Воскресный день во Дворце, ноябрь 1998 г.

Я в отличной форме. Погреться на солнышке – это замечательно влияет на организм!
Воскресенье во Дворце – это немного другое. Нужно сказать, спектакль в 16.00 – не то, ради чего мы бросаемся грудью на амбразуру. Позёвывая, мы встречаемся в коридорах Дворца около двух часов дня: Гару, как обычно, сияющий, голосистый до кончиков пяток, даёт себя причёсывать; Люк, чтобы «разогреть» голос, с момента прихода распевает разные аккорды; Элен, под руку с сыном, глаза спрятаны за большими очками, никогда особо не торопится; Патрик вечно не входит, а влетает, словно ему доставляет удовольствие бегать!
Мой Даниэль уже несколько недель в прекрасной форме. Фролло больше не доставляет ему никаких проблем, и когда он скидывает сутану после концерта – превращается в очаровательнейшего человека, которого я начинаю узнавать получше. Между движениями кисточки нашего гримера, Фату, он рассуждает о литературе. Брюно тоже имеет цветущий вид. Несмотря на то, что он и так всегда в хорошей спортивной форме, эти несколько дней дома явно пошли ему на пользу. Мне начинает по-настоящему нравиться эта замкнутая жизнь.
Вчера вечером мы устроили небольшую вечеринку у моей подруги Тифани. Было довольно мило. По воскресеньям, чтобы я могла поспать немного дольше, мои родители часто сами подвозят меня до Дворца. Перед тем, как войти туда – небольшой крюк в сторону булочной Сен-Сир. Мой отец гурман: он знает все лучшие места в Париже. Свежеиспеченные булочки с шоколадом, маленький обмен приветствиями с самими давними почитателями, которые ждут у служебного входа, - вот и ещё одно счастливое воскресенье.
Сегодняшнее исключение только подтверждает это правило. Я заглядываю к Брижитт, ассистенту Шарли. Её кабинет находится прямо напротив служебного входа. Чаще всего - он закрыт. Если мы приходим к Брижитт, то затем, чтобы попросить её о чём-нибудь. А уж у меня особенно много этих самых просьб и затрат, которые мне надо компенсировать! Начиная от панталон и заканчивая вечерним такси, я ничего не упускаю!
Заявление, сделанное тоном, не терпящим возражений, через несколько дней после дебюта: «Послушай, Дан, помимо того, что моё платье – настоящая катастрофа, оно ещё и прозрачное! Даже речи не может быть о том, чтобы четверть населения Франции таращилась на мой зад! Так что вам с Шарлем придется заняться моими ягодицами».
Вот как появилась легенда о панталонах Флёр-дё-Лис: однажды во дворце, едва отшумели многочисленные диспуты относительно «лодочек» принцессы, в список прихотей последней добавились бесшовные панталоны. Мадмуазель, в белье разбиравшаяся ничуть не лучше, чем какая-нибудь дочка чернорабочей, однажды вдруг обнаружила, что её целомудренный маленький задик каждый вечер выставляется напоказ четырем тысячам пар любопытных глаз! Так что, не откладывая дела в долгий ящик, она посылает своего верного рыцаря – точнее, так сказать, рыцаршу, - своего менеджера, к королю Шарли. «Панталоны?» Он не понимает этого предательского слова, но милостиво соглашается удовлетворить её просьбу. И вот мы уже совершаем пробежку по большим магазинам в поисках волшебной ткани. Несколько успешных спектаклей в панталонах – и принцесса приобретает уверенность, что её нижнее бельё приносит ей счастье. Тогда она снова посылает Даниэль в бой, чтобы та принесла ей в качестве трофея партию сих чудесных изделий. Но король, получив новое прошение, не чувствует большой радости, и отвечает, что принцессе достаточно каждый вечер стирать те, что уже имеются. Принцесса вспылила, - но её дурной характер, о котором уже всем известно, спотыкается о непреклонность короля. Однако принцесса всё же разевает свой большой рот, показывая свой прекрасный голос, и впадает в воистину царственную ярость. Она начинает производить скрупулезные расчёты. Семь представлений в неделю, два из которых в субботу, умножить на четыре недели, всё умножаем ещё на пять месяцев… в общем, всё закончилось жалким итогом: скулежом и выпрашиванием – ибо другим способом она бы от короля ничего не добилась, а оса не дура, чтобы жалить сама себя – «всего десять панталон, Шарль, ну пожалуйста, это же не конец света. И потом, я же знаю, они приносят мне удачу…»
Вот так я открыла в себе некую склонность к фетишизму. Как настоящий артист, я же имею право на собственные ритуалы и собственные талисманы, не так ли? С того дня я приобрела привычки, которые лучше не нарушать, иначе я потеряю почву под ногами. Весь этот год я без устали повторяла одни и те же жесты и надевала одни и те же панталоны… Панталоны, приносящие удачу!