Получить свой кусок торта и ради чего?


Сесили фон Зигесар

Вы в восторге от меня

 

Я Венера, Я твой огонь…

Группа “Shoking Blue”

 

Все имена и названия изменены или сокращены до первых букв, чтобы не пострадали невиновные. То бишь я.

 

Привет, народ!

 

Добро пожаловать в мир Верхнего Ист-Сайда Нью-Йорка, где живем-поживаем я и мои друзья. У нас огромные роскошные квартиры. Мы учимся в самых привилегированных школах города, хотя сами далеки от идеала. Но компенсируем свои недостатки потрясающим вкусом и красивой жизнью.

Сейчас осень. Приближается зима, мое самое любимое время года. Пока снег еще не выпал, мальчишки гоняют мяч в Центральном парке. С деревьев падают листья и запутываются в их шевелюрах. Щеки у них раскраснелись. Они неотразимы!

Еще осень - пора, когда опустошаются наши кредитные карточки. На что же мы спускаем свои денежки? — спросите вы. На очередную пару сапожек, на колготки в сеточку, на короткие шерстяные юбки и теплые кашемировые кофточки. Предзимний воздух искрится и сияет: и мы тоже хотим сиять.

Увы, но осень еще и пора подачи документов в университеты и колледжи. Наши предки предпочитают только старейшие университеты Новой Англии. С детства нам вбивают в головы, что мы — самый цвет на Восточном побережье, интеллектуальная элита. Какие глупости!

Традиции давят, конечно, но лично я сопротивляюсь изо всех сил. Нет уж, мы сами решим, чего хотим и как этого добиться. Я знаю и других девчонок, которые не позволяют своим родителям промывать себе мозги.

 

ОБЕГАЯ ВЗГЛЯДОМ

 

В настоящий момент Б выбирает себе солнечные очки от Гуччи в магазине на Пятой авеню. Она пришла сюда со своим отцом. Тот не может решить, то ли купить очки с розовыми стеклами, то ли с голубыми. В результате покупают и те, и другие. Господи, отец Б совершенно «поголубел»!

Н с друзьями просматривает в книжном магазине на углу 86-й и Лексингтон-стрит «Путеводитель по колледжам». С сидит в салоне «Аведа» с косметической маской на лице. Д задумчиво наблюдает за конькобежцами в Рокфеллер-центре и что-то записывает в свой черный блокнот. Б коптится в солярии в салоне «Сестры Джей».

Она готовится к важному событию в своей жизни...

 

СДЕЛАЕТ ЛИ Б СЛЕДУЮЩИЙ ШАГ?

Она думала об этом с самого начала осени, когда в городе снова появился Н. Но потом на горизонте замаячила С, и у Н стали разбегаться глаза. И тогда Б решила наказать его и потянуть время. И теперь, когда С переметнулась к Д, Н поклялся в верности Б. И Б решила: пора. Кому охота поступать в колледж девственницей?

 

Я буду внимательно следить за ней.

 

Вы в восторге от меня, не так ли?

СПЛЕТНИЦА

 

Серена - девушка везучая

 

В субботу утром Серену разбудил голос матери:

— Серена? Я могу войти?

— Что? — отозвалась Серена и села в постели. Она еще не могла привыкнуть, что снова живет с родителями. Это была тоска смертная.

Дверь в спальню немного приоткрылась.

— У меня для тебя новости, — сказала мать.



Серена не сердилась, что ее разбудили: просто она хотела приучить родителей не заваливаться к ней в комнату по любому поводу.

—Ладно, заходи, — сказала она притворно сердитым голосом.

Миссис Вудсен вошла в спальню и присела на краешек кровати. На ней был синий шелковый халат и такие же синие шелковые шлепанцы. Она стянула свои осветленные волосы в небольшой пучок на затылке. Ее лицо имело нежный перламутровый оттенок — благодарный результат многолетнего использования французских кремов. Плюс легкий запах духов «Шанель № 5».

Серена подтянула колени к подбородку, натянула на ноги одеяло.

— Что случилось?

— Только что звонила Элеанор Уолдорф, — сказала миссис Вудсен. — И знаешь, что она мне сообщила?

Серена мысленно усмехнулась: ее мать говорила загадками.

— Она выходит замуж, — выпалила миссис Вудсен.

— За этого Сайруса?

— За кого же еще! — Миссис Вудсен смахнула с халата воображаемые крошки.

— Да уж, — произнесла Серена и нахмурилась. Интересно, как восприняла эту новость Блэр. Наверняка без особой радости. Хотя последнее время Блэр не жаловала свою бывшую подругу, Серена не могла не посочувствовать ей.

— И самое странное, — продолжила миссис Вудсен, — что все это в такой гонке.

— В каком смысле? — спросила Серена.

— Свадьбу назначили после Дня благодарения, — таинственным шепотом проговорила миссис Вудсен и многозначительно подняла брови. —

В субботу, сразу же после Дня благодарения. Элеанор хочет, чтобы ты была подружкой невесты. Блэр сообщит все детали — она будет главной подружкой невесты.

Миссис Вудсен поднялась и начала наводить порядок на комоде дочери, переставляя пузырьки с духами «Крид», шкатулочки с драгоценностями от Тиффани, тюбики и баночки с косметикой и парфюмерией от фирмы «Стила».

— Мам, я тебя умоляю! — Серена закрыла глаза.

В субботу после Дня благодарения. Через три недели. Да это же день рождения Блэр! Бедная Блэр! Она так любила свои дни рождения — это был ее праздник. Но только не в этом году.

И каково ей, Серене, оказаться подружкой невесты рядом с Блэр? Наверняка из вредности Блэр подсунет ей платье, которое будет ужасно сидеть. Или сделает дырку в пробке с шампанским. Или заставит ее идти под ручку с Чаком Бассом, самым противным парнем из их тусовки. Трудно было себе представить, на какие пакости пойдет эта Блэр.

Миссис Вудсен снова присела на кровать дочери и погладила ее по голове.

— Что случилось, дорогая? — В голосе ее звучало беспокойство. — Я думала, ты обрадуешься, что тебя выбрали подружкой невесты.

Серена открыла глаза.

— У меня просто болит голова. — Она вздохнула и закуталась в одеяло. — Я полежу еще и посмотрю телевизор, ладно?

Миссис Уолдорф погладила дочь по лодыжке.

— Хорошо. Я попрошу Дейдру принести тебе кофе и сок. Кажется, она еще купила рогалики.

— Спасибо, — сказала Серена.

Ее мать встала и направилась к двери. Потом обернулась и осенила дочь улыбкой.

— Осенние свадьбы — это так красиво. И так волнительно.

— Ну конечно. — Серена взбила подушку. — Я просто в восторге.

Когда мать ушла, Серена долго смотрела в окно, наблюдая, как птицы взлетают с макушек деревьев и кружатся вокруг Метрополитен-музея. Она потянулась к телефону и нажала кнопку с номером телефона брата — он учился в Университете Брауна. Когда Серене нужен был совет, она всегда звонила Эрику. В другую руку она взяла пульт от телевизора: вспыхнул экран. Показывали «Приключения Губки-Боба и его друзей». Серена уставилась в телевизор невидящим взглядом, считая длинные гудки в телефонной трубке.

После шестого гудка раздался голос Эрика:

— Алло?

— Привет, — сказала Серена. — Ты уже встал? Чем занимаешься?

— Я не встал, — сказал Эрик и громко откашлялся. — О черт!

— Извини, что разбудила. Напряженная быланочка? — Серена улыбнулась. Эрик только простонал в ответ. — Слушай новость: мать Блэр выходит замуж за Сайруса. Они вообще едва знакомы. Ну да ладно. Короче, я буду подружкой невесты, Блэр — главная подружка невесты. А это значит... Это значит, что я в полной жопе. — Серена замолчала, ожидая, что скажет на это Эрик. Но Эрик никак не отреагировал. — Понятно, у тебя похмелье, болит голова и тебе не до этого, — сделала вывод Серена.

— В общем, да, — ответил Эрик.

— Ладно, тогда позвоню в другой раз. — Серена была разочарована. — И знаешь, я хотела бы подъехать к тебе. Как насчет следующих выходпых?

— Договорились. — Эрик зевнул.

— Ну пока, — сказала Серена и положила трубку.

Она вылезла из-под одеяла, встала с кровати и пошла в ванную. Взглянула на собственное отражение в зеркале. Ее серые пижамные шорты были растянуты, кофта вся перекручена и съехала с правого плеча. Волосы на затылке примяты, на щеке засохла слюнка. И даже в таком виде она была хороша.

— Фу, толстая! — сказала Серена и показала язык собственному отражению. Взяла зубную щетку и начала медленно чистить зубы.

Сейчас она думала про Эрика. Вот он, например, уйму времени проводит на вечеринках, но умудрился вполне прилично закончить школу-пансион, а сейчас поступил в университет. Эрик был хорошим сыном. Серена — никудышной дочерью. Ну почему все так?

Серена нахмурила бровки и начала тщательно чистить коренные зубы. Ну ладно, допустим, ее выгнали из школы-пансиона, отметки у нее середняк, единственный ее успех, которого она добилась по программе расширенного обучения, — это дурацкий фильм, снятый ею для кинофестиваля, который проводила школа «Констанс Биллар». Но она докажет всем, что не такая уж она никчемная. Вот возьмет и поступит в Университет Брауна. Пусть все увидят, что она тоже кое-что значит.

Это была неправда, что Серена ничего из себя не представляла. Она была приметной девушкой. Отчего многие ее терпеть не могли. Серене ничего такого и делать-то не нужно, чтобы обратить на себя внимание, никаких усилий прикладывать — она сияла как звездочка среди всех остальных.

Серена сплюнула пасту в раковину.

Да, она обязательно поедет в выходные в Браун, пусть это и далеко. Может, ей повезет. Она вообще везучая.

 

Б хочет разжечь Н

 

— Дорогая, выходи есть блинчики, — раздался за дверью голос миссис Уолдорф. — Мертл испекла их потоньше, как ты любишь.

Блэр высунула голову из спальни:

— Сейчас. Мне нужно переодеться.

— Нет смысла переодеваться, дорогая. Мы с Сайрусом завтракаем без протокола, — весело прочирикала миссис Уолдорф и поправила пояс с кисточками на своем длинном шелковом зеленом халате.

На Сайрусе была шелковая зеленая пижама. Они прикупили этот комплект в универмаге «Сакс» после покупки обручальных колец от Картье. После этого они отправились в уютный ресторанчик в отеле «Сент-Реджис», где распили шампанское. Сайрус даже предложил в шутку снять номер. Ах, как романтично!

Тошниловка.

— Сейчас выйду, — сказала Блэр, и ее мать вернулась в гостиную.

Блэр присела на кровать и посмотрела на свое отражение в зеркале. Она соврала. На самом деле она давно встала и оделась: джинсы, черная водолазка, ботиночки. Покрасила ногти коричневым лаком — в тон своему настроению. «Свет мой зеркальце, скажи, да всю правду доложи: кто на свете всех милее, всех румяней и белее?» — «Кто угодно, только не сегодняшняя Блэр».

Всю субботу она пребывала в зеленой тоске. Отправилась спать в зеленой тоске и проснулась в воскресенье в той же самой зеленой тоске. Похоже, всю остальную жизнь она проведет в зеленой тоске. В пятницу вечером Нейт так и не пришел к ней: видимо, был разочарован. А Блэр так и осталась девственницей. Ее мать выходит замуж за мерзкого типа. И день их свадьбы совпадает с ее семнадцатилетием.

Да, жизнь косит под самый корень.

Поскольку хуже, чем есть, уже быть не может, а Блэр была голодна, она отправилась в гостиную поедать блины.

— Наконец-то! — радостно прогорланил Сайрус и хлопнул ладонью по соседнему стулу. — Присаживайся.

Блэр повиновалась. Она подцепила вилкой несколько блинов и положила их себе на тарелку.

— Чур, с дыркой посередине — мой, — заявил ее одиннадцатилетний брат Тайлер.

На Тайлере была футболка с логотипом «Лед Зеппелин», на голове — красная бандана. Он мечтал стать журналистом и писать про рок-н-ролл. Он даже одевался как Камерон Кроу, который с пятнадцати лет разъезжал с цеппелинами по гастролям. А потом он стал кинорежиссером. У Тайлера была огромная коллекция виниловых пластинок, а под кроватью хранился старый кальян, к которому, правда, он никогда не прикладывался.

Блэр беспокоилась, что Тайлер становится чудаком и что у него никогда не будет друзей. Но родители были другого мнения. Они считали, если мальчик возраста Тайлера каждые выходные надевает черный костюм и отсиживает службу в церкви Св. Иоанна Богослова и если он посещает приличную школу-полупансион, это уже хороший мальчик.

В том мире, в каком жила Блэр и ее друзья, все родители думали одинаково: если детки не переступают границ дозволенного и не расстраивают их, они получают все, что захотят. Кстати, в этом и была ошибка Серены. Ее застукали за тем, что она переступила границы дозволенного. А это было неприемлемо. Вот и получила по заслугам.

Блэр полила верхний блин кленовым сиропом, свернула его трубочкой.

Элеанор отщипнула виноградинку из фруктовой вазы и положила ее в рот Сайрусу. Тот довольно захрюкал и скушал виноградинку. Потом вытянул губы трубочкой, как рыба, выпрашивая добавки. Миссис Уолдорф захихикала и скормила ему еще одну виноградинку.

Блэр свернула очередной блинчик, стараясь не обращать внимания на эти глупые престарелые любовные игры.

— Сегодня утром я несколько раз разговаривала с дизайнером из «Сент-Клэр», — сказала миссис Уолдорф, обращаясь к дочери. — Он такой красноречивый, яркий, любит все красивое. Очень шумный человек.

— Яркий? Ты имеешь в виду, что он голубой? Мам, почему ты не называешь вещи своими именами?

— Ну, понимаешь ли... — смутилась миссис Уолдорф. Она не любила произносить это слово — голубой. Ей было стыдно вспоминать, что была замужем за голубым. — Мы подумываем снять несколько номеров на время свадьбы. Чтобы девочки могли переодеться, причесаться. И потом, вдруг кто-нибудь из гостей выпьет лишнего и захочет прилечь.

Сайрус громко засмеялся и подмигнул Блэр.

Ага.

И тут в голову Блэр пришла прекрасная идея. Они с Нейтом могут уединиться в одном из номеров! Семнадцать лет, отель «Сент-Клэр» — самое время и место, чтобы лишиться девственности.

Блэр отложила вилку и промокнула краешки губ салфеткой. Мило улыбнулась мамочке:

— Нельзя ли один номер выделить для меня и моих друзей?

— Ну разумеется. Отличная идея.

— Спасибо, мамочка! — Блэр придвинула к себе чашку с кофе. Она просто сияла. Надо будет непременно сказать Нейту.

— Знаешь, я просто с ног сбилась, — озабоченно протараторила мать. — Я даже во сне составляю списки необходимых дел.

Сайрус взял руку Элеанор и поцеловал. На безымянном пальчике посверкивало бриллиантовое колечко.

— Зайчик мой, не волнуйся. — Он разговаривал с ней, как с маленькой девочкой.

Блэр подхватила пальцами блинчик, намазанный сиропом, и сунула его в рот.

— Блэр, конечно, мне бы хотелось, чтобы ты поучаствовала. У тебя хороший вкус.

Блэр молча пожала плечами, жуя блин. Ее щеки смешно оттопырились, как у бурундука.

— И мы очень хотим, чтобы ты поскорей познакомилась с Аароном, — сказала Элеанор.

Блэр прекратила жевать.

— Кто такой Аарон? — проговорила она с набитым ртом.

— Аарон — мой сын. Разве ты не знала, что у меня есть сын?

Блэр отрицательно покачала головой. Да она про Сайруса-то ничего не знала. Для нее он был человеком, который зашел с улицы и ни с того ни с сего сделал предложение ее матери.

— Он учится в школе «Бронксдейл». Очень умный мальчик. Перескочил десятый класс. Ему всего шестнадцать, а он уже в одиннадцатом. Закончит школу, поступит в колледж! — с гордостью произнес Сайрус.

— Чудесно, не правда ли? — подхватила Элеанор. — И он очень милый.

— Точно, симпатяга парень. Ты будешь в восторге.

Блэр потянулась к тарелке с блинчиками. Она старалась не слушать, как ее мать с Сайрусом распинаются про какого-то дурака, который перескакивает через классы. Можно себе представить этого Аарона: тощая прыщавая копия Сайруса — с сальными волосами и брэкетами. В дурацкой одежде. Ненаглядный сыночек своего папочки.

— Эй, этот блин мой! — заверещал Тайлер и звякнул ножиком по вилке Блэр. — Отдай!

Блэр увидела в блинчике дырку — будто его продырявили пальцем.

— Прости, — сказала она и протянула блин на тарелке Тайлеру.

— Может, останешься дома и поможешь мне немного? — спросила Элеанор. — У меня целая стопка свадебных журналов.

Блэр с грохотом отодвинула свой стул. Еще чего не хватало!

— Прости. Но у меня уже есть другие планы на сегодня.

И это была неправда. Но Блэр знала, что у нее появятся планы сразу же, как она позвонит Нейту. Они могут сходить в кино, погулять в парке, посидеть у него, поговорить о предстоящей ночи в «Сент-Клэр».

Но Блэр глубоко ошибалась.

 

— Прости, но мы с ребятами идем в парк поиграть в футбол, — сказал Нейт. — Я же предупредил тебя об этом еще вчера.

— Неправда. Ты сказал, что будешь дома со своим отцом. И обещал, что мы пойдем куда-нибудь сегодня, — настаивала Блэр. — Так мы с тобой никогда не увидимся.

— Извини, но я уже ухожу.

— Я только хотела тебе кое-что сказать, — прошептала таинственно Блэр.

— Говори.

— Нет, не по телефону.

— Блэр, мне надо идти.

— Ну хорошо, я скажу. На время свадьбы моя мама и Сайрус хотят снять номера в «Сент-Клэр». А поскольку это будет и мой день рождения, я подумала, что, может, мы с тобой... ну... займемся... этим.

Нейт ничего не ответил.

— Нейт?

— Да?

— Что ты думаешь об этом?

— Ну, не знаю. Неплохая идея. Но сейчас я должен идти, ладно?

Блэр прижала трубку к уху:

— Нейт, ты меня любишь?

— Я тебе перезвоню потом, идет? Пока. — И Нейт положил трубку.

Блэр опустила телефон на рычаг и тупо уставилась на персидский ковер на полу ее спальни. Съеденные блины неприятно отозвались в желудке. Блэр уже решила, что ее тошнит, но тут в голову пришел еще один план.

Завтра они с Нейтом не увидятся и на неделе, наверное, тоже: у нее куча дополнительных занятий, у него — спортивные секции. В выходные она поедет в Йельский университет, а он — в Университет Брауна. Она не вытерпит целую неделю. Нейт злится, что у них ничего не получилось, а она злится оттого, что злится он. Нужно что-то предпринять.

Ах, если бы их ссоры были такими же романтичными, как в кино! Сначала влюбленные кричат друг на друга, говорят обидные слова, потом девушка начинает плакать. Хватает сумочку, натягивает пальто, но пальцы не слушаются, и она не может его застегнуть — ведь героиня так расстроена. И вот она открывает входную дверь, чтобы исчезнуть из его жизни навсегда. А он подходит сзади и крепко обхватывает ее руками. А она поворачивается к нему и смотрит вопросительно в его глаза. А потом они сливаются в страстном поцелуе. В итоге он уговаривает ее остаться, и они занимаются любовью.

А в жизни все так убийственно.

Но Блэр знала, как добавить романтики в их отношения.

Она представила: вот она подходит к дому Нейта, на ней длинное черное пальто, на голове намотан шелковый шарф, ее лицо скрыто за огромными темными очками от Шанель. Она оставляет консьержу подарок для Нейта и растворяется в ночи. Потом он открывает подарок, узнает запах ее духов, и его сжигает желание.

Блэр так увлеклась фантазиями, что даже забыла про блины в желудке. Она решительно потянулась к сумочке: она отправляется в «Барниз».

Но что можно купить парню, чтобы тот осознал силу собственной любви?

Гм... Вопрос на засыпку...

 

Поймать вора

 

— Ну и что ты мне снова звонишь? — ворчливо произнес Эрик.

— Спасибо, я тебя тоже очень люблю, — съехидничала Серена. — Я звоню, чтобы сказать: в следующие выходные я приезжаю. В субботу в двенадцать у меня собеседование.

— Ладно. Обычно по субботам мы гудим. Надеюсь, ты не против.

— Как я могу быть против? — Серена рассмеялась. — Я просто рада. И кстати, я приеду с другом.

— Что за друг?

— Его зовут Дэн. Он тебе понравится, я уверена.

— Хорошо. Слушай, я тут немного занят. Не могу больше говорить.

Серена догадалась, что Эрик сейчас не один. У него всегда было не меньше трех девушек одновременно, и он поочередно спал то с одной, то с другой.

— Ну ты и проходимец, — сказала Серена. — Ладно, увидимся в выходные. — Она положила трубку, подошла к стенному шкафу, открыла дверцу.

Шкаф был забит все теми же самыми надоевшими ей тряпками. Ничего, в следующем году она будет учиться в колледже, а может, даже в Университете Брауна. Разве она не заслужила, чтобы купить себе обновку?

Серена натянула старые джинсы фирмы «Дизель» и черный кашемировый свитер. Она собиралась в самое прекрасное, место на земле — магазин «Барниз».

 

В «Барнизе» было полно народу: покупатели липли к прилавкам, как мухи. Первый этаж был ярко освещен, в воздухе носился гул голосов, стеклянные витрины переливались и сверкали, поражая и маня: бриллианты, роскошные перчатки, дамские сумочки штучной работы, нарядная косметика. Каждый день был здесь как Рождество. Серена остановилась у прилавка с косметикой «Крид». Она радостно перебирала маленькие пузырьки с духами: так ведет себя ребенок в магазине игрушек. В отделе «Кайл» Серена приглядела баночку с натуральной глиной для глубокой очистки лица. У Серены уже было косметики и парфюмерии лет на десять. Но как приятно прикупить что-нибудь новенькое. Она просто свихнулась на шопинге.

Ну и что такого! Это лучше, чем подсесть на наркотики.

Серена собиралась спросить у продавца, подходит ли выбранная ею маска для сухой кожи, и тут увидела знакомое лицо — Блэр Уолдорф направлялась к отделу мужской одежды.

Серена отставила баночку с маской и отправилась за бывшей подругой.

 

Блэр не была уверена, что найдет в «Барнизе» то, что ей нужно. Правда, она еще и сама не знала, что именно собиралась купить. Нейта не проберешь новым свитером или кожаными перчатками. Нужно найти что-то особенное. Сексуальное, но без пошлости. Что-то красивое. Чтобы направить мысли парня в нужную сторону. Так. Отдел мужского белья.

На столе были разложены хлопчатобумажные боксерки всевозможных расцветок. На вешалках красовались роскошные мягкие махровые халаты, фланелевые рубашки, тянулись бесконечные полки с классическими белыми плавками, среди них попадались и мужские стринги. Ничего из этого не подойдет. И тут Блэр увидела серые кашемировые пижамные брюки на резинке.

Она потянулась к вешалке со штанами и посмотрела на этикетку. Сделано в Англии. Триста шестьдесят долларов. Ничего себе пижамные штанишки! Но они были такие мягкие, приятные на ощупь. Блэр представила, как они ласкают кожу Нейта, и преисполнилась прямо-таки материнской нежностью. Она взяла краешек штанов в руки и сжала их в ладони, прижала к щеке. Запах тонкого кашемира был таким уютным.

Блэр закрыла глаза, представляя Нейта с голым торсом в этих штанах. Вот они в номере отеля «Сент-Клэр»... Нейт разливает шампанское... Очень сексуально. Решено: покупает.

 

Серена продолжала вести наблюдение. Войдя в отдел мужского белья, она сделала вид, что ужасно заинтересовалась огромным красным махровым халатом — на самом деле она просто спряталась за ним, чтобы следить за Блэр. Так, похоже, та подбирает подарок для Нейта. Парню повезло: домашние кашемировые штаны были просто супер.

В иные времена Блэр обязательно позвала бы Серену выбрать подарок для Нейта. К Серене подошел продавец:

— Вы подбираете подарок для кого-то?

Серена взглянула на продавца. Лысый загорелый качок, костюм на нем просто трещит по швам.

— Нет, я... — растерянно пробормотала Серена. Не дай бог, этот парень потащит ее по отделу и начнет расхваливать товар. Тогда ее слежка будет раскрыта. — Собственно, да. Я ищу подарок для брата. Хочу купить ему новый халат.

— Это его размер? — спросил продавец, указывая на вешалку с огромным халатом.

—Да. Подходит идеально, — сказала Серена. — Я покупаю. — Она бросила взгляд в сторону Блэр, которая направлялась с брюками к кассе. Тогда Серена сказала продавцу: — Ничего, если я дам вам кредитную карточку и подожду здесь? — И она наивно захлопала своими длинными ресницами.

— Конечно, — ответил продавец. Он снял халат с плечиков, взял у Серены кредитку. — Я сейчас вернусь.

— Подарочную упаковку, пожалуйста, — сказала Блэр и протянула мужчине-продавцу кредитную карточку. Карточка была на ее имя, но конечно же не была ее собственностью. Деньги снимались со счета матери. Родители Блэр не давали ей карманных денег, зато разрешали в разумных пределах пользоваться кредитной карточкой. Но даже если бы сейчас было Рождество, четыреста долларов за домашние штаны — это выходило за всякие разумные пределы. Ничего, Блэр убедит мать, что эта покупка была крайне для нее необходима.

— Простите, мисс, — сказал кассир, — но ваша карточка не обеспечена. — И он протянул кредитку обратно. — Может, у вас есть другая?

— Пуста? — удивилась Блэр. Лицо ее заполыхало от стыда. Такого с ней прежде не бывало. — Вы уверены?

— Да, конечно, — ответил продавец. — Не хотите ли воспользоваться нашим телефоном и позвонить в банк?

— Нет, спасибо, — ответила Блэр. — Я приду в следующий раз. — Она положила кредитку в бумажник, подхватила штаны и направилась к кронштейну, чтобы повесить их на место. Кашемир так уютно ластился к ее рукам, Блэр чуть не плакала от расстройства, что ей придется расстаться с брюками. Черт, что с ее кредиткой? Не могла же мать потратить все деньги! Блэр не посмеет даже спросить ее об этом, потому что соврала, будто идет с Нейтом в кино.

Тут она обнаружила, что с товара уже сняли пластиковую защиту. А рядом на полке оставалась целая стопка таких же серых кашемировых пижамных брюк. От них не убудет, если она... заберет одну пару себе. Ведь она честно хотела приобрести их. И вообще, она уже оставила в «Барнизе» уйму денег. И пожалуй, заслужила бесплатный подарок.

 

Серена подождала, когда к ней вернется качок-продавец с ее кредитной карточкой и халатом, который нужен был ей как собаке пятая нога. Серена заметила, что Блэр застыла в смятении возле полки с пижамными штанами.

— Распишитесь возле галочки, — попросил продавец, обращаясь к Серене, и протянул ей большой фирменный пакет от «Барниза», в котором уже лежала коробка с халатом.

— Спасибо, — поблагодарила Серена. Она взяла чек, и, положив его на пакет с коробкой и присев на корточки, поставила свою подпись. Потом посмотрела в сторону Блэр и ахнула: та примостилась между плечиков с фланелевыми рубашками и судорожно засовывала в свою сумку пижамные брюки.

Господи, Блэр совершает кражу!

Серена поднялась с корточек и протянула продавцу подписанный чек, после чего схватила пакет и, бросив на ходу:

— Большое спасибо! — дернула с покупкой к выходу.

Лично она не совершила ничего плохого, но от того, что она сейчас увидела, ей было не по себе. Надо скорее уходить отсюда. Выскочив на улицу, Серена свернула на Мэдисон-стрит и быстрыми шагами пошла к перекрестку. Пакет с коробкой колотился об ногу, Серена судорожно глотала холодный осенний воздух. Она пришла в «Барниз», чтобы сделать себе приятное, а ушла оттуда с мужским халатом непомерных размеров. И вообще — с какой стати она начала шпионить за Блэр? И почему Блэр крадет вещи в магазине? Она ведь далеко не бедная.

Но Серена решила, что никому не раскроет секрет Блэр. Никому.

 

Блэр вышла из «Барниза» и повернула на Мэдисон-стрит. Сердце билось как сумасшедшее. Сигнализация, слава богу, не сработала, преследования не было. Получилось! Конечно, она знала, что воровать нехорошо, особенно когда у тебя денег в избытке. И все же было что-то упоительное в совершении хотя бы маленького преступления. Наконец-то она поступила как роковая киногероиня, а не какая-то там пай-девочка. Но только чтобы в первый и последний раз. Блэр не собиралась превращаться в клептоманку.

Потом она увидела нечто, что заставило ее остановиться и похолодеть. В конце квартала на перекрестке у светофора стояла Серена: ее длинные светлые волосы переливались на осеннем солнце. В руке она держала огромный пакет от Барниз. И прежде чем перейти улицу, она повернула голову и взглянула прямо на Блэр.

Блэр быстро сделала вид, будто смотрит на часы. «Блин! Неужели она видела, как я украла эти чертовы штаны?» — подумала она. Не поднимая головы, Блэр пошарила в сумочке в поисках сигареты. Но Серена уже перешла улицу, удаляясь прочь.

«А что, если она все видела?» — подумала Блэр. Она нервно закурила, пальцы дрожали. Пожалуйста, на здоровье. Пусть Серена рассказывает всем на свете, что Блэр Уолдорф ворует вещи из «Барниза». Все равно никто не поверит. Разве не так?

Блэр пошла к перекрестку. Она запустила руку в сумочку и нащупала там мягкий теплый кашемир. Ей не терпелось увидеть Нейта в этих штанах. Он наденет их и сразу поймет, как сильно любит Блэр — сильнее, чем прежде. И никакие сплетни Серены не смогут омрачить их счастья.

Только не так быстро, подружка. Ты хочешь подарить ворованную вещь? На ней плохая карма, которая может обернуться против тебя. Самым неожиданным образом...

Пустые ожидания в Бруклине

 

— А тебя каким ветром занесло? — спросила Ванесса Абрамс Дэна, когда тот вдруг появился в баре «Монета» со своей сестрой Дженни. Дэн пожал плечами:

— Хочу посмотреть фильм Серены. — Он сказал это как можно более безразличным тоном.

«Ну да, конечно, — подумала Ванесса. — Ты пришел сюда, чтобы увидеть Серену».

— Серена еще не пришла, — сказала она, обращаясь к Дженни, так как Дэн уже отвернулся, что бы разглядеть помещение бара. Приглушенное освещение, в дальнем конце за столом сидят двое молодых парней, читают «Санди таймз» и курят.

— Но сейчас уже полвторого, — сказала Дженни, посмотрев на часы. — А мы договаривались на час.

Ванесса пожала плечами:

— Как будто вы не знаете Серену.

Это точно. Серена вечно опаздывала. Но ни Дэна, ни Дженни это не раздражало. Они почитали за честь сидеть и ждать Серену. При одной этой мысли Ванесса просто на стенку от злости лезла.

Подошел Кларк и провел пальцами по ершистым черным волосам Ванессы.

— Хотите что-нибудь выпить? — спросил он у ребят.

Ванесса улыбнулась ему. Она любила, когда Кларк оказывает ей знаки внимания в присутствии Дэна. Поделом ему. Кларк работал здесь барменом. Ванесса жила неподалеку со своей старшей сестрой Руби. Кларку было двадцать два. У него были рыжие баки, красивые серые глаза. Он был единственным парнем, с которым Ванесса не чувствовала себя чудной или толстой. Прежде она считала, что Кларк влюблен в ее сестру, бас-гитаристку в обтягивающих кожаных штанах — группа Руби играла в «Монете». Но, как оказалось, Кларк был влюблен в Ванессу. «Ты не такая, как все, — повторял он, — и мне это нравится».

Ванесса действительно была не такая, как все. Она совсем не была похожа на своих одноклассниц из школы «Констанс Биллар». Другие девочки жили со своими родителями в пентхаусах, в то время как квартира Ванессы была расположена прямо над испанским винным погребком в Вильямсбурге. Хотя Ванесса выросла в Вермонте, когда ей исполнилось пятнадцать, она уговорила родителей, чтобы те отпустили ее к старшей сестре в Нью-Йорк. Родители согласились при одном условии: их младшая дочь будет учиться в приличной частной школе для девочек. Одноклассницы Ванессы относились к ней настороженно. Все они осветляли прядки и одевались в магазинах «Барниз» или «Бендел». А Ванесса делала себе прическу машинкой для стрижки, покупала джинсы и футболки никому не известных фирм и в одежде предпочитала черный цвет.

Ванесса познакомилась с Дэном в десятом классе на домашней вечеринке у кого-то из друзей. Их вдвоем случайно заперли на лестнице. Там они и подружились. Последний год Ванесса с Дэном много времени проводили вместе, и она влюбилась в него по уши. Но Дэн сох по Серене Вудсен.

На счастье Ванессы, подвернулся Кларк, и она изо всех сил пыталась разлюбить Дэна. Но у нее никак не получалось. Каждый раз, когда она видела бледного, всегда лохматого Дэна, с дрожащими, как у цыпленка, руками, сердце ее сжималось. Но тот, конечно, ничего не замечал. Он был хорошим другом, но когда на горизонте появлялась Серена, она затмевала всех, и он поступал как последний предатель.

Дженни сотрудничала с Ванессой в школьном журнале по искусству со странным названием «Злость». Ванесса в нем главный редактор. Дженни была прекрасным фотографом и каллиграфом, обладала чутким глазом. И Дженни и Ванесса помогали Серене в съемках ее фильма — во-первых, она попросила, а во-вторых, никто никогда не отказывал Серене. Но Дженни не стремилась подружиться с Ванессой. Она считала ее чудачкой, безнадежно потерянной для моды. И ей вовсе не хотелось быть похожей на нее.

— Можно мне ирландский кофе? — попросил Дэн. Он любил ирландский кофе, потому что любил кофе.

— Конечно, — ответил Кларк.

—А мне просто колу. — Дженни не любила спиртного. Кроме шампанского, конечно.

— Ну что, будем смотреть фильм Серены или нет? — спросил Дэн, раскручиваясь на высоком стуле.

— Мы должны ее дождаться, — возразила Дженни.

Ванесса пожала плечами:

— Лично я сыта фильмами по горло. Последний месяц только и делаю, что снимаю кино.

Действительно, весь последний месяц Ванесса делала свой собственный фильм для школьного кинофестиваля и каждый день засиживалась допоздна. Свою киноработу она собиралась отослать в Нью-Йоркский университет вместе с заявкой на поступление. Ванесса мечтала поступить на факультет киноискусства, стать культовым режиссером, делать картины вроде «Голода» или «Пес-призрак: путь самурая».

Правда, последняя ее работа была полной катастрофой.

Идею для фильма она взяла из книги Льва Толстого «Война и мир». Главные роли исполняли Дэн и Марджори, ученица их школы. Марджори постоянно жевала жвачку и была бездарной. Она сменила Серену, хотя та прекрасно подходила для роли. Но Ванессу бесило, что на каждой репетиции Дэн вел себя как влюбленный агнец. Сцена-то была про любовь. Но когда Серену заменили, ничего не вышло: эпизод развалился, потому что исчезла химия любви. Просматривая фильм, Ванесса смеялась от злорадства и плакала от отчаяния. Она запорола работу. Но, может, жюри фестиваля оценит операторское искусство — в этом Ванесса была сильна. Диалоги же и актерская игра были совершенно беспомощными.

А вот у Серены получился строгий и очень цельный фильм. Ванессе даже было обидно. Самое ужасное, что Серена не приложила к собственному успеху ни малейших усилий. Она и сама не понимала, что делает, но фильм сам собой оказался просто гениальным. Конечно, секрет состоял и в том, что всю операторскую работу проделала Ванесса. Господи, она вытянула Серену на такой уровень и даже не поставила своего имени в титрах.

Уже в сотый раз Дэн посмотрел на часы. Он просто изнемогал от нетерпения.

— Что ты мучаешься. Возьми и позвони ей, — разозлилась Ванесса. Ревность глодала ее сердце.

Дэн уже давным-давно занес телефон Серены в свой сотовый. Он вытащил его из кармана пиджака, встал и начал нервно расхаживать в ожидании, когда Серена снимет трубку. Сработал автоответчик.

— Привет, это Дэн. Мы уже в Бруклине. А где ты? Перезвони мне при первой возможности, ладно? Пока. — Дэн старался говорить как можно более естественно, но у него не очень-то получалось. Где же она, черт возьми?

Дэн вернулся к стойке бара и забрался на стульчик. Перед ним уже стояла чашка с горячим ирландским кофе. Сверху возвышалась гора сбитых сливок, запах которых был просто ужасен.

— Ее нет дома, — сказал Дэн, подул на кофе и сделал большой глоток.

 

...Серена уже поднималась на лифте к себе домой, как вдруг вспомнила. Рядом стояла пожилая дама в норковой шубке, сжимая в руке приложение к «Санди таймз». Так, значит, сегодня воскресенье. И Серена должна быть в Бруклине, чтобы отсмотреть с Ванессой и Дженни окончательный вариант своего фильма. Она должна быть там уже час назад.

— Блин! — выругалась Серена.

Лифт остановился, и дама в норковой шубке вышла, окинув Серену негодующим взглядом. В прежние времена девушки с Пятой авеню не расхаживали в джинсах и не ругались в присутствии посторонних. Они танцевали котильон, носили перчатки и жемчужные ожерелья.

Серена легко могла бы носить перчатки и жемчужные бусы. Но джинсы ей нравились больше.

— Блин! — снова пробормотала Серена, бросая ключи на столик в прихожей.

Она быстро прошла к себе в комнату. На автоответчике мигала лампочка. Серена нажала кнопку и прослушала сообщение Дэна.









Последнее изменение этой страницы: 2016-04-06; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su не принадлежат авторские права, размещенных материалов. Все права принадлежать их авторам. Обратная связь