У любой «восьмёрки» всегда будет комплекс «бесконечности».

(Словарь математической психиатрии)

 

Атлантида. 100-й век до н.э. Равнина у подножья вулкана Террор. Июль. Полдень.

 

-Прошу всех сохранять спокойствие и оставаться на местах!

В руках Капитана Капсулы возникли два старомодных «нагана» (воронёных, под цвет волос, ишь тыJ)

-Я, Старший Помощник Начальника Планетарной Службы Безопасности, Кёко бен-Атль Игораси, приказываю всем положить Ключи Оружия Времени на землю и отойти от них на десять шагов. А вас, великолепный Лю, попрошу отойти на двадцать шагов и лечь лицом вниз, скрестив руки на затылке. Простите, Андрей-сан…

-Не за что, Инспектор,- Каскадёр медленно и аккуратно сложил Веер Безразличия, возложил (по-другому не скажешь) его подле себя, ободряюще щёлкнул Диего по носу и, демонстративно развернувшись спиной, сделал двадцать очень широких шагов в сторону. Осторожно, не спеша, лёг, положил ладони на затылок и стал массировать сивый «ёжик»:

-Так нормально?- даже на таком расстоянии его зычный голос отдавал неприкрытым сарказмом в энной степени.

-А где же ваш «премивый» акцент, Капитан?- теперь уже я, взглянув на Стажёра (всё-таки, его собственность, но тот просто устало пожал плечами), достал из сумки Зеркало Вечности, и оно присоединилось к Вееру.- Или ваши любезность и дружелюбие были только игрой?

Я попятился на десять шагов и достал пахитосу.

-Это не игра, Евисей-сан!- ноздри терракотовой статуэтки посинели от гнева.- Это – моя работа. Извовьте отойти ещё на пять шагов! Вы изумитевьный профи, но безнадёжный профан двя… ДЛЯ того, чтобы понять происходящее! Вы согласились стать разменной фигурой в собственном этюде. Захотели и коня взять, и пешку защитить. А надо было отказаться. Уйти, так сказать, в позицию активного ожидания.

Дон Хесус усмехнулся и подкатил к Ключам Мяч Скорохода.

-А вот резких движений делать не стоит!- «наганы» прошлись по всем присутствующим, включая Лю.- Герр де Сен-Пьер, не рекомендую вам кидать Бумеранг: возможны непредсказуемые последствия.

Ганс Адамович, скривившись, воткнул Бумеранг Постоянства в плодородную почву.

-Подозрревал… Подозрревал…- проскрипел он.- Но до сей секунды не веррил. Всё-таки, «кррот». Бессовестный «кррот».

-Да бросьте вы, коллега Ганс! Кто бы о совести говорил? Да и каким коллегой вы можете быть после всего,- Арколола Хотеп, ещё полминуты назад картинно уложив Часы Перемен в состояние покоя и, стоя в десяти шагах от Ключей, держала в руках невесть откуда взявшиеся лазерные арбалеты.- Если б я не уложила охрану банка, у вас не было бы даже Бумеранга. Не советую…кгм… Инспектор!

Один из лучей левого арбалета был направлен прямо в переносицу Игораси.

-Категорически не советую!- луч превратился в тонкую плоскость, смешно разделив Капитана Капсулы на две половины.- Если я правильно разобралась в логике вашего поведения, то вы здесь абсолютно очевидно для того, чтобы предотвратить Жертву, а не стать ей.

-Так, значит, это вы – Последний Охотник, мисс Хотеп?- в отличие от Аркололы я не видел в ситуации ничего очевидного. Напротив: меня начинало потихоньку бесить отсутствие какой-либо логики.

В ответ на мой вопрос мисс Хотеп (да простят мне подобное сравнение) заржала, как лошадь на пастбище. Держа, тем не менее, на прицеле: Кёко – левой рукой, остальных – правой, плавно по очереди.

Как ни странно, к её ржанию присоединился Суфлёр. Он вторил ей густым басом. С придыханием, поскольку во рту у него опять дымилось что-то весьма далёкое от табака.

Он закурил сразу же после слов «Прошу всех сохранять спокойствие» и теперь стоял с дисциплинированно поднятыми руками, нервно пофыркивая, когда дым попадал в нос.

Наконец, Суфлёр покачал указательным пальцем левой руки. Он отсмеялся и докурил, а потому требовал к себе внимания. Поскольку был единственным, кто носил Ключ не у себя, а на себе. Снять Цепь не составляло труда, но Суфлёр почему-то решил выделить этот процесс из общей вялотекущей суматохи.

-Если дамы не будут против моей бестактности, я выплюну окурок,- он опустил руки и подчёркнуто брезгливо сплюнул остатки самокрутки под ноги, попутно снимая с запястья Цепь Дружбы. А затем небрежно швырнул её перед собой, превращая тем самым Цепь в дуэльный барьер между Капитаном и Хотеп.

-А я, признаться, был более высокого мнения о вашем интеллекте,- грудное контральто обращалось ко мне.- Неужели вы до сих пор не поняли, дражайший Таймкор: не было никаких Охотников, никаких Хранителей, никакой Династии, никакой Магии Времени… Всё это - выдумки амбициозных неудачников. Одни считали себя учёными, другие громко называли себя Стражами Окон, а, по сути, были обычными пакостниками-«вахтёрами», хозяевами дверных ручек. И все они решили поиграть. Кто в войну, кто в инквизицию, кто в шпионов, а кто и в потомков царского рода. Расфуфыренных от собственной исключительности выродков и карателей. С короной на «хэллоуинской» тыкве.

-Не смей так отзываться о моих предках!- Диего ринулся на обидчика, но был остановлен лёгким поворотом головы.

-А вы, к счастью, не потомок Эдемиана, о! горделивый Стажёр,- Суфлёр доброжелательно улыбнулся.- На вашем торсе (простите, что употреблю нелюбимое наше с вами выражение) «всего лишь» его печать и не более. А на больших внимательных ушах – столь любимая вами итальянская паста: историческая вермишель, придуманная тысячи лет назад для самоутверждения. На деле же вся ваша исключительность – это не генофонд, это - древнейшие разработки лучших умов Атлантиды. Да, не расстраивайтесь вы так. Вы не одиноки. С вами в паре наш доблестный Таймкор Второго Ранга с именным золотым,- да-да! Елисей Демидыч! – уже Золотым, а не Жёлтым шевроном. Вы сделали, пожалуй, больше, чем все присутствующие, и заслужили золото. Но, к превеликому моему сожалению, вы - такая же разменная фигура, как и Диего Шон Сванте Парелли. Вы сделали всё, что в ваших силах, честь вам и хвала; и теперь, это я вам, Диего, мой вам совет: молитесь, чтобы любители недетских игр не сделали из вас перфорированного агнца под маринадом.

Говоря всё это, он медленно, «лунной» походкой удалился на десять широких шагов и вдруг с невероятной наглостью продемонстрировал дамам средний палец правой руки, на котором сверкал намозоливший всем глаза безвкусный перстень. При чём сверкал неестественно ярко. Пугающе пульсируя.

-Знаете, что это такое, высокорождённая Кёко? Ммм? Нет? Но по подбородку вижу, что догадываетесь. Но-но-но, Капитан… Истерика вам не к лицу.

-Как вы посмеви взять во Время эту гадость?- губы Игораси презрительно сжались.

-Я взял не во Время, а очень вовремя. Кстати. Андрюш, спасибо за совет.

-Всегда, пожалуйста, Джини,- донеслось с двадцати шагов.- А тебя, кстати, не смущает, что я до сих пор лежу?

-Сделай одолжение: полежи ещё немного. Меня тут пара слишком нервных барышень держит на мушке, а граната класса «Би-Би», как ты знаешь, действует сразу после смерти владельца.

-Что ещё за граната «Би-Би»?- на меня уже никто не обращал внимания, и поэтому вопрос я задал, усаживаясь на траву.

-Ну, ты даёшь, Белкин! Я не Младшего, я тебя в Академию пристрою! Там твою серость мигом в хаки нарядят!

-Я же говорил, что в воинской науке вы, безусловно, плаваете,- дон Хесус, как и я, скрестил ноги по-турецки и на удивление спокойно раскуривал сигару.- Граната класса «Би-Би» - это такая интересная штуковина… Как бы попроще объяснить? В общем, если наш уважаемый Суфлёр сейчас отдаст концы, то Капсула доставит в Будущее восемь…хотя,- он мельком взглянул на Андрея.- Сильный ход… Семь полноценных покойников.

Суфлёр с усмешкой подошёл к Цепи, подумал и вернулся назад.

-Это с какой же стати?- я подумал так: если уж помирать, то хотя бы знать - от чего. Можно даже без музыки.

-Для особо одарённых,- Фишер настораживающе и беззаботно улыбнулся.- С такой стати, что граната класса «Би-Би» - это «Брэйн-Блокировка». И при активации переключает мозговые импульсы её владельца на мозги окружающих в радиусе двадцати метров. Вот такой вот «вуаля» нам придёт.

Кёко закусила губу, посмотрев на Лю.

Суфлёр ехидно улыбнулся, глядя на неё.

А Фишер несколько раз хлопнул в ладоши:

-Браво, уважаемый. Сильный ход. Почём брали, если не секрет?

-За полгонорара,- Суфлёр подышал на гранату и протёр её рукавом кимоно.- Сам понимаю, что дороговато. Зато быстро, качественно и со вкусом.

-Какая же вы сволочь, Суфлёрр,- Ганс Адамович с укоризной покачал головой.

-Учитывая обстоятельства, называть меня «сволочью» вам, по крайней мере,– неэтично. В отличие от вас, блистательный Дирижёр, я не отправлял своих начальников, тем более, учителей, под две капельницы запрещёнными приёмами,- в гламурном баритоне звучала редкая издёвка.

-Так это вы, коллега…тьфу-ты…бывший коллега Ганс?!- ахнула обычно невозмутимая мисс Хотеп.- Это вы убрали Ибрагима Шамлиди? Вы осмелились провести обряд Танатоса? Ну, и подонок же вы!!!- глаза Аркололы налились кровью.- Зря я с вами связалась. Бедный Ибрагим… Дай Амон ему здоровья. Но за каким Анубисом было нужно совершать это безумство?

-А как ещё я мог заставить банду авантюрристов подписать Перрсоналии «Пи»?- глазницы вещего черепа прошлись по всем не хуже аристократической «двустволки» Суфлёра.- Да-да, господа! Вы – авантюрристы! Авантюрристы до мозга костей! Взять, хотя бы, геррра Векшу.

-Я? Авантюрист?

Видимо, у меня был настолько ошарашенный вид, что даже в этой ситуации все улыбнулись, а с двадцати шагов послышалось густое «Ха!»

-А кто же ещё?- продолжил де Сен-Пьер.- Вы ррискуете своей ррепутацией, каррьеррой, статусом, жизнью, в конце концов. Рради чего? Рради гоноррарра! Вы беррёте кррасивые, стильные, прравильные, логичные, лояльные, конъюнктуррные, черрти вас поберри, интеррвью у давно умеррших людей! Рради чего? Рради тщеславия!

-Я бы попросил…-у меня аж живот свело от обиды.

-А что? Не так?- Ганс Адамович розовел на глазах, и я посчитал это дурным знаком.- Вы – не только классический «идиот», как изволил тогда, в ррубке, выразиться геррр Фишерр, но и классический авантюррист. Вы знаете ЧТО и КАК. Но вот вопррос: ДЛЯ КОГО и РАДИ ЧЕГО?! Вы, видно, никогда не задумывались о том, что досконально точно известное Пррошлое выглядит так же безнадёжно, как и абсолютно точно прредсказанное Будущее! И только вы, своими безупрречными, талантливыми, высокооплачиваемыми ррепортажами убиваете в людях фантазию… Кстати, всех касается…

-Для чего же вы работаете, де Се-Пьер?- у Кёко дёрнулось веко.

-Я, фррау «кррот», в Пррокуратуре Врремени – соррок четырре года. Оберрегаю Пррошлое от подобных вам авантюрристов.- Ганс Адамович упёр руки в боки.

-Так зачем же вы вписались в эту, пардон, противную вашему сердцу авантюру? За мои деньги, между прочим,- Фишер встал и вынул из кармана куртки портсигар.

-Здоровья для!- огрызнулся повеселевший Дирижёр Времени.- Господство над миром меня не интересует. А вот стать бессмертным, хотя бы и монстром,- это другое дело. Поэтому! Именем Прокуратуры…

-А при чём же тут Прокуратура?- осведомилась Игораси незабываемым «ассистентским» тоном.- Это – ваша Персоналия. Ваши личные амбиции. Высокий пост – не самый приличный способ решать личные проблемы. А что до Персоналий: ну-ка, снимите, пожалуйста, правую перчатку.

Левый наган был направлен прямо в переносицу де Сен-Пьера.

-Догадлива, стерва,- Ганс Адамович снял перчатку и поднял правую ладонь.

На ладони переливалась всеми цветами радуги буква «Пи».

-Либо вы все, повторяю – ВСЕ(!), кладёте оружие на землю и объясняете мне, что такое Жертва Семи Кровей…

-Либо?- Игораси насмешливо прищурилась, глядя через прицел в переносицу Дирижёра.

-Либо Капсула доставит в Будущее пустоту – ни живых, ни мёртвых. Доступ к шлюзу теперь только у меня, и я диктую условия. И если решитесь меня убить…

-Убийство во Времени – Табу,- усмехнулась Хотеп.

-А вы забываете, что я – «крот» и стерва,- Инспектор почесала висок дулом револьвера.- Елисей-сан. Не сочтите за труд, взгляните на свою левую ладонь. Авторизация Персоналий проходит синхронно, если не ошибаюсь.

Я взглянул на свою ладонь и похолодел.

А Ганс Адамович сокрушённо выругался на трёх своих прародительских языках. Мою ладонь украшала такая же, как у Дирижёра, переливающаяся, бесконечно долгая буква греческого алфавита.

-С вами, де Сен-Пьер, вопрос закрыт,- изрекла Кёко.- Пока закрыт. Ещё раз подчёркиваю: пока – до расследования. И с этого момента…

-А вот с этого момента, как говорили древние, поподробнее!!!- моя левая ладонь была уставлена прямиком в лицо Капитана Капсулы.- Вы это что себе со мной позволяете, а?! Дон Хесус называет меня идиотом. Вы, Кёко-сан и Суфлёр, – разменной фигурой, да ещё и метки всякие на мне ставите. Ганс Адамович клеит на меня ярлык авантюриста. А ты, Андрюх! Ты кем меня считаешь?!

-Другом!!!- донеслось с двадцати метров.- Другом, у которого ни с того ни с сего началась истерика! Выдохни и передохни! Не будь Глупцом! Вспомни, за что тебе Второй Ранг давали!

 

НОСТАЛЬГИЯ N7.

- Откровенно говоря, я - в замешательстве…

Точёная смолистая бровь была картинно заломлена на высокий, «семи пядей», лоб.

-Странно…Очень странно, что ты задаёшь этот вопрос именно мне, о, Собиратель Знаний. Я бы ещё рискнул поискать различие между Добром и Злом. Дерзнул бы даже дать определения самой ЛЮБВИ (благо, их есть у меня). Но? Эк, ты хватил: Мудрость от Глупости отличить!

У Соломона, сына Давидова, было великолепное настроение.

Час назад он лично закончил перепроверку сезонного финансового отчёта. Отправив после этого в «опалу с конфискацией» двух ключников казначейства, начальника службы охраны и министра строительства со всеми их кадрами вместе взятыми.

«Вы восьмую заповедь внимательно читали? Что на скрижали начертано? Не укради!!! А у вас, наичестнейшие, выходит, что разнорабочий на постройке Храма съедает в день втрое больше, чем мой гвардеец за пару суток. Я – не пророк Моисей, чтоб вас жизни учить, но совесть пока ещё никто не отменял. Вон с глаз моих!!! Как куда? На стройку! Вот там и узнаете, кто и сколько в день ест…»

Восстановив этой краткой убедительной речью не только справедливость, но и положительное сальдо страны, Соломон откинулся на подушки и сейчас попивал различные напитки с пряностями в обществе «Собирателя Знаний» Елисея.

-Мне, конечно, приятно, что… Как ты говоришь? «Соломоново решение»? Что «соломоново решение» стало нарицательным в твоём Мире, о, Собиратель Знаний. Но я ведь никогда не пытался искать источник этого решения. Согласись: как повелитель своего Царства, я могу принять любое решение. И каждый подданный сочтёт его правильным. Или сделает вид, что счёл его правильным. Но мне, знаешь ли, больше нравится роль Самодержца, а не Самодура!!!

Он стал царём всего четыре года назад.

И пока ему было далеко до своего великого отца.

Он ещё не написал Песнь Песен, не сочинил ни одной Притчи, и даже не подозревал, что станет автором Книги Экклезиаста.

Сейчас он был главным администратором не слишком большого, но и далеко не маленького государства. Интуитивным судьёй. Талантливым военачальником. И очень дальновидным политиком. А с учётом близости границ,- крайне дальновидным.

-Впрочем, твоя постановка вопроса настолько заинтересовала меня, что я, пожалуй, попытаюсь ответить тебе. Хотя бы для того, чтобы проверить себя на МудростьJ

Соломон насмешливо прищурил глаза и задумчиво улыбнулся, внимательно изучая каждую деталь повседневной, с детства знакомой дворцовой залы, как бы в поисках ответа.

Внезапно он хлопнул себя по коленям и, пружинисто, по-военному, поднявшись с подушек, указал в дальний угол залы, где пылился приличных размеров сундук с его монограммой.

-Начнём с Глупости!- воскликнул он. – Да, ты сиди, сиди. И записывай, коль пришёл.

Соломон осторожно приблизился к сундуку и медленно, осторожно, тщательно начал протирать его рукавом.

-Можно ли Безумие считать Глупостью? И наоборот? Здесь, в сундуке: кто в лампах, кто в кувшинах, кто в перстнях, кто… уже даже не помню в чём… Так вот. Здесь, в сундуке, запечатаны лучшие Безумцы, известные мне. Я лично запечатал их своими устами и своими перстами, дабы они не принесли горя миру. Они отнюдь не глупы. Они могут разрушить город или построить дворец. Сами. В одиночку. По желанию любого, кто к ним обратится. Тоже мне, узкие специалисты широкого профиля.

Двадцатилетний чародей фыркнул и абсолютно серьёзно взглянул на собеседника.

-Я запечатал их, потому что они – Безумцы. ВЕЛИКИЕ Безумцы! Но не потому, что Глупцы. Глупцы – это, как правило, заказчики Безумцев. Ты никогда не задумывался о том, о, Собиратель Знаний, что люди совершенно разучились правильно задавать вопросы и загадывать желания? Почти на любой вопрос большинство людей хотят услышать только то, что хотят услышать, а не то, что является ответом.

Всякое желание – через запятую. «Я хочу вот так, но…» «Я желаю эдак, и чтоб ещё…»

Но, как говорил один мой знакомый джинн (если не ошибаюсь, Маймун из медной лампы):

«Первое слово дороже второго! Решил построить дворец – будет исполнено. Решил город разрушить – слушаю и повинуюсь. Ну, и? Как уместить два противоречащих друг другу желания в одно желание? Никак! Тем более, через запятую.

Так что, любезный друг мой человек… Либо строй. Либо разрушай. Только определись сначала, что тебе нужно в первую очередь! А за мной не постоит…»

Сын Давидов был на кураже, а потому, недолго погрев в руках скромную, но не лишённую элегантности фамильную пиалу, вернулся к сундуку и присел рядом с ним.

-Теперь о Мудрости…- на глазах кудесника блеснули слёзы. – Тут, среди прочих, несколько моих друзей детства и даже один из моих учителей. Как ты думаешь, о, Собиратель Знаний: легко ли мне было заточить их знания под свою ответственность?

Соломон нервным, почти мальчишеским жестом, вытер глаза неиспачканным рукавом и, сгорбившись, двинулся в сторону Таймкора Третьего Ранга Векши.

Настроение его менялось на глазах.

-Все они – умны. Умны до Безумия. Но в том-то всё и дело! Умник никогда не переспорит Глупца, ибо последний искренне верит в то, что делает и говорит. Но Умник никогда не переспорит и Мудреца! Ибо… Спасибо, что навёл меня на эту неожиданную мысль.

Он резко выпрямился, будто бы мысль пронзила его, подобно копью пророка.

-Мудрость – это, когда вовремя выбираешь! Между синим и треугольным. Ароматным и шумным. Спелым и неожиданным. Глупец всегда видит только нужную ему разницу. Умник-Безумец видит только нужную ему границу. А Мудрец…Мудрец постоянно обязан видеть не только границы и разницы. Но и «границу разниц» и «разницу границ».

О! Как я завернул!!! А?

Ты меня понимаешь? Нет? Видишь ли, я и сам себя сейчас ПОКА не понимаю. Я просто чувствую, что могу это объяснить, но пока не нахожу нужных мне слов…

Лицо кудесника было расстроенное, как у школьника, который либо не может вспомнить знакомый ответ, либо не может найти решение, казалось бы, очевидной задачи.

Соломон раздражённо щёлкнул пальцами, на которых ещё не красовалось кольцо с надписью – «И это пройдёт» - и закружился, закрыв не по возрасту мудрые глаза. Он расставил руки в стороны и что-то шептал, будто изобретая новую формулу или механизм.

Теперь Собиратель Знаний всё-таки сделал вид, что записывает. Не доставать же мнемокамеру из-под полы.

В отличие от Соломона, сына Давидова, у Елисея Векши настроение было куда похуже.

Имидж «Собирателя Знаний из «Другого Мира» пришёл ему в голову только на третий день командировки. Да и то, после бесконечных (в большинстве своём бесполезных) блужданий по инстанциям крайне бюрократичного, до ужаса амбициозного и опасно-продажного аппарата не по возрасту мудрого государя.

Сюжет про Глупость и Мудрость с комментариями «САМОГО Соломона!» Елисей обещал Патрону к завтрашнему вечеру. Но кто его (то есть Векшу) дёрнул отправиться именно в «ТОГДА», когда будущий Сулейман-ибн-Дауд уже стал магом и («куда-таки нам на грех, ой-вэй») повелителем, не имея при этом понятия: где Глупость, а где Мудрость?

Наконец, «танец Поиска» (как его впоследствии назвал сам Соломон) окончился, и молодой Мудрец радостно потряс закружившейся от танца кудрявой головой.

Пробурчал:

-Придумал. Кажется, нашёл. Знаешь, что такое «разница границ»? Это житейская математика!- он хитро потёр ладонь о ладонь.- Помнишь: в том неприлично лживом отчёте, который я сегодня проверял, результат – был одним. Но стоило мне найти истинно правильное решение, и результат стал совершенно другим. Справедливым, но жестоким. А ведь найти правильное решение можно было совсем другим способом. Скажем, нанять заранее за приличное вознаграждение не слишком жадных, проверенных специалистов. Но я об этом не подумал…

Так и в жизни. И Глупец, и Умник-Безумец ищут ТОЛЬКО решение. А затем начинают в лихорадке искать наиболее простой или самый короткий путь к нему.

Даже не задумываясь о том, что ПЕРВЫЙ шаг через границу может привести к различным последствиям. Непредсказуемым…

Мудрецу же следует не только найти решение, но и распутать клубки настоящих и будущих обстоятельств; пробежать по всей паутине возможных продолжений.

И только после этого делать первый шаг через единственно правильную границу. К единственно правильному решению.

Ибо все последующие шаги – всего лишь продуманные варианты первого шага.

А длина и время пути до единственно правильного решения зависят не более чем от числа «клубков» и сложности «паутины».

Соломон неторопливо откашлялся, размял кончиками пальцев виски и интригующе промурлыкал:

-Граница разниц – вот вопрос вопросов.

Он открыл тонкой работы золотую шкатулку и достал из неё жемчужину размером с шарик для «пинг-понга».

-Разве он не прекрасен, этот перл? В нём сочетаются прелесть редкого «трёхрадужья» на горизонте и совершенство небесного купола. Движение Жизни на моей ладони и неизбежность Смерти маленького морского колдуна, сотворившего перл. Но кто знает истинные достоинства и недостатки его?

Лицо чародея наполнилось болью и гневом.

-И в жизни так же. Для Глупца, суд и война – либо праведны, либо неправедны. Как свершившееся. Для Умника-Безумца, суд и война: либо насилие, либо борьба за свободу. Как происходящее. Именно поэтому Глупцы и Безумцы пытаются создать из цепи небольших некрасивых смертей большую красивую жизнь. Для себя. Забывая при этом о маленьком морском колдуне, который умер, чтобы создать красоту.

Знаю. Знаю, что ты хочешь спросить! Что для Мудреца есть суд и война?

Поверь мне, о, Собиратель Знаний: для меня суд и война – это пока единственный, хотя и отвратительный, способ прекратить суд и предотвратить войну.

Это даже не цель. Это, так, мечта. Да и мудр ли я сейчас, если поспешные догадки диктую, как догмы?

Сын Давидов помахал рукой перед глазами, как бы отгоняя неприятный сон.

-А не сыграть ли нам с тобой в одну диковинную игру? Где каждый ход предлагает, предполагает и подразумевает Будущее. Мне её подарил заезжий купец, тоже задававший странные вопросы. Вот - белые клетки. Вот - чёрные клетки. Все фигуры ходят по-разному. Так, чтобы защитить себя…

Он поморщился, уверенными движениями приводя доску в исходное положение.

-Ну-у… И других… По возможности…

Проглотил застрявший в горле комок и расхохотался:

-Сулейман-ибн-Дауд, говоришь? Занятно. Надо будет своим подхалимам сказать. Пусть почтительно похихикают…

 

***

Таймкор Второго Ранга с именным золотым шевроном грустно улыбнулся. Достал из кармана кости от Торквемады, перстень от Леонида и жемчужину от Соломона. Сделал под прицелами пятнадцать шагов вперёд и положил свои дары Времени рядом с Зеркалом Вечности.

-Шрифт с вами, господа. Воюйте, если вам угодно. Я, может быть, идиот и авантюрист, но для меня Время – это не помойка личных интересов. Я возвращаюсь в Капсулу и буду ждать всех, у кого хватит ума уничтожить подсказки, а Ключи оставить здесь, в Антарктиде безо льда. Единственный вопрос, Кёко: как вы умудрились поставить мне на руку «Пи»-код?

-Пить меньше надо.

Как ни странно, но на вопрос ответил Фишер.

Его Глобально-Преподобие раскрыл портсигар и достал из него…

Чёрного шахматного слона (?)

-Планетарная Служба слушала нас, уважаемый Елисей, с той минуты, как вы ответили на мой звонок. Да-да, Инспектор! В Круге Глобального Храма тоже не тупицы сидят. И я не только богов рифмовать умею. Ваша выходка с дубликатами подсказок была шита даже не белыми: белоснежными нитками. Вязью по канве. Хвала Всем Вместе Взятым, у меня ещё хватает актёрского мастерства, чтоб адекватно реагировать на подобные фокусы.

Игораси опустила «наганы». Арколола арбалеты. И только Суфлёр продолжал насмешливо дышать на гранату класса «Би-Би», любовно протирая её рукавом кимоно.

-Надеюсь, вы понимаете, Капитан, что этот слонёнок – не тот «жучок», которого вы подсунули в этюд нашего уважаемого Таймкора?

-Держу пари, коллега Спон, но этот раунд пока за вами,- пыхнула кальяном Хотеп.

Старший Помощник Начальника Планетарной Службы Безопасности с печальным интересом разглядывала шахматного «слонёнка».

-Полагаю, что у вас ещё большая пакость, чем у Суфлёра,- констатировала она, наконец.

-Угу.

-«Бомба Сновидений», не так ли?

-Так ли. Так ли. Даже граната класса «Би-Би» не сработает,- Его Г.-П. подошёл к Ключам и начал расставлять их в каком-то определённом, одному ему известном порядке.

-А почему бы вам его не убить?- спросил я тоном завзятого пацифиста.

Мне порядком надоели их выкрутасы, и я лениво ждал финала.

-К сожалению, Елисей-сан, пароль «бомбы» знает только её владелец. А с его насильственной смертью Прошлое приобретёт его труп и, в данном случае, семь летаргических личностей.

-А отнять?

-Рискните здоровьем!- осклабился Фишер.- Всем положить оружие на землю и отойти на десять шагов, иначе я за себя не ручаюсь. Все уснут, все,- бормотал он, лихорадочно рассматривая и расставляя Ключи.- А, значит, граната класса «Би-Би», как говорится, «тю-тю». И у меня в запасе два «Пи»-кода на ладонях для отхода. Извини, чадо. Жертва Семи Кровей должна быть принесена. Прямо сейчас и здесь. Снимай рубашку, а я пока нож достану. Да раздевайся ты, щенок!!! Как не родной, прямо…

-Эй, препод, ты совсем рехнулся!!!- я рванулся к Фишеру, но тот покачал в пальцах «слонёнка».

-Ну, и кто из нас больший подонок, Аррколола?- усмехнулся де Сен-Пьер.

-Ты станешь Жертвой Семи Кровей, чадо. Но ты спасёшь Всех Вместе Взятых от войн и катастроф, религиозных и политических разногласий. Ведь я буду добрым, но сильным контролёром неуправляемых доселе процессов.

-Кто Младшего тронет, тому башку оторву!!!- гаркнул Лю.

«Наганы» и арбалеты мгновенно развернулись в его сторону.

-Я тебя, Вместевзятый, ещё на гробнице просчитал.

-Ну, и что?- дон Хесус поправил Бумеранг и перешёл к Часам Перемен.

-Кобыла в манто! Ха!

-Не понял?

-Курить меньше надо, и портсигары не разбрасывать где попало. Ты свою «бомбу» давно на пароль проверял?

Его Г.-П. побелел.

-Или запамятовал, каких я хакеров охранял? Для тебя сейчас любая мнемокомбинация – это латентное самоубийство без вреда для окружающих! При чём, без вариантов!- Лю гремел, как сосед-ремонтник в похмельное утро.- Ну, и дядюшка у тебя, Младший! Ты ему «оливье-шмаливье»! А ему валерьянку с цианидом давать надо! Для пущего душевного равновесия! Ха!

И тут случилось неожиданное.

Фишер отшвырнул в сторону чёрного шахматного слона, а сам, буквально, рухнул ничком и зарыдал, словно провалившаяся на вступительном экзамене абитуриентка.

Хотеп и Игораси немедленно взяли друг друга на «мушку».

Не забывая, впрочем, про Каскадёра.

Дирижёр Времени, сплюнув, подошёл ко мне и, по-старчески кряхтя, уселся на траву.

-Простите, Елисеюшка…

Я равнодушно кивнул.

-Неррвы, знаете ли. Старрость – не ррадость, но единственный способ перрежить соседа. Можно, я взгляну на ваши рреликвии?

Я равнодушно кивнул.

-Вы, знаете, нежнейший,- продолжил де Сен-Пьер, сгорбился и пустил старческую слезу.- Давным-давно, когда я был немногим моложе вас, я уже чуть не допустил ошибку. С тех порр я лишь не допускал делать ошибок пррочим. А теперь на старрости лет чуть не подоррвался на той же мине, что и в молодости. Только тогда это касалось славы, а сейчас, к сожалению, здорровья. Я никогда не тянул одеяло на себя. Мне это было дарром не нужно. Годы беррут своё. Со врременем былая забота об окрружающих прритупляется, а потом вовсе уходит. И тогда – Ватеррлоо…

 

СКЕЛЕТЫ ПО ШКАФАМ №7.

 

Контролёр Ситуаций Ганс де Сен-Пьер ожидал решение Прокуроров Времени уже полчаса.

За десять лет работы в Прокуратуре он не допустил ни одной ошибки. И эта «ситуация», которую кто-то рассматривал, как героизм, а кто-то, как наглое нарушение служебных инструкций, повергала в смятение не только личное пространство, но и его окрестности. Чёрт с ней, с инструкцией,- были затронуты сами основы Этики Времени. Хорошо, что знают только трое.

 

Казалось бы, всё сделал правильно.

И Ватерлоо прошло, как по нотам.

Железная конница маршала Блюхера должна была подойти раньше, чем отряды Мюрата, то есть через три четверти часа, и ход сражения был предрешён в пользу союзников.

А Наполеон опять страдал насморком.

Гонцы, сломя голову, мчались прямо к нему, минуя инстанции и выкрикивая на ходу новости с поля боя. Генералы нервно сжимали рукояти саблей рядом с его барабаном, в ожидании, как всегда, дерзких, непредсказуемых приказов и смелых советов.

Дал бы, дал! И приказ, и совет! Всё бы дал, родные мои!!!

Но насморк, разрази его гром! Насморк!!!

Великий Корсиканец в который раз проклял и без того всеми проклятую хворь, потому что от неё он лично страдал ещё и лёгкой глухотой. Да и пушки палят, чтоб их. Но дабы не смущать подчинённых, преданных до гроба, солдат и офицеров, он лишь понимающе сморкался в большой клетчатый армейский платок и близоруко всматривался в далёкую панораму сражения. И вдруг!

Дело в том, что вчера вечером ему подали «бордо». И весьма неплохого урожая. Разве что, горчило слегка. Тогда он даже не придал этому должного значения. И вдруг, посреди битвы, когда он допивал вчерашний кувшин, свершилось, (о!) чудо! Прямо посреди битвы насморк пошёл на убыль, а, когда он допил последний стакан, и вовсе исчез. Вкратце поблагодарив всех святых и иже с ними, Наполеон принялся за англичан.

И всё бы, как говорится, «вуаля». Взять за глотку Веллингтона можно было всего двумя хорошими геройскими атаками. До подхода союзников. Если бы не этот чёртов адъютант-богомол. Припрыгал, проорал что-то невнятное, чихнул Наполеону прямо в лицо и ускакал. БогомолL Тогда он тоже не придал значения.

Но ровно через десять минут «апчхи» опального императора перекрывали пушечные залпы. Конечно. Разве мог он услышать о приближении Блюхера.

Тем же вечером заявился к нему тот самый «богомол» и протянул ему стакан отменного «бордо». Но уже с кислинкой.

-Вы всю жизнь храбро сражались, император. Я преклоняюсь перед вами. Но, к сожалению, эта битва не должна была стать вашей. Извините за неудобства. Да… И с лекарством я ещё зайду.

Только потом, на острове Святой Елены, Великий Корсиканец подумал, что не стоит на одних святых рассчитывать.

И подвиги былые иногда надо уметь забывать. Но при этом вспоминать былую доблесть. И тогда – к чёрту любой насморк! На коня, в бой, за победой!!! Как тогда, на Арлингтонском мосту!

 

-Ох, де Сен-Пьер, де Сен-Пьер… Прежде, чем героизмами по сторонам разбрасываться, вы бы, не знаю, конспекты, что ль, почитали,- Второй Прокурор, Ибрагим Шамлиди пожал плечами.

В Зале Вердиктов, обычно переполненном, находилось всего четыре человека. Трое из них были Прокурорами Времени.

Первый и Третий были непреклонны, мрачны и жестоки, как летящие в борт торпеды. А вот Второй… Недаром Ибрагим Шамлиди считался самым старым, а потому добродушным. Он был деканом факультета Таймкоринга. А мы, Таймкоры, такиеJ

-Я согласен, что ваше бездействие было бы непростительным относительно Вероятной Истории. Более скажу, будь я человеком того времени и знай, что вы, жучкин барбос, имели возможность устранить Наполеона, но не сделали этого, я бы вздёрнул вас на первом же суку. Но ваш героизм при Контроле этой, будь она неладна, Ситуации? Он мог привести к необратимости в Сейчас!

-«Эффект бабочки?»- натужно спросил Ганс де-Сен-Пьер.

-Гораздо хуже бабочки!!!- вскипел Третий Прокурор. Адонис Бавэ держал себя в руках до последнего.- Грипп – это грипп! А у Бонапарта была сезонная аллергия!!!- продолжал надрываться он.- Как вы не понимаете, что гриппа, во всех его проявлениях, тогда не было и не могло быть!!! А если бы был, то стёр бы всё с лица Планеты! И сейчас бы нас здесь не было… Какого рожна вы попёрлись через столетие за «испанкой»? Ааа? Ммм?

-Там был прямой Луч,- пожал плечами Контролёр.- И к тому же, не занятый… Я просто хотел, чтобы всё шло по плану…

-Не плана, а славы вам захотелось, любезнейший,- прошипел Адонис Бавэ.- В спасители набиваетесь? А? А! Без нимба голову напекает! Но вместо плана, славы и нимба, дорогой, вы получите полный расчет с невыездом во Время… Кон-тро-лёр хренов!

-Успокойся, Адонис,- взял слово Первый.- Я обдумал ситуацию и на правах Первого Прокурора предлагаю: взять этого славного юношу в дирижёрский состав, а взысканий и прочей шелухи не выносить.- Он поглядел на самого молодого Дирижёра в истории.

-Время – не «дворники», Ганс. Дирижируй им внимательнее.

 

-Так я стал Дирижёром,- горько вздохнул Ганс Адамыч.- Сержио Веньеротти, тогдашний Первый Прокурор, спас меня и подарил должность. Вторую, после себя. Правда, он не знал, что я сам хочу уйти из Контролёров на Таймкорфак. Да-да, Елисеюшка. Мы с вами родственные души. Именно поэтому я давеча прочёл наглую, полную желчи и зависти, речь. Именно поэтому, я тогда, помните, у Кракатау, одолжил вам своё личное время на съёмку. Но уходить с невыездом во Время? Да меня тут всегда бывало больше, чем там! И я остался… Дирижёром без права на ошибку.

-А это того стоило?

-По разному. Но сегодня это уже не имеет значения,- де Сен-Пьер решительно сунул в сухие тонкие губы травинку.- Я же сейчас, как батон: не съедят, так голубям скрошат.

-Ну, это мы ещё посмотрим…-пробубнил я.

Что я там собирался предложить посмотреть, осталось загадкой.

-Однако, мы отвлеклись, господа!- бас-баритон скручивал очередной шедевр не табачной продукции.- Среди нас есть два человека, которые явно не в курсе происходящих событий. Поэтому я прошу слова у высокорождённого Инспектора.

-Прекратите юродствовать!- Игораси держала на прицеле теперь только Аркололу.

-Это не юродство, Кёко-сан. Это примитивная вежливость. Хотя… в данном случае, я могу обойтись и без вежливости. Поднимите правую руку те, кто за моё выступление.

-Хам! Шут! Шут и хам!- Дирижёр поднял правую руку, держа в левой руке кости от Торквемады.

-Давай, валяй!- прогудел издалека сивый затылок.- Либо мы команда, либо…

-Я тоже не могу поднять правую руку, коллега Суф,- Арколола Хотеп держала на прицеле всех сразу, благо возможности лазерных арбалетов позволяли контролировать триста шестьдесят градусов.- Но я принимаю предложение моего коллеги исключительно для того, чтобы выслушать некоторые версии.

Я же просто поднял правую руку и приготовился собирать информацию.

-За что платишь, за то и расплачиваешься,- Его Г.-П. вытер слёзы и воздел руки к небу.

Кёко Игораси сделала выстрел из правого «нагана» вверх.

-Так нормально?- скопировала Андрея Капитан Капсулы.

-Сойдёт,- усмехнулся Суфлёр.- А вас не смущают возможные последствия? Свинцовая пуля, например? Мало ли какой Умник её в Прошлом найдёт…

-Не найдёт!- едко отрезала нефритовая богиня.- Я – Инспектор Зачистки. А что же наш юный друг молчит? Дядюшка уже вне игры. Бояться такому герою, как вы, уже нечего. Тут есть, под чьё крылышко спрятаться.

-Я не молчал. Я думал.

-Капитан! Не советую вам кидаться на Младшего!- рявкнул Лю.-

у него по любви чёрный пояс, третий дан! Ха!

Д.Ш.С. Парелли рывком <