейского языка, т. е. часть корейской грамматики; но когда мы употребляем формулировки типа «данное понятие было перенесено в морфологию из фонетики», мы имеем в виду, конечно, морфологию «как науку», т. е. совокупность сведений обо всех частных морфологиях языков мира. (Крупные) разделы лингвистики и изучаемые ими части языковой системы вообще, как известно, имеют одинаковые названия, ср. «испанская фонетика» (а: 'часть модели испанского языка*) и «правило фонетики» (sb 'относящееся к тому разделу лингвистики, ко­торый описывает фонетические компоненты языковых моделей'). Слово «морфология» на обложке данной книги следует, конечно, понимать как соотносящееся с определенным разделом науки о языке.