Апреля /13 мая 1905. Суббота

800 ен из американского пожертвования послал в Мацуяма полков^ нику Кавано, начальнику депо военнопленных, для передачи капитану Ивану Михайловичу Шастину, живущему в госпитале; а ему вчера и сегодня писал, чтобы он употребил эти деньги на белье и платье нуждаю­щимся больным, наулучшение пищи нуждающимся в подкреплении и на все другое, что найдет нужным для них. Написал также, чтобы требовал у меня еще для сего: русских пожертвований у меня много для военно­пленных.

Из «Общества утешения военнопленных» пришли попросить обе­щанных мною 500 ен. Отдал, сказав, чтобы ясно поставили предметы расхода; их отчет я в подлиннике отошлю американцам.

О. Фома Маки прислал ответ, что он не имеет ничего против постав­ления катихизатора Фомы Такеока во диакона. Итак, надо посовето­ваться со здешними священниками; если они не знают ничего такого, что воспрещало бы рукоположение Фомы Исида и Фомы Такеока во диаконов, то и быть по сему.

Засыпают письмами военнопленные и священники их. Все время приходится употреблять на ответы им и на рассылку разного требуемо­го. Нет досуга написать официальные письма в Россию и Америку, а это надо бы сделать поскорей.

Мая 1905. Воскресенье Жен Мироносиц

Тоже целый день писал письма к военнопленным и к священникам у них. Предметы разные; один комичный: на днях получил от Вейсберга из Мацуяма пожертвование офицеров — 165 рублей 40 копеек; тотчас же ответил, что употреблю их на мраморную архиерейскую запрестоль­ную кафедру, а сегодня пришло письмо Вейсберга, объясняющее, что офицеры просят меня только хранить эти деньги; назначение их — со­орудить образ того святого, в день которого они получат свободу; или же, если пожертвований соберется достаточно, для того, построить в Петербурге часовню в память своего освобождения из плена. Я тотчас же отписал Вейсбергу, чтобы он похерил мою болтовню ему о кафедре и что деньги буду хранить.

Из Хаматера от о. Алексея Савабе получена фотография, снятая ночью, во время Пасхального богослужения, очень интересная. Заказал я еще, для отсылки в Америку Преосвященному Тихону и в Петербург.

Мая 1905. Понедельник

Посоветовался с иереями о Фоме Исида и Фоме Такеока; насчет последнего никто ничего не имеет; против Исида имеют только то, что он ссорлив и заносчив, но это больше предубеждение, чем правда; много вредит ему то, что он не поладил с оо. Савабе, и они выжили его из Коодзимаци; фактически дурного никто о нем не знает и не говорит. И потому я поставлю его диаконом. Обоим послал вызов в Токио для рукоположения.

Писал в Америку Преосвященному Тихону, благодарил за пожертво­вания для военнопленных и прочее.

Мая 1905. Вторник

В Россию писал Владимиру Карловичу Саблеру, чтобы доложил Св. Синоду, что 10 тысяч, присланные Синодом для военнопленных, я упо­требляю на крестики для них и прочее.

К. П. Победоносцеву написал благодарность за свечи для военноплен­ных в Страстную и Пасху; он заплатил за все свечи, выписанные мною из Сан-Франциско в последнее время, как уведомил меня Преосвящен­ный Тихон.

Мая 1905. Среда

То же целый день — письма в Россию. У директора Хозяйственного управления П. И. Остроумова частным письмом попросил одолжить из синодальной лавки экземпляров по 30 главных богослужебных книг для военнопленных, с обещанием возвратить их потом, так как здесь они будут совсем не нужны.

В Семинарии и катихизаторском училище была рекреация, на кото­рую, впрочем, денег не просили, так как за город гулять не отправля­лись. В Женской школе завтра, если погода [позволит], будет рекреа­ция: пойдут гулять в Уено; денег попросили, дал 5 ен.

Мая 1905. Четверг

Из Фукусима прибыл катихизатор Фома Исида, чтобы быть рукопо­ложенным во диакона. При первом свидании тотчас же я поставил ему в условие, чтобы совсем бросил ссорливость и заносчивость, за которые его все не любят. Он отвечал, что от ссорливости уже исправился, а заносчивость и не замечает у себя.

6 /19 мая 1905. Пятница

Вчера сдал 9 пакетов на почту в Америку и Россию, сегодня 4 в Евро­пу и Россию. Вечером опять принялся за письма к военнопленным и три написал; всюду главное — наказы учиться грамоте, а грамотным учить.

7 / 20 мая 1905. Суббота

Из Такасаки полковник С. П. Романовский известил, что там «199 че­ловек (из 511) нижних чинов неграмотны и желают учиться». Тотчас же послал туда 199 букварей и на столько же человек письменных принад­лежностей.

Из Ямагуци о. Петр Ямагаки пишет, что там осталось только 360 плен­ных и что грубое японское начальство отнюдь не позволяет ему видеть­ся с ними вне богослужения, а богослужение обещает позволить ему у них не больше двух раз в месяц. О. Петр раздражен, пишет, что ему нечего там делать, и просится в другое место.

А в Фусими и того лучше: Генерал Вл. Соллогуб пишет; благодарит за книги, которые я туда послал для чтения, но прибавляет, что «этих книг им не выдают, говорят, что их не прежде выдадут, как когда цензор перечитает их и найдет, что их можно выдать; нескоро нам придется читать эти книги»,— заключает Генерал. Vae victis, невольно подумаешь. И помочь нельзя. Говорю Василию Ямада, чтобы он отнес эти два пись­ма в Военное Министерство, показать, как возмутительно обращаются с военнопленными. Отвечает, что «бесполезно, местным начальствам от Министерства предоставлено распоряжаться, и оно не станет вмеши­ваться в их распоряжения». Положили мы, чтобы, по крайней мере, «Иан-квай» (Общество духовного утешения военнопленных) написало в Ямагуци и Фусими к начальникам о нетерпимости их распоряжений и просили переменить их.

Мая 1905. Воскресенье

На Литургии, которую я совершал, катихизатор Фома Исида рукопо­ложен во диакона. Имеет назначение в Сидзуока с о. Матфеем Кагета служить у военнопленных.

Вечером была всенощная с величанием пред завтрашним праздником.

Мая 1905. Понедельник.