ОТЪЕЗДЫ ИЗ ДОМА ВО ИМЯ НАРОДНОГО БЛАГА 





Мы поможем в написании ваших работ!



ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

ОТЪЕЗДЫ ИЗ ДОМА ВО ИМЯ НАРОДНОГО БЛАГА



Инайят был в глубоком горе вследствие смерти своего деда, который был единственным его вдохновителем. Он ясно понял, как непостоянна эта жизнь, и решил, что жить ему стоило бы лишь в том случае, если бы он мог принести какую-нибудь пользу миру. Он высоко ценил ту великую услугу, которую Мула-Бэхш оказал Индии систематизацией ее музыки, но думал, что надо сделать еще очень многое, прежде чем можно будет вернуть музыке ее прежнюю славу, привнося в нее мораль. Он питал глубокую нежность к своему искусству и своему народу. Некогда музыка Индии служила не только нравственному совершенствованию человечества, но также и духовному его развитию. И часто говорил он: "Как грустно, что она так выродилась в той же самой стране". В крайнем отчаянии Инайят сказал однажды: "Увы! Если бы наш народ утерял только свое богатство и власть, это было бы еще не так плохо: ведь они постоянно переходят из одних рук в другие, и мы могли бы вернуть их в один прекрасный день. Но лучшее наследие нашей расы – божественная музыка – также уходит от нас из-за нашей небрежности". Он произнес имя Шарадхи, богини музыки, и воззвал к ней в этот момент отчаяния, моля о помощи и покровительстве. Эта мысль заставила его покинуть дом, чтобы создать универсальную систему индийской музыки и распространить ее. Он отправился в первое свое путешествие 18 лет от роду, проехав по Индии с севера на юг и с востока на запад, посещая наиболее важные места. Он встречал радушный прием при дворах раджей и магараджей, которые щедро вознаграждали его. Правящие круги Индии восхищались им, он получал приветственные адреса и медали и обрел бесчисленное множество друзей и учеников. Особенно высокую оценку встретил он при дворе его высочества Низама Хайдерабадского, первого правителя Индии, великого суфийского мистика и в то же время знаменитого музыканта и поэта. Инайят увлекал Низама своей возвышенной музыкой, не раз трогая его до слез. Это заставило Низама подумать, что в Инайяте есть еще нечто таинственное, кроме музыки. Когда он спросил у него об этом, тот ответил: "Ваше Высочество, звук, будучи высшею силой проявления, таинствен сам по себе. Всякий обладающий знанием звука, знает и мир. Моя музыка – это моя мысль, а мысль моя – это мое чувство. Чем глубже погружаюсь я в океан чувства, тем более красивые жемчужины я выношу оттуда в виде нот. Моя музыка вызывает во мне чувство прежде, чем другие замечают его. Ваше Высочество, моя музыка – моя религия. Мировой успех не может быть достойной платой за нее. Мой интерес к музыке заключается в том, чтобы довести человечество до совершенства". Это объяснение его чувства и удивительная власть музыки так очаровали Низама, что он пожаловал ему кошелек, полный ашсарфиев (золотых монет), а на палец его надел драгоценный изумрудный перстень, сняв его со своей руки, и дал ему титул Тансена (синоним знаменитейшего мистического певца). С этого времени Инайят приобрел в своей стране первенство среди музыкантов. В северной части Индии он считается "Утренней Звездой музыкального возрождения", а на юге его называют "Воплощением Маха-Вайдийянада Ийера".

ИНТЕРЕС ИНАЙЯТА К ФИЛОСОФИИ

Он усвоил все учения ислама и подробно ознакомился со всеми другими религиями. В продолжение всего пребывания в Индии он вступал в беседы с мудрецами, философами и мистиками и рассуждал с ними о различных предметах, приобретая их расположение своей музыкой и личными качествами. В поисках мистиков он странствовал через джунгли и горы и по берегам рек. Во время пребывания своего в Непале он достиг Гималаев, где нашел безмолвного мистика Муни. Муни был так доволен постоянными посещениями Инайята и игрою его на вине, что в течение года посвящал его в мистицизм звука, после чего Инайят оставил Муни и отправился домой, посещая на пути мистиков и священные места. Он был гостем Свами Валлабхачарийи в Джайпуре, у которого провел время с большой пользой, излагая мысли, относящиеся к музыке и философии.

ИНТЕРЕС ИНАЙЯТА К СУФИЗМУ

Он посетил в Аджмире гробницу Хаджи, величайшего суфийского святого Индии, где нашел самую религиозную атмосферу и встретился с несколькими суфиями, одаренными божественными познаниями. В полночь он, как обычно, погрузился в "тавадджуд" (молитву) и через несколько часов услышал такой отчетливый призывающий голос, что обратил на него особенное внимание. Это был голос факира, будящего народ для молитвы перед восходом солнца. Он пел: "Встань, человек, от глубокого сна твоего; ты не знаешь, что смерть стережет тебя каждую минуту; ты не думаешь, какое бремя ты взялся нести и как длинен путь, назначенный тебе. Встань, человек, ибо скоро уже встанет солнце". Это так растрогало Инайята в том тихом и мирном месте и как раз после молитвы, что из глаз его потекли слезы и долго еще он сидел на своем молитвенном коврике с четками в руке, чувствуя, что все успехи и вся слава, достигнутые им в музыке, бесполезны для "наджата" (спасения). Он смотрел уже на мир не как на арену, где можно получать развлечение, но как на школу, где надо учиться. С тех пор он посвятил себя эзотерической стороне познания и с каждым днем все больше и больше стремился достичь его. Это вызывало в нем грустное и серьезное настроение и на долгое время погружало в молчание. Он постоянно был занят изучением природы.

ПОСВЯЩЕНИЕ ИНАЙЯТА В СУФИИ

Интерес его к суфизму очень сблизил его с суфиями во время пребывания его в Хайдерабаде. Он любил кротость их лиц и наслаждался благоуханием их знания. Так как Инайят был артист, то для него весьма естественно было полюбить практическое приложение музыки к суфизму, что является истинным талантом суфиев. Он начал с того, что стал подражать их манерам и отличительным чертам их характера и много времени проводил в молчании. Однажды он увидел во сне музыкальное собрание суфиев, на котором присутствовало большинство великих святых. Он так погрузился в состояние ваджада (экстаза), что, и проснувшись, был еще сильно возбужден. С того дня он слышал во сне так же отчетливо как и наяву: "Аллаху-Акбар!" (Бог велик). Когда он хранил молчание, часто являлся ему какой-то святой с седой бородой и весьма привлекательным одухотворенным лицом, осиянным светом. Все это вызывало в нем страстное желание знать, что это значит. Но он никого не мог спросить об этом, потому что над всем этим могли бы смеяться. Наконец он рассказал об этом одному из своих друзей, выдающемуся суфию, который любил способности и характер Инайята. Тот сказал: "Этот сон – символ твоего вступлении в орден Чишти; слова, которые ты слышал, – голос истины, а видение, которое являлось тебе, – дух твоего руководителя". Он сказал также, что Инайяту следовало бы вступить в число посвященных последователей суфизма. С этого времени Инайят хотел узнать больше об этом учении и стал посещать некоторых суфийских учителей, чтобы поучиться у них, но все они отказывали ему в посвящении, чувствуя, что Инайяту не суждено быть их учеником. Проведя шесть месяцев в этом ревностном стремлении, Инайят посетил как-то одного своего друга, который был уже выдающимся суфием, и рассказал ему о своем горячем желании изучить суфизм. Друг этот напряженно размышлял об этом вопросе. А когда он думал о нем, то неожиданно получил телепатическое извещение, что к нему собирается зайти великий суфийский учитель. Он быстро привел в порядок почетное место, положив на него подушки, и пошел к двери навстречу учителю. Когда учитель вошел в гостиную, то показалось, будто засиял какой-то свет. Все присутствующие ощутили в себе желание опуститься на колени из почтения к нему. У Инайята вдруг явилась мысль, что он давно уже видел его, но не мог только вспомнить, где и когда. А через несколько минут размышления ясно увидел, что это то самое лицо, которое так часто являлось ему в видениях. Все присутствующие были представлены этому великому учителю. Когда наступила очередь Инайята, учитель пристально посмотрел на него и сказал, обращаясь с вопросом к хозяину: "Скажи мне, кто этот молодой человек. Он неотразимо влечет к себе мою душу". Тот ответил: "Ваша святость! Этот молодой человек – гений в музыке. Он хочет поручить себя вашему вдохновенному руководству". Учитель был так заинтересован, что сразу согласился исполнить его просьбу и немедленно посвятил Инайята.

ОБУЧЕНИЕ ИНАЙЯТА КАК СУФИЯ

Инайят обратился к своему муршиду с песней, когда в первый раз посетил "Ханках" (дом размышления). Песнь его была выражением глубокой преданности муршиду и произвела на того сильное впечатление. Он положил свою руку на голову Инайята и благословил его со словами: "Да будешь ты просвещен божественным светом. Озаряй возлюбленных Господом". С этого времени между Инайятом и Муршидом была установлена духовная связь, которая все более укреплялась. Это открыло для Инайята путь к получению света, который едва ли мог бы быть получен при помощи рассуждений, аргументов, чтения или даже духовных упражнений. Инайят часто навещал своего муршида и когда получал от него телепатические извещения, то оставлял свое дело и прямо отправлялся к нему. Он никогда не приводил своих рассуждений, пока не получал на это приказания. Он всегда был почтителен. Он услаждал своего муршида музыкой, которая приводила того в состояние, близкое к "ваджаду". Ежедневные упражнения и постоянное сосредоточение подготовили его к принятию света. Вот идеальный путь суфийского развития. Инайят прочел Коран и Хадисы и очень заинтересовался творениями Руми и литературой Индии и Персии. Много времени посвятил он развитию внутреннего зрения. Ясновидение, яснослышание, интуиция, вдохновение, различные впечатления и сны глубоко захватили его. Он производил опыты общения с душами живых и умерших. Он проник в оккультную и психическую области мистицизма. Он также понял благо морали на опыте собственной жизни, но все, что он изучал и что познавал на опыте, он сопоставлял с божественной мудростью, которую горячо стремился постичь и которую рассматривал как сущность и корень всякого познания.

После того как Инайят прошел пять ступеней суфизма – физическую, интеллектуальную, ментальную, моральную и духовную, он вел курс обучения последователей суфизма в школах: Чиштийской, Накшбандийской, Кадирийской и Сухравардийской. Муршид Инайята, Сеид Мохаммед Мадани, принадлежал к знатной семье и был прямым потомком Мохаммеда. Период своего обучения Инайят считает самым счастливым временем своей жизни. По окончании курса суфизма муршид благословил его со словами: "Ступай, дитя мое, в мир, соедини Восток и Запад гармонией твоей музыки, распространяй мудрость суфизма, ибо ты одарен Богом Всемилостивым, Милосердным". Это повеление произвело глубокое впечатление на Инайята и дало ему большую надежду и смелость идти вперед, в мир и служить человечеству. Он начал занятия музыкой с большим количеством учеников, вдохновляя их своим божественным знанием.

В 1910 году он начал свое путешествие по западному миру в сопровождении четырех музыкантов. Прежде всего он посетил Америку; читая лекции о суфизме и играя, он объехал ее с востока на запад. Он читал лекции в Колумбийском университете, в Нью-Йорке, в Берклийском университете в Калифорнии и в университете в Лос-Анджелесе, где имел большой успех. У него было много последователей, и он основал орден суфиев в Америке, с центром в Сан-Франциско. Профессия музыканта служила вспомогательным средством при выполнении его суфийской миссии. Объехав Америку, он прибыл в Европу и успешно продолжал свое дело.

Б. Тцерклаец





Последнее изменение этой страницы: 2016-06-07; просмотров: 67; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 54.80.249.22 (0.009 с.)