РАСПОРЯДОК ДНЯ И МЕНЮ ГИТЛЕРА



Мы поможем в написании ваших работ!


Мы поможем в написании ваших работ!



Мы поможем в написании ваших работ!


ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

РАСПОРЯДОК ДНЯ И МЕНЮ ГИТЛЕРА



[Вызванные войной отклонения от распорядка дня даются в тексте.]

10 часов:

Гитлер (в ночной рубашке) берет со стула, стоящего у двери комнаты, утренние газеты, не очень важные телеграммы, предназначенные для него лично сообщения, доклады и т. д., положенные туда камердинером (с 1934 по 1939 г. это был Карл Вильгельм Краузе, с 1939 по 1945 г. — Хайнц Линге), снова ложится в постель и просматривает бумаги. Затем умывается, бреется (позднее, когда у него в результате болезни начали дрожать руки, его брил парикмахер) и одевается.

Около 11 часов:

Камердинер стучит в запертую дверь и говорит: «Доброе утро, мой фюрер. Пора!»

С 11 до 12 часов:

Гитлер звонком просит подать ему завтрак. В первые годы он обычно состоит из стакана молока и подсушенного ржаного хлеба, позднее из сладкой булочки, яблочного, мятного или ромашкового чая (при простудах с добавлением коньяка) и яблока. Иногда он просит подать себе сыра (обычно «Жерве»).

В 1944 — 45 гг. он съедает за завтраком много пирожных с шоколадом и кашу из замоченных в молоке овсяных хлопьев, натертого яблока, орехов, лимона и пророщенных зерен.

Адъютант приносит важнейшие сообщения и согласовывает с Гитлером расписание встреч и совещаний на день. В бункере рейхсканцелярии Гитлер около 8 часов (после завтрака и игры со щенком овчарки Вольфом) ложится спать. В 11 часов обычно объявляют воздушную тревогу, которая прерывает короткий сон.

В годы войны после 12 часов совещание с сотрудниками и советниками канцелярии, прием членов правительства и посетителей.

Между 14 и 17 часами:

Обед: фрукты, суп (не на мясном бульоне), бобы, морковь и другие овощи, картофель и обязательно салат (всегда с лимоном). Гитлер с удовольствием ест густой суп с бобами, горохом и чечевицей. Кроме того, он любит картошку в мундирах, которую он очищает и макает в масло. Если за обедом подают бифштекс, то Гитлер в угоду гостям ест «фальшивый» бифштекс, состоящий обычно из овощей. Внешне его обеденные блюда обычно напоминают блюда для гостей. Он ест то же, что подают и гостям, за исключением мяса. Начиная с 1941 г. он ест сардины в масле, но по-прежнему отвергает все блюда, приготовленные из мяса (за исключением фрикаделек из печени). Некоторое время он с удовольствием ест яйца с икрой, однако когда узнает цену на икру, запрещает подавать ее.

Гитлер охотно ест яичницу с пресным хлебом, который ему подают с обрезанной корочкой. Он ничего не имеет против того, чтобы несколько дней подряд есть клецки из пшеничной муки, но приготовленные по-разному (запеченные, жареные, вареные).

Между 20 и 24 часами:

Ужин: Гитлеру чаще всего подают вареные яйца, картошку в мундирах и творог.

После ужина Гитлер спит в течение часа (во время войны это не всегда было возможно). После Сталинграда он выпивает один-два стакана пива, так как полагает, что быстрее уснет. Однако впоследствии отказывается от пива, так как замечает, что начинает полнеть.

После «промежуточного» сна в довоенное время проходили «беседы у камина», во время войны — обсуждение обстановки, которое по мере продолжения войны затягивалось порой до рассвета, а нередко и до 6 часов утра и даже позже. В 1944 — 45 гг. (прежде всего в Берлине) он порой в 8 часов утра еще сидел со своими секретаршами, адъютантом Шаубом или личным врачом Морелем.

Два из запротоколированных 1 ноября 1944 г. и 25 февраля 1944 г. камердинером Хайнцем Линге «обычных» дней Гитлера. 31 октября 1944 г. рабочий день Гитлера вставке «Вольфсшанце» длился 16 часов 40 минут (с 11.40 до 4.20 1 ноября 1944 г.), а 24 февраля 1945 г. в Берлине в бункере рейхсканцелярии — 16 часов 15 минут (с 12.30 до 4.45 25 февраля 1945 г.). Дни в Берлине отличались от дней в «Вольфсшанце» воздушными тревогами и присутствием высших партийных функционеров, которых Гитлер очень неохотно принимал в своих прежних резиденциях.

Обвинения, выдвигавшиеся против Мореля в связи с его деятельностью в качестве личного врача Гитлера, пестрят выражениями типа «быстродействующие наркотики», «фантастические тайные средства» [Брандт заявлял после 1945 г.: «Когда я спросил Мореля о названиях применявшихся лекарств, он отказался ответить».] (так и не названные ни одним врачом Гитлера — ни Эрвином Гизингом, ни Гансом Карлом фон Хассельбахом, ни Карлом Брандтом), «недостаточно испытанные лекарства», «вредные профилактические методы», «эксперименты шарлатана», «знахарство». Лишь незначительная часть их подтверждается фактами. С 1936 по 1945 .г. Морель назначал своему пациенту около 30 различных медикаментов. Приводим их в алфавитном порядке:

антигазовые пилюли Кестера для предотвращения вздутий живота. Применялись с 1936 по 1943 г. (с небольшими перерывами) перед каждым приемом пищи;

бром-нервацит (бромид калия, диэтилбарбитурат натрия, пирамидон) каждые два месяца в качестве успокаивающего средства и как снотворное: по 1-2 таблетки;

веритол 1(С4-гидроксифенил)-2-метиламинопропан. В 1 г (20 капель) содержится 0,01 г действующего вещества. В 1 мл раствора 0,02 г сульфата веритола. Применялся для лечения левого глаза с марта 1944 г.;

витамультин с кальцием (витамин А, В-комплекс, С, D, Е, К, Р) применялся в комбинации с другими лекарствами с 1938 по 1944 г. в форме инъекций по 4,4 см3 через день;

гликонорм (ферменты обмена веществ, содержащие козимазу I и II, витамины и аминокислоты), для предотвращения нарушений пищеварения. Применялся время от времени (по словам Мореля, редко) с 1938 по 1940 г. в виде внутримышечных инъекций по 2 см3;

глюкоза (5-10-процентный раствор для инъекций) для восполнения дефицита калорий и улучшения эффекта строфантина. Применялась с 1937 по 1940 г. (с короткими перерывами) через два-три дня по 10 см3;

гоматропин (глазные капли, 0,1 г гоматропин-гидроброма, 0,08 г хлористого натрия, 10 мл дистиллированной воды) для лечения правого глаза;

интелан (витамин A, D3 и В|2) для улучшения аппетита, ускорения процесса восстановления, защиты от инфекций, улучшения сопротивляемости организма и снятия усталости. Применялся с 1942 по 1944 г. (как и витамультин) в форме таблеток, два раза в день до еды;

кардиазол (пентаметилентетразол) и корамин (диэтиламид никотиновой кислоты) для стимуляции кровообращения мозга, сосудистых нервов и дыхательного центра с 1941 г. (после появления отечности на ногах) с перерывами. Использовались в форме раствора по мере появления отеков: по 10 капель в неделю;

кортирон = кортикостерон (ацетат дезоксикортикостерона, на основе гормона коры надпочечников) против мышечной слабости, для улучшения усваиваемости жиров и углеводного обмена. По словам Мореля, применялся только один раз в виде внутримышечной инъекции;

луизим (пищеварительный фермент: целлюлаза, гемицеллюлаза, амилаза и протеаза) для улучшения пищеварения и усваиваемости белков, предотвращения метеоризма, по одной таблетке после еды;

мутафлор (эмульсия на основе бацилл colli-communis) для лечения заболеваний, связанных с дисбактериозом толстой кишки (например, метеоризма, экзем, мигрени и депрессивных состояний). Применялся Морелем с 1936 по 1940 г. для регулирования флоры кишечника в форме капсул, растворимых в кишечнике (примерно 25 миллиардов микроорганизмов в одной капсуле). В первый день желтая капсула, со второго по четвертыйдень по одной красной капсуле и начиная с пятого дня по две красные капсулы;

омнадин (смесь белков, липоидов желчи и животного жира) против простудных инфекций в начальной стадии заболевания. Обычно применялся в сочетании с витамультином в форме внтуримышечных инъекций по 2 см3;

опталидон (анальгетик из барбитуратов и амидопиринов: аллилизо-бутилаллил, 0,05 г барбитуровой кислоты, диметиламино-феназон, 0,125 г пирамидона, 0,025 г кофеина) против головной боли по 1 — 2 таблетки;

орхикрин (экстракт из семенников и предстательной железы молодых быков) для повышения потенции и снятия усталости и депрессии (по словам Мореля, был применен только один раз), 2,2 см3 внутримышечно;

пенициллин-гамма применялся 8 — 10 дней после покушения 20 июля 1944 г. в форме порошка для обработки правой руки;

прогинон В-олеозум (эфир бензойной кислоты фолликулярного гормона) для улучшения обмена веществ в слизистой оболочке желудка, снятия спазмов сТенок желудка и сосудов. Применялся внутримышечно с 1937 по 1938 г.;

простакрин (экстракт из семенников и предстательной железы) для профилактики депрессии. Кратковременно применялся в 1943 г. по две ампулы внутримышечно с промежутком в два дня;

прострофанта (0,3 мг строфантина в комбинации с глюкозой и витамином В, никотиновая кислота). Применялась, как и строфантин, для инъекций;

ромашка для клизм, применялась каждый раз по желанию пациента;

септоид против инфекций дыхательных путей (Морель полагал, что с помощью септоида можно также замедлить развитие атеросклероза). Максимальная доза 20 см3;

симпатол (параоксифенилэтинолметиламин) для увеличения минутного объема сердца, повышения сердечной активности и профилактики сердечной и сосудистой недостаточности. Применялся с 1942 г. (с перерывами) ежедневно по 10 капель;

строфантин (гликозид, полученный из Strophantus gratus) для лечения склероза коронарных сосудов. Применялся с 1941 по1944 г. циклами по 2 — 3 недели в форме ежедневных внутривенных инъекций по 0,2 мт;

тонофосфан (натриевая соль диметиламинометилфенилфосфорной кислоты, неядовитый фосфоросодержащий препарат) для восполнения содержания фосфора и стимулирования гладкой мускулатуры. Применялся периодически с 1942 по 1944 г. в форме подкожных инъекций;

ультрасептил (сульфонамид) для лечения воспалительных процессов в дыхательных путях, а также для предотвращения образования камней в почках. Принимался по 1 — 2 таблетки с фруктовым соком или водой после еды;

хиневрин (хининосодержащий препарат, средство от гриппа) принимался по терапевтическим показаниям при простудах;

эвбасин (сульфонамид) применялся в виде инъекций по 5 см3 против инфекций и колибактерий;

эвкодал (полученный из тебаина хлоргидрат дигидроксикодеина, наркотическое и обезболивающее средство) для снятия боли и предотвращения спазмов;

эвпаверин (производное изохинолина) против судорог и колик;

эвфлат (активные желчегонные экстракты из Radix angelica, папаверин, алоэ, активированный уголь, панкреатин) для стимулирования пищеварения и предотвращения метеоризма. Применялся с 1939 по 1944 г. в виде таблеток.

Из этих медикаментов, среди которых отсутствуют изготовлявшиеся Морелем «золотые» таблетки витамультина, содержавшие первитин и кофеин, в наши дни применяются (наряду с ромашкой) бром-нервацит, кардиазол, кортирон, эвфлат, эвкодал, эвпаверин, глюкоза, гоматропин, интелан, луизим, мутафлор, омнадин, опталидон, прогинон В-олеозум, строфантин, симпатол и веритол. Остальные лекарства с течением времени вышли из обращения и заменены новыми. Ни одно из этих лекарств не заслуживает обвинений, выдвигаемых Тревор-Ропером, Брандтом и другими. Все эти вещества не похожи на фантастические тайные средства и их применение не имеет ничего общего со знахарством. Разумеется, при неправильной дозировке и показаниях они могут оказаться вредными и даже опасными. Дозировки, которые назначал Морель, были правильными, а в некоторых случаях даже слишком осторожными.Это касается и быстродействующих наркотических средств. Лишь в отношении кардиазола и корамина он совершенно очевидно исходил из неправильных показаний.

Гитлер, который не пил и не курил, охотно пользовался фармацевтическими стимулирующими средствами. Перед своими многочисленными речами и другими ситуациями, требовавшими физического напряжения, он сосал, например, таблетки Дальмана, до сих пор имеющиеся в продаже и содержащие колу, кофеин и сахар. Когда доктор Гизинг обрабатывал нос Гитлера раствором кокаина, Гитлер чувствовал, что от кокаина его голова становится «свободнее», и настаивал, чтобы Гизинг чаше проводил эту процедуру, хотя постоянное лечение кокаином может иметь вредные последствия. Кофеин и первитин, которые в больших дозах также могут отрицательно сказываться на нервной системе и которые Морель включал в состав производимых им таблеток витамультина, Гитлер, видимо, принимал в устрашающих дозах. Так, например, профессор Эрнст-Гюнтер Щенк, бывший советником при министерстве здравоохранения, рассказывал: «Однажды в 1942 или 1943 г. мне были переданы из заслуживающего доверия источника несколько золотых (то есть завернутых в золотую фольгу) квадратных пластиночек, длина стороны которых составляла примерно 3 см, а толщина 0,4 — 0,5 см. Мне сказали, что этот "золотой" витамультин получает от Мореля только фюрер… Я лично растолок их в ступке и передал в институт военно-медицинской академии для проведения анализа на алкалоиды и наркотические вещества. Я получил ответ, что порошок содержит кофеин и первитин. Их концентрация… меня ошеломила». Обвинение Брандта, что Морель давал фюреру «тайные средства» может касаться только этих «золотых» таблеток витамультина. К тому же Морель никогда не рассказывал ни о концентрации, ни о количестве таблеток, которые принимал Гитлер.

Работа Мореля в качестве личного врача, за которую он получал в год около 60 тысяч марок, была очень незавидной. Он нередко жаловался, что нелегко быть врачом фюрера, который сам предписывает своему врачу, что надо делать [Личные свидетельства лиц, окружавших Гитлера (1969 и 1970), в том числе секретарши Кристы Шредер. В 1945 года Морель признался посланнику Паулю Шмидту (-Кареллю), что ему нелегко было с помощью медицинских аргументов противостоять настойчивым требованиям Евы Браун прописать измученному работой и болезнями фюреру стимулирующие средства для возбуждения половой потребности.]. Морелюприходилось идти на компромиссы. Он не мог выписать Гитлеру «бюллетень», отправить его в постель или в отпуск. Ему приходилось давать Гитлеру стимулирующие вещества, когда тот нуждался в них или требовал их. Поэтому не имеет большого веса утверждение Брандта, что Морель слишком часто назначал Гитлеру инъекции из профилактических соображений.

В апреле 1945 г., за десять дней до того, как Гиммлер предложил через графа Бернадотта западным союзникам сепаратный мир без Гитлера, друг Шелленберга де Крини, изучив фотографии и киносъемки Гитлера, пришел к убеждению, что Гитлер, которого он никогда не лечил, страдает болезнью Паркинсона. Преемник доктора Брандта, протеже Гиммлера Штумпфеггер, бывший вместе с Гитлером с октября 1944 г., не разделял этого мнения. Брандт даже после 1945 г. не смог прийти к какому-либо однозначному выводу по этому вопросу. Морель говорил о психогенном характере болезни Гитлера, но не называл ее. «Важно знать, — писал Шрамм в 1965 г., — применял ли Морель противосудорожные средства, и делал ли он это в связи с подозрениями на болезнь Паркинсона». Этот вопрос разрешен. Морель давал Гитлеру противосудорожные средства эвкодал и эвпаверин. Но он делал это не потому, что предполагал наличие у Гитлера болезни Паркинсона, а для того, чтобы снять спазмы желудка у своего пациента. Гитлер никогда не принимал бела-донну-606, которая в то время применялась для лечения болезни Паркинсона. Подробный отчет Мореля о функционировании центральной нервной системы и обо всех важнейших рефлексах не содержит никаких указаний на возможность болезни Паркинсона. Он писал, что мозг работает нормально, что у пациента не наблюдается ни «эйфории», ни «раздвоения личности». В области моторики он указывал на отсутствие судорог, тика и паралича речевой мускулатуры. Мозжечок и спинной мозг, по мнению Мореля, также не имели заболеваний.

Он специально подчеркивал, что у него никогда не было повода для ревизии результатов тестирования рефлексов.

В пользу болезни Паркинсона у Гитлера, который считал дрожь в конечностях «тяжелым нервным заболеванием», говорит шаркающая походка мелкими шажками в последние три года жизни, все более отрывистые с течением времени движения, сутулость, застывшие черты лица, затруднения речи, явно негибкая позиция в поведении и образе мышления и изменение почерка. Дрожь в левой руке и ноге могла бы служить доказательством, хотя этот факт не имеет решающего симптоматического значения. К тому же болезнь Паркинсона практически никогда бывает односторонней и не может исчезать и вновь появляться через несколько лет, как это было у Гитлера. Из причин, которые могут вызвать болезнь Паркинсона (воспаление мозга и склероз сосудов мозга), у Гитлера можно с уверенностью констатировать воспаление мозга в 1942 г.

После изучения результатов неврологических исследований Мореля подозрение на болезнь Паркинсона отпадает.

Левые конечности Гитлера впервые начали дрожать после неудавшегося путча, который угрожал перечеркнуть всю его дальнейшую жизнь. С течением времени дрожь полностью прошла и возобновилась лишь примерно через 20 лет, после того, как Гитлер 12 декабря 1942 г. на совещании пророчески заявил: «Мы не имеем права ни при каких обстоятельствах отдавать Сталинград. Мы не сможем снова захватить его» [Гитлер, очевидно, не страдал этой формой невроза во время первой мировой войны, так как за исключением времени, проведенного им в лазаретах, которое можно восстановить с точностью до дня (9.10.1916 — 1.12.1916, осколок фанаты в левом плече; 15.10 — 16.10.1918 и 21.10 — 19.11.1918, отравление газом — список личного состава 7-й роты 1-го запасного батальона 12-го Баварского пехотного полка, и отпусков (30.9 — 17.10.1917, 23.8 — 30.8.1918, 10.9 — 27.9.1918), он постоянно находился на передовой в полной готовности. Возможно, правда, что после отравления газом в октябре 1918 г. у него была гипертрофированная (истерическая) реакция. То, что он относительно легко впадал в шоковое и депрессивное состояние, доказывает, например, его спор с Грегоргом Штрассером в 1932 г., но при этом нельзя упускать то, что он в это время еще находился в состоянии шока, вызванного самоубийством его племянницы Гели. Он так и не сумел преодолеть его. С этого момента он больше никогда не ел мяса. Но шоковые и депрессивные реакции у него наступали только тогда, когда ничто не угрожало его физическому существованию.]. Дрожь в конечностях, которая на время прекратилась после шока, пережитого 20 июля 1944 г., указывает на невроз, который относительно часто встречался у фронтовиков первой мировой войны и считается гипертрофированной примитивной реакцией инстинкта самосохранения. Этот невроз проходил у фронтовиков, как только исчезала опасность для их физического существования. У Гитлера также к 1923 г. дрожь в конечностях прошла. То, что она возобновилась в 1942 — 43 гг., связано не в последнюю очередь с отвернувшейся от него военной удачей и с ожиданием расплаты.

ГИТЛЕР И НАПОЛЕОН

Гитлера часто сравнивают с Наполеоном в связи с началом, развитием и исходом его военного похода в Россию. При этом были обнаружены поразительные параллели [Так, например, Ганс Франк пишет в своей книге-исповеди «В преддверии виселицы»: «…Можно взять для сравнения жизнь французского императора Наполеона I. Мы увидим тогда, что политическая жизнь Гитлера почти в точности совпадает с политической жизнью Наполеона I, будучи отделенной от нее 129 годами». Франк выделяет следующие этапы: 1789 г. — Французская революция. Спустя 129 лет, в 1918 г. — революция в Германии. 1790 — 1794 гг. — интенсивная политическая деятельность Наполеона, который некоторое время находится в тюремном заключении. Спустя 129 лет начинается интенсивная политическая деятельность Гитлера, который был арестован (в 1924) после ноябрьского путча 1923 г. 1795 г. — Наполеон находится «не у дел». Спустя 129 лет Гитлер находится в заключении в ландсбергской тюрьме. В 1796 — 1804 гг. активная деятельность Наполеона приводит его к руководству государством, сначала на посту консула, а затем императора. Спустя 129 лет Гитлер «легальным» путем приходит к власти и становится в 1933 г. рейхсканцлером. Спустя 129 лет после коронации Наполеона Гитлер (в августе 1934) становится главой государства. В 1809 г. Наполеон находится в Вене. Гитлер находится там же спустя 129 лет (в 1938). Июнь 1812 г. — Наполеон начинает свой поход в Россию. Июнь 1941 г. (129 лет спустя) — Гитлер нападает на Советский Союз. 1815 г. — Ватерлоо. 1944 г. — открытие Второго фронта.]. До сих пор не исследовалось, что у Гитлера с Наполеоном было общего и в чем они различались. Этот обзор, который в отношении Наполеона позаимствован у Ланге-Эйхбаума (с. 413 и далее), демонстрирует как совпадения, так и различия.

Наполеон Гитлер
Неумеренный во всем. Неумеренный во всем.
Уже будучи школьником, допускал стилистически причудливые преувеличения. Уже будучи школьником, допускал стилистически причудливые преувеличения.
Холодный, безразличный к людям, думал только о себе. Холодный, безразличный к людям, думал только о себе и своих целях.
Творческая фантазия и невероятная страсть. Творческая фантазия и невероятная страсть.
Спонтанные и произвольные припадки ярости. Спонтанные и произвольные припадки ярости.
Возбудимость и нетерпимость в высшей степени. Возбудимость и нетерпимость в высшей степени.
Собственные представления о морали. Собственные представления о морали.
Соблазнил всех своих сестер. В сексуальном отношении внешне владеет собой. В двадцатые и тридцатые годы не особенно разборчив. Называл своих сестер «глупыми гусынями» и очень мало ценил их. Избегал родственных контактов (за редкими исключениями).
Нередко плакал. Иногда плакал.
Невероятный эгоист. В детстве был «злым дикарем». То же самое. В детстве любил командовать (но не был злым). «Дикарь» с частично радикальными и извращенными представлениями.
С детства лгал. С детства ориентировался на представления, которые зачастую имели очень мало общего с действительностью. Он смотрел на мир через свою особую призму, считал свои воззрения истинными и неопровержимыми. По необходимости лгал с тех пор, как выбрал для себя политическую карьеру (в том числе и по личным вопросам). Часто он так искусно вплетал выдумки в полуправду, что невозможно было даже предположить искажение истины.
Основная движущая сила — честолюбие. Не честолюбие в понимании Наполеона, а потребность доказать, что он является исторической личностью, которую ожидает Германия и весь мир, враждебно настроенный к евреям.
Невыносимый. Обуза для ближайшего окружения. В молодости то же самое. Во время первой мировой войны хороший, скромный и самоотверженный товарищ, однако без склонности к завязыванию более тесных дружеских отношений, С 1919 по 1925 г. среди единомышленников целеустремленный, исключительно активный человек с большим самосознанием. Некоторым кажется загадочным и недоступным, а до 1921 г. порой и немного неловким. Лишь немногие соратники поддерживают с ним личные контакты. В 1924 г. хороший товарищ в узком кругу. Проявляет дипломатические качества в общении. С 1937—38 гг. «вождь», с которым уже не может быть никаких личных отношений. Все в большей степени, особенно по мере развития болезней, становится обузой для ближайшего окружения.
Опрометчивый во всех делах. Часто производил такое впечатление, но на самом деле это было не так.
Очень суеверный. Полная противоположность. Однако терпел рядом с собой суеверных сотрудников (например, Гесса).
Любил высказывать пророчества. Рассказывал истории про привидений и верил в них. Высказывал пророчества (нередко вопреки своим убеждениям) лишь о политическом развитии. Был сугубым материалистом.
Бедная духовная жизнь. Только полководческий талант. Творческая натура, начитанный, открытый для восприятия многих духовных проблем, однако не готовый скорректировать свои взгляды или отказаться от них. Особый интерес к истории, искусству, архитектуре и технике. Временами поразительные знания и способности в этих областях. Склонность к дилетантизму. Полководческий талант присутствует, хотя и оспаривается.
Вспыльчивый, несдержанный. Испытывал отвращение к финансовым и юридическим вопросам. То же самое.
Ярко выраженная тяга к разрушению по отношению к мебели, детям, предметам искусства, животным и редким растениям. Тяга к разрушению имелась, но выражалась иначе, чем у Наполеона. Очень любил искусство, но в то же время уничтожал его, если оно не отвечало его представлениям. Систематическое убийство еврейских детей было результатом не тяги к разрушению, а «мировоззрения». Никакого особого отношения к животным (за исключением овчарок).
Сильные приступы ярости, во время которых избивал людей кулаками, ногами, плеткой. Сильные приступы ярости, но реакция более сдержанная, чем у Наполеона. Ругался, кричал, угрожал.
Терроризировал всех. Примерно то же самое.
В ярости катался по полу. Кричал, ругался, сжимал кулаки, однако не распускался, как Наполеон.
Твердость, граничащая с жестокостью. Твердость, граничащая с жестокостью.
Очаровательная улыбка и взгляд. Очаровательная улыбка и взгляд
Поразительные суждения и удивительная работоспособность. Поразительные суждения (по многим вопросам) и удивительная работоспособность.
После получения сексуального удовлетворения крайне пренебрежительно относился к женщинам. По отношению к женщинам был всегда любезен, предупредителен и вежлив, однако не воспринимал их всерьез (за исключением матери, Гели и в последнее время Евы Браун). Рассматривал их главным образом как красивую игрушку. С 1921 г. многочисленные любовные приключения.
Великий актер. Великий актер.
Мастерски использовал людей в своих целях. Мастерски использовал людей в своих целях.
Комплекс Цезаря вплоть до мании непобедимости и непогрешимости. Комплекс Цезаря вплоть до мании непобедимости и непогрешимости.
«Я не такой, как все люди, и законы морали и приличий не имеют ко мне отношения». То же самое.
Строптивый, не испытывающий угрызений совести, не терпящий соперничества. Строптивый, не испытывающий угрызений совести, не терпящий соперничества.
«…очень отсталые взгляды наряду с высокой интеллигентностью: дикость и необузданность порывов, мистицизм в сочетании с сильной суеверностью. Очень ярко выражены основные признаки психопатии: безмерная аффектированность, эгоцентризм, вечное беспокойство в крови, проявления недовольства, доходящие до депрессии». За исключением суеверности все то же самое.
«…ясно прослеживается психопатологическая тенденция. Невозможно представить себе спокойный талант Наполеона в военной и политической области. Лишь безмерность и дисгармония психопатии могла породить такой социологический феномен, как "гений" Наполеона». Может быть отнесено и к Адольфу Гитлеру с учетом его болезненного состояния.

ГЛАВА 9

ПОЛИТИК

В «Майн кампф» Гитлер рассказывает [Поскольку в главах 4, 5, 6, 8 и 10 постоянно и с различных точек зрения описывается Гитлер как политик, мы можем в этой главе ограничиться лишь принципиальными вопросами и аналитическими аспектами. По этой причине здесь нет надобности в перекрестных ссылках и сносках.], что незадолго до окончания первой мировой войны и начала революции он, находясь в состоянии глубокого разочарования и неуверенности, решил «стать политиком». Фронтовые товарищи и друзья, знавшие, как он отзывался о политиках, называя их «типом людей, чьим единственным убеждением является отсутствие всяких убеждений» [Хотя это выражение позаимствовано из «Майн кампф», оно по содержанию перекликается со взглядами Гитлера в 1918 г., что подтверждают его однополчане и друзья.], тем не менее не удивились такому решению, так как он уже на фронте помышлял о том, чтобы когда-нибудь самому заняться политикой. Обосновывая в 1924 г. свое решение в пользу политики за счет отказа от своей прежней мечты стать знаменитым архитектором, он пишет: «Разве не смешно строить дома на такой почве?» Так как он довольно рано стал считать себя гением, прежде всего в области политики, и начал рассматривать людей всего лишь как «средство для достижения цели», его решение стать политиком было не более чем логическим следствием собственной самооценки. Гитлеру, который мыслил историческими понятиями и считал себя орудием провидения, уже в 1918 г. было известно, что любой из политиков и государственных деятелей, приковывавших в то время взгляды всего мира, был «запрограммирован» именно так. Таким образом, относительным источником опасности могли быть «только» его складывающаяся концепция мировоззрения и личные задатки и способности, которые в то время еще никому не были известны. В 1918 г. даже он сам еще не мог знать, что заложенные в ходе самостоятельного образования политические концепции уже никогда не будут меняться, а могут только крайне гипертрофироваться. С самого начала своей политической карьеры Гитлер твердо убежден, что действует по воле «провидения», знает ключ к истории и войдет в нее не простымполитиком. Он никогда не допускал возможности, что будет использовать свои способности и знания политика для решения «практических повседневных вопросов» и в лучшем случае будет пользоваться славой у современников, повторяя судьбу тех политиков, о которых он писал в «Майн кампф». Его путь к вершинам власти проходил параллельно с физическим одряхлением вследствие болезней, а ипохондрический страх перед смертью служил питательной почвой для все более фанатичной нетерпеливости. И все же он был убежден, что может добиться даже того, что другим в определенной ситуации кажется политически нецелесообразным или невозможным. Даже в 1924 г., находясь в заключении и став второстепенным политиком, стоящим на обломках партии, он истолковывает знаменитое выражение Бисмарка о политике как об «искусстве возможного» таким образом, который характеризует его политические представления, строящиеся исключительно на применении насилия. Обвиняя Бисмарка в том, что он «вообще слишком скромно интерпретировал политику», а его последователей в том, что они планировали внешнюю политику, «не имея цели», и рассматривали лишь те проблемы, которые можно было реализовать в данный момент, он хочет, чтобы его понимание политики было признано как истина в последней инстанции. «Бисмарк, — пишет он, — хотел лишь сказать, что для достижения определенной политической цели должны использоваться все возможности и методы». С точки зрения Гитлера, «правильно» понятая политика предстает как беспощадная борьба за власть в рамках диктуемой законами природы борьбы за существование. Поэтому угроза применения силы всегда таилась за его политическими переговорами, которые в принципе никогда не предназначались для приобретения партнеров в традиционном смысле. Как правило, он даже для частных целей, которые представляли собой лишь этапы на пути к зафиксированной в мировоззрении конечной цели, ставил на карту все завоеванное в течение долгого времени им самим и другими людьми. Так, в 1936 г. он расторг договор Локарно, который Штреземан за десять лет до того считал важным шагом на пути к обретению Германией положения великой державы, ввел в марте войска в Рейнскую область и восстановил там военный суверенитет рейха, хотя одна только Франция без особого труда могла нанести ему сокрушительное поражение. В марте 1938 г. он оккупировал Австрию, в октябре 1938 г. области расселения судетских немцев, в марте 1939 г. Чехию и Мемельскую область, а в сентябре, добившись уже на самом деле поразительных успехов и сплотив за собой большую часть немецкой нации, развязал войну с Польшей, хотя отлично знал, что вермахт готов только к краткосрочной военной кампании. Другие подходы к политике он рассматривал как следствие неправильного понимания истории, личную слабость политиков, состоящих на службе у «международного еврейства» и бессознательно причиняющих вред (или сознательно, если речь шла о политиках-евреях). Сколь мало значили для него международные пакты и договоры, демонстрирует его подход к германо-польским отношениям, к заключенному между этими странами в 1934 г. соглашению о ненападении и к собственным обещаниям сохранять мирные отношения с Польшей. Уже в «Майн кампф» он открыто заявлял: «Союз, цель которого не содержит военных намерений, не имеет смысла и ценности. Союзы заключаются только для борьбы».

Сформулированная таким образом политика неизбежно порождает зло и должна в конечном итоге потерпеть поражение, так как ее проводникам никогда не удастся полностью идеологически подчинить собственный народ, исключить все факторы риска и удерживать в угнетенном состоянии другие народы. Этому не противоречит тот факт, что Гитлер потерпел поражение так поздно. Он лишь доказывает, что Гитлер был в состоянии невероятно долго и поразительно успешно проводить политику, которая в принципе не имела права на существование [Это относится и к Гитлеру как к полководцу. См. следующую главу.]. Для него как для политика существенное значение имел уже 1923 г., когда он впервые потерпел ощутимое поражение. Вместо того чтобы отойти в тень, чего ожидали почти все без исключения, он сумел вернуться в политику. И вернулся не униженным и раздавленным, а вдобавок еще и сумел заткнуть рты своим критикам. «В ходе длительного развития человечества, — поучает он в уже написанной к этому времени "Майн кампф", — бывают случаи, когда в человеке возникает сочетание политических качеств и умения видеть на дальнюю перспективу. Чем прочнее этот сплав, тем сильнее сопротивление, которое приходится преодолевать такому политику. Он работает не над потребностями, понятными каждому обывателю, а над целями, суть которых ясна лишь немногим. Поэтому его жизнь разрывается между любовью и ненавистью. Протест современников, не понимающих такого человека, борется с признанием потомков, ради которых он работает. Чем величественнее труд этого человека ради будущего, тем меньше его могут понять внастоящем…» Из этих слов ясно видно, что он претендует на объединение в себе обоих этих качеств и на исключительное положение в истории в качестве «Полярной звезды для ищущих людей». Как пророк он должен был определить цель движения, а как политик найти средства для ее осуществления. В то время как мышление «стратега» определяется «вечными истинами», мышление политика ориентируется на ту или иную практическую реальность. Великим он считал такого стратега, чьи идеи были истинными в «абсолютно абстрактном отношении», и такого политика, чей подход к фактам и их использование можно было считать «правильным». Ему, смотрящему далеко в будущее, цель, путеводная звезда политика, представлялась важнее, чем путь, который ведет к ней. Для него было само собой разумеющимся, что он при этом не обязан ориентироваться на «целесообразность» и нести ответственность перед «реальностью». Решающее значение для него имела принципиальная правильность идеи, а степень трудности на пути к ее осуществлению не заслуживала внимания. Оценивая способности того или иного политика, он брал за основу его видимые успехи в реализации планов, но был убежден, что таким способом невозможно оценить значение стратега, так как его «конечные цели» никогда не могут быть претворены в жизнь ввиду того, что человечество неспособно на это. Чем величественнее, абстрактнее и правильнее идея, писал он в «Майн кампф», тем «невозможнее ее полное осуществление», что в конечном итоге означает, что поистине великий политик вообще не может быть оценен своими современниками [Там же Гитлер заявлял, что великого политика невозможно «оценить по реализации его целей».].

Германский рейх, кот



Последнее изменение этой страницы: 2021-04-05; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 18.204.48.64 (0.017 с.)