Глава 8. Тексты, экраны и цифровая эмпатия 


Мы поможем в написании ваших работ!



ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Глава 8. Тексты, экраны и цифровая эмпатия



Несколько лет назад, Лесли Джонс: звезду Saturday Night Live[23], начали преследовать жестокие интернет-тролли. Об этой истории узнала вся страна. В адрес комика-афроамериканки посыпались расистские и женоненавистнические комментарии. Они наводнили социальные сети, когда Лесли объявила о том, что получила главную роль в римейке фильма «Охотники за привидениями». В результате злонамеренной атаки была взломана веб-страница Джонс, в сеть просочились ее паспортные данные и фотографии ню, хакеры разместили в сети фотоколлаж, где сравнивали ее с гориллой.

В рядах «заводил» был ультраправый интернет-тролль Майло Яннопулос. На своем сайте Breitbart News он утверждал, что Джонс сама заказала атаку. Она вела достаточно активную жизнь в социальных сетях и, как известный человек, должна была понимать, что в какой-то момент может стать объектом преследования. Яннопулос также просил не забывать о свободе слова. Война в Twitter продолжалась в течение нескольких дней, до тех пор, пока Яннопулоса вместе с его армией троллей не лишили права использования Twitter пожизненно.

Поверхностная эмпатия

Троллинг – наиболее яркий пример полной потери эмпатии благодаря цифровым гаджетам. Однако не только интернет-тролли не замечают реальных людей за аватарами и никами в социальных сетях. Часто самые обычные люди оставляют небрежные, подлые или лживые комментарии в Facebook. К сожалению, авторы комментариев не думают о последствиях, а наша культура, которая развивается все быстрее, попускает такие вещи.

Как отмечает лауреат премии «Эмми» Фрэнк Сесно: «Цифровое общение, особенно социальные сети, упрощает и анонимизирует все, акцентируя внимание на восклицательных, а не на вопросительных знаках. Простота делает такое общение идеальной платформой для нанесения оскорблений».

Сесно, бывший ведущий CNN, руководит Школой средств массовой информации и связей с общественностью в Университете Джорджа Вашингтона. Он считает, что перенесение значительной части наших коммуникаций в социальные сети удивительным образом разделило общество, вместо того чтобы объединить его. Благодаря группам в Facebook или Twitter стало гораздо проще создавать информационные мыльные пузыри и закрытые сообщества. «Впервые в истории каждый может обратиться к тысячам другим людей одновременно, – говорит Фрэнк, – это ускоряет обмен информацией, но в то же время фильтрует ее, вычищая все, что мы не хотим слышать».

В дополнение к нарушению правил эмпатического общения, люди теперь потребляют информацию иначе, предпочитая короткие и частые сообщения, – они не хотят работать с более информативным контентом. Например, мы знаем, что студенты колледжей сегодня читают меньше, чем раньше. Возможность быстро открывать разные социальные сети, тексты и разделы комментариев подготавливает человеческий мозг к коротким и быстрым взаимодействиям. Использование быстрых методов сбора информации приводит к более упрощенному пониманию предмета – такого раньше не было. Ускоренные темпы обработки огромных объемов материала приводят к поверхностным суждениям.

Если мы общаемся при помощи гаджетов, инструментарий метода Э.М.П.А.Т.И.Я., описанный в четвертой главе, включая зрительный контакт, мимику, язык тела, интонацию и возможность распознать эмоции других людей, перестает работать.

Без ключевых компонентов эмпатии мы лишаемся возможности обрабатывать эмоциональный контекст в межличностном общении. Если мы этого не осознаем, вероятно, уровень эмпатии в наших коммуникациях уже снизился.

Если вам доводилось удалять кого-то из друзей в Facebook или «игнорить» человека, не отвечая на его сообщения, то вы знаете – это легче сделать, потому что сеть защищает нас от эмоциональной реакции других людей.

Выделите минутку и подумайте, почему крупные сделки почти всегда заключаются лицом к лицу, а не посредством сообщений или электронной почты. Теоретически сделку можно закрыть и по e-mail. Но, как я упоминала ранее, если речь идет о миллионах или миллиардах долларов, бизнесмены по-прежнему хотят смотреть друг другу в глаза, чтобы оценить честность, открытость и искренность деловых партнеров, посмотреть на выражение их лица, послушать интонацию, проанализировать язык тела. И только потом они готовы будут поставить подпись на той самой пунктирной линии под документом. Эмпатические сигналы необходимы для понимания желаний и намерений другого человека. Если на переговорах кто-то, сидящий по другую сторону стола, отводит взгляд или скрещивает руки, он дает нам множество эмоциональных подсказок, по которым можно понять, что ему не интересна тема или что этот человек хочет скрыть важную информацию, а возможно, даже обмануть нас.

Почему же многие могут общаться только по переписке? Разве деньги для нас важнее всего? Здесь все сложно. Я видела людей, которые встречаются исключительно в сети: если «партнер» перестает писать, значит, отношения закончились. Если мы сводим свои эмоции и намерения к буквам, то упускаем множество информации, доступной только при живом общении.

Цифровые СМИ позволяют вести беседу в двусмысленной форме. Прочитав твит, мы ощущаем аффект – эмоцию, но не знаем, точна ли она. Текст не передает выражение лица, интонацию и язык тела. Если нам отвечают с задержкой, это вызывает тревогу. При телефонном разговоре паузы и молчание мы воспринимаем как подсказки – всегда можно попросить у собеседника разъяснений. А если человек игнорирует наш текст или пост в Facebook собрал мало лайков, это очень сбивает с толку – невозможно понять, что думает другой. А вдруг он занят? Или его iPhone упал в лужу? Может, он обиделся на наше сообщение? Напишет ли он нам еще?

Все эти неопределенности заставляют нас волноваться, потому что паузы при ответах приносят с собой чувство незащищенности. Между тем собеседник может и не подозревать, что отсроченный ответ вызывает у вас столько эмоциональных переживаний, поскольку понятия не имеет, что вы чувствуете, ожидая его реакции. Он не может дать вам эмпатический ответ, поскольку не понимает его важности. Так можно запутаться в эмоциях и разрушить отношения.

Постоянный поток фотографий идеально одетых и счастливых друзей на пляжах, лыжных склонах, вечеринках и в отпуске, накрывающий человека при входе в социальную сеть, лишает его покоя. Начинает казаться, что все живут полной и беззаботной жизнью, а наша собственная настоящая жизнь на этом фоне выглядит бледно. Как заметил один мой друг: «Кажется, что все публикуют фотографии отпуска своей мечты, но забывают упомянуть, как все было на самом деле: пропущенные самолеты, отмененные из-за непогоды туры и ссоры». Фотографии редактируют в Photoshop и пропускают через фильтры в Instagram. Этот «отфильтрованный» взгляд на чужую жизнь может создать ощущение несовершенства собственной жизни, мы начинаем стремиться к тому, чтобы у нас все было «как у людей».

Перемены в сознании

Постоянный поток информации изменяет мозг и воздействует на нашу связь друг с другом. Теперь, в эпоху быстрых разговоров, остается мало времени для размышлений о том, как собеседник воспримет наш ответ. Постепенно этот вид поверхностного взаимодействия снижает эмпатические способности людей. Я не хочу минимизировать преимущества современных технологий. Например, при помощи FaceTime можно планировать деловую встречу и общаться с детьми, живущими на другом конце света. Тем не менее мы тратим огромное количество времени, уставившись в экраны гаджетов. Фонд Kaiser Family Foundation сообщает, что благодаря развитию технологий подростки в возрасте от 8 до 18 лет проводят за экраном в среднем 11,5 часа в день. Взрослые американцы выделяют гаджетам примерно по 5 часов в день и еще 4,5 часа достается телевизорам. Владелец мобильного телефона в среднем смотрит на экран каждые 6,5 минуты – более 150 раз в день.

Судя по всему, столь частые отвлечения изменяют механизмы работы мозга, начиная с системы вознаграждения.

Телефоны и другие цифровые устройства вызывают у нас коллективную зависимость от дофамина, создавая виртуальное чувство социальной связи, которое стимулирует мозг, когда нам приходит сообщение или при нажатии на «лайк», «комментировать» и «поделиться» в соцсети.

Поток нейрохимикатов вызывает привыкание и желание еще раз пережить эти «всплески внимания», что заставляет нас постоянно следить телефоном, чтобы не пропустить очередную волну «кайфа». Доказано, что звук уведомления о сообщении заставляет организм впрыснуть в кровь больше дофамина, чем чтение самого сообщения. Видимо, по мере того, как мозг привыкает к получению «быстрой информации», будут сокращаться интервалы внимания.

Если мы все время проверяем сообщения и что-то читаем, у нас не получится полноценно общаться с другими людьми. Разговоры через экран становятся нормой, живое общение интересует людей все меньше. Недавно журнал Time провел опрос, посвященный «цифровым аборигенам» – людям, рожденным в эпоху интернета: 54 % респондентов предпочитают общаться посредством текстовых сообщений. Только 28 % опрошенных выступили за личное общение – все они родились до повсеместного распространения интернета. Фактически само присутствие цифрового устройства создает проблемы со «связью». В серии экспериментов, проводившихся психологами Эссекского университета, было обнаружено, что наличие мобильного телефона на столе во время диалога сильно отвлекает обоих участников и нарушает ход беседы. При этом другие объекты, такие как книги и тетради, не уменьшали чувства близости.

Согласно результатам научных исследований уже сейчас молодые люди и подростки испытывают трудности с пониманием эмоций окружающих – в ходе эксперимента им было сложно определить, что означают выражения лица на изображениях. Если молодые люди разовьют способность к эмпатии, то научатся понимать точку зрения других и их эмоции, но подростки склонны к некоторому безразличию, в этом возрасте человек ориентирован сам на себя. При злоупотреблении гаджетами у нас могут неправильно развиться базовые навыки эмпатии, например, поддержание зрительного контакта или возможность распознавать едва уловимые изменения в выражении лица, которые, даже во время одной беседы, могут варьироваться от растерянности до гнева и отвращения.

Не столь близкие к «цифре» люди среднего и старшего возраста тоже находятся в зоне риска. Когда наш мозг перестраивается, отдаляется от человеческого опыта, мы теряем часть собственной человечности, подрываем способность строить здоровые связи. В этой игре победителей не будет.

Поскольку взгляд на экран удаляет из уравнения все переменные – зрительный контакт, позу, аффект, интонацию, рефлексивное слушание и почти все остальные компоненты невербальной коммуникации, у нас остаются только буквы, проявить эмпатию в этом случае очень трудно – мы не видим человека, с которым общаемся. Появляется чувство отрешенности и безразличия, что увеличивает вероятность возникновения недопонимания, ощущение изоляции, одиночества и бессилия.

Я не думаю, что рост числа сторонников осознанного подхода происходит параллельно с ростом популярности электронных коммуникаций. Мне кажется, что осознанность – это реакция на неспособность контролировать эмоции, вызванная отсутствием эмпатического понимания. Занятия йогой, медитация или прогулка могут помочь справиться с эмоциональным беспокойством, которое возникает как следствие «плоского» общения посредством гаджетов.

Чтобы ощутить эмпатию друг к другу, нам не обязательно находиться в состоянии постоянного страдания. Мы не можем быть открыты для всего, что испытывают другие люди, особенно если тратим все силы на управление собственным уровнем гормонов стресса и реакцией «бей или беги». Чтобы определять эмоции, называть их и правильно на них реагировать, я рекомендую диафрагмальное дыхание и осознанность. С их помощью можно избежать мгновенной, неосознанной реакции, о которой мы позже пожалеем.



Поделиться:


Последнее изменение этой страницы: 2021-05-26; просмотров: 54; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 3.144.124.232 (0.008 с.)