ТОП 10:

Кто вы -- вещь или личность?



Вы знаете, что женщина может быть вещью или личностью. Она -- личность,если сохраняет независимость от мужчины, которого любит, самостоятельна всвоих взглядах и планах, госпожа своего тела и мыслей. Она -- вещь, еслипозволяет обращаться с собою как с вещью, пусть прекрасной и драгоценной, новсе же лишенной собственной воли, покорной желаниям и прихотям своегохозяина, похожей на лакомое блюдо, которым угощаются, когда придет охота. Очень долго женщина была только вещью. В древние времена онасоставляла часть военной добычи. Победитель имел право на захваченноеоружие, золотые или серебряные сосуды и на пленниц. Все это считалосьтрофеями. Невольничий рынок, где можно было купить женщину, как покупаютфрукты на Центральном рынке Парижа, существовал в нашей столице еще совсемнедавно. Женщине нужно было завоевать экономическую независимость, чтобысделаться личностью и успешно отстаивать свои права. Заметьте, многие мужчины жалеют, что женщина перестала быть вещью. Этобыло так удобно! Она была источником наслаждения, рожала детей, воспитывалаих, вела домашнее хозяйство. Взамен она требовала лишь пищу, кров и немноговнимания. Да и требовала ли она его? Через некоторое время после женитьбымуж начинал заглядываться на других женщин: муж-любовник без особыхцеремоний удалялся из дома. В ту пору женщина, желавшая стать личностью, раздражала мужчин. Вэтом-то и состояла беда Жорж Санд. Она была прежде всего человеком итребовала, чтобы с нею соответственно обращались. Будучи умнее большинстваокружавших ее мужчин, она ни в чем им не уступала. У нее были свои взгляды.Устав от любовной связи, она обрывала ее, как это делают мужчины. Она самазарабатывала себе на жизнь и хотела сама распоряжаться своим состоянием. Еезлополучный муж, недоумевающий, сбитый с толку, жаловался. -- Я женился не на женщине, -- говорил он, -- скорее на мужчине. Не только муж, но и все общество упрекало госпожу Санд за мужскойхарактер. Она же, напротив, была очень женственной -- и внешне, и в своемповедении, и в выражении чувств, и по складу ума. Но она былаженщина-личность, а не женщина-вещь. В этом все дело. Недавно я читал в одном большом французском городе лекцию на эту тему изаявил, что мне самому больше по душе женщина-личность. При этом япризнался, что в молодости мне нравилось, когда меня окружали, точнопородистые собаки, красивые женщины из разряда вещей; однако я согласился,что это был всего лишь кощунственный пережиток. В заключение я сказал, чтоуважаю человеческое достоинство в моих сестрах женщинах точно так же, как вмоих братьях мужчинах. После лекции состоялся очень приятный ужин, во время которогокрасавицы, присутствовавшие на нем, затеяли со своими мужьями спор по поводусвоего собственного положения. Многие из них жаловались на то, что даже внаше время с ними обращаются как с вещами. А одна была этим очень довольна. -- Мне нравится быть роскошной вещью, -- заявила она. -- Это ты-то вещь?! -- воскликнул ее муж. -- Ты самая властная личностьиз всех, кого я встречал. А вы, querida? Кто вы, личность или вещь? Скажите мне без утайки.Прощайте.

Женщина и профессия

Еще не так давно большинство женщин не знали, да и не хотели знатьиного труда, кроме домашнего, иных забот, кроме забот о детях и семейномочаге. Некоторые, правда, выполняли те или иные виды работ, при этомзачастую трудились в тяжелых и несправедливых условиях, ибо тогда за равныйтруд женщине платили меньше, чем мужчине. Но даже те, что хотели бытьпросто домашними хозяйками, не могли остаться в стороне от занятий мужа. Ихуделом было подбадривать супруга, помогать ему либо, напротив, мешать. Сегодня вопрос о профессии приобрел в семейной жизни особую важность,так как большая часть женщин работает. Жизнь дорожает; состояния,доставшиеся по наследству, редки и невелики; потребности растут. Чтоб житьбезбедно, семье не помешает второе жалованье. Новый порядок вещей порождаети новые проблемы. Желательно ли, чтобы у мужа и жены была одна и та жеспециальность? Если да, то есть ли возможность и стоит ли им трудитьсявместе? Если нет, то как согласовать их разный жизненный уклад? Обсудим самое старое положение дел, которое в последнее время встретишьне часто: в семье работает только муж. Какую помощь в состоянии оказать емужена? Во многих случаях трудно провести рубеж между ее собственнымиобязанностями и занятием супруга. Жена земледельца трудится рука об руку смужем. Фермерша играет важную роль в организации и ведении работ на ферме.В лавке мелкого торговца жена -- и продавец, и оформитель витрин, исчетовод. Если лавка, кафе или отель соединены с квартирой, хозяйка,разумеется, все время снует туда и обратно, разрываясь между детьми иклиентами мужа. В его отсутствие она распоряжается и управляет порой лучше,чем он. Даже если контора или мастерская мужа не связаны с домом, влияние женыможет быть громадным. Если она обходительна и приветлива, она в высшейстепени способствует установлению добрых отношений мужа с начальниками иколлегами. Избавляя его от забот по дому, она тем самым позволяет емууделять все внимание продвижению по служебной лестнице. Напротив, если нраву нее угрюмый, если она склонна к опрометчивости и нескромности, онарискует свести на нет самые благоприятные возможности своего супруга. Жена свеселым нравом -- прибежище для мужа в трудный для него час; вечнонедовольная жена -- как "кровля, которая постоянно протекает". Раздражать-тоона раздражает, но не защищает. Очень важно, особенно во Франции, чтобы жена, кроме случаев, чреватыхсерьезной опасностью, не играла роль узды. Француз в отличие отпредставителей других народов не испытывает особой склонности к риску. Еслион вынашивает дерзкий замысел, который сулит достаточно шансов на успех,жена его послужит одновременно и семье и стране, оказывая мужу поддержку ипобуждая его к смелости и упорству. Ее советы будут более действенными иубедительными, если она разбирается в стоящих перед ним проблемах. В нашевремя девушки овладевают основами различных наук. Они нуждаются в этом, содной стороны, для того, чтобы разбираться во все более разнообразнойдомашней технике, а с другой стороны, для того, чтобы лучше понимать, чемживет их муж -- ядерный физик, нейрохирург или инженер на атомнойэлектростанции. Осведомленность жены в подобных вопросах укрепляет узыбрака. Желательно ли, чтобы у мужа и жены была одинаковая профессия? Выше мыговорили, что, когда речь идет о фермерском хозяйстве, мелкой торговле,содер жании гостиниц, это почти неизбежно. Но есть ведь и более сложныепрофессии. Захочет ли писатель, врач, государственный служащий, инженер,кинорежиссер или журналист, чтобы его жена была к тому же его сослуживицейили помощницей? Не думаю. Разумеется, можно представить себе, что муж ижена трудятся в одной области и работают, так сказать, параллельно. Если обаони люди достойные, их деловое соперничество не вступит в противоречие ссупружеской привязанностью. Но если один из них склонен к зависти,тщеславию или попросту быстро падает духом, тогда одинаковая специальностьможет стать причиной серьезных затруднений в личной жизни. В том случае, если жена более талантлива или искусна, муж очень частоиспытывает, может быть сам того не желая, чувство зависти. Это несправедливои нелепо, но мужчина столько веков главенствовал в семье, что егодостоинство страдает, когда его опережают в его собственной сфередеятельности. Я знавал чету актеров, вступивших в брак по взаимной любви ипоначалу совершенно счастливых. Со временем жена превратилась в прекраснуюактрису, директора театров и драматурги поручали ей главные роли, между темкак муж, заурядный актер, никак не мог выдвинуться и чувствовал себяглубоко несчастным. Жена старалась всячески щадить его самолюбие, но факты,увы, говорили достаточно красноречиво. В конце концов их брак распался.Таковы мужчины, моя милая. Прощайте.

Женщина и профессия

Письмо второе Трудности, о которых мы толковали, не безвыходные, от них естьлекарства. Первое: жена работает вместе с мужем и является для него самойлучшей и надежной помощницей. Если медицинская сестра или женщина-врач вышлазамуж за доктора и сделалась его правой рукой, она тем самым обеспечиваетпрочность брака, пусть ее роль как специалиста и не столь при метна. То жеможно сказать и о женщине, изучившей стенографию и машинопись и ставшейсекретарем своего мужа-журналиста, писателя или сценариста. Ничто так нецементирует брак, как совместный труд. Союз сердец дополняется тогдапрофессиональным сотрудничеством. У таких супругов всегда найдутся темы дляразговоров. Интересы их тесно переплетены, и вопрос о разделе сфер влиянияне возникает между ними. Брак от этого становится и гармоничнее, и прочнее. Такое разделение обязанностей зачастую требует от женщинысамоотверженности. Это похвально. В свое время я был знаком ссупругами-медиками: оба они прекрасно учились, оба успешно стажировались вклинике, обоих ожидало блестящее будущее. Однако жена решила остаться лишьассистенткой своего мужа. Все важные открытия, которые в действительностипринадлежали им обоим, публиковались только за его подписью. Когда яоднажды похвалил ее за скромность, она мне ответила: "С моей стороны тутнет никакой заслуги, и я не испытываю никаких сожалений. Напротив, яубеждена, что в дружной семье нет заслуг кого-то одного -- мужа или жены,как не существует отдельно имени мужа и имени жены. Союз двоих един инеразделим во всем. Успехи моего мужа -- это и мои успехи, я тоже испытываюсвязанную с ними радость". Жизнь подтвердила ее правоту, ибо с годами ихбрачный союз все больше укреплялся. Совсем иные проблемы возникают, когда супруги работают в разныхобластях. Если женщина -- директор фирмы, кинозвезда или политическийдеятель -- добилась больших успехов, тогда как успехи мужа незначительныили их вовсе нет, от нее потребуется величайший такт и бесконечнаяделикатность, чтобы муж принял подобное положение дел, которое присовременном состоянии наших нравов все еще представляется мужчинаманормальным. В этом случае лучшее решение -- приобщить мужа к деятельностижены, которая столь преуспела, но в такой форме, чтобы его гордость непострадала. Он может взять на себя ведение дел жены. Предположим, онамодельерша и создает необыкновенные образцы одежды. Он займется финансамифирмы. Она кинозвезда и завоевывает экраны всей планеты? Он будет еепродюсером. Немного скромности, побольше обоюдных похвал и подлинногочувства -- и брак уцелеет. Когда замужняя женщина работает бок о бок с другими мужчинами или подначалом хозяина, встает проблема ревности. Повседневное общение мужчины иженщины, занимающихся одним делом, может привести к возникновению в ихотношениях некоторой интимности или фамильярности. Женщина, чего доброго,почувствует, что коллеги, с которыми она делит повседневные заботы и которыепомогают ей справиться с работой, ей ближе, чем муж, которого она видит лишьвечером, устав после трудового дня. При таких обстоятельствах для сохранения семьи женщине необходимаособая осмотрительность в отношениях с начальниками и сослуживцами и полнаяоткровенность с мужем. Весьма опасен также случай, когда из-за своейпрофессии супруги вступают в конфликт. Время года, удобное для отпускаодному из них, не подходит другому. Или один из супругов вынужден по деламслужбы много ездить, между тем как другой -- по необходимости или по складухарактера -- предпочитает покой и домашний уют. Все это -- конфликты,присущие нашему времени, когда легче обрести душевное равновесие в работе,чем в семье. Долг женщины -- примирить работу и личную жизнь. Положение молоденькой девушки в современном обществе стало несравненнолучше, чем прежде. Обладать специальностью для нее чрезвычайно выгодно.Мало того что она теперь сама зарабатывает себе на жизнь, жизнь ее сталасодержательнее и интереснее, выйдя за рамки семейного круга. Юной героинеБальзака приходилось выходить замуж за человека, выбранного родителями,так как ей негде было встретить другого; в наше время, молодая девушкасталкивается на работе со множеством мужчин, и совместный труд позволяет ейлучше разобраться в них. В прошлом жених, с которым она встречалась вторжественной обстановке, никак не раскрывался перед нею. Повсе дневная жизнь завода, лаборатории или больницы непременно выявляет вседостоинства и недостатки мужчин. Кроме того, девушка, способная сама себяпрокормить, вступает в брак не в силу необходимости, а по свободномувыбору. Профессия защищает ее и служит ей добрым советчиком. Все хорошенько взвесив, я пришел к выводу, что девушка, выбравшая себев мужья человека, чьи профессиональные интересы ей не чужды, закладываетнадежные основы своего будущего счастья. Нет ничего прекраснее на свете, чембрак, в котором все общее: любовь, духовные интересы, победы и поражения -- словом, и дела, ичувства. Прощайте.

Нежная, как воспоминание*

"Нежная, как воспоминание"... Так озаглавлен томик писем ГийомаАполлинера, который вам надлежит прочесть. Любовные письма ныне редки икратки. Письма Аполлинера вас восхитят. К тому же они как нельзя болееподходят вам, ибо также адресованы незнакомке. Это произошло 1 января 1915 года. Артиллерийский капрал Костровицкий(в литературу он вошел как Гийом Аполлинер, по двум своим именам) сел вНицце в марсельский поезд и увидел в купе прелестную девушку Мадлену П. Онбыл нежен и поэтичен и заговорил с незнакомкой о любви, стал читать ейстихи. Бодлер, Верлен, Вийон... Аполлинер и незнакомка знали наизусть однихи тех же поэтов. "Однако он читал или, вернее, негромко проговаривал стихи,-- пишет она, -- с такой простотой, что я не могла с ним сравниться;изумленная, я покорно уступала ему, едва начав какое-нибудьстихотворение..." До чего изящно сказано. Он уезжал на фронт, она направлялась в Алжир; они обменялись адресами, и завязалась чуть ли не ежедневная переписка.Сидя на мешке с овсом, положив бумагу на ствол упавшего дерева, капралписал, воскрешая в памяти образ словоохотливой молодень кой пассажирки с длинными ресницами. Будучи поэтом и рыцарем, ониграючи сочинял дивные письма, усеянные стихотворными строфами: Галопом мчат воспоминанья К ее сиреневым глазам. И беззаботные мечтанья Меня уносят к небесам. Вам кажется странным, querida, что эта переписка с незнакомкой, которуюон видел всего три часа и даже ни разу не поцеловал, породила большуюлюбовь? Я же полагаю, что нет ничего более естественного. После Стендаля иПруста мысль о том, что источник любви скорее в нас, нежели в любимомсуществе, превратилась в общее место. Сердце солдата, балансирующего междужизнью и смертью, переполнено любовью. Появляется незнакомка -- и егочувство, переливаясь через край, сосредоточивается на ней икристаллизуется. История подсказывает нам, что больше всего любили техженщин, которых редко видели. Данте ничего толком не знал о Беатриче; самымпламенным своим страстям Стендаль предавался главным образом в мыслях, а"прелестная девушка" из цикла романов "В поисках утраченного времени"только однажды промелькнула на перроне вокзала. Так и письма Аполлинера,становясь все более страстными и под влиянием разлуки пропитываясь неистовойчувственностью, стали гораздо более спокойными, стоило ему во время отпускаповидаться со своей любимой. "Великая сила женщин -- в их отсутствии". Такчто вы очень сильны, сударыня. Если вам придутся по вкусу эти сокровенные признания поэта, прочтитезатем и другие его любовные послания; вы обнаружите, что он нередко писал водин и тот же день сразу трем разным женщинам, посвящал им одинаковые, лишьс незначительными изменениями, стихи. Вас это коробит? Вы не правы, мояпрелесть. Все влюбленные, блиставшие в эпистолярном жанре, поступали такимже образом. Шатобриан мог, не задумываясь, скопировать для госпожи деКастеллан письмо, прежде написанное им госпоже Рекамье. А уж стихи иподавно! Как отказаться от такого замечательного оружия и не употребить егоеще раз? Вас приводит в ужас эта неискренность? Но поэты как нельзя болееискренни, querida. Для Аполлинера или Шатобриана все три женщины сливаются водин образ сильфиды, созданный их воображением. Поэтам нужны такиеперевоплощения. Без них нет поэзии. "Неужели вы думаете, что, будь Лаураженой Петрарки, он бы всю жизнь писал сонеты?" -- спрашивал великий Байрон. Так что оставайтесь незнакомкой. Прощайте.

Принимать то, что дано

Она говорит: "Мужской характер столь отличен от женского, что самыйобыкновенный мужчина кажется неопытной женщине чудищем, упавшим с другойпланеты. Для всякой женщины тот, кого она любит, представляеттрудноразрешимую задачу. Женщина смышленая или хотя бы рассудительнаястремится справиться с ней, принимая в расчет то, что дано. Она говоритсебе: "Он таков, каков есть, этим он мне и интересен, но, если уж я люблюего, надо как-то приноровиться к нему". Женщина требовательная и пылкаяотказывается принимать исходные данные, иначе говоря, черты физического инравственного облика ее мужа или любовника; она наивно думает, что ейудастся его переделать. Вместо того чтобы решить раз и навсегда: "Он таков от природы; каксделать его счастливым?", эта властная особа думает: "Как переделать его,чтобы он сделал счастливой меня?" Раз уж она его любит, ей хочется, чтобы онбыл безукоризненным, похожим на тот идеал, что навеян ей чтением книг игрезами. Она его донимает, порицает, изводит, ставит ему в укор слова ипоступки, которые с улыбкой снесла бы от всякого иного. Недоумевающим она ответит, что такое поведение с ее стороны уже само посебе доказывает силу ее чувств, что если она и впрямь более терпима кдругим, то это скорее от безразличия, чем от снисходительности. Ей кажетсяестественным, что, решив быть верной одному мужчине, она хочет, чтобы он покрайней мере отвечал ее вкусам. В конечном счете она, по ее мнению,перевоспитывает его для его же блага, и с тех пор, как она за негопринялась, он уже во многом изменился к лучшему... Все это так, но, набеду, люди, как правило, вовсе не желают "меняться к лучшему", да и нельзялепить человеческие характеры, как лепят бюсты из глины. Мужчина -- и даже юноша -- сформировался под влиянием наследственности,семьи, воспитания, у него уже есть за плечами определенный опыт. Сложилсяего физический облик; укоренились привычки; определились вкусы. Пожалуй,еще возможно -- и то не сразу -- исправить известные его слабости, еслиделать это с величайшей осмотрительностью, мягкостью и осторожностью,умасливая его комплиментами, подобно тому как ваятель увлажняетзатвердевающую под его пальцами глину. Но прямая и запальчивая критикавынуждает мужчину защищаться. Любовь, которая должна служить надежнымпристанищем, оказывается усеянной шипами угроз и наказов. Сначала, если оночень влюблен, мужчина смирится с принуждением, попытается стать лучше;однако потом его подлинная натура возьмет верх и он проклянет ту, котораяломает его; любовь ослабеет и умрет; быть может, он даже станет всем сердцемненавидеть ту, что похитила у него самое дорогое сокровище -- былую веру всамого себя. Так по вине слишком разборчивых женщин между супругамирождается скрытая злоба..." Тут я прервал ее: -- Не слишком ли вы строги к женщинам? Вы говорите только об ихзаблуждениях. Неужели вы думаете, что мужчина охотнее принимает исходныеданные и признает в той, кого любит, натуру законченную и достойнуюуважения? -- Милый друг, -- говорит она, -- если и существуют еще на светебезрассудные женщины, требующие, чтобы мужчина не был ни эгоистом, ниувальнем, ни слепцом, ни педантом, согласимся, что их дело безнадежно.Прощайте.

Принимать то, что дано

Письмо второе "Недостаточно принимать людей такими, каковы они есть; надо желать ихтакими -- вот суть подлинной любви". Высказывание это принадлежит Алену; онпреподает нам весьма поучительный урок. Есть много смиренных и безрадостныхженщин. Они принимают мужа и детей такими, "какие они есть", но при этом необходятся без жалоб на них. "Не везет мне, -- говорят они, -- я могла бывыйти замуж за более удачливого или умного человека, который добился быбольшего. У меня бы могли быть более способные и ласковые дети. Я знаю, чтоне в моих силах переделать их; я принимаю то, что мне даровано судьбой, но,когда я вижусь со своей подругой, чей муж преуспевает, а дети блестяще сдаютэкзамены, я испытываю легкую зависть и сожаление. И это вполнеестественно". Нет, сударыня, это отнюдь не естественно. Во всяком случае, если вылюбите своих близких. В человеке, который нам по-настоящему дорог, намдорого все -- даже его недостатки. Без них он не был бы самим собой, азначит, не имел бы тех качеств, которые привязывают вас к нему. Ваши детиучатся не так успешно, как другие? Может быть, но разве они не милее и неживее других? Ваш муж не пользуется достаточным авторитетом? Но зато он такобаятелен. Ведь с характером происходит то же, что и с лицом. Когда любишьпо-настоящему, в любимом существе не замечаешь ни причуд, ни морщин. Я знаю,что человек, который мне дорог, мало смыслит в искусстве и, если при немзатронут эту тему, он наговорит немало чепухи. Что мне до того! Я некраснею за него: в нем есть множество иных превосходных качеств. Ведьчеловек -- нечто целое, и я не хочу ничего в нем менять. Иначе это будет ужене мой муж и не мой ребенок. Подлинная любовь все делает прекрасным. Ваш супруг слишком частоупотребляет одни и те же словечки? Пусть другие находят это смешным, вы кним уже привыкли, и они не режут вам слух. У него страсть к политике? Сперваэто вас забавляет, а потом вы начнете ее разделять. "А если его недостаткиубивают во мне любовь к нему?" -- спросите вы. Стало быть, вы егонедостаточно любите или у вас не хватает терпения. Должно пройти время,прежде чем научишься жить с кем бы то ни было, даже со своими детьми, когдаони вырастают. Я вот что хочу сказать: существует два разных подхода клюдям. Первый состоит в том, чтобы взирать на них критическим оком --возможно, это справедливо, но сурово, это подход равнодушных. Другойсоткан из нежности и юмора; при этом можно видеть все изъяны и недостатки,но смотреть на них с улыбкой, а исправлять мягко и с шуткой на устах. Этоподход любящих. И где доказательства тому, что вы были бы счастливее, будь вашиблизкие иными? Разве честолюбивый муж сделал бы вашу жизнь более приятной?Кто знает? Важные посты связаны с большими неприятностями и тяжкойответственностью. Рискуешь их потерять, а падение болезненно. Но даже есливсе сложится удачно, разве в этом источник радости? Едва добившись одного,человек тут же тянется за другим. А вообще же никто не способен съестьбольше того, что позволяет желудок. А привязанность, дружба легче расцветаютв простой, непритязательной обстановке, чем в пустыне власти. Вашаединственная беда заключается в том, что вы считаете себя несчастной имечтаете о том, чего у вас нет, вместо того, чтобы получать удовольствие оттого, чем вы обладаете. Скажите же самой себе: "Мой муж застенчив, зато онмне мил. Мои дети не так уж талантливы, но они добрые и хорошие дети". И тогда вы почувствуете себя счастливой. Ибо счастье именно в том исостоит, чтобы не желать перемен в тех, кого любишь. Вот и я принимаю вастакой, какая вы есть, -- незнакомой и непознаваемой. Прощайте.

Витамин "ПР"

Вы, как и все, знаете, querida, что великого Гюго, которого недавно такпышно прославляли, целых пятьдесят лет боготворила Жюльетта Друэ*; вызнаете, что она написала ему более двадцати тысяч писем и повторяла в них надвадцать тысяч ладов (умудряясь при этом избежать однообразия): "Ты самыйвеликий, самый прекрасный... Любимый, прости мне мою безмерную любовь ктебе... Видеть тебя -- значит жить; слышать тебя -- значит мыслить; целовать тебя -- значит возноситься кнебесам... Здравствуй, мой возлюбленный, здравствуй... Как ты себячувствуешь нынче утром? Я же могу только одно -- благословлять тебя,восторгаться тобой и любить тебя всей душою..." Я уже отсюда слышу, как вы -- амазонка, вы -- жестокосердная, вы --задира восклицаете: "Пятьдесят лет преклонения? Ах, до чего она ему, должнобыть, надоела!" А вот и нет, дорогая, не думайте так. Помнится, я и самчастенько напоминал вам о необходимой мере кокетства; известно, что многиемужчины и женщины пренебрегают тем, что дается им легко, и добиваются того,что от них ускользает; я знаю, что Гюго много раз обманывал бедняжкуЖюльетту, даже в ту пору, когда она была еще хороша собой, и что она ужаснострадала из-за этого. Но зато другие проходили "как ветер, как волна", а онаоставалась с ним всю жизнь. Она оставалась с ним потому, что люди определенного типа, рожденныедля борьбы и нуждающиеся в доверии близких как в необходимом оружии --художники, политики, выдающиеся деятели, -- испытывают потребность вежедневной дозе преданности и преклонения. Предпочтение, превознесение,преклонение -- зсе эти близкие друг другу понятия содержат особый (витамин-- "ПР", без него воля у них слабеет. Наше тело нуждается в кальции,фосфоре; наш дух -- в ободрении и почете. Тело расцветает на солнце, дух --в лучах любви. Однообразие? Да, оно, без сомнения, порою утом ляет. Я более чем уверен, что Гюго не прочел все двадцать тысяч писемЖюльетты. Можно с легкостью вообразить один из "триумфальных дней" поэта,когда, охваченный вдохновением, торопясь поскорее засесть за работу, он сутра распечатывал нехитрое письмецо споен возлюбленной, быстро пробегал его,убеждался, что это не более чем обычный набор излияний, прочитывалзаключительные строки: "Увы! Я люблю тебя больше, чем когда-либо, люблю, какв первый вечер" -- и равнодушно складывал послание в ларец, в стопку емуподобных. Бывало и так, что, влюбленный в другую, Гюго искал среди писемконверт, надписанный отнюдь не рукою Жюльетты, а ее письма оставалисьнераспечатанными. Но наступали и такие дни, когда попавший в опалу поэт находился вопасности, когда его переполняло отвращение ко всему на свете, когда противего произведений строились козни, а он сам подвергался преследованиям.Тогда тщеславные "охотницы на львов" искали себе другую добычу и только однаЖюльетта неизменно оказывалась в пустыне или в изгнании рядом со своимпоэтом; тогда ее ежедневные письма и нежные признания помогали израненному изатравленному льву вновь обрести силу. В такие минуты именно для Жюльеттыписал Виктор Гюго стихи, в которых после стольких лет старался определить,чем сделалась их любовь: Два сердца любящих теперь слились в одно. Воспоминания сплотили нас давно, Отныне нам не жить отдельно друг от друга. (Ведь так, Жюльетта, так?) О, милая подруга, И вечера покой, и луч веселый дня, И дружба, и любовь -- ты все, все для меня! Не кажется ли вам, что для того, чтобы в старости получать подобныестихи, стоило поклоняться поэту в молодости? Дорогая, тотчас же напишите мнетрогательное послание, полное поклонения, а я обещаю сочинить сонет квашему юбилею. Прощайте.

В манере Лабрюйера

Любите ли вы пародии, сударыня? Сам я всегда считал, что пародия --весьма изощренная форма критики. Так вот, на этой неделе мне представилсяслучай самому сочинить одну пародию или скорее подражание. Соискателям настепень бакалавра предложили такую тему: "Напишите в манере Лабрюйерапортрет делового человека наших дней". Одна газета обратилась к несколькимписателям с просьбой также попробовать свои силы. Вот моя письменнаяработа.

ХАРАКТЕР

Для Пеиратеса(1) не существует ничего, кроме дел; он буквально лопается от богатства, его предприятия заполонили всюпланету. "Пейратес, вам принадлежат все сахарные заводы королевства. Не порали остановиться?" -- "Вы просто бредите, -- отвечает он, -- могу ли яперенести, чтобы кто-то другой поставлял мне сахарный тростник и такимспособом обогащался? Мне нужна собственная плантация на островах". -- "Она увас уже есть, Пейратес, удовлетворены ли вы теперь?" -- "А эти хлопковыеполя?" -- возражает он. -- "Вы и их только что приобрели; теперь-то выостановитесь?" -- "Как? -- спрашивает он. -- Должен же я построить ткацкиефабрики для переработки всего этого хлопка". -- "Есть и фабрики. Наступилоли для вас наконец время отдыха?" -- "Обождите, -- отвечает Пейратес, --такой-то финансист снимает с моих доходов сливки. Это возмутительно". --"Станьте сами банкиром". -- "Один завод продает мне грузовики, другой --нужные мне станки; это меня бесит", -- "Производите их сами". -- "Моигрузовики потребляют много бензина". -- "Бурите нефтяные скважины,Пейратес... Ну, вот вы и владеете целой сетью промышленных исельскохозяйственных предприятий, они прекрасно дополняют друг друга. Выбольше ни от кого не зависите. Начнете ли вы наконец наслаждаться жизнью?" ----------------- (1)Пират (греч.). Он об этом и нс помышляет. Ему незнакомы ни простые человеческиежелания, ни радости. Каждое утро он встает на заре, склоняется над тщательносоставленными ведомостями и видит, как растут его миллионные доходы, носчастье вкушают другие. "В чем же ваша отрада, Пейратес? Свою жену выпринесли в жертву делам, и она уже давно превратилась в забитую старуху,опутанную жемчужными ожерельями; ваши дети не интересуются темихлопотливыми начинаниями, которые им предстоит продолжить после вас, аростовщики между тем уже начеку; сумасбродства ваших отпрысков привели бывас в отчаяние, если бы ваше безразличие к ним не было сильнее вашейярости; у вас нет ни одного свободного вечера, чтобы побыть с любовницей,которая вам так дорого стоит; и какие могут быть у вас друзья, если вывыносите одних только льстецов и прихлебателей? Расслабиться? Отдохнуть? Вы отказываете себе, Пейратес, в том, чтоимеют последние бедняки. "Non otium sed negotium"(1) -- для вас это непросто изречение, а закон. В каждой комнате вашего загородного дома стояттелефонные аппараты, вплоть до закраины бассейна, в который домашний врачвелит вам погружать время от времени ваше изнуренное тело. У вас столькоденег, что вы постоянно в тревоге из-за возможного падения денежного курсаили обесценивания валюты. Когда-то вы любили чтение и музыку; вы и к нимутратили вкус. У вас теперь лучший в мире повар, а вы с грустью вспоминаетео супе из капусты, который варила в деревне ваша бедная матушка. Продолжайтеже, Пейратес, свое дело, получайте от него удовольствие. Сооружайте порты,финансируйте новые авиационные линии, стройте радиостанции и атомныереакторы. Успехи науки, по счастью, дают вам новые возможности убиватьсебя столь суетными занятиями. А если вам случайно недостаточно собственныхзабот, к вашим услугам дела государственные. Вы изрядно поднаторели вискусстве управления и охотно утверждаете, что дела в стране пошли былучше, если бы у кормила власти стояли такие люди, как вы. Видимо, под этимнадо понимать, Пейратес, что страною следует управлять таким образом, чтобыэто увеличило ваши богатства?" -------------------------------------------------- (1)Здесь: "Никакого безделья -- только дело" (лат.). И все же Пейратес стареет, и я впервые вижу его почти довольным. Дело втом, что ему пришла в голову гениальная мысль. Для того чтобы частичноизбавить своих детей, которых он, кстати, терпеть не может, от издержек,связанных с вводом в наследство, он приобрел на имя одного из своихслужащих нотариальную контору, а тот обязался возвращать полученныегонорары семье Пейратеса. Вот одна из самых блестящих махинаций нашегогероя, и он радуется тому, что успел ее завершить, ибо он подписывалнеобходимые бумаги, уже расставаясь с жизнью. Нынче утром я узнал, что онумер. Но жил ли Пейратес вообще? Он делал дела. А это совсем другое. Сочинение это было прочитано преподавателем, не знавшим именсоискателей. Мне выставили балл "18", querida, и гордости моей нет границ.Прощайте.

Существуют ли еще эгерии?

Американские социологи обожают статистику и верят в различные опросы.Это, видимо, связано с тем, что в их стране к этому относятся серьезно.Каждый изо всех сил старается правдиво ответить на поставленные вопросы.Вот почему таким социологам трудно понять, что во Франции люди большейчастью не любят (несмотря на все гарантии того, что их ответы останутсяанонимными) говорить о своих личных проблемах, так что в нашей странеответы на такого рода анкеты являются уклончивыми или даже неверными. Один молодой американец, ревностный поклонник подобных опросов, пришелвчера повидать меня и заявил: -- Я занят научными изысканиями о влиянии, которым пользуются женщиныво Франции. В своих книгах вы часто говорили о важной роли, которую играли вистории вашей страны различные салоны. Я прочел работы о госпоже Дюдеффан, огоспоже Рекамье, о госпоже де Луан, и о госпоже Арман де Кайаве*. Полагаетели вы, что и до сих пор существуют столь могущественные женщины, способныеповлиять, к примеру, на исход выборов во Французскую академию или выдвинутьчеловека на пост премьер-министра? -- Вы затронули две совершенно разные проблемы, -- ответил я. -- Нет,ни одна женщина в наше время не могла бы повлиять на исход выборов воФранцузскую академию. Прежде всего, я не вижу ни одной женщины, у которойбыли бы друзья во всех группировках, из которых состоит Академия. Нанабережной Копти заседает определенное число независимых академиков,предпочитающих уединение: они никогда не посещают салонов, не обедают вгостях, сами никого у себя не принимают и, таким образом, действительнонедоступны. Как же может кто-либо повлиять на их мнение перед выборами вАкадемию? -- Стало быть, ныне нет уже больше таких женщин, как госпожа Рекамье? -- Госпожа Рекамье могла заполучить один голос, быть может, два илитри, да и то не наверняка. Разумеется, женщина может заручиться обещанием,но не повлиять на исход голосования!.. Что касается поста премьер-министра,то кандидату на эту должность нужно получить триста двенадцать голосов! Чтоже тут, черт побери, может сделать одна женщина? Самое большее, на что онаспособна, если она ловка и смышлена, -- это взять на себя ролькатализатора: устроить встречу руководителей противоборствующих группировокдепутатов, устранить недоразумения. Однако это будет скорее подготовкауспеха, но не сам успех. Она, пожалуй, создаст благоприятную атмосферу, ну адальнейшее от нее не зависит. -- И тем не менее, -- возразил он, -- во Франции все еще говорят обэгериях. -- Эгерией звали нимфу, вдохновлявшую Нуму Помпилия* -- сказал я. -- Онутверждал, будто встречается с нею в священном лесу и она дает ему советы отом, какую ему проводить политику. Мудрая тактика, способная снискатьдоверие суеверного народа; однако эгерия не более чем миф... Как быламифом, так и осталась. Заметьте, однако, разницу: я не думаю, что женщинаможет проложить мужчине путь к власти, но допускаю, что она порою делает егодостойным этой власти. Во Франции многие из наших будущих государственныхдеятелей приезжают в столицу из своего захолустья неотесанными. Они умны,красноречивы, но лишены изящных манер, искусства вести беседу, а ведь этонеобходимо для того, чтобы завоевать Париж. И прекрасно, если над нимивозьмет опеку женщина, которая то ли из любви, то ли из честолюбия захочетих образовать. Актриса, светская дама или просто просвещенная женщинаотшлифует эти необработанные алмазы. Она откроет провинциалу тайны Парижа искрытые пружины различных слоев общества. Это не ново. Перечитайте Бальзакаи обратите внимание на восхитительную жизненную программу, которуюнабрасывает в романе "Лилия долины"* госпожа де Морсоф для своего юноголюбовника. -- Значит, вы допускаете, что эгерия в бальзаковском смысле все ещесуществует? -- Она будет существовать до тех пор, пока на свете не переведутсяженщины, мужчины и правительства. Не так ли, querida? Вы знаете это лучше кого бы то ни было. Прощайте.

Первая любовь







Последнее изменение этой страницы: 2016-04-19; Нарушение авторского права страницы

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 18.205.60.226 (0.01 с.)