ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

Из внутренней серии “Отношения М и Ж на ранней стадии, (пустоты ?)



ВОДОРОСЛИ

 

 

 

ВОДОРОСЛИ

 

 

ВЯЧЕСЛАВ БУРДАКОВ

АНДРЕЙ ЛЫМАРЬ

ВЛАДИСЛАВ ПОПОВ

ВИКТОР ДЬЯКОНОВ

АНДРЕЙ ТОЛСТИКОВ

 

Якутск

 

 

 

ВЯЧЕСЛАВ БУРДАКОВ

 

 

 

* * *

 

Пусть солнце не взойдет,

я все равно буду молчать.

Пусть день меня найдет,

я не начну громко кричать.

 

Пусть дом мой горит,

я на него не стану смотреть.

Пусть музыка летит,

я не начну в такт слова петь.

 

(1 февраля 1992 г.)

 

 

 

* * *

 

Небо вышито звездами,

поле покрыто цветами,

льдом разрисованы окна,

реки закрыты мостами.

 

Снегом заметены ветра,

градом наполнены тучи,

стены окутаны дымом,

слезами затуманены очи.

 

Дождем затоплены моря,

песком занесены дороги,

гвоздями заколочены двери,

ногами оббиты пороги.

 

Огнями освещены улицы,

темнотой забиты дома,

окна разбиты камнями,

я, наверно, схожу с ума.

 

(24 февраля 1992 г.)

 

 

 

* * *

 

На полу лежит солнечный зайчик,

 

искаженный стеклом и туманом,

 

и бокал пустоты стоит рядом,

 

он как будто наполнен обманом.

 

Белой известью красятся рамы,

 

чёрной сажей замазаны стены.

 

Уползает луч в щель под дверями,

 

оставляя пушистый след пены.

 

 

(15 марта 1992 г.)

 

 

 

 

* * *

 

Непараллельными путями,

на перекрёстке всех дорог

я, наконец-то, вместе с вами,

перешагну через порог.

 

Я перейду в иное время,

где не ласкается закат,

и бывший сон, как жизни бремя,

меня заменит во сто крат.

 

Меня испачкают делами,

которых ждал я как любовь;

меня замучают правами,

кто не покинет плоть и кровь.

 

Но мне не страшно и не больно,

хоть я не знаю одного:

во мне сбывается невольно

потребность жить среди всего.

 

Себе предсказывая вечность

как на Земле, так в небесах,

я недостоин жить беспечно,

умытый в собственных слезах.

 

(23 марта 1994 г.)

 

 

 

 

* * *

 

От стихов обалдею словно,

я пойду и нарву цветов.

Пусть все в жизни так просто-сложно,

я поверю в свою любовь.

 

По ночной разбегусь дороге,

упаду в вечный травный ковер,

для меня на рассветном пороге

ветер звезды с небес не стер.

 

Забывая мотив той песни,

что поет для Земли река,

я усну на согретом месте,

и проснусь только лишь в облаках.

 

(24 июля 1992 г.)

 

 

 

* * *

 

Мой лес закроют эти волны,

Вздымаясь пеной на листву,

Опять невидимые войны

Меня удержат на плаву.

 

Травой застынет мрачный берег,

Поля затонут под водой,

Все поменяется местами,

И все останется собой.

 

(5 октября 1992 г.)

 

 

 

 

* * *

 

Закрутит мечтой и провалит

в пропасть мучений.

Не обрести, и не принести

значений,

не утонуть, не позабыть

обещаний,

не умереть, и не разбить

расставаний.

 

(10 октября 1992 г.)

 

 

 

 

* * *

 

Смешная родная собачка

Не может смотреть свысока,

Ей счастьем послужит подачка,

А лаской лишь чья-то рука.

 

Хвостом всем приветливо машет

И лапу друзьям подает.

Оскалившись, зубы покажет

Тому, кто ее предает.

 

И каждый день (Пусть, так и надо!),

К себе возвращаясь домой,

Я лаю и вою с ней рядом,

Я тоже зверею зимой.

 

(27 ноября 1992 г.)

 

 

 

* * *

 

Я не кричу от боли,

не проявляю воли,

остался только бред

и белоснежный снег.

 

(21 октября 1992 г.)

 

 

 

“ЛЕТАРГИЧЕСКИЕ СНЫ”

 

Под ободранной эмалью

расцветает плесень мира,

пожелтели дни и ночи

как листы календаря.

 

Под зелёным покрывалом

положила и забыла

осень белые могилы

для меня и для тебя.

 

(26 декабря 1994 г.)

 

 

“СИНИЕ ЛОШАДКИ”

 

Беленьким пятнышком

синие лошадки

бредут по полю

выворачивая локти

падая в ямы

играя на солнце

уходя в то место

куда смотрятся вещи

 

Идут сквозь стены

поворачивают боком

синие лошадки

беленькие пятнышки

играя на солнце

кусая локти

снимая кожу

устрашая радугу слезами

 

Бегут по капле

сливаясь в пятна

обрекая на песню

разделяя на полосы

идут и не видят

не слышат не знают

что растения дышат

что пора бы мчаться во весь опор.

 

(17 января 1995 г.)

 

 

 

“КАМНИ”

 

Каменные руины.

Бесконечные каменные руины.

Хаотичное нагромождение камней.

Каменные столбы.

Каменные пропасти.

Нескончаемая стена из камня.

 

(19 января 1995 г.)

 

 

 

* * *

 

Сделай так, чтобы умную сказочку

чуткие люди услышали вечером,

в белом пакете нашли два растения:

маленький перец и хитрую лилию.

 

На берегу опрокинь с пальцев музыку,

как поплывет она стаей бурлящею

в синее море, могучее солнышко,

ласковый ветер, да поздние горести.

 

Жалобно вспомнит, завоет униженно,

вены раздуются, травы причешутся.

Мысленно прыгни, встряхни положения,

и по цепи полетят угрызения.

 

Сам ей расскажешь, как вышло-случилося,

сам ей покажешь, что прав был, тот кто был прав.

Тонкие, чуткие люди найдут тебя,

спросят: “А нахуй ты ваще?”

 

(20 февраля 1995 г.)

 

 

 

 

* * *

 

Я буквально мерз на холодном

ночном полу,

раздетый и больной.

Мне хотелось быть мертвым или уйти,

и я вышел наружу.

 

(декабрь 94 г.)

 

 

 

“ОСТРОВ”

 

По святой да по земле

проходили звери,

проплывали рыбы в воде,

пролетали птицы.

 

Мимо той земли, где ночь

берегла заветы,

где ручьи, берегами пески,

и деревья в небо.

 

Через год да через миг,

через лунный камень,

через гордый взгляд и крик,

через лед и пламя

 

на восток уходит ночь

встретиться с рассветом,

и стремится вдаль река,

а деревья в небо.

 

Каждый день, бросая тень,

обратившись пылью,

и, поднявшись до небес,

сложишь руки-крылья.

 

Скинешь с век росу травы

серебристым снегом

и увидишь край весны,

где деревья в небо.

 

(4 апреля 1995 г.)

 

 

* * *

 

Погляди через стены размытых огней,

Погляди через слезы и боль бытия,

Ты увидишь толпу разъяренных людей,

Ты услышишь молитвы ночного дождя.

 

Кто-то стонет от счастья, впадая в экстаз,

Кто-то плачет от горя, смотря в никуда,

Только где-то в толпе есть один человек,

Что бессмысленно смотрит, как плачет вода.

 

(23 апреля 96 г.)

 

 

 

* * *

 

Я как-то шел вдогонку ветру,

Волнуясь, как бы не отстать,

В руках держал стальную клетку,

Куда хотел его поймать.

 

Но ветер мчался все быстрее,

А я бежал лишь позади,

И ноги были все слабее,

И сердце прыгало в груди.

 

Я звал, кричал, молился, плакал,

Просил, молчал и проклинал,

Ругал, грозил бедой и страхом,

Но ветер в клетку не желал.

 

Устав, упал я средь пшеницы

И клетку выронил из рук,

А ветер вдруг принес водицы,

Как нежный и надежный друг.

 

(24 июня 1997 г.)

 

 

 

* * *

 

И огня мне бояться не надо,

разгорится внутри он резво,

затанцуют поля-преграды,

заострятся обломки лезвий,

 

Из под рук полетят жар-птицы,

и смешается стая с ветром,

будет кто-то в полет стремиться,

станет как бы смешно при этом,

 

Возвестит приход звон усталый,

запоет народ свои песни,

обернутся ручьями обвалы,

станет жить вдвойне интересней,

 

Успокоится тело стихии,

боль окажется новой преградой,

снова вспыхнут пожары лихие,

и огня мне бояться не надо.

 

(1 января 1998 г.)

 

 

 

* * *

 

Насмотрелся на паршивые дни,

насмеялся над ошибкой ума,

поразились расписные углы,

повернулась к лесу задом изба.

 

И пошла по белу свету молва,

что не видели они чудеса,

что когда-то написали слова,

что на камень набежала коса.

 

А потом ударил гром по весне,

и заплакали дома-города,

понеслась по бугорочкам волна

и ударила струёй в никуда.

 

(2 февраля 1998 г.)

 

 

“ХУЖЕ, ЧЕМ СТРАХ.

БЛИЖЕ, ЧЕМ ДАЛЬ.

ВЫШЕ, ЧЕМ ВЕРХ”

 

Неизбежность зимы,

неизменность веков.

Среди стаи волков,

как среди пустоты.

Как породистый день

на лесную постель

вдруг выходит ручей

и садится на мель.

Через нити дождя

проникает заря,

выливает себя

на газон октября.

И знамена растут

и колеса бегут,

а породистый день

по другому зовут.

Озорные цветы

устилают тропу,

эталон красоты

доверяют рабу.

Солнце дарит огонь

на леса и поля.

Это тоже закон,

это тоже судьба.

Это, может быть, даже

хуже, чем страх,

ближе, чем даль,

выше, чем верх.

 

(30 января 1998 г.)

 

 

АНДРЕЙ ЛЫМАРЬ

 

 

 

* * *

 

Солнце златом покроет холмы

По которым не ступит нога мертвеца

Есть только солнце, и есть только мы

И музыка ветра звучит без конца

 

Мы идем по воде, мы свободны от тел

Наши лица открыты мы не у дел

Наши руки слились как вода и песок

Твои мысли не целят мне в левый висок

 

Мы садимся на склон золотого холма

Заходящее солнце бензином струит

Я проснусь по утру, а в моих волосах

Ледяные костлявые пальцы твои

 

(30.01.94)

 

 

 

 

* * *

 

Запретная зона для живых Для тел

Пустыня Бой в висках Искра меж рук

Меж пальцев песок Липкий воздух

Страх пустых Боль вознесшихся Кровь

 

Запретная зона для мертвых Для тех

И третьих спящих Руки в дыры

Медленно оживает сверло И ждет

Расчлененный на секунды ждет

 

Стальными спицами ощетинился мозг

Цепляясь за пустоту где тени

Стальной каркас заменил кости

Стальной каркас закрученный нервами

 

Затмение рождается в отравленных водах

Я ухожу в сторону живых пустынь

И воздух законсервирован в руках

И баночка с сердцем бьется в руках

 

(10 августа 1995 г.)

 

 

 

* * *

 

Покрытые черным серебром

Крылья

Пылятся заброшенные за шкаф

Острый нож рассек грудь до горла

Я лечу в высокой траве

Высоко в небе смотрящем на меня

 

Ворон хлопая крыльями Матрица?

Не вызывал зависти и раньше

Он не знает, что я высоко

В небе там где везде

в траве

 

Пролетают всадники слившись в одно

с пиками, ветром, потом и грохотом

Я же лежу Жучок, ползущий по стеблю,

Отражается где-то

возвращая в детство

Я улетаю в далекий расплывчатый

чужой Именуемый моей жизнью

Я не жил тогда никогда

Я смотрел

Ветер

Холодный далекий напоминает

Что время было отпущено

Пора собираться в дорогу

Без малейшего представления.

Это напоминают о себе крылья

лежащие за шкафом

 

(10 ноября 1995 г.)

 

 

* * *

 

Когда вода облегает мое тело

Как волокна, как змеи, как

Летящий вкрадчивый листок раздаются

Крики живущих в моей голове птиц

Голубизна неба пересекается ветвями

Голубизна до черноты

Листья мгновенно желтеют на глазах

Оплывают

Оплавляются и сгорают в моих ладонях

Волны огня превращают песок в зеркала

Сердца – в дым, горы – в плоскость

Разум – в мост через

ЛАБИРИНТ РАЗУМА

(натужно раздувается открытая плоть и

лопается взбунтовавшейся кровью)

И рыбы бросаются и пожирают друг друга

Сложные механизмы и органические конструкции

Взрываются изнутри В празднике противоречия

Жизнь разрушается Жизнью Закон отменен Законом

 

(9 сентября 96 г.)

 

 

 

 

* * *

 

Хрустальные тайности

Моё тонкое отчуждение

Растворяется теряясь

В стальном механизме дня

Ну и пусть

У каждого только слова

У каждого только его камень

Быть может он его бросит

В твоё лицо

Быть может в твоём лице

Появится третий глаз

Появится светлый луч

Появится тёмный меч Твой...

Я храню для тебя серебро

Алмазная пыль под ногами

Время пришло Это листья

Нежно вырваны с мясом

 

(3 окт. 96 г.)

 

 

 

* * *

 

Что мы скажем друг другу

У развилки дороги

Под плавящимся сталью

Пламенеющим небом

И может быть то

Что каждый сберег

У сухого ручья

Обернется во вред нам

Сколько будет дорог

Сколько было дождей

Впитает земля эту кровь и слезы

Что есть судьба

Пред стальною рекой

Пред серебряным лесом Ревущие грозы

Там, далеко, за рекою, за лесом

Город хрустальный очерчен

 

(6.10.96)

 

 

 

* * *

 

Какая прекрасная ночь...

Вода стекает струйками

По стеклу

В тонком зеркале стекла

Темная струйка как ночь

Как заблуждение Как паранойя

Кровь

 

(9 октября 96 г.)

 

 

 

 

* * *

 

Блюдо вновь наполнилось кровью

Течет через край сущность

Выпускает пары

Необходимость

Льет через край кровь

Летит через край душа

Дышит полем отражается

Плачет росой забывается

Возвращается

Из темноты, как черви из банки,

Падают лица вываливаются

на хрустящий песок Оплавляются

 

(30 октября 96 г.)

 

 

 

“ПЛЮС ЕЩЁ ОБ ОДНОЙ ГАЗЕТНОЙ ПУБЛИКАЦИИ”

 

Люди, которые ищут трупы

Которые пропускают эти трупы

Через мясорубку своего извращённого

Понимания

Любители Бледных Теней

Изрезали моё лицо

То, что они ежедневно

Режут мою душу, я им прощаю.

 

(29 дек. 96 года)

 

 

* * *

 

Черный воин мягко идет по земле

Черный воин нежно касается трав

Нежно вдыхает запах горящей листвы

Висит в паутине в центре виртуальной зари

 

Сын своего времени, эпохи своей

Рожденным этим временем не может быть

Брат разрушенных гор, шифрованных рек

Черный воин глотает небесную высь

 

Кто-то внутри может быть друг или враг

А может быть нечто среднее как и должно

Твой лабиринт, мой лабиринт – печаль

Твой парадокс, мой – вода и огонь

 

Лес пропускает меня сквозь детекторы снов

В городе держаться подальше от детекторов глаз

От напряжения до напряжения грань

Смытая грань ни хрена не рассвет

 

... Ему примерещился снег и горы вокруг

Адская тишь и шипение других измерений

Силуэт снежного барса. Обернулся. Исчез.

Черный воин попробовал лезвие пальцем

 

(31.05.97)

 

 

* * *

 

В принципе от него этого следовало ожидать

Проектировать на небо ветви Однозначно

Успокоилось внутри

Стройные столбцы Неминуемая справочная информация

о том, что естественно всем

Блин, да это же я – проекция ветвей на небо.

 

(1997)

 

 

 

“ПРИЛОЖЕНИЕ К ПРУЖИННОЯДЕРНОМУ ПРИВОДУ”

 

Все мы идем по лесу

 

И личность каждого определяется

Потребностью пребывания в пустыне

Для восстановления цвета глаз

У каждого во внутреннем кармане

Сценарий его жизни с предисловием

На тысячи и тысячи веков

Хотя бы сим любой локальный мир

Достоин обладания пера

Чернила для него текут по нашим венам

И факт средневековых англичан

Доказывает это свойство знания

Вне время, внепространство, внелинейность

Трилистник памяти Сердца

Математика и Воля,

Воля к жизни, воля к власти

(Воля жизни, воля власти)

 

(21.06.97)

 

 

 

 

* * *

 

Где ты, Алекс, где ты, солнце

Ветер воет в проводах

Разгоняет листьев стаи

На уильямских мостах

Где ты, Алекс, день уходит

В ожидании другого

Снег смеется, разбиваясь

О стеклянный купол мой

Знаешь, стой,

Крошатся камни

Ветви возрождают слезы

Лес готовит погребенье

Чтоб сегодня умереть

Сметь

Всего лишь прикоснуться

До твоих висков, о Алекс

до твоих волос, родная

Заглянуть в твои глаза

И отметив день вчерашний

В небе ясном и осеннем

О твоих заботах ранних

Поразмыслить у огня

Время будущее лечит

На погонах тускл месяц

И рассыпалось на звезды

одиночество мое...

 

(21 октября 97 г.)

 

 

 

 

* * *

 

Над растоптанным деревом кружили птицы

Солдат свернул шинель под голову

Что еще снится? Все еще снится?

Снится ли... Если бы – плавится олово

 

Вот не дожил, не дошел до окраины

Много ли, сколько же... Все как намечено

Всех ли искали и чиркали спичками

Для костерка... Это: Где же ты, встречная

 

Сон позабылся в видениях призрачных

Мост пройден поровну сзади и спереди

Как не остаться здесь в зеркало впаянным

Чай, не один же; как, помнится, верили

 

Будто бы сон никогда не закончится

Будто бы кончилась магия вольная

Рация лишь деловито потрескивает

Выйду ли, встану ли, буду ли я, это ли я?

 

Дождик... Откуда же ты в День Защитников?

Роза моя, слезы мои, то моя кровушка

Спи же, солдат, береги плоть-олово

Руки кровавые, светла головушка.

 

(26 февраля 98 г.)

 

 

 

 

* * *

 

Он был лордом английским

В своей прошлой жизни

Актерской Своею природой был близким

Волне что скрывает печаль

Как закалялась сталь Превращался он

в лед И падал на альпинистов

Которые только тревожат скалы

Кому – чужие кому – не очень

Ночью он двигался к солнцу

Днем уходил в реку где под тальником

отдыхал его разум

И переходя от вершины к вершине

Перехватил он солнца блики и понял

Вернулся туда, где лето,

туда, где его тальник.

 

(25 марта 98 г.)

 

 

* * *

 

Послушай меня, Живущий, сложи свои крылья

Я отнесу тебя туда, где тайны

Меж звездных берегов и островов созвездий

Случайная река уходит в небо

Она-то и закроет нам глаза

И понесет средь призрачных деревьев

Где осень вечная прозрачностью живет

Хрустальных далей мне не открывая

Храня любую тайну

Она не вызывает к жизни (иной), нет

Она является хранителем живого

Что перед странствием своим

Другую оживляет память

И та послушно истекает кровью

Так будет и со мной И эти берега

Наполнятся водою темной

И остывшими кусками Свирепых Глаз

Сколько их, никто не знает

Ищу же я тебя, чей свет Луны

 

(2 мая 98 г.)

 

 

 

ВЛАДИСЛАВ ПОПОВ

 

 

“Я СОХНУ”

 

Вокруг все накалилось докрасна

Каждая деталь. Струны на моей гитаре.

И даже зеркало в моей комнате.

Из меня идет пар. Я сохну!

Белые горячие, с них

Осыпается окалина...

Моя комната словно море.

Словно корабль в море я

Искуссанный волнами бытия

Даже не могу плакать.

Укройте меня белым снегом.

Теплым белым снегом, чтобы

Мне стало холодно. Я мертвый,

Оставаясь живым в этом море.

Я ПЛЫВУ. Словно дельфин.

Ждите.

 

(1996)

 

 

 

“КРАСИВАЯ”

 

Завелась красивая в кармане ночи,

Словно ей неведомый алмаз знаком

Ты желанна и доступна очень

У тебя сопротивленье десять тысяч ом.

 

Ты неведома гуляла в полусвете

Ты неохотно жаждала любви

Ты словно вся взлетаеш на ракете

Скорей же за собою позови

 

Чтобы унять свое горячее желанье

Чтоб загасить неукротимый пыл

С тобой мы вместе унесемся в мира зданье

Где есть, и ты, и я, где был.

 

(1996)

 

 

 

 

* * *

 

Выше неба, выше самой высокой звезды

Я мог бы, лететь или идти

Выше Всяких Высоких Высот

Мог бы.

 

(1996)

 

 

 

“САМОЛЁТИК”

 

В небе голубом, взмахнув крылом,

Бумажный самолетик набирает обороты.

Он есть душа моя, он весь

Стремительно несется в повороты

Ему не ветер, ни различныя явленья,

Не переменят траекторий направленья.

Как хорошо, что эти крылья есть

Хоть из бумаги, зато на небо помогают влесть

Я был недавно там. Теперь я здесь.

Вначале 70 %. Теперь же весь.

 

(май 96)

 

 

* * *

 

В небо пальцем тычу я

Для проверки твердости

Воздуха, что надо мной

Из-за него я в гордости

Из-за него я не беспокоен я

Он очень мягкий, ведь это не земля.

 

(1996)

 

 

 

“СНЕГ”

 

Он точно белый без оттенков

Колора беспросветно нет

Он жалит точно пчелы

Смелы искры его свет.

О, СНЕК, ТЫ СНЕГ.

 

 

P.S. “СНЕГ”

 

Я жду притворства своего

Я жду ощущения негу

Я верю, что буду еще

Скорее подайте мне снегу.

 

 

(1996)

 

 

* * *

 

Дышещипательная личность

Брутальная девочка – ночь.

Твое обнаженное тело

Улетает отсюдова прочь.

 

Приходит красавитыца – утро

Стыдливо смотряся вокруг

Я жду от тебя пробужденья

Я твой бесканечный друг.

 

 

 

“ВОЗДУХ”

 

Он жил словно воздух. Жил постоянным

чувством привасходства. Вечером когда

он приходил из социума, то первым

делом он аккурраттно открывал

белую форточку своего сознания и запускал

туда рыжих бешенных птиц безрассудства.

И тут он начинал маяться, словно вода в банке,

заполняя собой все пространство комнаты,

а потом литал по окружности, словно

матылек залетный. Срывался и начинал

биться телом о стены, в кровь. Падал

на пол в слезах. От бессилия его трясло.

Выворачивало на изнанку...

Затем он трясущийся и дряхлый ставил

на плиту чайник и ждал когда закипит вода

Упившись чаю, словно водки, он еще хмельной

брал смятый листок бумаги вырванный из

тетради, и писал письма богу. Из листка –

– письма он делал самолетик...

Он жил словно воздух.

 

(1996)

 

 

 

* * *

 

Макрометрическая, болеотупяющая

сдвигопонижающая. Где ты такая

таблетка?

 

(1996)

 

 

 

* * *

 

Не думайте о грядущем

Не верте в прошедшее, нет.

Подкинте монетку повыше

Чтоб в ней отразился свет.

 

(1996)

 

 

 

“БАБЫ”

(Catastroffы.)

Катастроffы бывают разные

Красивые, ужасные и безобразные

Бывают девки брутальные

Уродливые и бана-анальные

Бывают на деревья похожие

Ни сосков, ни письков и ни рожи

А продвинутых вовсе не встретишь

Они сидят крен знает где.

Эти прадвинутые во все отверстия

БАБЫ.

 

 

* * *

 

Сегодня 15 декабря 1996 года,

я взялся за свою голову обеими руками.

Точнее я взялся за ум, а еще точнее,

я стал более мудрым. Как будто

солнце во мне засветило.

В 1997 году был взрыв сверхновой

звезды, а в 98 образовалась еще

одна галактика.

(1996-1998)

В 99 я буду необъятным.

 

 

 

* * *

 

Черно-голубое небо, словно

Большая свинцовая пластина.

Колышется надо мной, ждет.

Я сегодня не выйду наружу.

Дабы не давать повода для

Моего искорененья.

 

(1996)

 

 

 

 

“В ПЛЕНУ ВОЛОС”

 

Шевелились пальцы пауками,

Дёргализ глаза рывками.

Пуговки являлись поплавками.

Насмешливо дёргался нос,

Оказавшись в плену у волос.

 

(3 октября 96)

 

 

* * *

 

Это опять скучный

Скребу я, по бумаге

Неинтересно, вяло,

Скребу, ни кому не...

 

(9.10.98)

 

 

* * *

 

Конкурс красоты, это тоже самое,

если ты ищешь в доме свечу,

во время отключения света,

т.е. электричества.

 

P.S. Я боюсь темноты

(Мисска “Бойкала” 98 г.)

 

(9.10.98)

 

 

 

 

* * *

 

Рытвины. Ямы. Кожа.

Осторожно, здесь тепло.

Не нужно отвлекаться

Здесь светло. Я свет,

Но тусклый, темный.

Здесь опасно. Не плачь.

Плачет, но беззвучно.

Словно тиши ее не было.

Плачет. Ну и пусть.

 

(9.10.98. Вечер)

 

 

 

“РАЗРЕШИТЕ ПРОЙТИ”

 

Разрешите пройти в глубину

Той самой неведомой штуки,

Где предметы лежат пополам,

Где есть свет и различные звуки.

Только там не хватает меня

Для гармонии разнообразья

Вещества разлагая круги

Потеряют суть безобразья.

Разрешите пойти туда.

Чтобы хаос обрёл абсолюты,

Чтоб круги посредством веществ,

Ощущались тотальным уютом.

 

 

 

 

“ДВИЖЕНИЯ ВВЕРХХ !!!”

 

Плывущие по асфальту,

Разрешают двигаться низом

Так, как верх уже переполнен,

Скользящими по карнизам.

 

Неприкольно двигаться лёжа,

И обломно двигаться боком.

По проводам намного угарней,

Но от них ударяет током.

 

Улечу лучше синим небом,

Обламав всех прочих идущих,

Скользящих по асфальту,

И по карнизу плывущих.

 

(3. 07. 96)

 

 

 

“Произведение В. Попова, скорректированное

в соавторстве с А. Лымарем”

 

... Если б я был птицей

я бы сел на измену

Так как боюсь высоты

 

Если б я был пауком

то я бы бегал и стегал

и потеря одной ноги – херня

 

Если б у меня были

большие влажные мохнатые глаза

я бы смотрел ими туда сюда

 

(?)

 

 

ВИКТОР ДЬЯКОНОВ

 

 

 

“БЕСПОЛЕЗНЫЙ ВЫСТРЕЛ”

 

Зима по-пластунски крадется

Чтоб задушить внезапно

Снегом, метелью и льдами

Замерзший Дед Мороз в яме

Утром был найден ментами

Пьяными снами

Закончилась жизнь

С хмельной сосулькой на щеке...

 

А день был опять похожим

На холодные серые стены

Кто-то в бешенстве воздух кусал

Кто-то таблетки жрал

Кто-то на могилах блевал

Солдат спал

На посту с ружьем

Враг придумывал новый подвох...

 

Струны рвались как лески

От железнодорожной попсы

Заводы шумели, трубы дым испускали

Машины по дорогам гнали

Самолеты в небе летали

Так и жили

Так и будем жить

С песней в светлом будущем...

 

Хлопнул затвор ружейный

Была девка, стала старуха

Был мужик, а теперь старик

Новый последний крик

Куча ненужных книг

Столетие – миг

Раз – есть, два – нет

Жизнь, как бесполезный выстрел...

 

(31. 08. 93)

 

 

“ИСТОРИЯ ГРОЗНОГО КАМНЯ ХР, ВИСЕВШЕГО НАД РЕКОЙ”

 

 

Скалозубый камень Хр

Над рекою мертвой Бр

Дышит шумно в небо ххх

И скрипит снежком кх пх

 

Руки тянет в пропасть Хр

И дрожит от ветра ррр

Треснул кварцем алым хрясь

Как баллон дырявый псссь

 

Эхом крикнул камень ууу

Глыбой топнул в реку буу

Протрещал по льдинам пщ

Отраженьем в стеклах бдщ!

 

И застыло все...

 

(13. 12. 94)

 

 

 

* * *

 

Хочу гранату, люди!

Хочу взорвать себя и вечность!

И гулкий грохот расколет бетонные стены

И колесами покатятся люди

Клочьями стального мяса разорвет пространство

Раскаленной пылью окрасит небо

Кровавым сгустком лопнет тупая злоба

И полетит в небе этого города

Стеклянный шарик моего безрассудства...

 

(1995)

 

 

 

 

“ОДНОНОГИЙ СЛОНИК”

 

 

В самом центре сознания

опустошенного кромешностью жизни

произошла удивительнейшая вещь

маленький одноногий слоник

погрузил свою руку

в бурление неба в луже

и, улыбнувшись перламутром белков

вышел за пределы достигаемости

копий охотников

за мамонтым бивнем...

 

(06. 95)

 

 

 

 

* * *

 

Что-то такое великое

Шевелится в клубке червей

Я знаю – это суицид...

 

В моем воспаленном мозгу

Великой печалью

Скрючивает пальцы

Сжимает в плаче кулаки

Знобит...

И через вены

Катит пульсируя стекла

В ушах стоит стеклянный звон

Как будто после взрыва

Земля... на коже

Стягивая в один кулак

Железом струится холод и мрак

Каленым железом

Вспыхивает искрами и синим пламенем

Вырывает леденящее дыхание!

Да! Да! Да!

Тягучая черная печаль

Струится по кафельным плиткам...

 

Что-то такое великое

Шевелится в клубке червей

Я знаю – это суицид...

 

(10. 95)

 

 

 

* * *

 

Когда в этих стенах

Через форточку твоих фантазий

И твоего подсознания

Дойдет до тебя

Отзвук молнии

Разорвавшей небо

Где-то бесконечно далеко

Когда коснется тебя

Хоть слабый ветерок

Из вольных степей

Уходи, друг

Беги туда, где нет людей!

 

(11. 95)

 

 

* * *

 

Сломай преграды

Прорви жировые прослойки

Найди чистоту

Плавно двигаясь

Среди звезд и тьмы

Обрети покой...

Под звуки восточных струн

Ощути бесконечность неба

И бескрайние просторы

Долин, холмов и гор

Обагренных заходящим солнцем

Услышь музыку небесных волынок

И трубный зов журавлей

Почувствуй дуновение ветра

Плавные переливы женских голосов

И волшебных смычков

 

Лети над этим

Плавно как музыка

Плыви в этом

Гладко как водоросли

Как последние лучи

Заходящего солнца

Ласковыми волнами

С тихим плеском

Целуй песчаный берег

Обрети покой...

 

(11. 96)

 

 

 

* * *

 

Учись у камней твердости

у реки – плавности

у деревьев – стойкости

Учись у ночи молчанию

у воды – дыханию

у ветра – пению

Учись у грозы долгожданности

у дождя – свежести

у радуги – радости

Учись у журавлей верности

у травы – настойчивости

у цветов – трезвости

Учись у солнца святости

у земли – бескрайности

у неба – вечности

 

Учись у камней твердости

Учись у камней святости

Учись у камней молчанию

 

Учись у оружия мужеству

у гор – непреклонности

а у мертвых – смыслу жизни

 

(11. 12. 96)

 

 

 

* * *

 

Наш мир как отражение

Солнечного света

Жадно поглощает мрак

Наполняясь пустотой

 

Две стороны одной монеты

Явь и сон, смех и слезы

Энергия отрицательная, положительная

Цвет – тысячи оттенков белого

Белый – цвет смерти

 

Вакуум – это верх хаоса

Базис эрозии Вселенной

Вместилище мнимых понятий

Эпоха развитой энтропии

 

“Я по сути своей верю в судьбу...

он недавно жениться собрался...

э, не-не, не-не... в натуре... я говорю сколько...

и платный автобус... ну давайте...

я вам дам пять минут на подготовку...

раз, два, три - раз, два, три...” –

Жизнь нашептывает мне

Бессмысленную цепь явлений

Выделяя красным “важные“ места

 

А снег тает, чтоб потом выпасть

В виде потоков рвоты

Круговорот вина в природе

Колесо сансары

Пифагора убили

Когда он чертил на песке формулы

 

Видеть движение звуков

Слышать движение запахов

Зашивать ниткой безумную вереницу слов

 

Напряжение мускулов

 

Время относительно вас

 

 

Начните свою эру сегодня

Ваше сопротивление – чернильное облако каракатицы

 

В конце концов – какое вам дело?

 

Коррелируйте показатели своих ощущений

Мощность притяжения мужчин и женщин

Исчисляется количеством контактных дней

 

Ваш почерк не всегда разборчив

 

“Отстаньте, пожалуйста! Оставьте меня одну!”

А – первая буква алфавита

Ваши персоны в родительном падеже

 

А ведь сегодня уже 16-ое!

 

“Стоит только уйти, как сразу ...

садятся на мое место!”

Вместо нас заговорят наши ружья

 

Не могу думать

Все это так омерзительно!

Поставь многоточие...

 

Вы загоняете себя в рамки, месье

Нажми на “Esc”

Зеленое на фоне голубого

 

Все пропитано ложью

Даже эхо обманет меня

Нет ! Да, да, да ! ! !

Да ! Нет, нет, нет ! ! !

 

Электрическую станцию возвели 83 года назад

Вы все зависите от электричества

В таком случае поставь точку

Я расставлю точки над “i”

 

Заканчивайте!

Все имеет закономерный конец

Эй, женщины, олицетворяющие начало!

 

 

Человечество, общество и государство –

Это ваши дети

Они зарождались в ваших недрах

“Ворота распахнуты, поле распахано, семена засеяны...”

 

Человек, положивший голову на рельсы,

Так и не остановил скорый поезд

 

Человеки...

 

Но что раньше – курица или яйцо?

Рассматривайте апейрон с дуалистических позиций

Как надоела твоя потусторонность!

 

Кто почувствует укол совести?

Совесть постепенно атрофируется

Деньги – величайшее изобретение человека

 

Когда тело умирает

Мозг живет еще несколько минут

Сердце не бьется

Мертвые зрачки не реагируют на свет

Клиническая смерть

И лишь мозг судорожно работает

Вся ваша жизнь пролетает

За один миг

Чудовищно красивые видения

Великолепные картины

Удивительные цвета

 

На экране выключенного телевизора

Какое-то мгновенье

Еще виднелось изображение

Но после короткой вспышки

Все потухло...

 

(16. 05. 97)

 

 

 

 

* * *

 

Кто знает, кто знает...





Последнее изменение этой страницы: 2016-04-26; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 54.208.73.179 (0.224 с.)