Марта 1903. Понедельник. Кёото

Целый день в Церкви. Поставили все киоты нижнего яруса, из коих две крайние к окнам наискось. Помощник архитектора принес сообра­жения и цены на материал и работы по постановке иконостаса, подня­тию колоколов, окраске храма снаружи — вся смета на 687 ен 63 сен, ужас! Толковал и поверял с ним долго, кое-что оказывается совсем лиш­ним и будет выброшено, но сокращение суммы последует мало. А что поделаешь!

Вечером толковали с о. Симеоном и катихизаторами Акахира и Исо- хиса о приготовлениях к освящению Церкви, о гостях, и подобном. Они хотели пригласить человек сорок, начиная с губернатора. Ладно, сделаем для них угощение — иностранное «риссёку», от полутора до двух ен на человека, в палатке направо от Церкви. Налево от Церкви, тоже в палат­ке, устроим угощение для христиан, которых еще неизвестно, сколько будет — каждому будет хорошее бенто в ящике. Более почетных из них можно присоединить к язычникам, которые все будут почетные, пред­ложил я разослать, в определенное для того время, приглашения по Церквам Тоокайдо и Циукоку, с тем, чтобы все, кто пожелают быть на освящении, путевые в Кёото и обратно имели на свой счет, в Кёото же — не могущие себя содержать — три дня могут быть моими гостями: каждый получит билетик (киппу) на прожитие три дня в гостинице, по шестьде­сят сен за сутки. Таковы предварительные соображения. Кстати, я вы­бранил о. Симеона и катихизатора Исохиса за небрежность, выказан­ную ими при постройке храма: принесли от подрядчика двери и окна с такими затворками, что ничего ни затворить, ни отворить как следует нельзя — такие плохие приборы. Впрочем, о. Мии и умрет неисправи­мым в этом отношении, такой спустя-рукавный характер у него.

Марта 1903. Вторник. Кёото

Иконостаса второй ярус и третий — Деисус — и три киота с Апостолами установили и прикрепляют железными связями.

Злато-красная парча, пожертвованная Владимиром Григорьевичем Сапожниковым, послана в Токио к ризничему Моисею Кавамура, чтобы он пошил из нее облачение для священника, диакона, чтеца, на престол жертвенние, аналой для храма в Кёото.

Другой прибор облачений прислан сюда — еще не знаю, от кого, со­всем готовый к употреблению.

Днем заявился некто Иоанн Такахаси, урожденец окрестности То­кио, двадцать семь лет тому назад крещенный в Хакодате о. Анатолием, потом поступивший в Катихизаторскую школу здесь в Токио; в школе будучи, он захворал грудью, долго лечился в казенном госпитале, а по­том обратился к мирским занятиям. Жил прежде в Оосака, ныне живет уже двенадцать лет в Кёото и промышляет закладчеством. По-видимому, не совсем потерял чувство, хотя в Кёотскую Церковь до сих пор не заявлялся, говорит, будто на днях только случайно узнал, что здесь есть наша Церковь. Обещался вперед бывать в Церкви. Сколько таких заблу­дившихся овец рассеяно по Японии!

5/ 18 марта 1903. Среда. Кёото

Круглые четыре киоты на третий ярус еще не поставили, только прилаживают, да помаленьку укрепляют иконостас с алтарной стороны. Слишком уж мешкотны здешние рабочие. Леса для поднятия колоколов возвели до высоты колокольни.

Во время классов вчера и сегодня был на преподавании почти всего, что преподается в Женской школе. Учительницы: Надежда Такахаси, Любовь Асано, Ольга Ябе — прекрасно учат; видно, что к классам гото­вятся и разумно объясняют свои уроки; о. Мии, конечно, тоже отлично преподает Закон Божий и русский язык, которому все ученицы учатся; практическую пользу едва ли придется извлечь им из русского языка, а для развития памяти и соображения полезно.

Заказано помощнику архитектора Иции оградить все нижние окна Женской школы железными прутьями, построить небольшую кладовую для съестных припасов, навес над переходом в ватер-клозет, стеклян­ные двери в одном месте — все это по просьбе Надежды Такахаси, на­чальницы школы. Около ста ен будет стоить.

Был из Оосака о. Иоанн Оно. Говорил, что там Церковь мирна, о. Сергий Судзуки в добрых отношениях с катихизатором Фомою Тана­ка, который, к тому же, ныне значительно посмирел; проповедь идет успешно; десять человек недавно крещено; есть и дальнейшие слушате­ли. О. Сергий только что вернулся из поездки по Церквам, говорил (о. Сергий), что в Химедзи Церковь в очень хорошем состоянии; не­сколько человек он крестил там.

От меня о. Оно отправился беседовать со своим бывшим стародавним приятелем Араи’ем Цуненосин, с которым еще не виделся по приезде его из Америки. Я предупредил его, что Араи до сумасшествия мистик, что и не удивительно, коли он тридцать лет пробыл в Америке на содер­жании и под влиянием какого-то завзятого мистика Гарисса.