Законодательные источники периода феодальной раздробленности (30-е гг. XI — конец XV в.)

В период феодальной раздробленности законодательство про­должало развиваться в форме уставных грамот и уставов, которые теперь выдавались местными князьями. Такую уставную грамоту, например, смоленский князь Ростислав Мстиславович дал церк­ви Богородицы, при которой была создана епископская кафедра. Эту грамоту принято датировать 1136 г., когда в Смоленске была учреждена епископская кафедра. Однако в последние годы воз­никла гипотеза о более сложном составе грамоты. Янин считает, что ее текст, дошедший до нас в единственном списке первой половины XVI в., объединяет два документа, полученные смо­ленской соборной церковью и епископской кафедрой в разное время: уставную грамоту на десятину, датирующуюся в пределах от 1139 до 1149 г., и уставную грамоту 1150 г. на безусловную собственность (статьи о «прощениках», изгоях, селах и т.д.). Но­вая реконструкция позволяет сделать вывод, что в XII в. в Смолен­ском княжестве складывалось свое законодательство, регламен­тировавшее взаимоотношения местных светской и церковной вла­стей.

Сохранились уставные грамоты и уставы XIII в., отражавшие административную деятельность государственной власти в неко­торых землях Руси. Среди них уставная грамота волынского князя Мстислава Даниловича (около 1289 г.), назначавшая размеры и формы феодальных повинностей с «берестьан» и горожан в пользу княжеской администрации. Она сохранилась в составе Ипатьев­ской летописи. Важным свидетельством существования у новгород­ской купеческой корпорации устава является «рукописание» кня­зя Всеволода XIII в. Оно регулировало отношения князя, еписко­па и города с церковью Иоанна на Петрятином дворе. «Рукописа­ние» создано на основе ряда грамот, среди которых были доку­менты XII в. О порядке надзора за благоустройством новгородских улиц говорится в Уставе князя Ярослава о мостех (60-е гг. XIII в.).

В период феодальной раздробленности на территориях само­стоятельных государственных образований возникали свои зако­нодательные нормы, которые отвечали новой реальности. Эти нормы отражались в кодифицированных законах. Свои своды за­конов имели Новгород и Псков.

Наиболее полным из дошедших законодательных памятников периода феодальной раздробленности является Псковская судная грамота. Свод законов Псковской феодальной республики сохра­нился в двух списках XVI в. Первый, так называемый Ворон-цовский, список содержит ст. 1 —120. Второй список — Синодаль­ный — представляет собой фрагмент документа со ст. 109— 120.

 

В Воронцовском списке имеется заглавие грамоты, которое позволило ученым поставить и решить (с разной степенью убеди­тельности) ряд источниковедческих вопросов, связанных с исто­рией Псковской судной грамоты и датировкой окончательного текста и его более ранних пластов, отразившихся в дошедшем до нас полном списке.

В заглавии кратко представлена история создания законода­тельного акта и названы источники, которые были использова­ны законодателями: «Ся грамота выписана из великаго князя Александровы грамоты и из княж Костянтиновы грамоты и изо всех приписков псковъских пошлин по благословению отец сво­их попов всех 5 съборов, и священноиноков, и дияконов, и свя­щенников и всего Божиа священьства всем Псковом на вечи, в лето 6905-е»¹. Однако указанная здесь дата принятия Псковской судной грамоты (1396/1397 г.) не соответствует дате возведения в Пскове пятого собора. Он был построен в 1462 г. Хронологи­ческое несоответствие объясняется тем, что каждая из назван­ных дат отражает конкретный этап формирования законодатель­ного источника.

Все вехи в истории грамоты восстановить невозможно, но один этап, связанный с переработкой текста, выявляется из упомина­ния в заглавии «княж Костянтиновы грамоты». Князь Константин Дмитриевич Белозерский княжил в Пскове дважды: в 1407 и 1414 г. Нумизматическая терминология, зафиксированная в ст. 107, с одной стороны, подтверждает возможность включения норм гра­моты Константина в Псковскую судную грамоту, а с другой — помогает достаточно точно датировать время составления самой статьи. В ст. 107 упомянуты пенязи: «А кто коли заклад положит в пенезех, что любо, а по том времяне имет пенязи отдавати, а своего заклада просит, и он запрется его закладу, а молвит так: тебе есми пенязи не давал...»². Пенязи — денежная единица, кото­рая существовала в Пскове (по данным летописей) с 1409 по 1424 г. Сохранение этого термина в тексте, который редактировался позд­нее, свидетельствует о том, что в ходе последней переделки свода полного редактирования не производилось. Последняя, третья, переработка текста грамоты была осуществлена, как полагает боль­шинство ученых, между 1462 и 1471 г. Именно редакционную ра­боту 60 —70-х гг. XV в. сохранил дошедший до нас текст Псков­ской судной грамоты.

Происхождение Псковской судной грамоты отражается и в ее композиции, которая подтверждает, что грамота не была едино­временно созданным законом, она постоянно дополнялась новы­ми статьями.

________

¹ Российское законодательство X—XX вв.... — Т. 1. — С. 331.

² Там же. — С. 341.

К числу слабо изученных относится вопрос об источниках сковской судной грамоты. Некоторые «глухие» отсылки на нее сть в заглавии: Александрова грамота, Константинова грамота и сковские пошлины (т.е. местные традиционные налоги).

Самостоятельное псковское законодательство стало складывать-я в середине XIII в., начало ему положила грамота великого кня-я Александра Невского, упоминаемая в послании митрополита 1иприана от 12 мая 1395 г. в Псков. В дальнейшем законодатель-тво неоднократно дополнялось и редактировалось.

После Русской Правды Псковская судная грамота — наиболее олный сборник русского права. В этом заключается ее ценность, 'роме того, эта грамота раскрывает специфику общественного стройства вечевого города-земли периода феодальной раздроблен-ости.