Синкопальные состояния при COVID - 19

Иногда болеющие Covid – 19 падают в обморок, теряют сознание. Возможно, эти случаи связаны с тем, что они происходит вследствие кашле-обморочны состояний.

Трахеобронхиальная дискинезия (экспираторный стеноз или ретракция трахеи и бронхов, трахеобронхиальный коллапс) наблюдается у 1-21% пациентов, обращающихся в учреждения здравоохранения по поводу заболеваний органов дыхания. Страдают преимущественно лица в возрасте 30-55 лет, патология одинаково часто обнаруживается у мужчин и женщин. Приблизительно в 90-92% случаев выявляются 1-2 стадии болезни. Кашле-обморочные синдромы встречаются редко. Трахеобронхиальная дискинезия является причиной бронхообструкции у 80-85% пациентов, страдающих недифференцированной дисплазией соединительной ткани. Большинство из них имеют 5 и более внешних признаков дизэмбриогенеза.
 [36.]

Механизм развития патологического процесса до конца не изучен. Предположительно, врождённые аномалии строения трахеобронхиального дерева приводят к расслаблению мембранозной части органов и пролабированию их стенок во время выдоха в просвет трахеобронхиальной трубки. Такое же воздействие на воздухоносные пути оказывают экзотоксины вирусов, эндотоксины некоторых видов грибов и другой микрофлоры.

Из-за возникающих на фоне экспираторного пролапса и под действием токсинов приступов кашля повышается внутригрудное и снижается интратрахеальное давление. В результате сужения просвета дистальных отделов респираторного тракта ослабляется кашлевой толчок, нарушается мукоцилиарный клиренс. Мокрота застаивается в бронхах, присоединяется вторичная микрофлора, которая продуцирует экзо- и эндотоксины, повреждающие стенку бронхов, трахеи. Формируется порочный круг. Из-за перепадов давления в респираторных путях развивается рефлекторное торможение дыхательного центра головного мозга, приводящее к возникновению синкопальных состояний.[36.]
 

 Соединительнотканная дисплазия – понятие, объединяющее различные заболевания, обусловленные наследственной генерализованной коллагенопатией и проявляющиеся снижением прочности соединительной ткани всех систем организма. Популяционная частота соединительнотканной дисплазии составляет 7-8%, однако предполагается, что отдельные ее признаки и малые недифференцированные формы могут встречаться у 60-70% населения. Соединительнотканная дисплазия попадает в поле зрения клиницистов, работающих в разных медицинских областях – педиатрии,травматологии и ортопедии, ревматологии, кардиологии, офтальмологии, гастроэнтерологии, иммунологии, пульмонологии, урологии [36.]

Приведем еще раз цитату, которую приводили выше: «Нейтропения и агранулоцитоз являются относительно редкими побочными эффектами терапии ИАПФ. При использовании высоких доз каптоприла (150 мг в день или более) и у тяжелых больных частота развития нейтропении возрастает. Так, у больных с нормальным уровнем креатинина плазмы и отсутствием диффузных заболеваний соединительной ткани частота развития нейтропении на фоне терапии каптоприлом составляла 0,02%, а у больных с системной красной волчанкой или склеродермией при повышении уровня креатинина >177 мкмоль/л она увеличивалась до 7,2%. Другие аутоиммунные заболевания также повышают риск развития нейтропении, обусловленной ИАПФ. Вероятно, это связано с возможностью ИАПФ индуцировать образование антинуклеарных антител. Нейтропения, имеющая вероятный аутоиммунный генез, развивается примерно у 7% больных аутоиммунными заболеваниями, получающих каптоприл. Кроме того, риск нейтропении возрастает при одновременном назначении цитостатиков и каптоприла. Отмечено также, что значительное увеличение риска развития гранулоцитопении возникает при одновременном назначении интерферона и ИАПФ»

Уже сегодня мы можем увидеть, что прием Ингибиторов АПФ повышает риск развития осложнений при коронавирусной инфекции многократно. Однако, смертельная угроза для пациентов, особенно пожилых, столкнулась с тем, что сегодня все рекомендации по лечению сердечно-сосудистой патологии и некоторых других заболеваний зациклены на их применении. Хотя их не совсем легко заменить, но это буквально вопрос жизни и смерти для огромного числа пожилых людей, нуждающихся в гипотензивной терапии. Вот группы риска, получающие эти лекарства: больные АГ, больные ХСН, больные СД и лица с заболеваниями почек. Вот этим группам прежде всего необходимо поменять препараты из группы Ингибиторов АПФ и, возможно, еще и сартаны.

Таким образом, доказательная база тождества побочных эффектов ИАПФ и действия коронавируса практически подтверждена, как теорема по геометрии.

Кроме того, уже существуют появившиеся позже этой статьи данные, совершенно идентичные этим.

Секс и коронавирус

Так же способствовало уменьшению сухого кашля обычное занятие сексом или связанные с ним действия и даже сексуальные воспоминания. Но значительнее всего был выражен положительный эффект от непосредственной активации каналов акупунктуры, ведь и секс, и позитивные ощущения конечной целью имеют именно активацию каналов акупунктуры. Эффект активации каналов акупунктуры сразу снимал субъективное ощущение боли в области сердца, устранял сухой кашель и улучшал общее самочувствие. Воздействие на точки каналов акупунктуры вызывает выделение эндогенных опиатов, эффект которых мы рассмотрели выше, при изучении эффектов никотина.

  Стресс и течение COVID -19

Любое состояние стресса, даже небольшое раздражение, вызывает скачок равновесия в сторону атаки коронавируса, так как дает усиление сухого кашля. Почему? Нормальный ответ организма на стресс в виде повышения потребности в АПФ2, но при COVID – 19 как только происходит повышение АПФ2, фермент немедленно потребляется коронавирусом и появляется его дефицит. Кашель есть результат ингибирующего действия коронавируса на АПФ2 в результате потребления. Снятие стресса, например, приемом красного виноградного вина или применением техники активации каналов акупунктуры, или повышением сексуального ощущения, дает стихание кашля, вероятно за счет повышения синтеза дофамина и эндорфинов. Таков механизм этого интересного симптома, назовем его «симптом снятия сухого кашля». Считаю, что приняв за маркер наличие и (или) выраженность сухого кашля, мы сможем судить о степени клеточной агрессии коронавируса в настоящий момент, а значит, об успешности воздействия на процесс проникновения коронавируса через АПФ2, так как при дефиците АПФ2 возникает сухой кашель. Сухой кашель в самом начале коронавирусной инфекции является рефлекторным, он возникает вследствие раздражения кашлевого центра.