Проблемы проектирования и строительства в условиях сложившейся исторической застройки.

Пафос проектной идеологии, преимущественно, первой половины 20-го века заострял свое внимание на новизне, на создании нового, а для этого нового должно быть освобождено место - территория в таком тотальном проектном подходе воспринимается, как потенциальная строительная площадка.

Задачей архитектора проектировщика в этой ситуации является придумывание новой формы сооружения, которая зачастую оторвана от какой-либо традиции и не берет в расчет местные особенности и жизненную ситуацию, сложившуюся в данном конкретном месте, иначе говоря, эта форма берется только из воображения проектировщика и садится на место. Таковы, например некоторые произведения О. Нимейера (Бразилиа), интернациональный стиль и многие другие. Такая идеология во многом сформировала и современные архитектурные школы. Особенно близка проектная идеология создания на пустом месте нового мира к коммунистической идеологии...

И лишь к 80-м годам 20 века все чаще стали звучать призывы к сохранению преемственности городской среды, её культурной и исторической идентичности. В настоящее время маятник качнулся в другую сторону- ценность сложившейся исторической среды стала культивироваться особенно тщательно, стало придаваться значение субъекту среды, «духу места» по отношению к которому объект среды становится его производным. Начинает развиваться и доминировать так называемый средовой подход, в котором должны учитываться естественные процессы жизни - некоторые из них трудно поддаются рациональному анализу, а требуют больше понимания и личного принятия в качестве ценности сложившихся явлений городской жизни и её материальной среды.

 Такая ситуация поставила важный вопрос. Ведь проектирование во многом базируется на рациональных критериях, некоторых нормах и правилах, а реальность часто не укладывается в эти рациональные рамки.

Становится очевидным недостаточность такого сугубо рационального проектного подхода. Возрастает роль анализа ситуации, исследования артефактов среды, эмоционального восприятия, попыток прочесть генетический код развития материальной среды города, возникает вопрос о сочетании старого и нового, и всякое проектное действие и новое строительство начинает восприниматься как, зачастую, агрессивное вмешательство (интервенция) в сложившуюся среду. С точки зрения складывающегося средового подхода, такое вмешательство требует особого такта и внимания к контексту места. Таким образом, новое никоим образом не должно уничтожать в корне всю историческую среду города, но должно её обновлять. Новые постройки в исторической среде должны служить своеобразным имплантантом, который вживляется в городскую ткань, для того, чтобы, либо восстановить её функции, либо развить некоторые дополнительные, но так, чтобы не нарушить, а еще лучше поддержать как традицию, некий выявленный в процессе исследования места, естественно сложившийся порядок вещей.

Таким образом, архитектурная практика становится все более охранительной, своеобразной терапией городской среды, и практикой постепенных и пошаговых преобразований, представленных в виде сценария или программы, а не только лишь, как проект одномоментного преобразования.

Соединение в жизнеспособную среду старого сложившегося и нового создаваемого становится главной проблемой, которую должен решать проектировщик городской среды. А также важной задачей становится задача решить, что из старого должно быть сохранено и каким должно быть то, что приходит на смену, чтобы стать продолжением естественного развития данной среды, не деформирующей сложившийся городской организм, но привносящий в него новые полезные качества.

 

Лекция 4.

Анализ проблем реконструкции сложившейся городской застройки. Различные аспекты – архитектурные, экономические, социальные, культурные, технологические…