Билет 5 Концепция языковых значений Бархударова

 

Для теории перевода гораздо большее, можно сказать, первостепенное значение имеет другой вопрос, а именно: все ли типы значений, выражаемых в тексте подлинника, сохраняются при переводе? Иначе говоря, заключается ли задача переводчика в передаче только референциальных значений, выражаемых в тексте на ИЯ, или же в его задачу входит также передача и других типов значений, то есть значений прагматических и внутрилингвистических?

Вопрос этот очень сложен, не допускает какого-либо однозначного ответа и требует детального рассмотрения. Во-первых, термин "значение" следует понимать максимально широко, имея в виду не только референциальные значения языковых единиц, но и все другие виды отношений, в которые входят эти единицы; во-вторых, о сохранении неизменного значения можно говорить лишь в относительном смысле, имея в виду лишь максимально возможную полноту передачи значений. Из этого вытекает, что, во-первых, задачей переводчика является по возможности полная передача всех типов языковых значений -- референциальных, прагматических и внутрилингвистических и, во-вторых, при переводе неизбежны смысловые потери, то есть значения, выраженные в тексте на ИЯ, в тексте перевода сохраняются не полностью и передаются лишь частично.

При этом степень "сохранности" значений в процессе перевода оказывается неодинаковой в зависимости, прежде всего, от самого типа значения. В наибольшей степени при переводе сохраняются (то есть как бы являются "наиболее переводимыми") референциальные значения. Причину этого понять нетрудно: как было отмечено, в системе референциальных значений языковых единиц запечатлен весь практический опыт коллектива, говорящего на данном языке, а поскольку сама реальная действительность, окружающая разные языковые коллективы, в несравненно большей степени совпадает, нежели расходится, постольку референциальные значения, выражаемые в разных языках, совпадают в гораздо большей степени, чем они расходятся. Что же касается тех случаев, когда сами предметы или ситуации, имеющиеся в опыте языкового коллектива -- носителя ИЯ, отсутствуют в опыте коллектива -- носителя ПЯ, то, как было отмечено, любой язык устроен таким образом, что при его помощи можно описывать (хотя и не всегда достаточно экономным и "удобным" способом) принципиально любые предметы, понятия и ситуации. Такому устройству языка, как известно, человечество обязано возможностью безграничного познания окружающего мира, бесконечного умственного прогресса. Итак, в максимальной степени в процессе перевода сохраняются и передаются референциальные значепия языковых единиц (хотя, конечно, сами конкретные способы выражения этих значений могут существенно различаться от языка к языку).

В меньшей степени, чем референциальные, поддаются передаче при переводе значения прагматические. Дело в том, что хотя сами описываемые предметы, понятия и ситуации для носителей разных языков в подавляющем большинстве одинаковы, отношение разных человеческих коллективов к данным предметам, понятиям и ситуациям может быть различным, а тем самым будут различаться и прагматические значения соответствующих знаков в разных языках. Поэтому "сохраняемость" прагматических значений в процессе перевода оказывается, как правило, меньшей, чем значений референциальных. Примеры этого будут даны ниже, в главе 3.

Наконец, внутрилингвистические значения в силу самой своей сущности поддаются передаче при переводе в минимальной степени. Как правило, они вообще не сохраняются в процессе перевода, что нетрудно понять: при переводе происходит замена одного языка на другой, а каждый язык представляет собой своеобразную систему, элементы которой находятся друг с другом в отношениях, специфичных именно для данной языковой системы. Поэтому при переводе внутрилингвистические значения, присущие единицам ИЯ, как правило, исчезают и заменяются внутрилингвистическими значениями, свойственными единицам ПЯ. Требование полного сохранения в процессе перевода также и внутрилингвистических значений, выражаемых в исходном тексте, по своему существу абсурдно, ибо оно равноценно требованию отказа от перевода вообще.

Из сказанного вытекает, как будто, что при переводе coxраняются, прежде всего, значения реферснциальные, в меньшей степени -- значения прагматические и полностью исчезают (или сохраняются лишь в минимальной степени) значения внутрилингвистические, выраженные в исходном тексте. Иными словами, говоря о "порядке очередности передачи значений", следует усматривать задачу переводчика в том, чтобы в первую очередь передавать референциальные значения, во вторую -- значения прагматические и вообще не пытаться (ибо это в принципе и невозможно) передавать значения внутрилингвистические. Такая постановка вопроса, однако, является крайне схематичной, ибо она не учитывает другого важного фактора, определяющего "порядок очередности" передачи значений, а именно, характера самого переводимого текста. Дело в том, что выделенные нами типы языковых значений играют далеко неодинаковую роль в текстах разных жанров: если для такой жанровой разновидности текста, как научная и техническая литература характерна преобладающая роль референциальных значений (то есть наиболее существенная информация, содержащаяся в данного типа текстах, заключена именно в референциальных значениях, входящих в текст языковых единиц), то для художественной литературы, в особенности для лирической поэзии, ведущими и основными часто оказываются не референциальные, а прагматические значения, выражаемые в данных текстах. Но из этого вытекает, что вопреки сказанному выше при переводе текстов художественных, в особенности поэтических, переводчик нередко вынужден жертвовать передачей референциальных значений, с тем чтобы сохранить несравненно более существенную для данного типа текстов информацию, заключенную в выражаемых в нем прагматических (эмоциональных и пр.) значениях. Более того, в ряде случаев (опять-таки это особенно часто имеет место при переводе поэтических текстов) наиболее существенная информация оказывается заключенной именно во внутрилингвистических значениях входящих в текст единиц, так что переводчик бывает вынужден жертвовать ради передачи внутрилингвистических значений значениями других типов, в первую очередь референциальными. Дать общую схему "порядка очередности передачи значений", пригодную для текстов любого типа и жанра, принципиально невозможно -- в каждом конкретном случае переводчик должен решать, каким значениям необходимо отдать преимущество при передаче, а какими можно жертвовать, с тем чтобы свести до минимума потери информации, наиболее существенной для данного текста.

 

Билет 6

 

Целесообразно выделить шесть основных функционально-стиле­вых типов текстов1:

Разговорные тексты. Они могут подразделяться на разговорно-
бытовые, разговорно-деловые и др. Разговорные тексты выполняют,
функцию общения, реализуются в устной диалогической форме и ори­
ентируются на взаимную коммуникацию ради каких-нибудь целей.

Официально-деловые тексты, к которым относятся великое
множество государственных, политических, дипломатических, ком­
мерческих, юридических и тому подобных документов. У них ос­
новная функция сообщения. Как правило, они существуют в пись­
менной форме, которая в некоторых видах документов бывает срав­
нительно жестко регламентированной.

Общественно-информативные тексты. Они содержат самую
различную информацию, проходящую по каналам массовой комму­
никации, газетам, журналам, радио и телевидению. Их главная функ­
ция -- сообщение. Эти тексты могут быть тенденциозными и рассчи­
танными на определенное воздействие, на обработку общественного
мнения.

тех­нические тексты и тексты естественных наук, б) философские, в) литературные; II -- а) информационные, Документальные и научные, б) общественно-политические, в) художественные; III -- а) прагматические, б) литературные (художественные); IV -- а) прагматические, б) эстетико-художественные, в) лингвистические, г) этнографиче­ские; V -- а) религиозные, 6) литературные, в) деловые, г) официальные; VI --

а) религиозные, б) художественные, в) стихотворные, г) детская литература, д) дра­
матургические, е) кинофильмовые, ж) технические. Сама Катарина Райс предлагает свое
деление: а) тексты.ориентированные на содержание (сообщения прессы, репортажи,
коммерческие тексты, официальные документы, учебная и специальная литература,
отчеты, трактаты, гуманитарные, естественнонаучные и технические тексты и т. п.);

б) тексты, ориентированные на форму (художественная проза, поэзия, эссе,
жизнеописания и т. п.), в) тексты, ориентированные на обращение (реклама, агитация,
проповедь, пропаганда, полемика и т. п); г) аудио-медиальные тексты (радио- и
телепередачи, сценические произведения, все тексты, которые сопровождаются
внеязыковым оформлением, исполнительским, музыкальным, декоративным и т. п.).

 

 

Билет 7. Коннотация и её отражение в переводе.

Коннотация.

Коннота́ция (позднелатинское connotatio, от лат. con (con) — вместе и noto — отмечаю, обозначаю) — сопутствующее значение языковой единицы.

Коннотация включает дополнительные семантические или стилистические элементы, устойчиво связанные с основным значением в сознании носителей языка. Коннотация предназначена для выражения эмоциональных или оценочных оттенков высказывания и отображает культурные традиции общества. Коннотации представляют собой разновидность прагматической информации, отражающей не сами предметы и явления, а определённое отношение к ним.

История понятия.

Понятие коннотация используется в различных гуманитарных науках, но первоначально оно появилось в логике. Понятие коннотации ввёл в семиотику датский лингвист Л. Ельмслев в книге «Пролегомены к теории языка». К. Бюлер в понятие коннотации включил элемент грамматического значения слова, который предсказывает появление в тексте другого слова (например, предлог предсказывает существительное в определённом падеже).

Примеры коннотаций.

• слово «метель», обозначающее сильный ветер со снегом, может служить коннотацией в следующих сочетаниях: «пух кружился метелью», «метель огненных искр взвилась в небо»;
• слово «лиса» имеет коннотации «хитрость», «коварство»;
• «петух» — «задиристость»;
• «пилить» — «монотонность», «донимание беспрерывными попрёками»;
• «ветер» — «непостоянство», «быстрота».

Коннотации синонимов могут различаться: например, «осёл» (коннотация — «упрямство») и «ишак» (коннотация — «способный долго работать»). В разных языках коннотации одного слова могут быть одинаковыми (например, слово «лиса» во многих европейских языках), различными или даже противоположными (например, коннотация слова «слон» в русском языке — «неуклюжесть», в санскрите — «грациозность»).

Коннотации слов специфичны для каждого языка. Л.В.Щерба отметил следующее различие между русским словом вода и обозначающим то же вещество французским словом eau: французскому eau, в отличие от русского вода, не свойственно образное употребление в смысле 'нечто лишенное содержания', но зато французское слово имеет значение, которое более или менее можно передать русским отвар (eau de ris 'рисовый отвар', буквально 'рисовая вода', eau d'orge 'ячменный отвар'), а из этого вытекает, что русское понятие воды подчеркивает ее пищевую бесполезность, тогда как французскому eau этот признак совершенно чужд. И таких примеров великое множество. Так, слово слон в русском языке имеет коннотацию 'тяжеловесности', 'неуклюжести' (ср. топать, как слон; как слон в посудной лавке), а в санскрите его переводной эквивалент gadja – коннотацию 'легкости', 'грациозности' (ср. gadjagamini 'легкой походкой', буквально 'слоновой').

В одном и том же языке у слов, близких по значению, коннотации также могут сильно различаться – это хорошо демонстрирует принадлежащий российскому специалисту по лексической семантике Ю.Д.Апресяну пример отличия коннотаций слова осел ('упрямство', 'тупость') от коннотаций слова ишак ('готовность много и безропотно работать').

Капризность и непредсказуемость коннотаций делают необходимой их фиксацию в словаре, стремящемся к полноте описания связанной со словом информации.

Билет 8.

Передача авторского биллингвизма. Когда исходный текст включает в себя определенные фрагменты на ином языке. (война и мир - французский, немецкий, английский в русском). Если текст переводится на любой язык, кроме языка вкрапления, то он так и остается, но идут пояснения. Иногда вопрос о том, имеется или нет в тексте биллингвизм решается в зависимости от автора. (церковно-славянский на фоне русского) Мнимый биллингвизм - те случаи, когда в тексте наблюдается не смешение языков, а так называямая подделка под иностранную речь.