Противоречия европейской интеграции

// google_protectAndRun("render_ads.js::google_render_ad", google_handleError, google_render_ad); Геополитическим центром, ответственным за западную оконечность Евразийского континента, безусловно, будет Европейский Союз. ЕС необходимо время для того, чтобы укрепиться в существующих гра­ницах, ощутив себя единой целостностью. «Единство — в многообразии», — гласит один из основополагающих прин­ципов евроинтеграции. Европа занята поисками оптимального баланса между общеевропейскими интере­сами и интересами ее 27 членов.

Одну из ведущих ролей в ЕС будет играть Германия. В то же время Франция будет выполнять роль «патриарха» евроинтеграции, задающего тон в стратегии ЕС. Италия сосредоточится на лидерстве в Южной Европе. В Центрально-Восточной Европе лидирующую роль имеют реальные шансы достичь страны Вышеградской четвер­ки (Чехия, Словакия, Венгрия, Польша). На эту роль с остальными «вышеградцами» претендует Польша, которая продолжит искать поиски самоидентичности скорее в истории времен Речи Посполитой, чем в существенно изменившихся с тех пор реалиях.

Противоречия европейской интеграции и атланти­ческой стратегии США на европейском континенте позволяют про­гнозировать два наиболее вероятных сценария развития геополитиче­ской ситуации.

Первый сценарий. В результате успешной интеграции европейских стран на геополитической карте мира возникнет сильная поли­тически объединенная Европа, что будет означать базовое измене­ние в мировом распределении геополитических сил. И в США, и в Европе есть немало сторонников такого развития событий. Так, известный американский экономист Ф. Бергстен считает:

Евроленд будет равным или даже превзойдет Соединенные Штаты в ключевых параметрах экономической мощи и будет во все возрас­тающей степени говорить одним голосом по широкому кругу эконо­мических вопросов.

Такой сценарий означает возрождение двуполюсной геополити­ческой модели, где США и ЕС являются глобальными партнерами-соперниками. В пользу этого сценария в настоящее время свидетельствует только рост антиамериканских настроений на континенте: развитие движения антиглобалистов, выступлений европейских общественных и политических деятелей, встревоженных откровенно гегемонистскими устремлениями США.

Развитие международных событий все больше свидетельствует в пользу осуществления другого сценария.

Второй сценарий. Все более определенно проявляется тенденция подменить углубление интеграции на ее расширение, что делает процесс евроинтеграции противоречивым и многослойным. Извест­ный французский геополитик Ж. Аттали полагает, что в ЕС через определенное время будут входить 35—40 государств (включая Украи­ну и Грузию). Увеличение численности стран-участниц может привести к углублению уже имеющихся противоречий и новым столкновениям. Ситуация обострения противоречивых тенденций очень выгодна США, которые всегда могут претендовать на роль арбитра при разрешении европейских споров и тем самым держать весь процесс интеграции под атлантическим контролем.

В последнее время европейские экономисты обсуждают и такой пессимистический сценарий: если какая-то европейская страна не выдержит экономической гонки за подъем производительности, ее экономика неизбежно погрузится в кризис. Потребуются дотации из богатых стран в бедствующие регионы. Но если такая помощь является обычной в рамках национальных государств, то на обще­европейском уровне организовать ее будет весьма проблематично. Следовательно, трудности европейского роста огромны, и именно они заставляют обращаться за помощью к атлантическому партнеру. Все это позволило 3. Бжезинскому уверенно заявить:

Европа, несмотря на всю свою экономическую мощь, значительную экономическую и финансовую интеграцию, останется де-факто во­енным протекторатом Соединенных Штатов. Европа в обозримом будущем не сможет стать Америкой. Бюрократически проводимая интеграция не может породить политической воли, необходимой для подлинного единства.