Отдышавшись и утерев струящийся пот, друзья стали вспоминать произошедшее.

Санька рассказывал своему другу всё очень подробно, как к нему подвалил шкет  и назвав дядей попросил денег и как потом он в душе пожалел, о том что грубо его отшил. Хотя вариантов всё равно не было ни каких, не за это, так просто так, всё равно к ним пристали бы эти пацаны.

У них там точка кормовая видимо, - резюмировал своё повествование он.

Все произошедшее каким то образом проскочило мимо глаз и ушей Славки, видимо по причине увлеченного поглощения воды, а после ее переваривания.

Я только чувствую, что ты меня тащишь куда то  и орешь, деру! А тут ещё стакан о землю ба-бах, в дребезги! Тётка какая то орет, держи хулиганов! Когда  я этих пацанов увидел, ну думаю всё, копец нам настал!

Ну ты, молодец Саньк! Здорово ты размазал этого чувака по асфальту!

Я в стороне бегу и вижу, он уже рукой тебя за футболку цепляет! Ну думаю всё, попался ты!

И вдруг ты такой кульбит выдал! Просто атас!

Он летел метра три наверное!
А потом башкой об асфальт, ба-баааххх!

Я уж думал насмерть разбился!

Нет, гляжу садится и чего то тебе говорит…

Славка вспоминая то что произошло на поле битвы, отчаянно жестикулировал, то приседая,  то вставая во весь рост, размахивая руками и смеясь во все горло.

Сашка  тоже смеялся, поддакивая ему,-

Ага, ага, точно! Я сам так думал …

Потом из их разгоряченных душ хлынул поток воспоминаний про питикантропа из приемного пункта вторсырья, гопника «лысого» с его сухопутными пиратами, помоишника Никанкина.

Они погружённые в осмысление бурных событий сегодняшнего сумасшедшего утра,  коротали время за обыкновенной мальчишеской болтовнёй,  ожидая прибытия  очередного автобуса.

К конечной остановке неспешно, с разных сторон прибывал народ.

Не прошло и часа как автобус с номером на картонной табличке  прибыл в конечный пункт своего маршрута, сделав лихой вираж по кругу заасфальтированной площадки.

Шофер выпрыгнул из кабины и пошёл отмечать в диспетчерскую путевой лист.

Ща поедет, водитель даже мотор не заглушил, стоит, чадит сизым дымом, - сказал Сашка, качнув в сторону автобуса головой.

Чуть не забыл сказать тебе, - зашептал Славка в ухо другу, что бы ни кто,  его не услышал из стоящих людей.

Когда нам передадут деньги, но только несколько монет, ты большим пальцем прижми одну монетку к ладони, а остальные бросай  в кассу, что бы они загремели погромче, ну чтоб все видели, что мы опускаем за проезд, а я буду отрывать билеты.

Если мне передадут деньги, то отрывай билеты ты.

Понял?

Понял, не дурак, поехали, - тихо прошептал Санька, мотнув головой в сторону еле едущего автобуса.

К остановке, тарахтя и громыхая подвеской подполз автобус, двери открылись натужно, со скрипом и дребезжанием.

Все кто стоял на остановке ломанулись  в отворившиеся двери, толкаясь и пихаясь, что бы успеть занять сидячие места, ехать стоя никто не хотел.

Ребята впрыгнули в заднюю дверь, уже после всех, расположившись с обоих сторон билетной кассы.

Народу набралось не мало, но всем нашлись сидячие места.

Пассажиры не спешили оплачивать проезд.

Несколько человек, выкрикнули проездной!

Один сказал единый. С пяток человек отправили свои деньги в переднюю кассу.

До задней кассы дошёл лишь один пятак, который пришлось бросить в ее прожорливое чрево, открутив билетик.

Подъезжая к следующей остановке, какая то женщина сидящая на последнем сидении  и пристально наблюдающая за  мальчишками, как то недоверчиво протянула Славке бумажный талончик,  попросив того, - оторви билетик сынок.

На второй остановке в заднюю дверь автобуса зашёл только один гражданин.

Из его выкрика – проездной!- стало понятно, что и здесь денег в кассе не прибавится.

Слушай  Славка, народу нет не фига, а я пить хочу ужасно, сейчас от жажды

сдохну! Ты то попить успел у кишлака, а я даже язык не на мочил!

У Новогиреевского универсама есть газ аппараты, там и попьём, - предложил он.